- Турист
- Казнь
- Бессмертники
- Сюжет для рассказа
- Свадьба
- Перед жизнью
- Юбилей
- На зимней даче
- Мгновение
- Учительница
- Мужики
- Архимед
- На кладбище
- Песня
- Лиза
- Ученый
- Проповедь
- В ссылке
- Несчастье
- Рахиль
- В Татьянину ночь
Ученый
Рассказ
В майские сумерки по бульвару, где по случаю праздничного дня играет музыка, горят разноцветные фонарики и простонародье щелкает семечки, идет, направляясь домой, небольшая компания — подполковник в отставке Сарахов, акцизный чиновник Булкин и мелкий землевладелец Тинов.
— Верите ли, — рассказывает акцизный чиновник, — даже обедал в трактире! Как представлю себе эти детские личики, на которых остались одни глаза, не могу домой идти, хоть убейте!
— Я вот офицер, — вздохнул подполковник. — Был во многих сражениях и имею два георгия. Но иногда приснится, что наш гимназический учитель по греческому языку, Омега, вызывает меня, теряю сразу все мужество. Проснусь и испытываю неописуемое блаженство, что все это только сон.
— И подумать только — для чего вся эта инквизиция? — продолжал акцизный. — Я тоже учился в школе. И кто же я? Нигиль! Эскимос! Вчера проверяю Ванечку по истории словесности, а сам без книги не могу, честное слово! Вы, господа, знаете, например, когда родился Пушкин?
Собеседники помолчали, приняв задумчивый вид.
— Конечно, стыдно, что мы ничего не знаем, но я обвиняю в этом не теперешнюю нашу жизнь, а школу, школу… У, проклятая! Ведь, господа, это трагедия, ведь можно допустить такую мысль: раз мы забыли даже грубые эффектные вещи, то, значит, еще раньше забыли все тонкое, одухотворенное — принципы, идеалы, идеи. Человек всегда гниет с нутра!
— Теперь у нас в городе завелся, все-таки, ученый человек, — возразил Типов, — Гаврилов, казначейский чиновник, которого перевели недавно из Москвы. Говорят, он даже пишет в журналах под псевдонимом. И лицо у него такое сосредоточенное. Вот он здесь живет. Смотрите, у него огонь!
— Братцы, зайдем к нему! — попросил акцизный. — Мы, положим, незнакомы, но он интеллигентный человек, поймет.
— У него, может быть, злые собаки? — в раздумье спросил подполковник, но, все-таки, вошел вслед за другими в калитку.
Друзья постучали в окно нижнего этажа и попросили вышедшую бабу указать, как пройти к Гаврилову.
— Ступайте наверх! — ответила баба, вытирая руки о фартук и оглядывая гостей. Звонок испорчен, так вы постучите.
На стук вышел сам Гаврилов. Это был пожилой, с лысиной, маленький человечек, с маленькими глазками и короткими толстыми ручками. Увидя трех незнакомых людей, он, видимо, смутился.
— Извините, пожалуйста — выступил вперед акцизный. — Но вы интеллигентный человек… Мы сейчас возвращались с бульвара, рассуждая о невежестве и дикости города, видим в вашем окне огонек и нас потянуло поговорить со свежим человеком.
— Именно, со свежим человеком, — подтвердил Тинов.
— Я очень рад. Пожалуйте! — пригласил Гаврилов, пропуская гостей в коридор, где на полу лежала большая светлая полоса из соседней комнаты.
— У вас даже другой воздух, — говорил акцизный, войдя в освещенную комнату. — И эти книги… Но позвольте нам прежде всего познакомиться. Булкин, акцизный чиновник.
Все, с заискивающими лицами и напряженно улыбаясь, пожали руку хозяину.
— Я вижу на столе раскрытую книгу, — сказал акцизный. — Вы, вероятно, занимались, а мы помешали.
— Да, я занимался! — просто ответил старичок. — Прошу, господа, садиться.
— Извините, нельзя ли взглянуть, что вы сейчас читаете?
— Отчего же? Это синтаксис по русскому языку.
Гости посмотрели друг на друга с недоумением.
— Хе, хе, — глупо засмеялся акцизный. — Это оригинально… И все это время, как вы здесь, вы изучаете синтаксис?
— Да.
— Что же вас натолкнуло на эту… мысль? — спросил подполковник, вставая и с скучающим видом подходя к книжному шкафу.
— Нужда. Когда у меня скопилось немного денег, я решил осуществить свое давнее желание — купить книг. Купил, переплел, поставил в шкаф, вот как вы видите. В свободное время начал читать и вдруг оказывается: не понимаю… Читаю, например, Плещеева; «вперед без страха и сомненья на подвиг доблестный, друзья!» — и не понимаю. Вы понимаете?
Гости весело расхохотались. Старичок сконфузился.
— Ну, мы вам не будем мешать. Извините пожалуйста за беспокойство.
Выйдя из ворот, друзья останавливаются, смотрят друг на друга и снова заливаются хохотом. Смеются долго — с взвизгиванием, с оханьем, хватаясь за бока и животы.
Ученый! — причитывает между приступами смеха акцизный.
— Пишет в журналах под псевдонимом!
— Сосредоточенное лицо!
— Ха, ха, ха, — докрывает всех тяжелый раскатистый смех подполковника. — Ох, не могу!.. Обессилев от смеха, они медленно трогаются. Всем очень весело.
Завидя военные погоны, городовой на перекрестке вытягивается и козыряет…
Комментировать