Непознанный мир веры

Оглав­ле­ние

Со стра­ниц этой книги с вами будут бесе­до­вать о вере ученые, худож­ники, писа­тели, пол­ко­водцы, обще­ствен­ные дея­тели, кос­мо­навты, арти­сты, певцы и музы­канты. Вы узна­ете пора­зи­тель­ные факты из исто­рии и совре­мен­ной жизни хри­сти­ан­ства, факты, кото­рые тща­тельно, порой сто­ле­ти­ями, скры­ва­лись от боль­шин­ства людей. Вам откро­ется бога­тей­ший мате­риал для раз­мыш­ле­ний, а выводы вы будете делать сами.

От изда­теля

В начале сотво­рил Бог небо и землю… – этими сло­вами начи­на­ется Вечная Книга, Книга книг – Библия.

Кто же такой Бог? Может ли чело­век постичь Его? Да и есть ли Он в этом мире, где несча­стья, зло, неспра­вед­ли­вость гос­под­ствуют порой почти бес­пре­дельно? Этот страш­ный вопрос о бытии Бога зада­вали себе мил­ли­арды людей. И каждое поко­ле­ние, каждый из нас не уйдет от поис­ков ответа на этот вопрос. Он доста­нется в наслед­ство и нашим потом­кам.

«Вечные, про­кля­тые вопросы», – назы­вал их Федор Михай­ло­вич Досто­ев­ский. Из глубин страш­ного могу­чего ате­изма, по срав­не­нию с кото­рым атеизм сред­него совре­мен­ного чело­века – при­ми­тив­ная баналь­ность, Досто­ев­ский пришел к осо­знан­ной и непо­ко­ле­би­мой вере в Бога, своего Созда­теля и Спа­си­теля.

Позна­ние Бога – путь всей чело­ве­че­ской жизни.

Поко­ле­ние за поко­ле­нием уходит в иной мир. Одни пере­сту­пают эту грань спо­койно, с надеж­дой и верой, что их ждет новая жизнь, ждет ответ за соде­ян­ное, но ждет и Мило­серд­ный Творец мира, Кото­рого они познали по мере своих чело­ве­че­ских сил.

С ужасом уми­рают другие, встав­шие на путь бого­бор­че­ства, какими бы вели­кими они ни каза­лись миру.

В непо­нят­ный, таин­ствен­ный мрак уходят люди, рав­но­ду­шием пога­сив­шие в своей душе вопрос о вере. Хотя и они могли слы­шать слиш­ком многое из того, что гово­рит: от веч­но­сти и от своей души чело­веку никуда не уйти даже после смерти.

Об этом и о многом другом рас­ска­зы­вает книга, кото­рую вы дер­жите в руках. Она пред­на­зна­чена не только для веру­ю­щих пра­во­слав­ных хри­стиан, но и для тех, кто еще не обрел веру в Бога или пре­бы­вает в сомне­ниях, однако искренне и честно хочет разо­браться в вели­чай­ших вопро­сах, вста­ю­щих в жизни каж­дого чело­века, – о бытии Бога и отно­ше­ниях между Богом и чело­ве­ком.

Со стра­ниц этой книги с вами будут бесе­до­вать ученые, худож­ники, писа­тели, пол­ко­водцы, обще­ствен­ные дея­тели, кос­мо­навты, арти­сты, певцы и музы­канты. Вы узна­ете пора­зи­тель­ные факты из исто­рии и совре­мен­ной жизни хри­сти­ан­ства, факты, кото­рые тща­тельно, порой сто­ле­ти­ями, скры­ва­лись от боль­шин­ства людей. Вам откро­ется бога­тей­ший мате­риал для раз­мыш­ле­ний, а выводы вы будете делать сами.

Кто знает, может быть чело­век, ищущий истину, откроет на стра­ни­цах этой свое­об­раз­ной «моза­ики» некий лично для него Богом уго­то­ван­ный и только ему понят­ный ответ. А пра­во­слав­ный чита­тель найдет здесь немало полез­ных, иногда весьма неожи­дан­ных фактов для укреп­ле­ния своей веры.

архи­манд­рит Тихон (Шев­ку­нов)


САМАЯ ВЕЛИ­КАЯ ТАЙНА

Свя­тей­ший Пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Руси Кирилл: «Вера станет понят­ной и реально вос­тре­бо­ван­ной, несмотря на всю мно­же­ствен­ность и про­ти­во­ре­чи­вость суще­ству­ю­щих в обще­стве взгля­дов и убеж­де­ний, тогда, когда чело­век осо­знает и глу­боко про­чув­ствует несо­мнен­ную правоту и силу того посла­ния, кото­рое Сам Бог пере­дает людям через Свое Откро­ве­ние».


Зна­ме­ни­тые люди о Свя­щен­ном Писа­нии

Алек­сандр Пушкин (1799–1837): «Есть Книга, в кото­рой каждое слово истол­ко­вано, объ­яс­нено, про­по­ве­дано во всех концах земли, при­ме­нено ко все­воз­мож­ным обсто­я­тель­ствам жизни и про­ис­ше­ствиям мира; из кото­рой нельзя повто­рить ни еди­ного выра­же­ния, кото­рого не знали бы наизусть, кото­рое не было бы уже посло­ви­цей наро­дов… Книга сия назы­ва­ется Еван­ге­лием».

Дени Дидро (1713–1784), фран­цуз­ский писа­тель и фило­соф, энцик­ло­пе­дист: «Откро­венно, со всей искрен­но­стью при­зна­юсь в том, что мне неиз­вестно ни во Фран­ции, ни где-либо во всем мире ни одного чело­века, кото­рый мог бы писать и гово­рить с боль­шим искус­ством и талан­том, чем те рыбаки и мытари, кото­рые напи­сали Еван­ге­лие. Я осме­ли­ва­юсь утвер­ждать, что никто не в состо­я­нии напи­сать хотя бы подоб­ный еван­гель­скому рас­сказ, кото­рый был бы так прост и в то же время воз­вы­шен, так свеж, так тро­га­те­лен, обла­дал бы таким могу­ще­ствен­ным воз­дей­ствием на душу и не сла­бе­ю­щим на про­тя­же­нии целых веков вли­я­нием, каким явля­ется для нас каждое взятое отдельно, даже незна­чи­тель­ное еван­гель­ское изве­стие о стра­да­ниях и смерти Иисуса Христа».

Алек­сандр Герцен (1812–1870), писа­тель, пуб­ли­цист, рево­лю­ци­о­нер: «Еван­ге­лие я читал много и с любо­вью, по-сла­вян­ски и в люте­ров­ском пере­воде. Я читал без вся­кого руко­вод­ства, не все пони­мал, но чув­ство­вал искрен­нее и глу­бо­кое ува­же­ние к чита­е­мому. В первой моло­до­сти моей я часто увле­кался воль­те­ри­а­низ­мом, любил иронию и насмешку, но не помню, чтоб когда-нибудь я взял в руки Еван­ге­лие с холод­ным чув­ством: это меня про­во­дило чрез всю жизнь; во все воз­расты, при разных собы­тиях я воз­вра­щался к чтению Еван­ге­лия, и всякий раз его содер­жа­ние низ­во­дило мир и кро­тость на душу».

Джордж Гордон Байрон (1788–1824), англий­ский поэт: «В этой свя­тей­шей Книге – тайна всех тайн. О, счаст­ливы среди смерт­ных те, кото­рым Бог даро­вал милость слу­шать, читать, с молит­вой про­из­но­сить и бла­го­го­вейно вос­при­ни­мать слова этой Книги! Счаст­ливы те, кто в состо­я­нии открыть двери Библии и реши­тельно идти по ее путям».

Жан-Жак Руссо (1712–1778), фран­цуз­ский фило­соф и писа­тель: «Можем ли мы ска­зать, что еван­гель­ская исто­рия есть изоб­ре­те­ние? Такие вещи… не изоб­ре­та­ются, и исто­рия Сократа (в этом никто не сомне­ва­ется) менее досто­верна, чем исто­рия Иисуса Христа. Утвер­ждать про­тив­ное зна­чило бы только ото­дви­нуть в сто­рону сущ­ность вопроса, но не раз­ре­шить его. Наш разум скорее готов при­нять, что одно лицо своею жизнью дей­стви­тельно дало содер­жа­ние еван­гель­ской исто­рии, чем допу­стить, будто несколько лиц, сго­во­рив­шись, сочи­нили такую исто­рию. Иудей­ские писа­тели не в состо­я­нии были изоб­ре­сти ни такого тона, ни такой нрав­ствен­но­сти. Еван­ге­лие носит на себе такие высо­кие, уди­ви­тель­ные и совер­шенно непод­ра­жа­е­мые следы муд­ро­сти, что изоб­ре­та­тель заслу­жи­вал бы боль­шего удив­ле­ния, чем герой. Ко всему ска­зан­ному нужно при­ба­вить, что Еван­ге­лие есть совер­шенно непо­сти­жи­мая вещь, кото­рой не может постичь разум, но в то же время и не такая, кото­рой не пони­мал бы мыс­ля­щий чело­век и с кото­рою бы не мог согла­ситься».

Иоганн Вольф­ганг Гете (1749–1832), немец­кий поэт и мыс­ли­тель: «Я считаю все четыре Еван­ге­лия, без­условно, истин­ными, ибо в них про­яв­ля­ется отблеск вели­чия лич­но­сти Христа, и в такой форме, в какой только Боже­ство могло явить Себя на земле…»

Федор Досто­ев­ский (1821–1881): «Гос­поди! Что за книга это Свя­щен­ное Писа­ние, какое чудо и какая сила, данные с нею чело­веку!.. И сколько тайн – раз­ре­шен­ных и откро­вен­ных! Гибель народу без слова Божия…»

Федор Тютчев (1803–1873), посы­лая Новый Завет своей дочери Анне, в сопро­во­ди­тель­ном сти­хо­тво­ре­нии писал:

Но скудны все земные силы:
Рас­сви­ре­пеет жизни зло –
И нам, как на краю могилы,
Вдруг станет страшно тяжело.


Вот в эти-то часы с любо­вью
О книге сей ты вспо­мяни –
И всей душой, как к изго­ло­вью,
К ней при­пади и отдохни.

Имма­нуил Кант (1724–1804), родо­на­чаль­ник немец­кой клас­си­че­ской фило­со­фии: «Вы хорошо посту­па­ете, что ищете успо­ко­е­ния в Еван­ге­лии, потому что это неис­ся­ка­е­мый источ­ник всей истины, кото­рую разум нико­гда в другом месте не найдет» (Юнг-Штил­лингу).

Блез Пас­каль (1623–1662), фран­цуз­ский мате­ма­тик, хри­сти­ан­ский писа­тель и фило­соф: «Еван­ге­лие дает чело­веку уте­ше­ние, в каком бы поло­же­нии и в каких усло­виях он ни нахо­дился. Хри­стос при­тя­ги­вает к себе все чело­ве­че­ство».

Кон­стан­тин Ушин­ский (1824–1870), педа­гог, осно­во­по­лож­ник науч­ной педа­го­гики в России: «Еван­ге­лие – един­ствен­ный и наи­бо­лее совер­шен­ный источ­ник нрав­ствен­но­сти, дающий живой образ совер­шен­ства в лице Христа Спа­си­теля».

Чарльз Дик­кенс (1812–1870), англий­ский писа­тель: «Новый Завет есть лучшая книга, какую когда-либо знал или будет знать мир».


Ответ Талей­рана

В конце XVIII века один фран­цуз­ский ученый заду­мал осно­вать вместо хри­сти­ан­ства какую-то новую рели­гию, но вскоре заме­тил, что почти никто не выра­жал жела­ния к нему при­со­еди­ниться. Он пожа­ло­вался на свою неудачу хит­рому, но рас­су­ди­тель­ному поли­тику Талей­рану (1754–1838), и тот отве­тил так: «Да, ввести новую рели­гию не без­де­лица; однако я мог бы ука­зать вам путь к дости­же­нию вашей цели». «А какой же?» – спро­сил фило­соф. «Очень про­стой, – отве­тил Талей­ран. – Идите в мир, исце­ляйте боль­ных и вос­кре­шайте мерт­вых, потом отдайте себя на рас­пя­тие, и пре­да­дут вас земле, а на третий день вос­крес­ните из мерт­вых. Если вы это сде­ла­ете, то непре­менно достиг­нете цели!..»


Турин­ская пла­ща­ница – сви­де­тель вос­кре­се­ния Христа

Одно из уди­ви­тель­ных сви­де­тельств Вос­кре­се­ния Хри­стова, сохра­нив­ше­еся до наших дней, – Пла­ща­ница Спа­си­теля, кусок длин­ной узкой ткани, кото­рым было обер­нуто после крест­ных стра­да­ний и смерти тело Иисуса Христа.

Вот как повест­вует об этом Еван­ге­лие от Марка.

Иосиф Ари­ма­фей­ский, один из тайных уче­ни­ков Христа, купив пла­ща­ницу и сняв тело Гос­пода с креста, обвил его пла­ща­ни­цею, поло­жил во гробе, кото­рый был высе­чен в скале, и при­ва­лил камень ко двери гроба.

На третий день, уже после вос­кре­се­ния, уче­ники Спа­си­теля, войдя во гроб, кото­рым слу­жила неболь­шая пещера, уви­дели одни пелены лежа­щие. Эти пелены и есть Пла­ща­ница. Пла­ща­ница стала свя­ты­ней для уче­ни­ков Христа. Затем долгое время Пла­ща­ница хра­ни­лась в Кон­стан­ти­но­поле, а после кре­сто­вых похо­дов была выве­зена в Запад­ную Европу и вот уже шесть веков нахо­дится в ита­льян­ском городе Турине, по кото­рому и полу­чила свое назва­ние – Турин­ская.

На Пла­ща­нице таин­ствен­ным, непо­сти­жи­мым обра­зом запе­чат­лен Иисус Хри­стос, снятый после рас­пя­тия с креста. Уди­ви­те­лен лик, испол­нен­ный мира и незем­ного вели­чия, хотя и со сле­дами тяже­лей­ших стра­да­ний. На высо­ком лбу заметны струйки крови, на руках и ногах – следы ран от гвоз­дей, кро­во­под­теки от ударов бичей покры­вают все тело.

Само изоб­ра­же­ние нечет­кое, как бы раз­мы­тое. Секрет этого был рас­крыт неожи­данно в 1898 году. Тогда Пла­ща­ницу впер­вые сфо­то­гра­фи­ро­вали. И каково же было удив­ле­ние фото­графа, когда на стек­лян­ном нега­тиве про­яви­лось четкое, совер­шенно пора­зи­тель­ное изоб­ра­же­ние Христа! С этого дня начи­на­ется особый, науч­ный этап иссле­до­ва­ний Пла­ща­ницы. Ученые со всего мира при­ни­мали уча­стие в этих иссле­до­ва­ниях, кото­рые при­но­сили им не только про­фес­си­о­наль­ное удо­вле­тво­ре­ние: Пла­ща­ница поис­тине стала для тысяч совре­мен­ных ученых «пятым Еван­ге­лием», при­во­дя­щим сомне­ва­ю­щихся к твер­дой и глу­бо­кой вере. Она являет собой как бы посла­ние к нам, запе­ча­тан­ный свиток, кото­рый мы только начи­наем при­от­кры­вать.

В Еван­ге­лии упо­ми­на­ется, что Иисус Хри­стос до Своего рас­пя­тия был под­верг­нут биче­ва­нию, но только Пла­ща­ница гово­рит, сколь жесто­ким оно было. Воинов, биче­вав­ших Иисуса Христа, было двое, а их бичи имели спе­ци­аль­ные метал­ли­че­ские окон­ча­ния – как было при­нято в рим­ской армии. Ударов было не менее сорока, и они при­хо­ди­лись по всей спине, груди и ногам. В Еван­ге­лии гово­рится, что палачи воз­ло­жили венец на голову Иисуса Христа, но о том, что это был не только способ уни­же­ния, но и про­дол­же­ние пыток, мы узнаем от Пла­ща­ницы. Шипы тер­но­вого венца были столь остры, что про­ко­лоли сосуды на голове и кровь обильно стру­и­лась по воло­сам и лицу.

Пла­ща­ница сви­де­тель­ствует не только о рас­пя­тии Иисуса Христа, но и о Его вос­кре­се­нии. В запе­ча­тан­ной пещере с Ним была лишь Пла­ща­ница, и поэтому то, как про­изо­шло вос­кре­се­ние Гос­пода, видела она одна.

На Пла­ща­нице ученые не обна­ру­жили кра­ся­щих веществ. Отсюда был сделан вывод, что изоб­ра­же­ние на ткани подобно изоб­ра­же­нию на фото­не­га­тиве и что оно могло появиться при воз­дей­ствии очень силь­ного потока света, когда обыч­ная ткань сама ста­но­вится как бы нега­ти­вом. Но никто, даже в усло­виях совре­мен­ных лабо­ра­то­рий, не смог вос­про­из­ве­сти ничего подоб­ного изоб­ра­жен­ному на Пла­ща­нице. Неко­то­рые ученые утвер­ждают, что для полу­че­ния такого изоб­ра­же­ния необ­хо­дим боль­ший поток света внутри Пла­ща­ницы, чем при ядер­ном взрыве в Хиро­симе, но при этом ткань должна быть сохра­нена. Такой свет мог вос­си­ять в момент вос­кре­се­ния. Неда­ром в древ­ней­ших пес­но­пе­ниях, посвя­щен­ных свет­лому Хри­стову Вос­кре­се­нию, поется: «све­то­нос­ное Вос­кре­се­ние», «узрим в свете непри­ступ­ном Вос­кре­се­ние Христа бли­ста­ю­ще­гося».

Ученые обна­ру­жили и другие пора­зи­тель­ные факты: на ткани сохра­ни­лась пыльца рас­те­ний, про­из­рас­та­ю­щих только в Пале­стине; сама ткань изго­тов­лена давно утра­чен­ным спо­со­бом, при­ме­няв­шимся в начале нашего тыся­че­ле­тия на Ближ­нем Востоке; все раны на теле пол­но­стью соот­вет­ствуют еван­гель­ским опи­са­ниям стра­да­ний и смерти Гос­пода Иисуса Христа и не могли быть ни у какого дру­гого чело­века (следы от тер­но­вого венца, про­би­тое копьем меж­ре­бе­рье). Это лишь немно­гое из того, что узнали ученые и весь хри­сти­ан­ский мир о Пла­ща­нице. Воз­никла целая наука – син­до­ло­гия (от гре­че­ского «синдон» – пла­ща­ница).

Впро­чем, у ученых оста­лось мно­же­ство еще не раз­ре­шен­ных вопро­сов, и важ­ней­ший из них – науч­ная дати­ровка Пла­ща­ницы.

Пла­ща­ница за свою исто­рию побы­вала в несколь­ких пожа­рах, оста­вив­ших на ней следы. В послед­ний раз она была в огне в 1997 году. Тогда из закры­того пуле­не­про­би­ва­е­мого сар­ко­фага ее чудом уда­лось извлечь ита­льян­скому пожар­ному, став­шему после спа­се­ния Пла­ща­ницы наци­о­наль­ным героем.

В 1997 году точную копию Турин­ской Пла­ща­ницы (всего таких копий в мире несколько) извест­ный аме­ри­кан­ский ученый Джон Джек­сон пере­дал в Сре­тен­ский мона­стырь, в Рос­сий­ский Центр Турин­ской Пла­ща­ницы, в кото­ром тру­дятся пра­во­слав­ные физики, мате­ма­тики, био­хи­мики, искус­ство­веды, ученые других спе­ци­аль­но­стей.

7 октября 1997 года Свя­тей­ший Пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Руси Алек­сий II в мос­ков­ском Сре­тен­ском мона­стыре освя­тил изоб­ра­же­ние Пла­ща­ницы как Неру­ко­твор­ный образ Спа­си­теля.


Экс­пер­тиза для скеп­ти­ков

Хри­сти­ане имеют неопро­вер­жи­мое дока­за­тель­ство стра­да­ний и смерти Спа­си­теля, своего рода «доку­мент Фомы неве­ру­ю­щего». Именно так можно назвать кри­ми­на­ли­сти­че­скую экс­пер­тизу отпе­чатка тела Гос­пода нашего Иисуса Христа на Турин­ской Пла­ща­нице, про­из­ве­ден­ную фран­цуз­скими уче­ными Гайе, Терме, Виньо­ном, Риме­ром и Коль­со­ном. Науч­ным языком с эле­мен­тами поли­цей­ского про­то­кола нам бес­страстно рас­ска­зы­ва­ется, как иудеи и рим­ские сол­даты уби­вали Бого­че­ло­века.

Всем хри­сти­а­нам воз­да­ется по вере их. Като­ли­кам дано было про­из­ве­сти при­во­ди­мую ниже экс­пер­тизу, вло­жить персты в раны. Нам, пра­во­слав­ным, откро­ве­ние о муках Гос­под­них нис­по­слано было без ана­ли­зов и мик­ро­ско­пов, просто в без­бож­ной кру­го­верти мы о нем забыли. Но в памят­ни­ках рус­ской духов­ной лите­ра­туры XI–XIX веков муче­ния Гос­пода, запро­то­ко­ли­ро­ван­ные недавно науч­ной экс­пер­ти­зой, без каких-либо суще­ствен­ных рас­хож­де­ний давно опи­саны глу­боко веру­ю­щими людьми.

Прежде чем обра­титься к этим сви­де­тель­ствам, скажем о Турин­ской Пла­ща­нице – льня­ном полот­ня­ном покрове с отпе­чат­ком изра­нен­ного Тела Христа, покрове, кото­рым Он был обер­нут при погре­бе­нии (см.: Ин.19:40).

В 1204 году, после раз­граб­ле­ния Кон­стан­ти­но­поля кре­сто­нос­цами, Пла­ща­ница была выве­зена во Фран­цию, где долгое время тайно хра­ни­лась как част­ная соб­ствен­ность. В 1532 году ей гро­зила гибель в огне во время пожара в церкви Святой Часовни фран­цуз­ского города Шам­бери, но свя­тыня чудес­ным обра­зом была спа­сена. В конце XVII века Пла­ща­ница была пере­ве­зена гер­цо­гами Савой­скими в ита­льян­ский город Турин, где и поныне нахо­дится в часовне в стек­лян­ном ков­чеге. Пре­вос­ход­ные фото­ко­пии ори­ги­нала Турин­ской Пла­ща­ницы в мас­штабе 1:1 можно уви­деть в мос­ков­ском Сре­тен­ском мона­стыре.

В 1898 году Пла­ща­ница была сфо­то­гра­фи­ро­вана масте­ром фото­тех­ники С. Пиа, кото­рый увидел, что темные пятна на Пла­ща­нице ока­за­лись на про­яв­лен­ной фото­пла­стинке белыми. Таким обра­зом было уста­нов­лено, что изоб­ра­же­ние на Пла­ща­нице – нега­тив.

Физик Коль­сон впо­след­ствии пришел к выводу, что алоэ и смирна, кото­рыми было сма­зано полотно, всту­пили в хими­че­скую реак­цию с испа­ре­ни­ями от Тела Гос­подня (кото­рое из-за наступ­ле­ния утром иудей­ского празд­ника Пасхи не уда­лось обмыть), а полу­чен­ное в резуль­тате реак­ции веще­ство, в свою оче­редь, окси­ди­ро­вало полотно, пре­вра­тив его в хими­че­ский нега­тив. В общем, мате­ри­аль­ных под­твер­жде­ний доста­точно. Пара­док­сально, что их полу­чили в эпоху ниги­лизма неве­ру­ю­щие или полу­ве­ру­ю­щие праг­ма­тики; истин­ные хри­сти­ане в подоб­ных дока­за­тель­ствах нико­гда не нуж­да­лись.


Иссле­до­ва­ние отпе­чатка на Турин­ской пла­ща­нице, про­из­ве­ден­ное в Сор­бонне

«Носо­вая кость пере­бита от удара с левой сто­роны. Левая щека сильно опухла – она каса­лась Пла­ща­ницы, и ее отпе­ча­ток ока­зался гораздо силь­нее, чем правой. С левой сто­роны лицо над скулой раз­бито, и эта сто­рона отеч­ная… Под­бо­ро­док ярко очер­чен, осо­бенно слева. Справа на нем пятно от крови или глу­бо­кой раны. Изоб­ра­же­ние лица асим­мет­рично. Этот чело­век очень много стра­дал, и черты лица после смерти неоди­на­ково сокра­ти­лись. Кроме ска­зан­ного – много следов от ударов и увечий.

Плечи при­под­няты. Грудь имеет такую форму, как у людей, уми­ра­ю­щих от удушья (недавно меди­цина опре­де­лила, что люди, рас­пя­тые на кре­стах, уми­рали от удушья). На руке пониже запя­стья – боль­шое пятно от раны. Раны на ногах в тех же местах, что и на руках, и того же типа…»

«Раны пора­зи­тельно реальны во всех своих дета­лях: на висках и на лбу корич­не­вые пятна – сгустки запек­шихся капель крови. Они создают форму венца (тер­но­вый венец Спа­си­теля). Капля над левой бровью несколько про­дол­го­ва­тая: кровь текла из раны, затем запек­лась на коже. Такая капля всегда при­ни­мает форму мисочки: эрит­ро­циты закреп­ля­ются с боков, а внутри капли оста­ется сыво­ротка, жид­кость, кото­рая силь­нее испа­ря­ется, и по мере этого про­цесса поверх­ность капли вги­ба­ется. Это место и отпе­ча­та­лось на Пла­ща­нице с иде­аль­ной точ­но­стью как более свет­лое. Здесь сле­дует заме­тить, что нико­гда, нигде ни один худож­ник не доду­мался именно так есте­ственно изоб­ра­зить каплю крови. Капля на Пла­ща­нице была суха задолго до смерти, часов за 12, судя по цвету и форме ее отпе­чатка (биче­ва­ние было за сутки до смерти).

На груди (на Пла­ща­нице – слева, значит, на теле – справа) пятно от раны между ребер, окруж­но­стью в 4,5 см. К нему снизу при­мы­кает другое пятно, име­ю­щее вид потек­шей крови. Потекла она, когда чело­век, полу­чив­ший рану, был в сто­я­чем (вер­ти­каль­ном) поло­же­нии. Струя крови, очень обиль­ная, имеет иде­ально нату­раль­ное очер­та­ние и дала ясный отпе­ча­ток на Пла­ща­нице.

На левой руке рана и боль­шой сгу­сток крови (правой руки не видно, на ней лежала левая). Оба запя­стья темные, так как обильно оро­шены кровью от сквоз­ных ран. Кровь сте­кала по рукам по направ­ле­нию к локтям. Гвоздь был вбит не посе­ре­дине ладони, как при­нято изоб­ра­жать, но выше, в центре запя­стья, между костей.

Раны на ногах видны обе. Очер­та­ния их очень четки, так как кровь запек­лась задолго до при­кос­но­ве­ния полотна. В одном месте края кро­вя­ного пятна зуб­ча­тые, так как жид­кость разо­шлась по ниткам полотна обиль­нее; на этом месте пятно свет­лее. Это пятно от сукро­вицы (серум), кото­рая вытекла из раны при снятии тела: обсох­шая рана была потре­во­жена осво­бож­де­нием от гвоздя.

Вдоль всей спины и таза рас­по­ло­жены раны от биче­ва­ния, одна около другой, каждая окруж­но­стью в 3 см. В центре удара отпе­чатки чернее, ибо там были раны глубже и крови больше. По краям пятна свет­лее – там была сукро­вица, кото­рая текла долго, ибо раны раз­дра­жа­лись одеж­дой и мед­ленно сохли. Этими ранами усеяна вся спина, пояс­ница и ниже. Всего их 18. Они нане­сены особым бичом, упо­треб­ляв­шимся рим­ля­нами: «фля­грум», состо­я­щим из несколь­ких концов вере­вок с боль­шими и тяже­лыми метал­ли­че­скими пуго­ви­цами на концах. На правом плече широ­кая полоса – след от тяже­лого Креста, кото­рый Спа­си­тель нес на Гол­гофу.

Лицо изу­ве­чено: пере­бита носо­вая кость, опухла левая щека и рас­се­чена скула. И в то же время на лице цар­ствен­ная ясность и покой – лицо непо­вто­ри­мое в мире. Трудно себе пред­ста­вить (ибо это слиш­ком было бы неправ­до­по­добно), чтобы это было тело не Иисуса Христа. Кто же другой в исто­рии, при всех опи­сан­ных обсто­я­тель­ствах и при­зна­ках, мог иметь такие же раны, так же уме­реть рас­пя­тым на кресте, в ту же эпоху, среди того же народа, чтобы его не успели обмыть и пома­зать, чтобы Пла­ща­ница все же была при­го­тов­лена, чтобы кто-либо другой имел такое же изу­ми­тельно пре­крас­ное, един­ствен­ное в мире лицо, кто бы так же, как Хри­стос, оста­вался не более двух-трех дней в Пла­ща­нице, ибо в про­тив­ном случае не было бы вообще изоб­ра­же­ния на полотне, так как тление уни­что­жило бы ясные пятна и очер­та­ния на нем?»


Новые вопросы

Сомне­ния в под­лин­но­сти Турин­ской Пла­ща­ницы воз­ни­кали у раз­лич­ных людей на про­тя­же­нии всего пери­ода ее изу­че­ния. В послед­нее время у скеп­ти­ков появился еще ряд аргу­мен­тов в защиту своей версии. Мы обра­ти­лись к дирек­тору Рос­сий­ского Центра изу­че­ния Турин­ской Пла­ща­ницы физику Алек­сан­дру Беля­кову с прось­бой про­ком­мен­ти­ро­вать эту дис­кус­сию.

– Алек­сандр Васи­лье­вич, в 1988 году Вати­кан раз­ре­шил про­ве­сти радио­угле­род­ное дати­ро­ва­ние ткани Пла­ща­ницы. Для этого с края Пла­ща­ницы был выре­зан кусок ткани около семи квад­рат­ных сан­ти­мет­ров. Три неза­ви­си­мых лабо­ра­то­рии в Цюрихе, Окс­форде и Ари­зоне, пришли к еди­ному мнению: ткань дати­ру­ется XIV веком, и поэтому Турин­ская Пла­ща­ница не может быть под­лин­ной Пла­ща­ни­цей Иисуса Христа. Как это объ­яс­нить?

– Этот вывод при­хо­дит в про­ти­во­ре­чие с массой кос­вен­ных сви­де­тельств, гово­ря­щих в пользу ее под­лин­но­сти. Более кор­ректно было бы утвер­ждать, что Турин­ская Пла­ща­ница по какой-то непо­нят­ной при­чине содер­жит ано­мально высо­кую для ткани I века кон­цен­тра­цию угле­рода С14. Похоже, сейчас мы можем объ­яс­нить, откуда на ткани Пла­ща­нице появился «моло­дой» угле­род в боль­шом коли­че­стве.

Тща­тель­ное иссле­до­ва­ние мик­ро­фо­то­гра­фий участка Пла­ща­ницы, из кото­рой был взят обра­зец для про­ве­де­ния радио­угле­род­ного дати­ро­ва­ния, и самого образца поро­дило подо­зре­ние, что ткань в этом месте отли­ча­ется от осталь­ной ткани. Барри Швортц, участ­ник прямых иссле­до­ва­ний Турин­ской Пла­ща­ницы в 1978 году, обра­тил вни­ма­ние своего кол­леги Рея Род­жерса, боль­шого скеп­тика в отно­ше­нии под­лин­но­сти Турин­ской Пла­ща­ницы, на эти подо­зре­ния. Дело в том, что у Род­жерса сохра­ни­лись образцы ткани Пла­ща­ницы со вре­мени ее пря­мого иссле­до­ва­ния. Рей Род­жерс иссле­до­вал сохра­нив­ши­еся у него образцы ткани и пришел к выводу, что обра­зец, взятый на радио­угле­род­ный анализ, был спле­тен из под­лин­ной льня­ной ткани Пла­ща­ницы и слегка под­кра­шен­ных хлоп­ко­вых нитей, кото­рые были, по всей види­мо­сти, добав­лены мона­хи­нями во время рестав­ра­ции Пла­ща­ницы после пожара в XVI веке. Таким обра­зом, радио­угле­род­ное дати­ро­ва­ние опре­де­лило воз­раст не ткани Пла­ща­ницы, а смеси двух тканей: одной – I века, а второй – XVI века. Хотя резуль­таты этих иссле­до­ва­ний не явля­ются офи­ци­аль­ными, они опуб­ли­ко­ваны и вызы­вают дове­рие у боль­шин­ства спе­ци­а­ли­стов.

– С другой сто­роны, архео­логи обна­ру­жили в Иеру­са­лиме погре­баль­ный покров, дати­ру­е­мый вре­ме­нем рас­пя­тия Христа. По их мнению, эта находка застав­ляет усо­мниться в под­лин­но­сти Турин­ской Пла­ща­ницы, поскольку покров изго­тов­лен мето­дом про­стого дву­сто­рон­него пере­пле­те­ния, а не диа­го­наль­ного, как в Турин­ской Пла­ща­нице.

– Ткань Турин­ской Пла­ща­ницы – это обра­зец древ­не­во­сточ­ного доро­гого полотна, назы­ва­е­мого «дамас­ком», кото­рый ткался на ручных стан­ках, не исполь­зу­е­мых в Сред­ние века. При этом ясно, что погре­баль­ные ткани могут отли­чаться друг от друга. Хорошо нам извест­ный способ погре­бе­ния еги­пет­ских фара­о­нов никак не про­ти­во­ре­чит тому факту, что про­стых смерт­ных хоро­нили не в пира­ми­дах. Орга­ни­за­цию же погре­бе­ния Иисуса Христа взял на себя Иосиф Ари­ма­фей­ский, о кото­ром нам известно из Нового Завета, что он был членом рели­ги­оз­ной власти Изра­иля и мог без пред­ва­ри­тель­ных согла­со­ва­ний полу­чить ауди­ен­цию у Пилата. Именно Иосиф купил Пла­ща­ницу, в кото­рую было обер­нуто тело Иисуса Христа. Об этом задолго про­ро­че­ство­вал Исаия: Ему назна­чали гроб со зло­де­ями, но Он погре­бен у бога­того, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его (Ис.53:9).

– Неко­то­рые спе­ци­а­ли­сты по тканям утвер­ждают, что способ их изго­тов­ле­ния, в кото­ром нити пере­пле­та­ются не кре­сти­ком, а с шагом один к трем, появился только в X веке.

Это не соот­вет­ствует дей­стви­тель­но­сти. Мнения спе­ци­а­ли­стов разные. Прежде всего отме­тим, что льня­ные ткани воз­рас­том около 6000 лет можно уви­деть в еги­пет­ских музеях (см.: Tayer J. Notes upon the Turin Shroud as a Textile // General Report and Proceedings of the British Society for the Turin Shroud).

Хамбер в своей книге «Пятое Еван­ге­лие» утвер­ждает, что неко­то­рые полотна, най­ден­ные в гроб­нице фара­она Сети I (1300 до Р.Х.) и Рам­сеса II (1200 до Р.Х.), спле­тены подобно Турин­ской Пла­ща­нице. Другие спе­ци­а­ли­сты счи­тают, что полотно с шагом один к трем на Ближ­нем Востоке начали ткать неза­долго до Христа (Walsh J. The Shroud, 1979). Есть и такие, кто не может найти каких-либо образ­цов полотна, дати­ру­е­мых вре­ме­нем Христа и подоб­ных ткани Турин­ской Пла­ща­ницы (Sox Н. The Image on the Shroud, 1981). В любом случае нет воз­ра­же­ний против того, что шер­стя­ные ткани, шитые шагом три к одному, суще­ство­вали уже 4000 лет назад (Tayer J. Notes upon the Turin Shroud as a Textile). Поэтому соткать полотно таким же спо­со­бом не состав­ляло про­блемы.

– А все же как возник образ на Пла­ща­нице?

От пони­ма­ния того, каким обра­зом на Пла­ща­нице возник ожог в виде изоб­ра­же­ния чело­ве­че­ского тела, зави­сит реше­ние о при­зна­нии Турин­ской Пла­ща­ницы под­лин­ной. Поэтому все­воз­мож­ные меха­низмы воз­ник­но­ве­ния образа были мно­го­кратно и тща­тельно иссле­до­ваны в раз­лич­ных модель­ных экс­пе­ри­мен­тах. Эти иссле­до­ва­ния, в кото­рых при­ни­мал уча­стие д‑р Джон Джек­сон из Центра Турин­ской Пла­ща­ницы в Коло­радо-Спрингс, при­вели к сле­ду­ю­щему выводу. Ника­кими есте­ствен­ными меха­низ­мами не уда­ется создать образ, обла­да­ю­щий всеми харак­те­ри­сти­ками, кото­рые мы наблю­даем на Пла­ща­нице.

Дело в том, что образ на Пла­ща­нице обла­дает двумя про­ти­во­по­лож­ными харак­те­ри­сти­ками. С одной сто­роны, потем­не­ние на Пла­ща­нице изме­ня­ется непре­рывно в зави­си­мо­сти от рас­сто­я­ния, кото­рое суще­ство­вало между поверх­но­стью тела и тканью покры­вав­шей его Пла­ща­ницы. С другой сто­роны, образ на Пла­ща­нице доста­точно деталь­ный, так что мы видим губы, кото­рые не сли­ва­ются. С помо­щью искус­ствен­ных меха­низ­мов уда­ется создать образы, кото­рые обла­дают одной из этих двух харак­те­ри­стик, но не обеими одно­вре­менно. Исполь­зуя ради­а­ци­он­ные и диф­фу­зи­он­ные про­цессы, можно создать образ, обла­да­ю­щий непре­рыв­ным изме­не­нием цвета в зави­си­мо­сти от рас­сто­я­ния. Но образ при этом воз­ни­кает сильно раз­мы­тый. Кон­такт­ные меха­низмы поз­во­ляют создать более кон­траст­ный образ, но на нем плот­ность цвета не изме­ня­ется непре­рывно и гладко. Поэтому невоз­можно искус­ственно создать образ, кото­рый мы наблю­даем на Пла­ща­нице.


Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки