Аскетика

Аудио-версия статьи
См. раздел АНТРО­ПО­ЛО­ГИЯ И АСКЕ­ТИКА

***

Аске́тика – раздел пра­во­слав­ного бого­сло­вия, пред­ме­том кото­рого явля­ется изу­че­ние про­цесса воз­рож­де­ния, исце­ле­ния пад­шего чело­ве­че­ского есте­ства в про­цессе осу­ществ­ле­ния хри­сти­ан­ского подвиж­ни­че­ства.

Аске­тика может быть названа наукой о сущ­но­сти хри­сти­ан­ского подвиж­ни­че­ства. Само хри­сти­ан­ское подвиж­ни­че­ство име­ну­ется аске­тиз­мом.

Как науч­ная дис­ци­плина, аске­тика имеет ряд осо­бен­но­стей.

Во-первых, аске­тика не явля­ется абстракт­ной, ото­рван­ной от духов­ной жизни наукой, но дает знания, кото­рые могут быть вос­тре­бо­ваны в реаль­ной прак­ти­че­ской дея­тель­но­сти хри­сти­а­нина. Это свя­зано с тем, что гно­сео­ло­ги­че­ским источ­ни­ком аске­тики явля­ются живой свя­то­оте­че­ский духов­ный опыт. То есть аске­тика опи­ра­ется на знания, пере­дан­ные Церкви хри­сти­ан­скими подвиж­ни­ками (аске­тами), уже про­шед­шими более или менее дли­тель­ный путь духов­ного воз­рож­де­ния и пре­об­ра­же­ния. Многие из этих знаний зафик­си­ро­ваны в аске­ти­че­ской лите­ра­туре, многие пере­да­ются устно, в рамках духов­ных тра­ди­ций, бережно сохра­ня­е­мых в мона­сты­рях.

Во-вторых, аске­тика не изу­чает внут­рен­ний мир чело­века так, как это делает пси­хо­ло­гия и антро­по­ло­гия.. В отли­чие от назван­ных наук, пред­ме­том её изу­че­ния явля­ется не «стро­е­ние» чело­века, его при­роды, души, но сред­ства и спо­собы реа­ли­за­ции чело­ве­ком своего выс­шего при­зва­ния и пред­на­зна­че­ния, осу­ществ­ля­е­мого в хри­сти­ан­ском подвиге при бла­го­дат­ной помощи свыше. В этом отно­ше­нии аске­тика также явля­ется особой наукой, поскольку не огра­ни­чи­ва­ется изу­че­нием земной реаль­но­сти, но рас­кры­вает усло­вия над­ле­жа­щего вза­и­мо­дей­ствия чело­века с нетвар­ной Боже­ствен­ной бла­го­да­тью. Аске­тика при­звана пока­зать синер­гий­ный смысл хри­сти­ан­ского подвиж­ни­че­ства, рас­крыть его осно­ва­ние как в чело­ве­че­ской воле, так и в Боже­ствен­ной. Она выяв­ляет выше­есте­ствен­ное содер­жа­ние хри­сти­ан­ского подвига, учит видеть в нем при­сут­ствие Бога.

Рас­смат­ри­вая хри­сти­ан­ский подвиг как живое сотруд­ни­че­ство и вза­им­ное дей­ствие Бога и чело­века, аске­тика нераз­рывно свя­зана с Бого­по­зна­нием. Бого­по­зна­ние же рас­крыто в строй­ных дог­ма­ти­че­ских фор­му­ли­ров­ках Церкви. Поэтому аске­тика тесно свя­зана с дог­ма­ти­че­ским бого­сло­вием. Она осно­вана на пра­во­слав­ном дог­ма­ти­че­ском учении о спа­се­нии, закреп­лен­ном в Пре­да­нии Церкви.

С аске­ти­кой тесно свя­зано пас­тыр­ское бого­сло­вие. Для опре­де­ле­ния норм и прин­ци­пов пас­тыр­ство­ва­ния необ­хо­димо знать путь духов­ного пре­об­ра­же­ния лич­но­сти и самому идти по нему. Именно поэтому тео­ре­ти­че­ское и осо­бенно прак­ти­че­ское изу­че­ние хри­сти­ан­ской аске­тики важно для пас­тыря церкви.

***

Отно­ше­ние аске­тики к другим бого­слов­ским наукам и сущ­ность аске­тизма

Как бого­слов­ский пред­мет Аске­тика свя­зана со мно­гими бого­слов­скими дис­ци­пли­нами и особая связь с раз­де­лом соте­рио­ло­гии дог­ма­ти­че­ского бого­сло­вия. Учение о спа­се­нии, явля­ю­ще­еся одним из основ­ных раз­де­лов Пра­во­слав­ной дог­ма­тики, и в то же время зани­мает цен­траль­ное место и в Пра­во­слав­ной аске­тике. Ведь сам аске­тизм в своих формах и про­яв­ле­ниях про­ис­хо­дит из пони­ма­ния спа­се­ния и стрем­ле­ния к спа­се­нию. Отсюда и понять аске­тизм и пра­вильно совер­шать подвиг без уяс­не­ния спа­се­ния невоз­можно. Соте­рио­ло­гия и аске­тизм имеют нераз­рыв­ное внут­рен­нее един­ство. Пости­же­ние дог­мата о спа­се­нии чело­ве­ком должно про­из­во­дить в нем глу­бо­кие внут­рен­ние изме­не­ния, не при­спо­соб­ле­ние учения под себя, а к изме­не­нию ума, пре­об­ра­зо­ва­нию души чело­века, должно делать чело­века «новым тво­ре­нием», что совер­ша­ется через подвиг, аскезу. Отсюда, аске­тика, как пред­мет, изу­чает область опыт­ного бого­сло­вия. В этом отно­ше­нии аске­тика близка и к гомиле­тике, литур­гике, кано­ни­че­скому праву, кото­рые изу­чают фор­маль­ную сто­рону пас­тыр­ства, не каса­ясь его внут­рен­ней сто­роны, и пред­мет Пас­тыр­ского бого­сло­вия, кото­рый рас­кры­вает внут­рен­нюю сто­рону и пси­хо­ло­гию пас­тыр­ства.
«Изу­че­ние зако­нов раз­ви­тия и роста хри­сти­ан­ской жизни в лич­но­сти спа­са­ю­ще­гося и состав­ляет пред­мет Аске­тики, как науки. Аске­тика в общем своем опре­де­ле­нии есть наука о подвиж­ни­че­стве или о том, как путем подвига совер­ша­ется пере­ход чело­века из цар­ства диа­вола в цар­ство Божие, с уяс­не­нием причин самого подвига и всех част­ных явле­ний в этом про­цессе пере­хода чело­века от смерти к жизни.»
Аске­тика имеет «своим пред­ме­том выяс­не­ние зако­нов духов­ного подвига в его исто­ри­че­ском про­яв­ле­нии и фак­ти­че­ской дан­но­сти». Сущ­ность Аске­тизма может быть понята и опре­де­лена с точки зрения учения о спа­се­нии, учения о спо­со­бах и сред­ствах усво­е­ния спа­се­ния, совер­шен­ного Иису­сом Хри­стом.
Необ­хо­ди­мость пред­мета Аске­тики в духов­ных школах выте­кает из суще­ства пас­тыр­ского дела – опытно самому пере­жи­вать рели­ги­оз­ную истину и истину спа­се­ния во Христе и глу­боко изу­чить рели­ги­оз­ный опыт духов­ной жизни. Без лич­ного подвига (аске­тизма) невоз­можно истин­ное пас­тыр­ское слу­же­ние, ибо оно пре­вра­ща­ется в про­стое тре­бо­ис­пол­не­ние и чинов­ни­че­ство.
Истина не может быть абстракт­ной идеей, создан­ной умом чело­века, истина должна быть кон­крет­ной, лич­ност­ной, должна быть Лич­но­стью.
Пра­во­слав­ная аске­тика (С.М. Зарин)

Гре­че­ское слово аске­сис (аскеза) пере­во­дится как «под­го­товка», «упраж­не­ния». В Антич­ной Греции аске­тами назы­вали атле­тов, гото­вя­щихся к Олим­пий­ским состя­за­ниям и потому под­вер­га­ю­щим себя опре­де­лен­ным огра­ни­че­ниям. Мета­фо­ри­че­ски же – на языке древ­них фило­со­фов – аскет есть упраж­ня­ю­щийся в доб­ро­де­тели, осо­бенно в обуз­да­нии нера­зум­ных поры­вов своей воли.
Смысл аскезы – как физи­че­ской, так и духов­ной – состоит в разум­ном отказе от вто­ро­сте­пен­ного ради дости­же­ния глав­ного, в пре­одо­ле­нии физи­че­ских и нрав­ствен­ных пре­пят­ствий. Награда атлету – венок лав­ро­вый, награда хри­сти­а­нину – венец спа­се­ния. И потому хри­сти­ан­ский пост-аскеза направ­лен не на «умерщ­вле­ние», но на вос­ста­нов­ле­ние внут­рен­ней сво­боды и изна­чаль­ной цель­но­сти духовно-телес­ной сущ­но­сти чело­века. Хри­сти­ан­ский аске­тизм исхо­дит не из про­ти­во­по­став­ле­ния плоти и духа (кото­рое осо­бенно сильно в буд­дизме), а из необ­хо­ди­мо­сти при­ве­сти их в состо­я­ние гар­мо­нии.
Подвиги аске­ти­че­ские – это не цель, а сред­ство, сред­ство для борьбы за «венец нетлен­ный», свер­ша­ю­щейся на «риста­лище» всей нашей жизни. Поэтому «аске­том» может быть назван каждый разум­ный хри­сти­а­нин – мона­ше­ству­ю­щий и жена­тый, клирик и миря­нин. Кон­крет­ная же форма и сте­пень его аскезы опре­де­ля­ется дан­ными им обе­тами, жиз­нен­ным при­зва­нием и сове­тами духов­ного отца.
(Юрий Рубан. Из жур­нала «София» (Нов­го­род), 1997, №1).

Во всех слу­чаях, когда в хри­сти­ан­ской аске­ти­че­ской лите­ра­туре гово­рится о вражде между плотью и духом (начи­ная с апо­стола Павла: «плоть желает про­тив­ного духу, а дух – про­тив­ного плоти»; Гал.5:17), речь идет о гре­хов­ной плоти как сово­куп­но­сти стра­стей и поро­ков, а не о теле вообще. И когда гово­рится об «умерщ­вле­нии плоти», име­ется в виду умерщ­вле­ние гре­хов­ных склон­но­стей и «плот­ских похо­тей», а не пре­зре­ние к телу как тако­вому. Хри­сти­ан­ский идеал не в том, чтобы уни­зить плоть, а в том, чтобы очи­стить ее и осво­бо­дить от послед­ствий гре­хо­па­де­ния, вер­нуть к пер­во­на­чаль­ной чистоте и сде­лать достой­ной упо­доб­ле­ния Богу.
Еп. Ила­рион (Алфеев)

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки