Георгий Константинович Властов

Священная летопись. Том первый

 Часть 1Часть 2

Книга Бытия с примечаниями

Глава I. Вступление

«В начале было Слово», было прежде всех времён в таинственной вечности. Бог Словом Своим вызвал из небытия в бытие мир духов и мир материальный, небо и землю и всё, что в них, видимое и невидимое. Этою мыслию Книга Бытия резко отделяется от языческих и философских учений, Мир не имеет самостоятельного и независимого бытия, мир не есть плод случайного развития, мир не есть Бог, не есть необходимое следствие Его бытия, не есть часть Божества, – но мир СОТВОРЁН, вызван из небытия в бытие волею Всемогущего как славное откровение Его могущества, мудрости и любви. Ум человеческий, не руководимый откровением, в самых смелых помыслах своих не мог возвыситься до понимания этой истины. Везде в учениях древних народов: в маздеизме, как в учении египтян, в сабеизме, как в Ведах, в фетишизме, как в учении Зороастра, на стенах Ниневии, как в религии Великого духа, – везде мы видим слияние Божества с сотворённым им миром и бессилие человека созерцать Бога независимо от Его творения и созерцать мир, не поглощаемый Божеством. Библия, одна Библия, как священный ковчег откровения, хранила для будущих поколений истину, которая могла озарить ум человеческий лишь после искупления и возвышения человечества страданиями и Божественным словом Сына человеческого.

Глава I. Творение неба и земли; свет; отделение воды от суши; растения; животные; человек

Быт. 1В начале

Здесь указывается начало всего существующего, которое не вечно, как Бог. Этот момент начала бытия никогда не был понят язычниками. Сравнивая с настоящим текстом слова св. Иоанна «В начале бе Слово» (Ин. 1:1), мы видим, что слово «бе» (было) переносит нас в вечность; Слово было всегда, и не было предела Его бытия. В настоящем же случае выражение «в начале сотвори» указывает на действие, которое в ряду времён означает известный момент: с этого момента, взятого в вечности, начинается не только мир, но и само время.

сотворил

Три выражения употребляются священным писателем для обозначения творческого действия, и эти три формы мысли ясно переданы в нашем переводе. Первая форма бара – творить из ничего, вызывать из небытия в бытие; она передаётся в русском тексте словом «сотворить». Вторая форма аса – устраивать, передана в русском тексте глаголом «созидать». Наконец, третья форма выражается глаголом сцер – «образовать» (Быт. 2:19). Слово бара , «творить», употреблено только три раза в рассказе о творении, именно, употреблено лишь там, где творческое действие вызывает из небытия предмет не существующий, употреблено при сотворении материи мира (Быт. 1:1), при сотворении жизни животной (Быт. 1:21) и при сотворении души человеческой (Быт. 1:27). Везде в других местах употреблён глагол аса, «созидать», что показывает, как увидим ниже, что развитие мира после вызова его из небытия в бытие происходило по начертанным премудрым законам, но что великая Рука Создателя в известные моменты развития созидала, т. е. направляла развитие согласно премудрой мысли.

Бог

Автор Записки на Кн. Бытия говорит: «В сем месте еврейского текста слово Елогим – собственно, боги – выражает некую множественность, между тем как речение сотворил показывает единство Творца… Итак, догадка, – продолжает Филарет, – об указании сим образом выражения на таинство Св. Троицы, заслуживает уважения». В еврейском тексте везде стоит Елогим там, где в нашем переводе стоит Бог. (Корень слова Елогим имеет в себе значение страшного, обожаемого, могущественного); там же, где в нашем переводе стоит Господь, в еврейском тексте употреблено имя Иегова. Елогим есть множественное число: страшные; но глагол при нём всегда стоит в единственном числе. Это имя подобно нашему выражению – Божество; множественное число его выражает совокупность Божественных совершенств. Елогим употреблялось и язычниками, потому что оно было вообще имя Всевышнего как Творца и владыки всей земли, которого невидимое присутствие известно было и язычникам, проявляясь в делах творения (Рим. 1:19–20).

Иегова (иудеи из страха не произносили этого имени и вместо него читали слово АдонаиВладыка) означает Сущий, Сый, тот, кто есть, т. е. тот, который истинно, несомненно и вечно неизменяемо себе подобен (остаётся неизменным). Имя это всегда означает Бога в Его проявлении, Бога завета и обетования, Бога откровения. Оно употребляется тогда, когда Бог особенно проявляется в откровении: не только как Творец мира, но когда он вступает в союз с людьми. Авимелех, Мелхиседек, священник Бога вышнего в Салиме, Валаам не знали Иеговы, Господа, они знали только Елогим – Бога Творца. Точно так же, когда змий (Быт. 3:2) или когда язычники (Быт. 20:3) говорят о Боге, или при повествовании о потопе (Быт. 6:2) везде употреблено слово Елогим; но там, где есть указание на союз Бога с людьми посредством обетования или завета, а равно при молитвах и жертвоприношениях, везде употреблено слово Иегова, которого особенное значение яснее из III главы Исхода.

Когда Моисей спросил Господа, как Его имя, под которым угодно Ему быть известным (проявиться), то есть в каком отношении к человеку угодно быть ему, «Аз есмь Сый», – сказал Господь, т. е. Он проявляется тем, который неизменно оставался Себе подобным с первого откровения Адаму и в особенности Аврааму, т. е. Богом Завета, который снова хочет проявиться рядом откровений и милостей.

Само имя Сый объясняет имя Иеговы (правильнее Иаг-ве). «Сый, Сущий, или Аз есмь» заключает в себе мысль о прошедшем и, по особенности еврейского языка, имеет вид будущего времени, указывая на вечность мысли, заключающейся в смысле имени.

Когда Господь объясняет имя Своё, Он говорит: Аз есмь Сый, и потом сокращает его и говорит: Сый. Это слово по-еврейски Егье – так называет Себя Господь в первом лице; когда же другие говорят о Нём или Он Сам глаголет о Себе, как уже об известном по откровению, тогда глаголет: Аз есмь Иегова (Иаг-ве), т. е. Я есмь Он есть (Я есмь сый), т. е. Я Тот, Который известен вам под именем Он есть (Сый).

В II главе Бытия, ст. 5 (Быт. 2:5), и послед., где повествуется о заповеди, наказании и обетовании Искупителя, весьма многозначительно поставлено Господь Бог, Елогим-Иегова. Это значит, что здесь в первый раз проявляется Бог Завета и что Он тот же Творец, волею которого создан мир. Бог Господь употребляется ещё в тех случаях, когда сначала Бог является лишь в общем отношении Творца к творению и потом переходит в теснейший союз отца к детям, как, напр., в Быт. 22:16, при жертвоприношении Авраама.

Кроме этих имён, есть ещё имя Ель Шаддай, Всемогущий Бог, которое встречается в Быт. 17и в Исх. 6:3.

«Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову с именем: Бог (Ель Шаддай), а с именем: Господь (Иегова) не открылся им» (Исх. 6:3).

Из этого текста должно заключить, что имя Бога Завета «Он есть» разъяснено лишь Моисею. Патриархи до Моисея знали лишь сердцем и любовию Бога милости и откровения; имя Иеговы и таинственное значение его выступает лишь для целого народа еврейского, которому оно напоминает о прежних обетованиях и милостях Бога Завета.

небо и землю.

«Имена сии, вместе взятые, знаменуют целое творение», – говорит митроп. Филарет. Под именем неба надо разуметь тот невидимый бесплотный мир, который состоит из духовных мыслящих существ, могущих жить независимо от материи и её жизни. Мир духов противополагается здесь земле, которая выражает собою жизнь материальную, совокупность физических сил, действующих по плану, предназначенному высшею мудростью, но не понимающих своей цели. «Когда Бог основал землю, тогда уже восклицали сыны Божии», – говорил Иов (Иов. 38:4–7).

Коснувшись лишь одним словом сотворения высшего мира, священный повествователь следующим стихом переносит внимание читателя на землю и развитие собственно её творения. Цель Библии – история развития души человеческой, царствия Божия на земле; создание этой земли, поприща земного странствования души человеческой, рассказано ей, дабы познакомить её хотя частию с необъятной мыслию творения.

Быт. 1:2 Земля же была безвидна и пуста,

Wüst und leer (переводит Лютер), «необразованна и пуста» (переводит с еврейского автор Записки на Кн. Бытия). Другими словами: вызванная из ничтожества масса, которой не было ещё дано законов развития, является в неопределённом виде. Необразованная и пустая земля, говорит митропол. Филарет, не означает земного шара (Зап. стр. 8), который образовался не прежде отделения вод, которые под твердию, от вод, которые над твердию, а вещество всего мира вообще. Это хаотическое состояние массы до проявления в ней движения и жизни и до образования солнечных миров и планет есть то именно состояние материи, наполнявшей в чрезвычайно разреженном виде вселенную, из которого вследствие движения около одного или нескольких центров начали образовываться миры, по блестящей гипотезе Лапласа и Канта, с которой согласны Медлер, Гризон, Циммерман и другие учёные.

Мы упоминали уже выше, что указание на неустройство видимого мира в противоположность мира высшего, невидимого – неба, указывает, что сей высший бесплотный мир существовал во всей славе своей, т. е. бесплотные духи, созданные, как человек, по нравственному подобию Божию, личности отдельные, одарённые мыслию и волей, присутствовали уже при творении.

и тьма над бездною,

Бездна, по толкованию м. Филарета, означает изумляющую пустоту, хаос древних. Тьма вверху бездны означает совершенное отсутствие света, первого проявления жизни в массе, ожидавшей глагола Божия, чтобы начать жить.

Творение не было делом мгновенным, потому что, как замечает Отто Герлах (Genesis., cap. 13 Anm.), Богу чуждо греховное нетерпение человека, которое имеет начало в самой его смертности. Господу угодно было, вызвав из ничтожества неопределённую массу, повелеть ей развиваться постепенно, сообразно известным законам, которые Он дал ей. К этому можно добавить, что понятие о времени в сравнении с вечностью есть понятие относительное. Пред Богом Вечным тысяча лет как день един, говорит апостол; только смертное конечное создание может удивляться громадным периодам времени, недосягаемым для его мысли, в продолжение которых развивался мир. Мы увидим впоследствии, что Священное Писание не противоречит в этом науке.

и Дух Божий носился над водою.

Под именем Духа Божия не довольно разуметь, говорит м. Филарет, просто животворящую силу Божию, но самую третию Ипостась Св. Троицы (Запис. на Кн. Бытия. стр. 1)

Источник жизни – Бог; Дух Его согревает и животворит эту доселе безжизненную хаотическую массу. В ней возникают силы, которые ждут лишь глагола Божия, чтоб проявиться, и следующий стих величественно рисует это проявление.

Быт. 1И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

Бог не творит свет, ибо свет есть лишь одно из проявлений жизни, которая уже кипела в водах, согретых Духом Божиим. Иоанн Златоуст такого мнения, что воды, над которыми носился Дух Божий, должны уже поэтому быть полными жизненных сил. Бог рёк: да будет свет. Он повелевает проявиться первой жизненной силе, которая, по мнению естествоиспытателей, должна сопутствовать электрическому, химическому и физическому действию сил.

С этой минуты начинается видимая жизнь массы, бывшей доселе в виде неопределённом и неустроенном.

Мы потому останавливаемся на этом предмете, что не далее как в прошедшем столетии были люди, которые, оспаривая достоверность Библии, указывали на сотворение света прежде солнца, луны и звёзд, как на одну из грубых ошибок Моисея. Точно так и теперь: новые открытия с первого раза весьма часто кажутся противоречащими Священному Писанию, но проходят годы, иногда столетия, и человечество убеждается, что не Священное Писание ошибалось, а выводы, сделанные из вновь открытых фактов, были ложны.

Но в тексте стиха 3-го есть ещё важное изречение, на котором необходимо остановить внимание. И сказал Бог: да будет свет.

«Переход от всеобщего приготовительного действия творческой силы к действительному образованию особливых видов творения изображается словами: «и рече Бог», – говорит м. Филарет. – Сказать, по свойству еврейского языка, иногда означает помыслить, вознамериться. Итак, глаголание Божие есть решительное изволение Божие» (Зап. на Кн. Бытия, стр. 11).

Поясняя себе эту мысль, мы должны помнить различие между словом человеческим и глаголом Божиим. Наше слово есть звук, глагол Божий есть действие; наше слово может дать название вещи уже существующей, созданной, глагол Божий создаёт, если произнесён. Некоторые мыслители говорили: «Что такое весь мир, как не слово, произнесённое Господом?». Итак, речь Господня есть осуществление Его мысли действием Его воли.

Догадываются ещё, что в слове сказал можно также находить таинство Ипостасного Слова, которое здесь, подобно как и Дух Святой, поставляется Творцом мира… «Сие предвечно рождаемое в Боге Слово и премудрость глаголет из бесконечной вечности Божией в круг времени к тварям, когда в них должна открыться Премудрость Божия» (Зап., стр. 12). Другими словами, Слово Божие, воплощение Его мысли есть единственное средство сообщения Вечного Творца с смертным созданием; поэтому-то Иегова, Сын и Слово Божие есть Бог Завета и откровения.

Быт. 1И увидел Бог свет, что он хорош,

На каждом совершённом действии покоится полный любви взор Бога Вседержителя. Источник добра любит своё творение, насколько оно добро; посему в этом выражении любви виден и тайный укор человеку, который грехом возмущает совершенство творения.

и отделил Бог свет от тьмы.

Разлучение между светом и между тьмою совершилось самым сотворением света, ибо нигде не сказано, что Бог сотворил тьму или что тьма – добро. Тьма есть ничтожество, отсутствие творение; Бог же творит существо, жизнь, но взаимные отношения света и тьмы, жизни и ничтожества также определены Творцом мира.

Быт. 1И назвал Бог свет днем, а тьму ночью.

«Потому, – говорит блаженный Августин, – что не каждый свет день и не каждая тьма есть ночь, но свет и тьма, разлучённые и перемежающиеся в известном порядке, называются днём и ночью».

Наречение Богом имени свету и тьме, знаменуя его владычество, указывает вместе с тем на закон, который Бог полагает для этого постоянного оборота тьмы и света, который именуется ночью и днём.

И был вечер, и было утро: день один.

«Яко Бог рекий из тмы свету возсияти», – говорит ап. Павел (2Кор. 4:6). Начало мира – тьма, из которой вызван свет, посему и день начинается вечером, и затем следует утро, знаменующее новый порядок, движение к совершенству. Посему день и ночь вместе взятые носят одно название – день, т. е. переворот, период, эпоха.

Быт. 1И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. [И стало так.]

Из бездны, хаоса вследствие действия сил, которыми наделил Бог материю, по повелению Божию начинают образовываться солнечные системы, солнца и ядра планет. Материя, по теории Лапласа, вследствие движения около центра сгущается, отделяет кольца, которые в свою очередь свёртываются в шары или эллипсоиды. Выражение «и да будет разлучающи посреде воды и воды», или «да отделяет она воду от воды» указывает на пустые пространства, которые оставляет за собою сгущённая материя, и на то изменение, которое произошло в массе, которую доселе священный летописец называл водами или бездною, как не имевшую никакого определённого очертания.

Быт. 1И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.

Разлучение между водою, которая под твердию, и между водою, которая над твердию, указует на образование вокруг земли атмосферы, которая в это время, когда земля была ещё в расплавленном состоянии, должна была иметь огромные размеры и состоять преимущественно из кислорода, который тогда и вошёл в состав большей части руд и земель. Охлаждение земли весьма много зависело от беспрерывного соприкосновения этой подвижной атмосферы с раскалённою поверхностью земли, вследствие чего нагретые части подымались и выделяли теплоту в бестелесное пространство вселенной.

Быт. 1И назвал Бог твердь небом. [И увидел Бог, что это хорошо.] И был вечер, и было утро: день второй.

И назвал Бог твердь небом. Здесь разумеется небо видимое (человеку), ибо невидимое небо, высший мир, создан прежде земли. Наречение имени «небо» созданной тверди, т. е. вновь образованным телам и мирам, окружающим землю, относится собственно до земли и до человека, о творении которых повествует священный летописец. Но весь второй день творения в Священном Писании относится до всего мира, с чем согласен и м. Филарет (Зап. на Кн. Бытия, стр. 21).

Быт. 1И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. [И собралась вода под небом в свои места, и явилась суша.]

Итак, в третий день отделилась суша от воды, другими словами, земля остыла уже настолько, что вода из паров обратилась в капельно-жидкое состояние, хотя при высоком давлении должна была иметь весьма высокую температуру, ибо содержала в растворе своём такие вещества, которые ныне в ней не растворяются.

При дальнейшем охлаждении земли из воды, содержащей в себе известь, мел, кремнекислые соли, начали отделяться осадки. Таким образом, возникли первые осадочные камни, кремнёвые и глиняные породы, из которых последняя, хотя вовсе не растворяется в воде, но должна была в ней содержаться в мельчайшем виде. «Гораздо труднее, – говорит Циммерман, – объяснить присутствие углекислой извести. Осаждение последней могло произойти лишь при участии растений, которые поглощают много углерода, который представляет главную составную их часть. При поглощении из воды растениями углерода вода теряет много растворяющей силы, тогда извёстка осаждается и погребает в своей массе причину осаждения – первые растения, которых следы мы находим в мелкозернистой осевшей массе». Вот почему третий день, эпоха отделения воды от суши, вместе с тем есть день творения растений, без которых не могло произойти вполне это отделение. Первые растения были, без сомнения, водоросли, которые играли такую важную роль при образовании суши, осаждавшейся из густого раствора первобытного моря на едва остывшие плутонические массы.

Быт. 1И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо.

Быт. 1И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя [по роду и по подобию ее, и] дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так.

Быт. 1И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду [и по подобию] ее, и дерево [плодовитое], приносящее плод, в котором семя его по роду его [на земле]. И увидел Бог, что это хорошо.

Все естествоиспытатели сознаются, что между мёртвой природой (минералы и камни) и между природой органической, живой и воспроизводящей, существует такая бездна, которую без творчества перешагнуть невозможно. Развитие камня или соли в самый простейший организм немыслимо, и появление растений, согласно с Св. Писанием, было делом не развития, а создания.

Надо ещё заметить, как точно выражается Св. Писание, говоря о появлении растений: в трёх словах оно рисует целую стройную систему развития их от простейших видов к более сложным.

Деше, хешев, гетс, говорит Библия, т. е. зелень мелкая, трава, сеющая семя, и деревья, к которым относятся и кустарники. Низшие породы растений, состоя из совершенно одинаковых клеточек, не имеют ни листьев, ни цветов, ни плодов, ни даже корней, оси и стволы размножаются отделившимися клеточками, которые называются отростками, к этим растениям принадлежат водоросли, лишаи, мхи, к более развитым – хвощи, тростники, камыш; затем появляются растения, имеющие семя, как, напр., ископаемые папоротники, которых находили плоды; далее – сигиллярии, цикадеи, цамии и другие; наконец как совершеннейшие виды растений появляются деревья. Каждый из этих отдельных видов растений появлялся в простейшей форме, и каждая порода в этих трёх видах совершенствовалась и развивалась вместе с развитием земли, так что человек застал уже растительное царство земли в том состоянии, в каком мы видим его ныне.

Быт. 1И был вечер, и было утро: день третий.

Быт. 1И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной [для освещения земли и] для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов;

«Повеление Божие о бытии светил изображается словами: будь светила», – говорит митрополит Филарет. Это выражение указывает на повеление, на новый закон, а не на новое творение. Мы полагаем, что вследствие охлаждения земли, превращения паров в капельную жидкость и, наконец, осаждения из этой жидкости осадочных камней бывшая густая атмосфера земли, отдав большую часть содержимых ею в газообразном состоянии металлоидов и паров, настолько просветлела при сильном, притом очищающем действии растений, что только в этот период её развития могли достигнуть до её поверхности лучи не только отражённого света, но и солнечного: Да будут светила на тверди небесной, да появятся, говорит Священное Писание, и затем утверждается непреложный закон их влияния на нашу планету.

Быт. 1и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю. И стало так.

Надо помнить, что светила небесные упоминаются здесь только в отношении пользы, которую они приносят земле; выражение «и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю» ясно указывает на это значение.

Быт. 1И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звезды;

Везде вне религии Откровения человек боготворил светила небесные, но среди идолопоклоннического Египта, в среде народа, вышедшего из этого суеверного Египта, раздаётся глас истины, поведающий народам, что величественные светила тверди небесной суть творения Бога Вседержителя, восприявшие своё начало по слову Его. Светила эти созданы (независимо от других целей Творца) для пользы земли и её обитателей. Эту мысль необходимо было прежде всего заставить понять человечество в лице народа израильского, чтобы возвысить его до понимания единого истинного Бога, Творца вселенной, и спасти его от идолопоклонничества. Заметим ещё о сотворении светил, что в еврейском употреблён глагол аса – созидать, а не глагол бара – творить, посему мы вправе заключить, что в четвёртый день созданы не самые ядра светил, которые вместе с другими мирами созданы во второй день, а что или они облеклись в это время светом, или свет их достиг земной атмосферы в этот период развития земли.

Не лишним считаем упомянуть здесь, что появление царства растительного прежде сотворения солнца, луны и звёзд весьма замечательно, но что оно не представляет уму ничего невозможного, ибо при существовании первозданного света и неразлучной с ним теплоты и при атмосфере, насыщенной парами, растительность должна была достигнуть большего развития. Это подтверждается тем, что растительность каменноугольной формации свидетельствует, что повсюду на земле был однообразный тропический климат, а в высшей, так называемой пермской, формации находят растения и животных, различных в различных странах, что указывает на климатическую разницу. Циммерман, указывая на это явление, также думает, что растительность предыдущего периода, поглотив значительную часть углекислоты и воды, сделала воздух более прозрачным, почему сквозь него могли проникнуть солнечные лучи до земной поверхности (Мир до сотвор. человека. Стр. 209). Этот период жизни земли, в котором на поверхности её не было ещё живых существ, а была лишь одна жизнь растительная, достигавшая громадных размеров, было временем образования тех растительных обугленных толщ, которые занимают такие громадные пространства и которые произошли в то время, когда первозданные леса хвощей и папоротников приходили в соприкосновение с раскалёнными плутоническими массами и гибли от этого соприкосновения.

Быт. 1и поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю,

Быт. 1и управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо.

Быт. 1И был вечер, и было утро: день четвёртый.

Быт. 1И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую;

«По точному знаменованию слова, которое употребляет здесь Моисей, многородящее», – говорит м. Филарет (стр. 29). Под именем многородящего мы прежде всего должны понимать бесчисленных микроскопических наливочных животных, которые с первобытными растениями играли такую важную роль в образовании земной коры. Затем являются так называемые правильные животные – полипы, звездчатки, слизняки, раки, потом рыбы и амфибии и, наконец, недавно в монмартрском известняке и в Соединённых Штатах открыты следы птиц в том же периоде образования земли.

и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. [И стало так.]

Не воды изводят птиц, а в тексте показан лишь порядок их происхождения сперва из вод или в водах рыбы и гады, а за ними птицы, летающие над землёю по тверди небесной. Замечательно, что геология, проследив остатки животных и растений в различных пластах земли, пришла к тем же результатам, которые выражены Библией за 3000 лет: нигде не найдены рыбы ранее полипов или птицы ранее рыбы, точно так, как в периоде, о котором мы говорим и который заключает в себе так называемые древнейшую и вторичную формации, нет следов ни четвероногих, ни человека.

Быт. 1И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.

Мы не можем не остановить внимание читателя на глаголе барасотворить, употреблённом при творении жизни животных. Стих 21-й, резюмируя появление первых животных организмов, многозначительно упоминает, что появление животной жизни был акт творения, давая тем разуметь, что если бы этого акта творения не последовало, то покрытая растительностию земля оставалась бы пустою и жизни животной на ней не было бы. Много было создано теорий по вопросу о произвольном саморождении микроскопических существ, но никому не удалось доказать возможность их появления, так как мы не в состоянии создать даже среду, в которой не было бы зародышей. Вспомним, что в день появления первых животных организмов в воде, в которой содержался углекислый известняк, эта вода имела, по мнению учёных, необычайно высокую температуру (до 200о по Цельсию). И в этой воде возникли те организмы, которые способствовали выделению углекислоты и осаждению извести и мела, ибо мириады микроскопических броненосцев погребены в меловых грудах.

Жизнь животная не есть простой химический процесс, как говорят некоторые учёные, – это функция высшего порядка, это новое явление на планете, дотоле безжизненной, это акт нового творения.

Быт 1И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле.

Быт. 1И был вечер, и было утро: день пятый.

Быт. 1И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так.

Заметим, что слово сотворил употреблено только при появлении жизни животной, при дальнейшем же повествовании о появлении животных употребляется слово создаласа (см. следующий стих), указывающее на развитие животной жизни в многообразных и совершеннейших формах по законам, уже установленным, и по особым направлениям, даваемым творящею мудрою рукою.

Быт. 1И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо.

Замечательно, говорит Отто Герлах, что домашние животные, служащие помощниками человеку, были ручными в самой глубокой древности. Нигде нет указания, чтобы человек приучил их к себе, взявши из дикого состояния, точно так же, как нет ни одной породы диких зверей, которую бы удалось человеку сделать домашним животным. Есть домашние животные одичавшие, но и они способны опять сделаться ручными. Таким образом, грань между животными и зверями положена самим Творцом, как видим из Библии, которая делает различие между зверями и скотами.

Быт. 1И сказал Бог: сотворим человека

«Именем Совета (Деян. 2:23; Еф. 1:11), следственно, и действием советования изображается в Св. Писании Божие предведение и предопределение» (Зап. на Кн. Бытия, стр. 53). Эта форма выражения сотворим указывает на таинство Св. Троицы и употребляется лишь в самых важных случаях, как-то: при изгнании прародителей наших из рая (Быт. 3:22), при смешении языков (Быт. 11:7) и здесь, при сотворении человека, где Бог в трёх Испостасях, Бог Творец, Слово или Премудрость и Дух, в предвечном Совете Своём говорит: «Сотворим», – указывая тем человеку, что творение Его поставлено превыше всего остального творения (id. ibid.). «Бог любы есть»: весь мир величествен и прекрасен, но не одарён разумом и волею, вечная любовь и вечная премудрость Творца хочет вызвать из небытия существо, которое в состоянии достойно чтить Его, возносясь мыслию к Творцу мира и горя разумною любовию к Создателю. Но любить Высшее Существо и понимать Его может лишь подобие Его, и потому выражением сотворим, сказанным в минуту сотворения человека, указуется Сам Триипостасный Бог – как Бог Творец, как Бог Слово, как Бог Дух Святый, и тем даётся знать, что человеку передаётся подобие Божественных совершенств и что человеку дано знать не только Творца мира, Которого знают и твари земные, но и Бога Слова, т. е. Бога откровения, Того, Который вступил в союз с людьми, и Бога Духа Святого, освящающего и животворящего, научающего и возвышающего человека.

по образу Нашему [и] по подобию Нашему,

«По образу Нашему и по подобию» и вслед за тем следует выражение «и да владычествует». Стало быть, первое сходство человека с Богом заключается в владычестве над землёю и тварями её, но человек, слабый и беспомощный из всех тварей, мог ли бы быть владыкой мира, если бы Бог не дал ему высшей силы над ними? Сила эта – разум, познающий слово, и воля: в них-то заключается таинственное подобие человека с Богом, во Святой Троице поклоняемым.

Но в человеке отпечатлевается образ Божий двояким образом: способность познавать Бога и, познавши, любить Его и, вследствие этого познания и любви, сделаться причастным вечного и высшего блаженства – есть принадлежность всех людей, отличающая человека от животного и делающая его как бы зеркалом, способным воспринимать образ Создавшего его.

Из этой способности проистекает другая: действовать не по чувственному стремлению, но независимо от инстинктивного чувства, приятного или неприятного, действовать по закону Божию, т. е. свободно располагать собою; отсюда ответственность за нарушение закона и вместе с тем способность к совершенствованию человека отдельно и целого рода человеческого в совокупности. Итак, человек царствует над природой разумом, с которым неразрывно связана свобода и который есть залог его совершенствования. «Высший дар разумных существ, – говорит Ансельм, – есть способность выразить действием воли своей тот образ, который напечатлён Творцом в сердце человека» (Otto Gerlach).

Способность любить и познавать Бога и свободно действовать – есть неизгладимый образ Божий в человеке. Этот образ не может быть уничтожен даже грехом и осуждением, потому что если бы он исчез, то вместе с ним исчезло бы сознание греха и его наказания, исчезло бы и истинное мучение павшего и осуждённого. Но, независимо от этого образа Божия, Св. Писание говорит об образе Божием, который повреждён человеком вследствие греха и который возрождается в нём, – об Иисусе Христе. И облещися в новаго человека, созданнаго по Богу в правде и в преподобии истины, – говорит св. апост. Павел (Еф. 4:24).

Это возрождение названо Св. Писанием новым творением. Темже аще кто во Христе, нова тварь (2Кор. 5:17); Того бо есмы творение, создани во Христе Иисусе на дела благая (Еф. 2:10).

Бог дал человеку не только способность познавать и любить Его и свободно действовать по Его закону, но Он действительно открылся ему в начале творения и указал ему закон для его действия (сказав нам тайну воли своея, Еф. 1:9), и пока человек не нарушил его, дотоле он был блажен и чист. Здесь образ Божий заключался в счастии и спокойствии человека. Как сам Творец, сознавая свою премудрость и благость, покоится в вечном блаженстве, так и человек был блажен и покоен, почерпая это блаженство в сознательной любви и познании Бога. Это подобие Божие вследствие греха повреждено в человеке; в нём слабо отражались Божественные совершенства; блаженства быть уже не могло; место его заступила тоска, болезни, мучение совести. Этот образ Божий восстановляется в человеке лишь примирением его с Богом во Иисусе Христе. Вместе с искажением этого образа человек делается плотским, и в нём притупляется даже неизгладимая способность познавать и любить Бога – хотя не совершенно, но, однако, настолько, что он теряет способность управлять собою и предаётся страстям, утрачивая то, что отличает его от животных, – свободную волю. Этот упадок разумных сил, это растление жизни, это увядание нравственной стороны человека с тоскою и отчаянием мы видим в каждом человеке, а в массе разительный пример представляют собою языческие народы, погрязнувшие в нелепых заблуждениях. По сказанию Плутарха (de Superst LIII) и Ювенала (Сат. VI), древний мир в высшем развитии своём дошёл до какого-то безумства: «люди всех возрастов и всех состояний в безумном отчаянии рвали на себе одежды и валялись на стогнах, крича, что они прокляты богами». Лишь воплощение Бога Слова, Истины и затем распространение христианства спасло человечество от всеобщего безумия, вызванного материализмом; лишь в примирении с Богом во Иисусе Христе нашла мир и покой душа человека, и с этого времени, только усвоив себе христианские понятия, стала она быстро развиваться.

и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

Быт. 1И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его;

Здесь повторяется главная мысль этого откровения, чтобы резче напечатлеть её в уме человека и заставить его с ужасом оглянуться на своё грехопадение.

мужчину и женщину сотворил их.

В Книге Бытия весьма часто событие рассказывается вкратце, а более подробный рассказ относится в другой отдел. Так и в этой главе изображена целая картина творения, но ни о подробностях сотворения человека, ни о древнейшем завете Бога людям здесь ещё не сказано ни слова. Бог является здесь Творцом мира; Богом же откровения в отеческом союзе с людьми является Он лишь во 2-й главе, когда Он открывает Себя человеку и даёт ему закон.

Не лишним считаем упомянуть, что между иудеями ходило баснословное предание, будто вначале создан человек – муж и жена вместе, и что только впоследствии оба пола разделены. Это же верование находим и в учении Зороастра, по крайней мере, в позднейшем его развитии (Boundehesh cb. XV). Нет нужды, кажется, говорить, что надо беречься этих нелепых басней, тем более, что христианское учение не делает различия в образе Божием по различию полов, и в самом тексте говорится: мужчину и женщину сотвори их.

Быт. 1И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю,

«Обетованием умножения рода Бог даёт человеку силу производить подобных себе, почему не нужно искать иного источника человеческих душ, кроме души первого человека. Но чрез то же обетование Бог есть Творец отдалённейших потомков Адама, равно как и его самого», – говорит митрополит Филарет (Запис., стр. 39–40). Благословение Божие, изречённое в этом тексте, ясно указывает на святость брака и на рождение детей, как на дело богоугодное, посему обязательное безбрачие, вменяемое некоторыми церквами служителям алтаря, есть насилие человеческой натуры.

и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими [и над зверями,] и над птицами небесными, [и над всяким скотом, и над всею землею,] и над всяким животным, пресмыкающимся по земле.

Выражение и обладайте ею при сравнении его с Быт. 2:15, по мнению некоторых мыслителей, указывает на постоянное овладение силами природы посредством изучения её законов. В этом выражении таится указание науки как той силы нравственной, которою человек будет властвовать над стихиями. Первые люди были сотворены взрослыми, в них были силы, которые предоставлялось им самим развить. Если бы они не согрешили гордостью, желанием знания помимо Источника всякой премудрости, то развитие их совершилось бы в полном блаженстве и покое, но, нарушив закон, они предоставлены были самим себе и должны были развиваться посредством горького опыта и несчастия. Тогда только, когда человек почувствовал бессилие своего разума, тогда явился в мир Свет истинный, с появлением которого человек быстро пошёл к нравственному и умственному развитию.

Быт. 1И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; – вам сие будет в пищу;

В пищу человеку предоставляет Бог растения. «Из сличения же сего постановления с подобным постановлением о пище по потопе (Быт. 9:3), где упоминается и о животных, заключить можно, что животные вначале не были назначены в пищу человеку», – говорит м. Филарет (Запис., стр. 41). В указании растений замечательно выражение всякую траву, сеющую семя, между тем как для животных назначена в снедь зелень травная (Быт. 1:30). Как домашние животные были даны человеку Творцом с начала мира, так и хлебные растения (сеющие семя) были с начала предназначены для пищи человеку. По крайней мере, хлебные растения известны с самой глубокой древности, и ни в каких летописях нет указания на открытие людьми нового, неизвестного им прежде хлебного растения – кроме, конечно, растений, вывезенных из другого полушария, которые могли быть известны только туземцам.

Быт. 1а всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому [гаду,] пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так.

Животным вначале также была предназначена пища растительная. И будет время, говорит пророк Исайя, когда и вол и медведь вкупе пастися будут… и лев аки вол ясти будет плевы (Ис. 11:7). Заметим ещё, что с словами Библии связуются и предания всех народов, что мы будем иметь случай встречать постоянно. Предание о золотом веке (сохранившееся у всех народов под формою сказания о богах и полубогах, с чудовищною хронологиею), помнит о том, что животные довольствовались растительною пищею. Вергилий говорит, что уже Юпитер, овладев миром, «praedarique lupos jussit pontumque moveri» – «велел волкам терзать и морю волноваться».

Быт. 1И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.

Шестым днём заканчивается творение, произведение предметов новых. Бог одобрением, выраженным в этом стихе, устанавливает навечно законы природы, украшенной и возвышенной разумным деятелем – человеком, поэтому и самое выражение одобрения носит на себе характер высшего благоволения.

Глава II. День субботний; Едем; древо познания добра и зла; творение жены; брак

Быт. 2Так совершены небо и земля и все воинство их.

Прежде чем пойдём далее, остановимся пред делом совершившегося творения и пройдём мыслию священную повесть начала мира, начертанную Духом Божиим.

Вначале сотворил Бог небо и землю. Небо с горними его обитателями, или духовный бесплотный мир, создан во времена, недоступные мысли человеческой; земля же, о которой повествует священная книга, была безвидна и пуста. Вначале из небытия вызваны были материалы, массы в хаотическом состоянии. Дух Божий, начало всякой жизни, носился над этой нестройною массою и живил своим присутствием элементы будущего прекрасного мира.

Вместе с материей созданы и все присущие ей силы, которым вслед за тем повелено действовать. Первое проявление этих сил происходит по гласу Божию: да будет свет! Это первый день развития мира, начало притяжения, электричества магнетизма, химических соединений; это момент начала движения, при котором впервые блеснул свет как первое проявление первой жизни, первого движения в массе, законы развития которой в стройное целое были предначертаны Творцом до начала движения. Творение как мысль было делом мгновенным, но осуществление сей мысли совершилось в шесть дней, в продолжение которых Творцу угодно было заставить развиваться материю под влиянием разнообразных сил, многообразное сочетание и взаимное действие которых должно было выработать созданный мыслию наперёд план мира.

Чтобы силы неразумные, слепые могли взаимным действием выработать разумное целое, необходимо, чтобы общая система их действия, план будущего, существовали во всеобъемлющей предвечной мысли, иначе непонятна возможность без руководящего Разума создания стройного целого.

Эта предвечная мысль Божия выражена в Библии, как мы выше указали, словом бара – creare. Упоминается это слово при сотворении мира, при сотворении жизни растительной и животной (органической) и при сотворении души человека.

Все остальные действия выражаются словом аса – устраивать, которое указывает, что эти проявления жизни суть естественное следствие и развитие законов, вызванных из небытия в бытие словом бара. Таким образом, само появление света в первый день творения указывает на повеление Божие действовать тому закону, который уже был предначертан при сотворении мира.

Затем наступает второй день творения мира: да будет твердь посреде воды. Движение, начавшееся в газообразной материи, наполнявшей пространство вселенной, было причиною её сгущения и образования солнечных систем, планет и их спутников; вместо газообразного вещества являются твёрдые массы, покрытые кипящими водами, образовавшимися из густой атмосферы, окружавшей шары.

Наступает третий день творения: воды отделяются на шаре земном в бассейны, густая атмосфера, содержавшая в обилии кислород, соприкасаясь беспрерывно с раскалённой массой земли, охлаждает её и окисляет большую часть руд, находящихся в расплавленном состоянии; охлаждённые воды начинают выделять из раствора своего осадочные формации. Образуется кора земли. На ней появляется растительность – сперва в виде водорослей, лишаёв и мхов, потом в виде громадных лесов хвощей и папоротников.

С одной стороны, образуются громадные каменноугольные пласты, с другой, образуются различные осадочные формации из воды, содержавшей в горячем растворе своём мел, известь, измельчённую глину, углекислоту. Некоторые из этих осадочных формаций, приходя в соприкосновение с раскалёнными плутоническими толщами, проламывающимися из недр земли на её поверхность, кристаллизуются и образуют так называемые переходные формации.

Но земля более и более стынет, кора её твердеет; под влиянием света, теплоты и сырости растительность овладевает землей, и она готова принять первых обитателей своих.

Но прежде нежели они явятся, наступает четвёртый день творения, день появления светил небесных. Облекается ли солнце в это время в светящую свою оболочку, достигают ли впервые поверхности земли лучи отдалённых звёзд или же вообще свет небесных тел впервые пробивает густой туман, покрывавший землю, – мы не можем с достоверностию сказать, но можем наверное утверждать, что растительное царство было, когда ещё солнце не освещало земли.

Земля готова принять обитателей своих, и первыми являются водяные животные, земноводные пресмыкающиеся (многородящие), рыбы и птицы.

Наконец, в шестой день творения являются четвероногие и, наконец, человек.

Сравнивая сказание Моисея с физическими геологическими сведениями нашего времени, мы не можем не остановиться в изумлении перед таинственным сказанием Библии, начертавшей за 3000 лет до Р. Хр. порядок формации мира, который мы только ныне в состоянии поверять наукой.

Отцы наши принимали слова Библии верою. Богу угодно было дать человеку идти в область познания, и мы в настоящее время можем путём науки подтвердить сказания Библии, лежащей в основании христианства.

Быт. 2И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал.

Окончание творения, но не делания (Отец мой доселе делает, и аз делаю. Ин. 5:17), знаменует окончательное устройство мира. С этих пор Бог, установив законы природы, производит творческою силою своею новые твари, но не новые виды тварей (Запис. на Кн. Бытия, стр. 41). Покой Его есть высшая любовь к человеку; творение продолжалось дотоле, пока не сотворён человек. В нём, который есть подобие Божие и которому даны способности понимать и любить разумно Творца, Бог поставил венец созданию земли и, объемля мир и в особенности человека своею любовию, успокоился в этой любви. Бог, которому угодно было открыть Себя в Священном Писании, есть Бог не только сотворивший, но и не оставивший своё создание; любовию Своею Он живёт с человеком непрестанно; любовию Он сошёл в мир и, воплотившись, страдал с ним; любовию искупил его, и в этой любви Творца к созданию, любви вечной, беспредельной, успокоение Божие.

Память о библейском сказании творения живёт во всех народах. Кроме многочисленных других воспоминаний, о которых будем говорить в своём месте, укажем, что у всех народов, древних и новых, образованных и диких, везде существовал обычай посвящать седьмой день отдыху и поклонению Божеству; это факт неопровержимый, он подтверждается авторитетом Флавия Иосифа (Contr. App. c. LII; IX), Филона, Тибула и Луциана. Вилкинсон говорит, что 28 лет царствования Озириса указывают на четыре семидневные недели, а у Диона Кассия (XXXVII, 18) упомянуто, что римская семидневная неделя заимствована у египтян. У дорийцев седьмой день каждого месяца посвящён был Аполлону (См. Герод. VI, 57 и Диог. Лаерций III, § 2). «Неделя, – говорит известный астроном Лаплас, – обычай высокой древности, сохранился ненарушимо в продолжение веков во всех календарях всех народов. Это, весьма вероятно, самый древний памятник человеческой образованности. Замечательно, что разделение времени на недели одно у всех народов; оно доказывает происхождение этого обычая от одного источника» (Systeme du monde, p-es 18, 19).

Быт. 2И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал.

Об этом седьмом дне Моисей не говорит, как о шести первых, «и был вечер, и было утро, день…». Принимая во внимание, что в Книге Бытия каждое слово имеет важное значение, мы не можем пройти молчанием это изменение. Первая мысль, что день этот не имеет конца, что он не закончен, что он продолжается, что свет его сияет над нами, что он – тот исторический период, к которому мы принадлежим. Бог почил от всех дел своих, т. е., заставив природу пройти шесть дней творения, необходимых для её развития, Господь утвердил законы её деятельности и благословил и освятил их, и дал природе тот величественный порядок и невозмутимую гармонию при всём её разнообразии, и спокойствие, которым она наслаждается уже семь тысяч лет и которое есть как бы отблеск мира и спокойствия, присущих свойствам Творца. «Источник всех благ, – восклицает блаженный Августин, – подай нам мир Твой, мир Твоего покоя, мир невозмутимый, ибо чудный порядок и гармония существ, сотворённых Тобою, рушится, когда настанет день, в который исполнятся судьбы их. И будет вечер, как было утро, их существования» (Conf. LXIII, ch XXV citation de l’auteur des Etudes philosophiques).

Вот объяснение отсутствия вечера и утра в повествовании седьмого дня творения.

Освящение седьмого дня не есть предварительное указание на закон иудейской субботы, говорит митрополит Филарет. Творец благословляет и освящает тот самый день, в который почил, и потому, что почил от всех дел своих (Зап. стр. 45). Он освятил день покоя на пользу человеку, дабы сей последний имел время, оторвавшись от житейских забот, вспомнить милости Творца и возвратиться к Нему умом и сердцем. И день этот, по нравственному своему влиянию на тех, кои умеют исполнять заповедь Божию, есть действительно день благословения и освящения на новую и полезную деятельность. В этот день христианин соединяется сердцем с членами всей церкви Христовой и, успокоив приближением к Богу своё сердце, возмущённое и встревоженное житейскими помыслами и страстями, получает от Бога новые силы, спокойствие, твёрдость нравственную и вследствие сего идёт к совершенству.

Быт. 2Вот происхождение неба и земли, при сотворении их, в то время, когда Господь Бог создал землю и небо,

«Этот стих есть как бы заглавие последующего сказания об украшении земли и о роде человеческом в особенности» (Филарет, Запис., стр. 56).

В этом стихе нельзя оставить без внимания выражение «в оньже день сотвори Господь Бог небо и землю» (текст семидесяти с еврейского). Возвращаясь к сказанному выше о значении слова день, мы видим, что все шесть дней творения заключаются в этом слове «день», который знаменует некоторое время на еврейском языке; вот почему мы, указывая на дни творения, называли их эпохами творения. Но в этом стихе есть ещё нечто, достойное особенного внимания: здесь впервые является имя Иегова (Господь Бог), впервые упоминается это величественное имя Бога живаго – Сый, т. е. вечно, неизменно существующий; то имя, которое впоследствии было объявлено чрез Моисея людям как имя Бога Завета. Творец мира везде в первой главе Библии именуется Елогим; имя Иегова упоминается тогда лишь, когда Библия начинает повествование о человеке, о его отношениях к Богу, нравственном его состоянии. Всё Священное Писание надобно рассматривать преимущественно как историю религии на земле: она дана в руководство человеку, и в последующем рассказе ярко выступает это значение Библии; Иегова, Бог – Слово, Бог Завета есть тот же самый Елогим, который сотворил мир.

Быт. 2и всякий полевой кустарник, которого еще не было на земле, и всякую полевую траву, которая еще не росла, ибо Господь Бог не посылал дождя на землю, и не было человека для возделывания земли,

Здесь, приступая к рассказу о человеке, св. повествователь отличает растения, возделываемые рукой человека, от всей растительности, которая сотворена в третий день. Ибо Господь Бог не посылал дождя на землю и не было человека для возделания земли. Выше мы упоминали, что человеку, по всей вероятности, даны были в особое владение все ныне известные хлебные растения, ибо ему не удалось переработать в свою пользу ни одной дикорастущей травы, а все хлебные растения известны от самой глубокой древности, точно так, как виды домашних животных были даны человеку с начала. Здесь яснее выступает это указание; быть может, этот вид растений прозяб и дал плод лишь по сотворении человека, которому он исключительно и был назначен.

Быт. 2но пар поднимался с земли и орошал все лице земли.

Необходимая влага для растений заменялась паром, как переводит Филарет (Запис., стр. 56), или туманом, как переводит Лютер, или росой, как догадывается Отто Герлах (Das erste Buch Mose, II, 6, Anm. 2). «Состояние атмосферы земли до потопа резко должно было отличаться от нынешнего состояния, – говорит Марсель де Серр. – Сам потоп предполагает огромную массу вод, рассеянную в атмосфере в парообразном состоянии, и поэтому радуга не была возможна до потопа». Мы ещё воротимся к этому интересному предмету при рассказе о потопе, а теперь мы хотим лишь указать на связь истинной науки с сказаниями священной книги, в которой каждое слово должно быть изучено, ибо в нём заключается истина, которая понимается человеком лишь после долгих колебаний и сомнений, тогда лишь, когда ум его вследствие трудов и усилий достигает серьёзного развития. Итак, текст 5 и 6 стиха следует понимать так, что на земле не было дождя (вероятно, до самого потопа), и что дождь заменялся водяными парами, содержащимися в атмосфере, которые орошали землю росами или туманом.

Быт. 2И создал Господь Бог человека

Создание человека, рассказанное в предыдущей главе, в связи с творением всего мира, носит характер, отличный от настоящего рассказа. В 1-й главе Бытия о нём говорится в ряду существ, предназначенных наполнять землю и размножаться. Созданию его предшествует совет Творца, и по создании его ему даётся царство над землёю. В этом рассказе видна связь человека с другими существами и определено раз навсегда его отношение к земле. В настоящем же рассказе начинается история человека, его нравственного значения, отношения его к Богу, который в этой главе является Богом Завета. Кроме сего, во второй главе подробно рассказано творение человека из земли, чтобы приготовить ум к пониманию тайны смерти, предназначенной ему в наказание.

из праха земного,

«Для нынешней части человека вещество берётся от земли, которою он должен овладеть, дабы он имел непосредственное познание о свойствах подчинённых ему вещей и ближайшее отношение к области своего владычества…» (Запис., стр. 60).

По-еврейски человек называется Адам88, т. е. так же, как и первый человек, в котором заключился весь род человеческий. Корень слова «Адам» есть «Адама» – земля (также – «красноватый»), и потому слово «Адам» можно перевести земной. Само упоминание творения его из персти земной весьма важно, потому что он был членом существ, принадлежащих земле, и по телу своему был не пришелец, а часть земли. Природой должно было управлять существо, взятое из среды её, но высшее, так как над человечеством должен был царствовать Бого-человек. Первый человек от земли, перстен, говорит Апостол (1Кор. 15:47), и мог сделаться духовным, небесным лишь посредством втораго человека, Господа с небесе (1Кор. 15:47).

Нельзя ещё пропустить без внимания, что прежде созидается тело, а потом вдыхается душа. Не душа творит себе оболочку, но сперва созидается Творцом, потом Он вдыхает в эту храмину Дух Свой, так что обе составные части человека выходят непосредственно из рук и творческой мысли Творца.

и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою.

Душа человеческая не частица Божия дыхания (divinae particula aurae), как учили некоторые языческие философские школы, а создание Божие, которому дана часть Божественных совершенств и возможность бесконечного совершенствования. Человек есть существо сложное. Митрополит Филарет называет с еврейского душу человеческую «дыханием жизней», ибо человек (говорит он) действительно совокупляет в себе жизнь растений, животных и ангелов, жизнь временную и вечную, жизнь по образу мира преходящего и по образу Божию. Еврейские учители верили, что независимо от души животной, Нефешь, необходимой для земного существования человека, он получил Руах, Божественное дыхание, которое и составляло его неделимое и неразрушимое Я, центр этого маленького мира, носившего имя Нишема. По внешней жизни и телу человек принадлежит к животным, по мысли и воле – к ангелам, и при всём этом он стал одною душою живою, единым существом, которое с одной стороны подчинено всем законам, которые управляют миром животных. Тело его создано из земли, а дух от Господа.

«Обе стороны бытия были создание Божие, и потому в них не могло быть ничего враждебного89; но с самого начала его бытия человеку дана была цель подчинить своему влиянию природу, а своему духовному существу – плоть свою, царствовать над нею духом своим и духом проникнуть и просветить плоть. От персти, из которой он был взят, человек принадлежал земле и преходящему; он жил жизнию животных, которых особи исчезают и которые сохраняются лишь как породы, и поэтому он мог умереть, но, сделавшись душою живою вдыханием Духа Божия и происходя непосредственно от Него, он получил также и сродство с Богом, сходство с Ним, личность индивидуальную, не преходящую, не уничтожающуюся, не сливающуюся с остальным миром. Отсюда возможность никогда не умирать, ибо и плоть его, чистейшая персть земли, создана была с возможностью очищения, просветления и для высшей жизни. Человеку дан был выбор между жизнью и смертию, и он выбрал смерть» (Otto Gerlach Genesis cap. II, S. 7, An).

Некоторые мыслители, принимая во внимание три вида собственно творения, выраженного глаголом бара (творить из ничего), а именно: материю, жизнь животную и, наконец, душу человека, думают, что все растения, животные и человек имеют на земле одну общую животную жизнь, которая разлита по всему творению и которую можно бы назвать душою вселенной (Weltseele). Человек, живя плотию, принадлежит, как все животные, к этой общей массе животной жизни, но, независимо от неё, он есть абсолютно индивидуальная личность, у которой есть жизнь высшая, которая стремится постоянно к источнику своему – Богу. Это – душа человека, которая никогда не умирает, между тем как животное, потеряв жизненную силу (Fluide vital), уничтожается, не оставляя по себе следа.

Быт. 2И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке,

То есть, на востоке от страны, в которой Моисей начертывал священные книги.

и поместил там человека, которого создал.

Садовая работа была предназначена человеку, как легчайшая и способная приготовить его к более тяжким трудам земледельческой жизни. Это было время младенчества наших праотцев.

Быт. 2И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи,

См. комментарий к Быт. 2:5.

и дерево жизни посреди рая,

Человек не был смертен (не подчинён смерти), но сотворён с возможностию умереть. До грехопадения ему дозволено было вкушать плоды древа жизни, которое должно было поддерживать в нём силы жизни. Вместе с возмущением и грехом он потерял право на жизнь. Митрополит Филарет замечает, что по точному смыслу еврейского языка древо жизни переводится древом жизней, а также древом здравия. «Плоды райских дерев, – говорит он, – служили для питания, плод древа жизни – для здравия. Те могли восполнять в теле недостаток, производимый движением, а плод древа жизней, приводя силы человека в одинаковое всегда равновесие, сохранял в нём способность жить вовек (Быт. 3:22) и созревать к безболезненному преобразованию из душевного в духовное тело» (1Кор. 15:44–46). Запис. на Кн. Бытия, стр. 66). Сравни ещё Апокалипсис, где древо жизни представляется символом благодатной жизни в Боге (Ап. 22:2). Предание о древе жизни сохранилось у многих народов вместе со многими допотопными воспоминаниями, унесёнными ими в странствование после смешения языков. Так, например, мы читаем в Бун-Дехеш (Anquetil Duperron; Boun Dehesh M.XXVII, edition de 1771, V:III, p. 403): «Древо гом – белое древо, дающее здравие и понятие, растёт при истоках вод Ардонисур; его называют Гокерен; о нём сказано: Гом, который удаляет смерть, во время воскресения мёртвых возвратит жизнь умершим; он глава всех древ». Лейард (Layard, Nineveh and its remains), который дал науке драгоценные материалы для истории верований древних народов, упоминает о весьма замечательном барельефе в древнейшем дворце Нимруда (Nord West palace). Два царя с поднятыми кверху руками стоят перед мистическим древом, над которым парит крылатая фигура божества в кругу. Здесь не место входить в подробное объяснение той связи, которая существует между эмблемами всех древних и библейскими сказаниями; мы будем ещё иметь случаи коснуться несколько раз этого предмета и указать на воспоминания допотопного мира, которые из памяти старцев перешли в эмблемы, которыми сначала записаны были предания, но которые, утратив своё значение сперва для народа, а потом и для самих жрецов, превратились мало-помалу в предметы обожения. К числу их принадлежит и то мистическое древо, воспоминание о котором находим и в Индии, и в Гесперидских садах с их золотыми яблоками, как догадывался уже Спангемиус, который комментировал Каллимаха, греческого поэта, жившего за 270 лет до Р.Х. в Кирене (Hymn in Perer, v. 10; ссылка Hederich’s Lexicon Mythologicum, Leipzig, 1741, Seite 1031).

и дерево познания добра и зла.

«Для точного уразумения этого сказания, – говорит Отто Герлах, – весьма важно вникнуть в понятие добра и зла, о котором говорится здесь и в Быт. 3:5, 22. Совершенное незнание добра и зла означает младенчество, знание же добра и зла означает мудрость Ангелов и самого Бога. Знание или разумение в настоящем случае надо понимать в смысле выбора, свободного избрания, которое в себе заключает волю и действие. Посему «отринуть лукавое и избрать благое» (Ис. 7:16), говоря словами пророка, есть самосознательная свобода воли. Богу, конечно, не было угодно, чтобы человек лишён был этой свободы; само сотворение человека по образу и подобию Божию и дарование ему власти над землёю, которую он должен был подчинить себе, свидетельствует о пути, начертанном для него Богом. Он был предназначен с твёрдою решимостью воли знать зло и отринуть его, знать добро и избрать его и таким образом перейти из состояния детской невинности к невинности ангельской. Но для того, чтобы этот переход совершился, нужно было, чтобы человеку дана была возможность иначе пожелать, чем желал Бог; эта возможность лежала в заповеди не есть от плодов древа, стоящего среди рая. Тогда человеку открылись два пути достигнуть той свободы воли, которая была целью этой заповеди. Один путь, путь правды и истины, был узнать чрез заповедь искушение зла и преодолеть его силою воли – этим путём человек без греха и смерти сделался бы способным перейти в такое состояние сознательной невинности, в которой даже способность грешить была бы далека от него.

Но подле этого, правого, пути представился Адаму и другой, неправый, путь. На место истинной свободы (заключающейся в том, чтобы, отдалив от себя искушение зла, сообразоваться с законом Божиим) он мог избрать ложный призрак свободы, который заключался в возможности действовать каждое мгновение по собственному произволению. Не нужда могла заставить Адама преступить заповедь Божию, ибо он жил в обилии даров Божиих, не чувственность влекла его ко вкушению плода, но самовозвеличение, стремление к ложной самостоятельности и независимости. С падением человек действительно приобрёл познание добра и зла, невинность сердца была утрачена, зло испытал он на самом себе, и хотя (нарушив заповедь), сделавшись независимым, он возмечтал сделаться, яко Бог (Быт. 3:6), но вместе с тем стал и рабом греха и плоти и подпал временному и вечному осуждению. Итак, древо познания добра и зла действительно дало человеку это познание, но не на пользу его, а на погибель, пока сам Бог не восстановил человека искуплением, не изменил и самого зла в добро. Древо познания не без цели было поставлено среди рая близ древа жизни, дабы человек именно там, где он восприял самые щедрые дары Божии и самоё бессмертие, мог упражняться в первой добродетели – послушании».

«Древо познания, – говорит митрополит Филарет, – быв избрано орудием испытания, представляло человеку, с одной стороны, непрестанно возрастающее познание и наслаждение добра в послушании Богу, с другой – познание и ощущение зла в преслушании. К сему наипаче испытательному назначению относится всё, что говорит Св. Писание о древе познания (Записк. стр. 68). Человек сотворён по образу Божию. Необходимая высокая черта образа Божия есть свобода. Свобода твари не исключает возможности делать зло, но укрепляется в добре усугублёнными опытами делать добро, которое постепенно, при содействии благодати, составляет добрый навык и, наконец, нравственную невозможность делать зло. Из сего видно, что человек, сотворённый свободным, необходимо должен был пройти путь испытания» (Id. стр. 70).

Быт. 2Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки.

Быт. 2Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото;

Быт. 2и золото той земли хорошее; там бдолах

Бдолах или bdellium – прозрачная благовонная смола, получаемая от дерева (Borassus flabelliformis), растущего в Аравии, Индии и Мидии (Plin. Hist Nat. XII, 9 § 19). В переводе LXX вместо бдолаха стоит карбункул, рубин, гранат. Гроциус, Бохарт, Генезиус и Кимхи полагали, что слово бдолах означает жемчуг, находимый во множестве в Персидском заливе. Того же мнения держится и Бохарт , принимавший за четыре райские реки Тигр, Евфрат и два рукава Шатт-эль-Араба и полагавший землю Хавилу на берегу Персидского залива. Вернее, кажется, говорит он, разуметь здесь жемчуг или драгоценный камень, чем малоценную смолу (Англ. Комм. Библия in loco).

и камень оникс.

Быт. 2Имя второй реки Гихон [Геон]: она обтекает всю землю Куш.

Быт. 2Имя третьей реки Хиддекель [Тигр]: она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат.

В числе многих предположений о положении рая и четырёх рек, выходивших из рая, мы упомянем о следующих: Флавий Иосиф предполагал, что раем была вся Малая Азия между реками Фисоном, который есть Фазис древних, Тигром и Евфратом и Гихоном, который он отождествлял с Нилом. Это мнение, возникшее, вероятно, в Египте, в среде александрийских евреев, отвергается всеми учёными. По мнению других, рай был в Армении, из гор которой вытекают Фазис (Фисон), Аракс (Гихон), Тигр и Евфрат. Некоторые, впрочем, под именем Гихона разумеют Оксус, т. е. Аму-Дарью. В тождестве Тигра с Хиддекелем, или Диглатом сиро-арабского наречия, не сомневаются. Выражение «она протекает перед Ассириею», т. е. ближе к востоку, совершенно определяет эту реку. Евфрат не подаёт также повода к сомнению. Одна из интереснейших догадок есть мнение Бохарта, что рай находился при слиянии Тигра и Евфрата, на той реке, которая, образовавшись из слияния этих двух рек, носит название Шатт-эль-Араб и которая, приближаясь к Персидскому заливу, опять раздвояется на два русла и впадает в море двумя отдельными устьями. По этому предположению рай находится вблизи нынешней Бассоры. Гихон было бы восточное русло Шатт-эль-Араба, а Фисон – западное; земля Хавила есть северо-восточная часть Аравии, земля Куш – Сузиана или Кузистан (сравни введение в XIV главу). Последнее это мнение принимается весьма многими новейшими комментаторами. В дополнение к сему прибавим, что бывший прусский консул в Дамаске г-н Ветцштейн полагал, что под именем Фисона надобно разуметь громадное центральное «вади», или долину, пересекающую весь Аравийский полуостров и принимающую в период дождей характер большой реки, которая приливает свои воды в Нижний Евфрат. Этот поток обнимает землю, известную под именем «Хавила» в Писании.

Быт. 2И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его.

Кажется, человек сотворён был вне рая и потом введён в него или ангелом, или непосредственным внушением от Бога. «Таковое вступление в оный давало ему чувствовать, что он не есть естественный владыка своего блаженного жилища, но пресельник, введённый в него благодатию и долженствующий чрез него пройти ко славе» (Зап. на Кн. Бытия, стр. 68).

Человек от начала был создан для труда и работы. Первая работа была лёгкая, посредством которой, однако, он мог понемногу узнавать силы природы и, понимая их, подчинять их себе. Хранение указывает на то, что человек должен был в самом начале своего делания бороться противу природы и преодолевать её силы, стремившиеся разрушить его работу, создание его собственной мысли. Тогда, конечно, силы природы (до проклятия) не были так враждебны человеку, и он мог преодолевать их с большей лёгкостью, чем после, когда тёрн и волчец охватили поля его, но в этой работе и борьбе лежал залог умственного и физического развития человека.

Быт. 2И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть,

Быт. 2а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь.

Произнесённая Всеведущим Богом угроза смерти в настоящем случае есть вместе и заповедь, и предведение будущего, и естественное последствие греха, потрясшего душу возмущением и страстями, разрушившего тело немощами и болезнями. «Расстроенное и низверженное в грубую чувственность воображение, беспокойные и мучительные чувствования, губительные страсти суть смерть души… Немощи, болезни, разрушение составляют смерть тела»; таким образом, угроза Божия, по выражению блаженного Августина, заключает в себе все смерти, даже до последней, которая называется второю.

«Бог угрожает человеку смертию не так, как отмщением, но как естественным следствием преслушания и отпадения. Жизнь и свет человека были в Боге (Ин. 1:4), уклонение от воли Божией было отчуждение от жизни Божией (Еф. 4:18). Что же осталось человеку, кроме смерти?» (Зап. на Кн. Бытия, стр. 27–73).

«В день, в который ты вкусишь от него, – говорит Свящ. Писание, – смертию умрёшь». Сама жизнь человека, говорит Кальвин, после падения называется уже смертию, ибо это была жизнь отчуждённого от Бога.

Быт. 2И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному;

В этом выражении, если сравнить его с одобрением творения каждого дня, надобно видеть мысль о том, что творение не было ещё окончено, ибо это повествование относится ещё к шестому дню творения, в который сказано: мужчину и женщину сотвори их (Быт. 1:37). Кроме того, в этом глаголе Божием усматриваем будущее предназначение человека к жизни семейной и общественной.

Здесь видна мысль не о размножении человеческого рода (которое могло совершиться и другими путями), а о необходимости для души человеческой общения с другою человеческою душою, необходимости нравственной, а не физической.

сотворим ему помощника, соответственного ему.

Совет Божий, который предшествует творению женщины, подобно ст. 26 гл. I (Быт. 1:26), достаточно указывает на важность этого события. «Супружество, – говорит Отто Герлах, – которое совершенно отлично от плотского совокупления животных, есть мысль Божия, которая ещё не встречалась в предшествующем творении. Сперва сотворён муж, потом жена в помощницы ему, когда он почувствовал тягость одиночества и потребность общения. Оба вместе не составляли нераздельного существа, один не дополнял другого, напротив, мужчина при сотворении его был существом самостоятельным, полным, независимым, с известною определённою целию»; жена же сотворена в помощницы ему. Это мнение согласно с взглядом автора Запис. на Кн. Бытия (стр. 74–75); при этом он указывает ещё, что по-еврейски употреблён глагол не бара – сотворим, а аса – соделаем. Сотворение души человеческой уже совершилось, она уже вызвана из небытия в бытие, потому здесь не употреблён глагол творить, а глагол соделать; другая душа человеческая облечена лишь в плотскую форму, отличную от формы мужчины.

Быт. 2Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел [их] к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей.

Приведение животных перед человека и наречение им имени, по мнению Златоуста, знаменует мудрость Адама и владычество его. Нет сомнения, что до грехопадения он был действительно владыкой зверей земных – они без страха и опасности для него окружали его.

Наречение имени указывает ещё на важнейший дар Божий. «Человек получил, – говорит м. Филарет, – дар слова вместе с бытием» (стр. 76). Эта мысль имеет ревностных приверженцев между замечательнейшими философами всех веков. Nicola (Etudes philosophiques sur la Christianisme, в главе de la nécessité d’une revelation primitive), говоря о дарах духовных, полученных человеком при творении, о стремлении к истине и добру, которое вложено в душу человека и есть первое откровение Божие человеку, приходит к убеждению, что само слово получено человеком в дар от Бога – вместе с мыслию, от которой нельзя его отделить.

И действительно, вникая в таинственную связь слова и мысли и стараясь разъяснить себе появление слова, мы не можем не сознаться, что сама мысль наша, невысказанная ещё, облекается, однако, в самом разуме нашем в форму слова. Изобретение слова предполагает, однако, мысль, но каким образом можно думать, не имея слов для мысли? «Человечество, – говорит Nicola, – не могло бы выйти из этого очарованного круга, если бы вечный Разум не вывел его из этого состояния младенца, которого лепет получает разумность только влиянием дружеского разумного голоса, дающего его словам свою мысль. Это тождество слова и мысли было впервые высказано Бональдом в его известнейшей аксиоме «Il faut penser sa parole, avant de parler sa pensée»90. Платон говорил, что мысль есть разговор разума с самим собою. «У евреев, – говорит Nicola, – человек носил название говорящей души, греческое логос означает и слово, и разум; латинское intelligere – понимать, составленное из двух слов intus legere, не означает ли действия души, читающей внутри себя выражение своей мысли? Наконец, в высоко-философском языке Евангелия Вечная Мысль, просвещающая всякого человека, грядущего в мир, названа Словом: В начале бе Слово… (Ин. 1:1). Мысль и слово имеют здесь совершенно одинаковое значение; кроме того, само слово употребляется как воплощение мысли и как высшее выражение её». Недавно ещё, говорит Юркевич, господствовало убеждение, что человек придумал словесный язык, соображая те выгоды, какие происходят из предпочтения этого языка языку жестов. Теперь эта теория брошена, как нелепость, свойственная незрелой науке… Шеллинг говорит, что человек, когда он в первый раз обратил отчётливое внимание на свою жизнь и деятельность, уже застал себя охваченным тем нравственным и общественным порядком, который представляет осуществление идеи общественного блага в больших или меньших размерах» (Труд. Киевск. Дух. Ак. 1860, к. VI, стр. 494–496). То, что Шеллинг сказал вообще о нравственном и общественном развитии, можно совершенно применить и к слову человеческому: когда человек стал мыслить и анализировать своё слово, он застал его уже частию своего бытия.

Авторитет Ж.-Ж. Руссо (Essai sur l’origine des langues) и великого филолога и философа Вильгельма Гумбольдта (Lettre à Mr. Abel Remusat, sur la nature des formes grammaticales de G. Humboldt, Paris, 1827, p. 13) согласны с этою мыслию, что для человечества не было другого исхода из младенческого неразумного лепета, как Божественное откровение, давшее ему готовую форму для выражения его мысли, или, лучше сказать, давшее ему и мысль, и форму вместе.

Быт. 2И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым; но для человека не нашлось помощника, подобного ему.

Митрополит Филарет замечает, что в словах «не нашлось» слышится искание, желание предмета (стр. 77). Душа человека жаждала сообщества; быть может, мысль об одиночестве явилась и поразила его, когда он увидел животных, сотворённых по четам; вероятно также, Богу угодно было пробудить в человеке это чувство одиночества, чтобы вызвать из его души другое чувство – любовь к подобному себе существу. В этом стихе, который как бы выражает грусть, заключается объяснение предыдущего стиха: «не хорошо быть человеку одному». Вслед за тем Св. Писание повествует о сотворении жены.

Быт. 2И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию.

Между иудеями существует баснословное предание, будто человек почувствовал ещё прежде грехопадения плотское вожделение, и что сон, на него напавший, был следствием этого чувственного возбуждения; поэтому Бог, дабы спасти его от большего зла, принуждён был отделить жену от мужа (сравн. Быт. 1:27). Но эта басня противоречит всему духу этого поэтически прекрасного сказания, в котором повествуется о нравственном развитии души человеческой, о требовании души его, а не тела, плотские вожделения которого развились после грехопадения, как ясно указано в Быт. 4после изгнания из рая: «Адам познал Еву, жену свою; и она зачала и родила Каина». О сне, напавшем на Адама, св. Златоуст говорит, что это не был обыкновенный сон, но что мудрый Творец навёл на Адама сон глубокий, сделавший его нечувствительным к внешним ощущениям, дабы чувство боли не породило в нём неприязни к существу сотворённому из ребра его. Но, признавая этот сон Адама за сон необыкновенный, мы не должны считать самый сон последствием греха и осуждения к смерти. Хотя сон есть ограничение жизни, но этот беспрерывный размен дня и ночи, света и тьмы есть закон, установленный Богом для всего творения; человек, облечённый в тело и принадлежащий телом к животному миру, должен был с самого начала своего существования быть подчинённым этому общему закону (срвн. комментарии к Быт.1:5).

Быт. 2И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку.

«Жена созидается из ребра человека: а) для того, чтобы человек, сотворённый по образу по Божию, был единственным началом существ своего рода, подобно как Бог есть единственное начало всех родов существ; б) дабы жена всегда была близка к сердцу мужа; в) дабы она естественно расположена была к послушанию и покорности ему, будучи его как бы частию; г) дабы облегчить взаимное сообщение мыслей, чувствований, совершенств и сделать род человеческий единым телом» (Запис. стр. 78).

Быт. 2И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа [своего].

По-еврейски муж – ишь, жена – иша. Адам, восставший от исступления, в котором он находился, не мог знать того, что с ним происходило, поэтому нет сомнения, говорит Златоуст, что он произносит эти слова пророческим даром, движимый Духом Святым. И действительно, видя пред собою существо, подобное себе, он получает о нём откровение свыше, которое озаряет мысль его. Всё, что здесь рассказано о сотворении жены, говорил Отто Герлах (сар. 2, 23), объясняет особенности связи между мужем и женою в супружеской жизни человека. У животных самец и самка могли созданы отдельно друг от друга; у человека же супружество не есть только плотское совокупление – оно есть соединение духа для служения Богу; оно возлагает на обоих супругов обязанности, с одной стороны, господства и горячей любви, забывающей своё я для любимого предмета, с другой – любви и послушания, а на обоих лежит воспитание и нравственное образование потомков и приготовление их для Бога, для Его царства добра и истины, управление домом, устроение общественной жизни, наконец, царство над землёю и управление силами природы. Посему в истории творения жены лежит указание на неразрывную связь двух существ на всё время их земной жизни. Жена должна быть взятою от мужа и именно от части тела, ближайшей к сердцу его, чтобы этим напоминать, что это особенное соединение духа двух существ в любви простирается до единства плоти, заключает в себе все их плотские и духовные стремления и не может быть разорвано, потому что это учреждение самого Бога. Учение о супружестве, высказанное в Библии самим фактом создания, было забыто древними, погрязнувшими во многожёнстве; оно было восстановлено лишь Иисусом Христом во всей чистоте своей (Мф. 19:1–10).

Быт. 2Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут [два] одна плоть.

Это слова не Адама, а Бога (Мф. 19:5). В законе этом, который так естественно, так тактично объясняет супружескую жизнь, который мы выполняем, сами не сознавая того, лежит основание нашей христианской семейной жизни: в нём осуждение многожёнства и произвольного расторжения брака, в нём возвышение женщины-христианки над самкой-язычницей, в нём, наконец, равенство существ, сочетающихся любовию, и соединение их перед лицом Бога в одну плоть.

Быт. 2И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились.

«Нагота первых человеков, – говорит м. Филарет, – показывает, что она по бессмертной крепости своей не требовала никакой защиты от действия внешних сил, а по красоте – никаких украшений; в нравственном же отношении нагота, чуждая стыда, была знамением внутренней и внешней чистоты (стр. 81). Пока человек царствует над телом посредством духа своего и вследствие того в нём нет греховных стремлений и страстей, дотоле нет в нём побуждений плоти и нет чувства стыда». Чувство стыда есть чувство покаяния, воспоминания о грехе. Младенчески чистые праотцы, жившие в супружестве по закону Божию, не знавшие волнений плоти, не знали стыда, доколе не знали преступления.

Общее примечание к главе II Книги Бытия

В главе этой рассказано сотворение человека: не медленное развитие из какого-либо вида животных, а самостоятельное создание особого существа, подчинённого законам общей животной жизни, но не происходящего от животных. Теории Ламарка, Дарвина и других, производящие человека от человекообразных обезьян и проводящие его через жизнь дикого, прежде чем он достиг сознания своего Я, – суть теории, не согласные с Священным Писанием и притом далеко не доказанные. В мире животных мы не видим духовного развития, мы не можем указать ни одного примера из жизни животных, в котором бы высказалось стремление к совершенствованию. Молодые бобры так же строят свои жилища, как и старые, пчёлы неизменно строят свои соты, причём замечательно, что к ним даже вовсе не применима теория наследственности, ибо производители пчёл суть трутни и царица, а работницы суть бесполые существа. Сам вопрос о развитии всех животных из одной клеточки медленным процессом совершенствования не может считаться решённым, потому что в геологических пластах не найдено доказательств непрерывной цепи существ, и разум отказывается признать общее происхождение многих пород, напр., плотоядных кошек и отрыгивающих жвачку от общих прародителей, а потому эта теория есть только гипотеза, но не доказанная истина. Мы уже во вступлении говорили, что все дикие нашего времени суть вероятно отчуждённые от общего движения племена, которых отцы были развитее их. Мы прибавим, что в преданиях всех этих народов сохранились воспоминания о лучших временах, об отдалённых странах, из коих пришли их предки. Мы говорили также, что развитие дикаря немыслимо, если извне он не имеет дружеской разумной помощи, и мы утверждаем, что теории происхождения человека от обезьяны или другого животного не доказаны и невозможны, но что ещё менее возможно развитие человека, поставленного в такие условия, в какие ставят его теории Дарвина, Ламарка, Лайеля и других при самом появлении его на земле. Единственный разумный ответ на вопрос о появлении и развитии человека на земле даёт Книга Бытия.

Глава III. Вступление

Рече же им (Иисус): видех сатану яко молнию с небесе спадша (Лк. 10:18).

Како спаде с небесе денница восходящая заутра? сокрушися на земли посылаяй ко всем языком. Ты же рекл еси во уме твоем: на небо взыду, выше звезд небесных поставлю престол мой, сяду на горе высоце, на горах высоких, яже к северу: взыду выше облак, буду подобен Вышнему (Ис. 14:12–14).

Он человекоубийца бе искони, и во истине не стоит, яко несть истины в нем: егда глаголет лжу, от своих глаголет: яко ложь есть и отец лжи (Ин. 8:44).

Воспомянути же вам хощу… яко Господь… аггелы же не соблюдшыя своего начальства, но оставльшыя свое жилище, на суд великаго дне узами вечными под мраком соблюде (Иуд. 5–6).

Св. Димитрий, митрополит Ростовский (Летопись изд. 1796 г.), говорит, что Григорий Беседовник, Дамаскин (кн. 2, о вере, гл. 3), Григорий Богослов и другие полагают, что ангелы сотворены разумны, самовластны, бессмертны, но не были утверждены в благодати и могли грешить, что и доказывается падением одного из них: «Взыду и выше звезд поставлю престол мой и буду равен Вышнему» (Ис. 14:14). Но что побудило его к гордости, первому и страшнейшему из всех грехов? Отцы Церкви и мыслители предполагают, что тайна воплощения и искупления была открыта ангелам, и что один из них, гордясь своею славою, не хотел поклониться Первородному, о котором писано: Егда же паки вводит Первороднаго во вселенную, глаголет: и да поклонятся ему вси ангели Божии (Евр. 1:6). Введение Первородного во вселенную есть пришествие Господа нашего Иисуса Христа в мир; между тем сказано: паки (опять) вводит во вселенную. Отсюда предполагают, что Богу угодно было вначале открыть эту тайну ангелам, а они должны были верою поклониться грядущему Мессии, Искупителю, а впоследствии поклониться самим делом. Подтверждение этой мысли видят и в словах Спасителя: Вы отца [вашего] диавола есте, и похоти отца вашего хощете творити: он человекоубийца бе искони (Ин. 8:44), то есть, ещё светоносный ангел, которому открыта была тайна вочеловечения, задумал погубить Богочеловека из гордости и погиб, увлёкши с собою третью часть звёзд небесных (Откр. 12:4). Прочие же ангелы с архистратигом Михаилом «брань сотвориша со змием, и свержен бысть змий великий» (Откр. 12:7–9), а святые ангелы «воспеше победную песнь: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф». С тех пор ангелы прияли полную благодать и в награду за заслуги освящены непогрешительностию и блаженством91.

Хотя в Св. Писании нигде нет подробного повествования о падении ангелов, и самые прямые указания на эту эпоху находим мы в вышеприведённых текстах, но нельзя не остановиться на той мысли, что духи бессмертные для полноты совершенства должны были быть поставлены в положение, в котором они могли избрать путь истины и добра и путь погибели, иначе они находились бы в состоянии невинности, но не совершенства. Те, которые силою воли отринули зло и воспротивились ему, сделались достойными вечного блаженства и сделались орудиями добра и истины; другие же возмутились противу истины и задумали, как говорит св. Дмитрий, противодействовать будущему воплощению Бога Слова, вероятно, не понимая вполне страшной тайны и не хотя понять её верою, так как для испытания необходимо было, чтобы часть тайны оставалась для них непроницаемою, несмотря на светлые умы их. Эти последние сделались вечным орудием зла, понимая, впрочем, постоянно всё величие, всю прелесть, всё обаяние истины, добра и любви и понимая притом бессилие зла, и в этом их страшное мучение – невозможность возвратиться к источнику добра, от которого они оторвались и противу которого возмутились. С тех пор целью отца лжи было всякое противодействие истине, хотя он понимал и понимает, что зло его бесцельно, что частные его победы ничтожны пред величием любви и милосердия, что из самого зла в ряду веков вырабатывается добро и что окончательный результат есть победа добра над злом, которое он сеял.

Эта мысль проведена во всей истории царства Божия на земле; её же находим мы и в падении праотцев, которые увлечены были демоном в погибель, которых тела преданы были смерти, но которых потомство в ряду веков путём горького опыта вырабатывало себе как неотъемлемое достояние человечества сознание, что зло не может дать счастия, и жажду истины, добра и любви. Тогда предвечно определённое вочеловечение Бога Слова свершилось; Он пришёл утолить ту жажду истины, которая явилась у всех языков, и мир примирился с Богом, источником всякой истины во Иисусе Христе. «Ад, где твоя победа?» (Ос. 13:14).

Таинственный рассказ о падении человека, заключающийся в этой главе, оставил по себе воспоминание в памяти многих древних народов: почти везде змей является существом проклятым, представителем зла или же предметом обожения и страха92, везде праотцы представляются существами более чистыми, более совершенными, чем их потомки, и везде причиной падения есть грех, непослушание воле Божией. Но нигде не выступает с такою ясностию единство источников преданий различных народов, как в зороастрическом рассказе о падении первой пары, искушённой Ариманом под формой змея, давшего вкусить праотцам от плода древа, которое он сам производит (Boun-dehesh XV). К тому же воспоминанию о древе познания и древе жизни должно относиться жертвоприношение опьяняющего напитка Сома. Весьма также близкое к библейскому рассказу повествование представляет индийский миф Кришны, но этот последний почерпнут, быть может, из еврейских и христианских источников, так как рассказа этого нет в Ведах и древнейшей санскритской литературе, а он впервые появляется в Бхагават-Гита, которую относят к III веку по Р. Х. и которая, по новейшим исследованиям, черпала свои сказания из христианских и частью еретических писателей.

Связь сказания Зендавесты о падении человека с еврейскими сказаниями гораздо интереснее. Что Моисей не мог заимствовать этого сказания у ариев, доказывается и тем, что евреи лишь в позднейшие времена пришли в соприкосновение с персами, и тем, что язык Книги Бытия, и в особенности первых трёх глав её, носит характер глубокой древности. Язык еврейский, сохранявшийся в чистоте при Моисее, имел большое родство с языком древнеассирийским и древнехалдейским, родство это доказано гвоздеобразными надписями, и записанные в нём сказания должны или могут найтись в надписях Халдеи и Ассирии (как нашёлся там рассказ о потопе), но не могли никаким образом иметь влияния на древнейших ариев, которые едва ли имели письмена в то время, когда Моисей начертывал Книгу Бытия. Гораздо правдоподобнее предположить, что семиты сохранили, с одной стороны, священное предание о великом событии, имевшем такое решительное влияние на жизнь человечества, и что предание это восстановлено во всей чистоте в Книге Бытия откровением, данным Моисею, но что и иафетиды унесли с собою к верховьям Инда и в Мидию то же предание, которое записано Зороастром в священных книгах своих, в которых он, или, лучше сказать, народ ариев, развил своё миросозерцание, выразившееся для них в двух равносильных началах добра и зла.

Глава III. Змей прельщает Еву; падение Адама; проклятие змея; наказание человека, изгнание из рая

Быт. 3Змей был хитрее всех зверей полевых,

«Змий искуситель, – говорит м. Филарет, – есть истинное, но не простое животное. Им действует существо высшего рода, ибо действует разумением; но существо злое, ибо действует против воли Божией к погибели человеков и к собственному наказанию… Когда змию приписывается хитрость преимущественно пред всеми животными, сим показывается естественное совершенство сего животного, которое и Христос представляет образцом мудрости (Мф. 10:16). Диавол избирает таковое орудие для удобнейшего в нём действования и сокрытия обмана» (Запис. стр. 88 и 89). Один комментатор Библии замечает, что если праотцы вдались в обман и думали иметь дело с животным, мудрость которого они знали, то этим нисколько не уменьшается грех их, ибо они более поверили подчинённому себе существу, чем словам Творца своего.

которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?

«Первые слова искусителя, как они читаются в переводе Семидесяти толковников, заключают уже клевету на Бога, но они могут быть приняты в знаменовании недоумения: подлинно ли Бог сказал: не ешьте (плодов) ни с какого древа в саду? Таким образом клевета упадает не на Бога, но на Адама, что, по-видимому, и сообразнее с коварством искусителя. Восстав прямо против слова Божия, он мог бы ужаснуть Еву, но он преображается перед нею в светлого ангела, в учителя истины и вводит её в сомнение в том, точно ли Божие слово слышала она от мужа и не по суеверию ли воздерживается от древа познания? Из сего видно, как опасны даже лёгкие и отдалённые в вере сомнения» (Запис., стр. 91).

Прежде всего змий старается показать Еве несправедливость Божию: «К чему, – говорит он, – ведёт жизнь в раю, если нельзя вкушать плодов, находящихся в нём, и зачем испытывать беспрерывно мучение, видя их перед собою и не имея права удовлетворить своё желание?» (Св. Иоанн Златоуст). Но первая попытка диавола возбудить желание, жадность к запрещённому (которая так часто делает человека среди довольства бедным) не имела успеха пред чистым младенческим человеком, для погибели его необходимо было сильнейшее искушение.

Быт. 3И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть,

Быт. 3только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть.

Ответ Евы показывает, что первые человеки согрешили противу ясно понятой заповеди. Автор Записки на Кн. Бытия, указывая, что Ева повторяет заповедь с прибавлением слов «и не прикасайтесь к нему», думает, что мысль о строгости заповеди и страхе смерти уже начинала затмевать в ней чистое чувствование любви и благоговения к Богу-законодателю (стр. 92).

Быт. 3И сказал змей жене: нет, не умрете,

Быт. 3но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло.

«Вторая речь искусителя, – говорил м. Филарет, – заключает в себе сколько слов, столько лжей, но сплетённых так, что богоотступлению дают вид действования по намерению Божию.

«Примечая, что страх смерти держит Еву в послушании Богу, он отъемлет прежде всего сию опору: не умрёте. Но, дабы не показаться противоречащим слову Божию, он старается внести своё противоречие в самоё слово Божие и к сему обращает богонаречённое имя древа познания добра и зла. Изъясняя сие наименование, он уверяет, что со вкушением от древа познания Бог соединил совершенное ведение добра и зла, подобно как со вкушением от древа жизни совокупил жизнь бессмертную, и обещает в сём ведении новые очи, т. е. новую степень ведения и даже божественность. Такое понятие о древе познания он или приписывает самому Богу, или утверждает клятвою с именем Божиим: знает Бог».

«Такое описание могло породить две мысли: или ту, что Бог по зависти возбранил его, дабы не иметь причастников своего естества, или ту, что Адам превратил истинный смысл Божией заповеди. Одна другой выгоднее была для искусителя, но в Еве удобнее предполагать можно последнюю».

К этому прибавим, что основная мысль этого (и всех других грехов) есть гордость, самовозвеличение, желание независимости; человек не знал, что, действуя самостоятельно, вне любви и заповеди Божией, он терял свою разумную свободу (действовать для истины и добра) и, освобождаясь от уз заповеди, он весь отдавался рабом греху, плоти и её нечистым стремлениям.

Быт. 3И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание;

Ева, возбуждённая словами диавола, взглянула на дерево, как будто видела его в первый раз; уклонившись от заповеди, она, вероятно, предавалась в это мгновение многочисленным похотям и стремлениям, которые помрачили её ум и заставили забыть всё, кроме достижения возбуждённого в ней желания. Она нашла древо прекрасным, но более всего овладела ею мысль, что оно вожделенно, потому что даёт знание». Автор Запис. на Кн. Бытия прекрасно говорит по этому случаю: «С уклонением от единства истины Божией во многочисленность собственных помыслов неразлучна множественность собственных желаний, не сосредоточенных в воле Божией».

Действительно, человек, потеряв из виду путеводный маяк – слово Божие, теряет разумное сознание своих действий. Облечённый в тело, он подчиняется лишь требованиям его. Не сдержанный ничем, он, по-видимому, расширяет круг своего действия, но зато, лишившись опоры, делается бессильным против страстей. Ум его, потеряв разумную цель, теряет ясность и чистоту мысли.

и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел.

Греховное действие, самоё вкушение плода, должно рассматриваться в связи с падением души, которая осквернилась неблагодарностью, возмущением, гордостью и не могла уже быть достойной блаженной жизни, ей предназначенной. Ещё важнее грех мужа, который слышал слово Божие из уст Творца и которого могла прельстить жена. Поэтому Апостол (Рим. 5:12, 14, 19) ему одному приписывает грех, преступление, ослушание, жене же – прельщение (1Тим. 2:14).

Быт. 3И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания.

«Глаза их действительно открылись, – говорит Отто Герлах, – как обещал им змий, но для того только, что увидеть, что, разорвав связь свою с Богом, они сделались рабами плоти; человек, желая быть абсолютно свободным и стать независимо от Бога между добром и злом, немедленно отдаётся во власть злу, оторвавшись от Бога и добра. Человек, имевший высшее назначение посредством познания и любви Божией быть свободным господином мира, теряет посредством непослушания своего власть над самим собою и не может даже управлять похотями плоти своей, а тем менее – властвовать над миром. Пока воля его управлялась заповедью Божией, до тех пор он не знал похоти чувственной, от которой бы он должен был воздерживаться, но как только он был предоставлен самому себе, он чувствует, что плотские вожделения овладевают им, что воля его бессильна и что наружный покров необходим, чтобы удалить из виду предмет вожделения. Это-то и есть источник чувства стыда, которое указывает, что начало его – грех» (Genesis cap. III, S. 7, Anm. 5).

«Когда они, – говорит блаженный Августин, – отпали от блаженного состояния, и тело их восприяло болезненную похоть, то в душе их во время самого наказания проявилось, однако, чувство, доказавшее её высокое происхождение: она стыдилась скотских стремлений не только потому, что она внезапно почувствовала их небывалое доселе проявление, но и потому ещё, что постыдное вожделение явилось как следствие греха». Человек в минуту падения остановился в ужасе: он почувствовал своё бессилие над собою, то горькое чувство бессилия, которое доселе есть высшее мучение человека в борьбе с грехом.

Быт. 3И услышали голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица Господа Бога между деревьями рая.

«Св. повествование, – говорит м. Филарет, – не даёт точного понятия об образе явления Божия; можно утверждать только то, что явившийся был Сын Божий, коему свойственно являть Бога, никем (наипаче же грешниками) не видимого (Ин. 1:18). Надо обратить особое внимание на имя Божие, как оно является в этом месте Св. Писания. Грешникам является Иегова Бог, Бог завета и Откровения. С самого младенчества и в продолжение всей жизни человечества Бог является людям сообразно с состоянием более или менее развитой души их. В Ветхом Завете явления и откровения имеют более поражающий чувственность характер; в Новом Завете, когда Слово озарило истиною душу человеческую, откровения теряют свой характер поразительно чувственного и действуют в тайниках души человеческой. При младенческом состоянии человека Иегова Бог является чувственным образом праотцам, и явлению Его предшествует какое-то знамение. Некоторые комментаторы переводят с еврейского это место буквально так: «И услышали глас Господа Бога в ветре дня». Это выражение было переводимо: «и в прохладу дня»; в переводе Семидесяти толковников принято выражение «пополудни» (т. е. к вечеру). Быть может, «в ветре дня» соответствует выражение «рече Господь Иову сквозе бурю и облаки» (Иов, 38:1).

Мы не должны пройти молчанием перевода или, лучше сказать, арамейских таргумов или перифраз (переложения) Пятикнижия Онкелоса, которые были в уважении у евреев в конце первого века по Р. Хр. В таргумах Онкелоса Бог не является в чувственном образе, а воззвание Бога к Адаму (в след. 9 стихе, Быт. 3:9) выражается так: «И воззвала Мысль Божия или Слово Вечного к Адаму и сказала ему: Мир, сотворённый Мною, лежит (открытым) предо Мною; мрак и свет лежат (открытыми) предо Мною, и как же думаешь ты, что место сокрытия твоего не известно мне?» (Перевод Франка la Cabbale P. I, ch. I).

Быт. 3И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: [Адам,] где ты?

Обличение грешников Бог начинает вопрошением: где ты? По замечанию Св. Амвросия (Lib. de Parad. XIV), Бог не спрашивает здесь Адама, в каком он месте, но – в каком состоянии? (Запис. на Кн. Бытия, стр. 98). Отто Герлах делает следующее замечание на всё последующее отделение текста: «Бог не хотел оставить человека в состоянии греховном, в котором он скоро уподобился бы зверям и сделался, быть может, их добычей. Указывая человеку на его преступление, угрожая ему наказанием, которого начало человек уже испытывает, и давая ему между тем в приговоре, произнесённым над змием, надежду избавления, Бог начинает искоренение зла, проникнувшего в сердце человека, исполнением заповеданного наказания будит Он в нём чувство вины и милостию своею возрождает в нём надежду победы и избавления» (Genesis С. III, Anth. II).

Быт. 3Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся.

Нагота человека, открывшаяся ему после падения вследствие чувства бессилия воли, оторвавшейся от добра, есть первый признак его греховного состояния, который поражает его.

Быт. 3И сказал [Бог]: кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть?

Милосердие Вечного Судии выражается в этих словах, вызывающих на признание, на покаяние. Всеведущий Бог не указывает прямо на содеянный грех, он желает покаяния, он ещё медлит наказанием, чтобы пробудить в душе грешника сознание преступления.

Быт. 3Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел.

Падшая душа не может вдруг подняться, первый грех ведёт за собой неблагодарность и укоризну: жена, которую Ты дал. Первый человек (и вместе с ним всё человечество) должен был пройти весь ряд постигших его несчастий и горя, исчерпать до дна чашу страдания, чтобы сделаться достойным обновления, совершённого над душой человека Иисусом Христом. Из этих немногих слов Адама мы видим, как глубоко пустило в душу его зло свои корни и как необходимо было обновить душу человека, дабы довести её до первого назначения жизни в Боге для добра, для истины, для прекрасного.

Быт. 3И сказал Господь Бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела.

Хотя праотцы ищут себе оправдания, обвиняя в грехе Адам – жену, а жена – змия, но истина берёт верх, и они признаются в содеянном грехе.

Быт. 3И сказал Господь Бог змею: за то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами и пред всеми зверями полевыми; ты будешь ходить на чреве твоем, и будешь есть прах во все дни жизни твоей;

Суд начинается со змея не только потому, что им положено начало греха, но и потому, что в осуждении его заключается некоторое утешение для устрашённых человеков, предохраняющее их от отчаяния при услышании приговора о себе самих (Запис., стр. 102). Хотя слова проклятия, произнесённого над змеем, могут относиться к змею естественному, но, проклиная орудие, послужившее диаволу для исполнения его целей, естественно, Бог вместе с ним и в лице его проклинает и отца всякой лжи. Кажется, впрочем, что первая половина проклятия (ст. 14) относится более к животному, а вторая прямо указывает на источник всякого зла и на победу Богочеловека над диаволом, хотя, впрочем, слова проклятия не разделяются видимым образом между змеем и диаволом, но текут непрерывно так, как бы простирались к одному предмету (Запис., стр. 103). При проклятии змея как орудия Бог уподобляется любящему отцу, который, наказывая того, кто убил его сына, разбивает в куски меч, который послужил орудием смерти, говорит св. Иоанн Златоуст.

Быт. 3и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту.

В образе вражды между змием и человеком, говорит митроп. Филарет, с особенною ясностию описывается восстановление царства благодати на развалинах владычества греха и смерти (Зап., стр. 105). Посредством греха человек вошёл в согласие с диаволом. После сего союза Бог угрожает враждою диаволу, из сего видно, что разрушение этого союза последует со стороны человека и вражда сего последнего будет состоять в удалении от греха и в старании победить диавола (стр. 106). Но человек, потерявший свободную волю делать добро, раб греха, не имеет силы бороться с врагом, и потому ему нужен помощник и избавитель. В словах проклятия над змеем лежит будущая тайна искупления, Семя жены указывает на грядущего Искупителя, рождённого от чистейшей жены, не имевшей мужа: Он сотрёт главу змию, т. е. уничтожит его совершенно.

«От уязвления в пяту, – говорит митроп. Филарет, – не исключается также оное победоносное Семя жены, или Глава и Избавитель верующих…» Сие есть то уязвление, о котором говорит пророк: язвою его мы исцелехом (Ис. 53:5). От этого первого откровения до воплощения Бога Слова во всём Ветхом Завете яснее и яснее выступает грядущее таинство. В самом его ожидании, неясно понимаемом человеком, лежало уже исцеление души его. Надежда подкрепляла сынов Божиих, чающих Избавителя, и, отрывая их от здешнего мира, несла их души навстречу Того, Который должен был спасти мир от греха и смерти. В этом ожидании сосредоточилась вся жизнь праотцев.

Быт. 3Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою.

В болезни будешь рождать детей: известно, что самые здоровые женщины испытывают мучения и близки бывают к смерти при каждом рождении ребёнка. Это наказание возложено на жену независимо от наказания, назначенного мужу, которое она разделяет вместе с ним.

«И к нему влечение твое»: несмотря на боли рождения, указывает на вечный закон, соединяющий мужчину и женщину в плотской их жизни. Следующее затем выражение «он будет господствовать над тобою» ещё знаменательнее и по буквальному исполнению своему во времена Ветхого Завета, и по изменению положения женщины в христианском мире. Жена сотворена для мужа и, будучи его помощницей, была от него в зависимости, но супружество принимает жестокий характер господина и рабыни лишь с минуты проклятия. До сих пор ещё между магометанами и языческими племенами существует это отношение мужа к жене. Только христианство с уничтожением тяготевшего над человечеством проклятия изменило положение женщины, в особенности потому, что несть мужеский пол, ни женский: вси бо вы едино есте о Христе Иисусе (Гал. 3:28). С избавлением от первоначального проклятия женщина в отношении к мужу стала в то положение, которое существовало до грехопадения. Она сделалась помощницей ему, и первый закон о браке (Быт. 2:24) повторен для христианского мира Иисусом Христом (Мф. 19:5).

Быт. 3Адаму же сказал:

Слово Адам употреблено в евр. тексте в Быт. 1:26, 27; Быт. 2:7, 8, 15, 18–23, 25; а ишь – в Быт. 2:22, 23. Корень слова Адам (имя первого человека и всего человечества) есть Адама – земля. Это имя напоминает человеку, что тело его взято от земли, что он по своему телу есть прах и в прах возвратится (Быт. 3:19).

за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей;

Быт. 3терния и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою;

Быт. 3в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься.

«Достойно примечания, – говорит м. Филарет, – что все наказания, которыми Бог поражает здесь человека, суть временные и оканчиваются смертию телесною» (Запис., стр. 115). Сравнивая их с наказанием, постигшим змея, мы видим вечное ему осуждение. Кара человека состоит в двух видах наказания: в проклятии земли и в смерти телесной. В первом из них видна необходимость усиленного труда для человека, работа утомляющая, в нём скрывается глубокий смысл для всего человечества – это необходимость для человека сознания своего бессилия, ибо первый грех его был гордость и самовозвеличение. Второе наказание – смерть, возвращающая тело человека в землю, из которой он взят. С разрывом связи и завета, существовавшего между человеком и Богом, человек лишается древа жизни, дававшего бессмертие его телу, и предоставляется собственным силам. Как часть творения, он подчиняется отныне общим законам всего животного мира и должен умереть, но в самой смерти тела является новый залог близости Творца, средство для души его, осквернённой преступлением, смириться и исповедать грех свой. Надобно глубоко проникнуться мыслию, что для человеческой души, предназначенной созерцать славу творения и благость Творца, не было другого исхода после её падения, как страдание, на которое она была временно обречена; Бог не хотел оставить своё высшее творение, созданное по образу Его, в той пропасти, куда низверг его демон: нужно было восстановить его сперва наказанием, потом рядом откровений, наконец, Словом Божиим, еже плоть бысть и вселися в ны (Ин. 1:14), и великой и страшной жертвой искупления. Тело человека, не умевшего сохранить себя в первобытном состоянии, предано было Богом на смерть, но душа человека, способная любить Его и понимать Его творение, была спасена любовию Божией.

Быт. 3И нарек Адам имя жене своей: Ева93 ибо она стала матерью всех живущих.

Комментаторы полагают, что жена называется жизнию в смысле обетования, данного Богом о её Семени, которое должно было стереть главу змия, «имеющего державу смерти», и она сделалась матерью всех живущих, как мать второго Адама, в котором началась новая жизнь человечества. Жизнь по-еврейски Ева, или Хева, правильнее же – Хавва. Мы увидим впоследствии, что имена, даваемые праотцами и патриархами, все имели значение упования, утешения, веры в будущее.

Быт. 3И сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их.

Итак, первые одежды были даны самим Богом падшим людям. В одежде и её необходимости скрывается чувство стыда, которое отныне должно составлять принадлежность души человека и напоминать ему о грехе (сравн. комментарий к Быт. 3:7). Кажется, одежды указывают на смерть животных, которые, вероятно, с этого же времени начали приноситься в жертву (см. Быт. 4:4). Смерть животного, закланного первым человеком, должна была поразить его ужасом, в этой науке смерти должен он был приготовляться к мысли, что и он должен умереть, самая одежда его из кожи убитого животного служила ему обличением и напоминанием первоначального его бессмертного состояния, его греха, грядущей смерти, и все эти чувствования вместе должны были действовать благотворно на его бедную падшую душу и возвышать её смирением и покаянием.

Заметим однако, что смерть животного не доказывает ещё, что мясо его употреблялось в пищу до потопа (сравн. Быт. 9и главу XI первой части).

Быт. 3И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло;

Из этих слов видно, что змей не солгал человеку, обещая ему, что он уразумеет добро и зло, он только умолчал пред ним, что, приобретя это знание нарушением заповеди Божией и оторвавшись от Бога, он погубит и тело, и душу свою, ибо душа, возмутившаяся против Творца, не может иметь покоя, так как покой и счастье души в добре и истине; тело же его предано будет смерти.

и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно.

Душа человеческая создана была бессмертною, тело же поддерживалось для бессмертного существования плодами древа жизни. Богу не угодно было допустить увековечения греха в смертном теле человеческом. Мы выше упоминали, что смерть тела была одним из средств спасения души, уничтожая в нём ту гордость, которая была причиною его гибели. «Теперь, – говорит митр. Филарет, – когда человек, возжелав быть Богом, в себе самом возомнил найти независимое начало жизни, он не должен более пользоваться орудием и знамением бессмертной жизни, дабы мог познать свою ошибку. Древо жизни не может быть полезно тому, кто, быв отчуждён от жизни Божией, носит в себе внутреннее начало смерти; в сем случае его бессмертие только продолжило и утвердило бы его смерть. Он должен удалиться от древа жизни не столько в наказание, сколько для сокращения его наказания и для того, чтобы, как грех отделил его от Бога, так смертность отделяла бы от диавола (сравни предыдущее примечание). Преткнувшись на пути жизни, он должен идти безопаснейшим путём внутреннего и внешнего умерщвления» (Запис., стр. 121–122).

Быт. 3И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят.

До грехопадения человек должен был возделывать рай, устроенный и украшенный для него Богом, но теперь осуждается возделывать землю, из которой он взят, т. е. землю, ещё требующую устройства и украшения.

Быт. 3И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни.

Замечают, что Моисей употребляет слово, совершенно тождественное с тем, которое обозначало изображения, осенявшие ковчег (Исх. 25:17–20). Херувим есть имя, присвояемое отцами церкви одной из высших степеней служебных духов, предстоящих пред Творцом. Слово Херувим, или Херуб, производят от слова Кероб – близко, т. е. это один из высших Ангелов, находящихся близ Царя вселенной. Талмудисты говорят, что Херувим значит отрок, утверждая, что они обладают красотою юности и чистоты. Гезениус указывает на корень Хараб, или Харам – «освящённый», «неприкосновенный», «закрытый», – как на корень, от которого, по всей вероятности, произошло слово Херувим. Как в скинии, так и в храме Соломона (3Цар. 6:27) Херувимы были изображены как хранители святыни; и в повествовании об изгнании из рая первого человека Херувим является исполнителем Божиего повеления, хранителем доступа к раю, который не уничтожен, но становится для изгнанного смертного святыней, отныне ему недоступной, в которую, однако ж, он может надеяться проникнуть трудом, покаянием и молитвою.

Глава IV. Вступление

Грех так сильно овладел человеком, что между сыновьями Адама уже является смертоубийство. Это обстоятельство яснее всего показывает, что первоначальный грех, оторвавши человека от Бога, испортил сердце его и соделал его доступным всем преступлениям, ибо, отняв у него благодать, лишил его силы над самим собою. Убийство происходит после жертвоприношения, в котором Господь Бог, ведая сердца, не призрел на жертву Каина. Пред преступлением Господь предупреждал его, что «у дверей грех лежит». Каин, сын падших прародителей, которые открыли сердце своё злу и возмущению, не преодолел своей злобы и пролил кровь брата. Вместе с сим начинается и разделение между отверженным и избранным племенем или, иначе, между сыновьями Божиими, кои в смирении и покаянии приносят душу свою Богу, и между сыновьями лукавого, которые в гордости своей возмущаются против Бога и его законов и вносят зло в мир.

Глава IV. Каин и Авель; проклятие Каина; первый город; Каинит Ламех; избранное племя: Сиф, Енос

Быт. 4Адам познал Еву, жену свою;

Слово «познал», говорит м. Филарет, объясняется тем, что дева на священном языке называется сокровенная.

и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа.

Каин значит приобретение. Это имя должно быть особенно важно, потому что Моисей замечает и мысль, с которою оно дано: приобрела я человека от Господа. Это выражение может быть переведено двояко: я приобрела человека Иегову, одним словом, Богочеловека, или я приобрела человека от Иеговы. В обоих видах этого изречения – в одном яснее, а в другом не столь ясно – представляется одна мысль праматери: мысль о том обещанном ей от Бога Семени, которое должно поразить змея в голову.

Сомнительно только, в самом ли Каине думала она иметь обетованного Избавителя или в его потомстве, но и та, и другая погрешность возможна была потому, что обетование дано было без изъяснения времени и других обстоятельств этого события.

Быт. 4И еще родила брата его, Авеля.

Авель значит суета (по Фл. Иос. – плач). Быть может, прародители, более испытанные и смирившиеся пред Богом, дают наименование второму сыну, более соответственное своему положению, припоминая слова Божии: в прах возвратишься. Быть может, также в имени его выразилось невольное пророчество о его несчастной кончине. Каин был сын надежды, Авель сын сокрушения, и эти различные чувства родителей могли иметь влияние на рождение, воспитание и образование детей. (Запис. на Кн. Бытия, ч. I, стр. 129).

И был Авель пастырь овец, а Каин был земледелец.

Следовательно, земледелие и жизнь пастушеская возникают одновременно и притом в самом начале жизни человечества. Мы совершенно отрицаем теорию, силящуюся доказать, что человечество прошло через все три состояния первобытных занятий, т. е. что сначала оно занималось охотою, потом перешло к жизни пастушеской и наконец сделалось оседлым и занялось земледелием. Теория эта не подтверждается ни одним примером в течение, по крайней мере, трёх тысяч лет, о которых мы имеем достоверные известия. На оседлость или кочевой быт народа имеют влияние окружающая его среда, способствующая тому или другому занятию, и выработавшийся под известными влияниями характер расы, но мы отказываемся признать в этих занятиях степени развития всего человечества. Народы, населяющие степи Великой Азии, были всегда кочевыми и останутся ими, исключая те племена, которые вследствие особых обстоятельств займут плодоносные долины с роскошною растительностию. Так, несомненно, туранское племя нагов (змей), заняв долину Кашмира, сделалось земледельческим; так бродячие племена туранского происхождения, заняв плодоносные долины Теджента, Нишапура, Етрека в древней Гиркании и Парфии, обратились в земледельцев и создали сильное царство (250 г. до Р. Хр.); так монголы сделались земледельцами в долине Ганга, а гунны – в Венгрии. Все предания народов относят изобретение земледелия и всех орудий к мифологическому доисторическому времени. Находка черепов туранского или арийского происхождения и каменных орудий в Европе не доказывает, что эти охотничьи племена были высшими представителями цивилизации своего времени, она доказывает только то, что в далёкие времена арийцы или туранцы, кочевые или охотники проникли в новую для них страну и остались с своими древними орудями, в то время, как оседлые и земледельческие братья их пользовались бронзой и, может быть, железом94. Заметим кстати, что Лайель (Lyell, antiquity of man.), этот защитник гипотезы постепенного развития человека из дикаря, сам указывает (loco cit. p. 90), что нет геологических доказательств на то, чтобы так называемые низшие расы в хронологическом порядке предшествовали высшим расам, и упоминает при том, что некоторые из древнейших, по-видимому, найденных в Европе черепов принадлежат к высшей кавказской расе (Id. pp. 80 and 200). Вспомним ещё по Лайелю же (Id. pp. 39–40), что в долине Огио есть сотни холмов, скрывающих могилы, храмы и здания, в которых находим орудия и утварь высшей цивилизации, между тем эти холмы покрылись вековыми лесами, и в лесах этих бродят кочевые племена краснокожих индейцев-охотников, не подающих никаких надежд на цивилизацию.

Быт. 4Спустя несколько времени, Каин принес от плодов земли дар Господу,

Нет сомнения, что жертвоприношения учреждены Самим Богом как средство приблизить душу человека к Богу и освятить её благодарностию к Творцу. Жертвоприношения суть первое богослужение и существуют у всех народов, которые не дошли до скотского состояния. Они указывают на живое соотношение человека к Богу в первые времена человечества. Нельзя достоверно сказать, приносил ли Авель в дар Богу млеко и руны или же закалал от первородных агнцев (см. след. стих); по всей вероятности, кровавая жертва существовала, хотя разрешение употреблять мясо в пищу последовало уже после потопа (гл. IX). Заклание животных должно было существовать и как средство для одежды, но здесь жертва напоминала человеку о смерти и, вероятно, была заповедана человеку после грехопадения, хотя нигде нет прямого на то указания. Жертвы эти, по мнению м. Филарета, были жертвы всесожжения.

Быт. 4и Авель также принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его,

Быт. 4а на Каина и на дар его не призрел.

Каким образом выражено было благоволение Божие, мы не знаем. Из сравнения – Лев. 9:24; Суд. 6:21; 1Пар. 21:26; 2Пар. 7:1–3; 3Цар. 18– можно судить, что Бог свидетельствовал своё благоволение ниспосланием небесного огня, сожигающего жертву.

Почему обе жертвы не были приняты одинаково, объясняется последующим обличением Божиим. С одной стороны, Авель приносил свою жертву с детским смирением и чувством глубокой благодарности милосердному Богу, даятелю всех благ; Каин же приносил жертву с неверием, гордостью и, может быть, с целию купить милость Божию жертвоприношением, обрядом и предложением дара. В Каине мы провидим уже идолопоклонство, которое зиждется на обрядовых отношениях человека к Высшему Существу, не зная ничего о возвышении и очищении духовных сил и стремлений человека и о единой жертве Богу – духе сокрушённом и смиренном. В Каине мы видим первообраз фарисеев, понимавших только обрядовую часть религии и как бы не хотевших знать ничего о душе человека.

Каин сильно огорчился, и поникло лице его.

Каин помертвел, осунулся. В этом признаке мы ясно видим указание на то, что Каин, как пойманный преступник, почувствовал, что тайные мысли его известны, что чернота сердца его, которую он надеялся скрыть, обнаружена.

Быт. 4И сказал Господь [Бог] Каину: почему ты огорчился? и отчего поникло лице твое?

Быт. 4если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? а если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним.

М. Филарет переводит с еврейского этот текст следующим образом: 6. Тогда Иегова сказал Каину: для чего ты огорчился и для чего потупил взоры? 7. Если делаешь доброе, то не поднимешь ли (чела)? А если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит. Тебя (искушает) вожделение, но ты господствуй над ним. Господь в милосердии своём старается остановить развитие зла в душе грешника: Каин ищет причину внутреннего беспокойства и недовольства своего в обстоятельствах, сопровождавших жертвоприношение. Быть может, зная обетование первородства и видя благоволение Божие к жертве Авеля, он боялся быть лишённым преимуществ, сопряжённых с правом первородства, и в эту минуту уже мелькнула в уме его мысль об убийстве. Бог желает внушить грешнику, что он должен искать причину зла в собственном сердце своём, Он предупреждает его, что грех, как лютый зверь, лежит наготове, и что если он не остережётся, то он овладеет им. В заключение Милосердный Творец, указывая падающему человеку, что грех ожидает лишь удобного случая, чтобы овладеть им и поработить его, даёт ему и силу преодолеть его: но ты господствуй над ним, говорит Он Каину, преодолевай злую склонность, не допускай её прийти в силу, подавляй зло в самом начале. В Ветхом Завете лежит начало тех нравственных истин, которые впоследствии развиты в Евангелии. Рассматривая Ветхий и Новый Завет в одной общей связи, мы видим, как развивалась душа человеческая, каким путём Господь вёл её к предназначенной цели, как слаб был человек перед грехом, как он низко падал, предоставленный собственным силам, как необходимо было для него откровение, как проявлялось оно напоминаниями пророков, и как наконец душа человеческая восприяла новую силу стремиться к источнику добра и истины чрез воплощение Слова Божия, и как снято с неё было первоначальное проклятие великою жертвою искупления.

Ещё заметим, что во времена праотцев отношения Бога к младенческому человечеству были иные, нежели теперь. Не совесть говорила Каину вышеприведённые слова, а сам Бог являлся людям и поучал их. Но с течением времени Бог, развивая душу человеческую, предоставлял её более самой себе, не оставляя своего создания (Аз с вами есмь до окончания века (Мф. 28:20), но не являясь среди людей в видимом образе, потому что душа человеческая, развитая Словом Божиим, должна чувствовать присутствие Божие не плотским оком, а высшими способностями души своей – верою и любовию.

Быт. 4И сказал Каин Авелю, брату своему: [пойдем в поле]. И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его.

Быт. 4И сказал Господь [Бог] Каину: где Авель, брат твой? Он сказал: не знаю; разве я сторож брату моему?

Каин думает, что он может скрыться от всеведения Божия. Между тем Бог, как прежде вопрошал Адама, желая вызвать в преступной душе покаяние, спрашивает и Каина: где брат твой? В Каине эти слова милосердия возбуждают лишь досаду и возмущение. «Каин не знает, – говорит м. Филарет, – о состоянии брата своего не потому, что не может, а потому, что не хочет и не считает себя обязанным знать… Он при этом как бы упрекает Бога, изъявившего особенное благоволение младшему его брату» (Запис., стр. 143).

«Кажется, – говорит Отто Герлах (f. 9 Anm.), – что неразвитая ещё душа первых людей не сознавала ясно всеведения Божия, и грешник, отшатнувшись от Бога, в сердце своём думал, что он может избежать наказания Божия. Впрочем, – прибавляет он, – это затмение разума не более того, как и в наше время раб греха, чтобы избежать мучений совести, создаёт себе Бога, не карающего преступления, или отрицает существование Его».

Быт. 4И сказал [Господь]: что ты сделал? голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли;

Так как Каин не принёс покаяния, то Господь сам приступил к осуждению его и показал ему, что Он не имеет нужды в его признании, ибо само преступление и «кровь брата его» вопиет об отмщении.

Греховным действием воля Творца нарушена, на место воли Творца действует воля творения, последствия этого греховного действия вопиют к Творцу, дабы, отмщая, он восстановил нарушенные законы.

«Кровь Авеля вопиет от земли, – говорит м. Филарет, – самым действием разрушения, которое по порядку природы возбуждает противу себя другие разрушительные силы, и вопль ей восходит даже до Бога, ибо Авель и по смерти говорит верою (Евр. 11:4), постановляющею его в благодатном присутствии Божием» (Зап., 143). Кровь Авеля принимается Богом как жертва Ему.

Быт. 4и ныне проклят ты от земли, которая отверзла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей;

Осуждение Каина, хотя в одинаковом роде, но тяжелее осуждения Адамова, потому что не могло быть облегчено по недостатку покаяния. Проклятие Адама упадает от него на землю: «проклята земля за тебя». Проклятие Каина обращается от земли на его лицо: «проклят ты от земли».

Земля, разверзшая уста свои приять кровь брата Каина, единственный свидетель преступления, делается и орудием казни: она возмущается против человека и отказывает дать ему вознаграждение за труд. В этих словах лежит и тот закон земного возмездия, который живёт в веровании народном, что добытое преступлением прахом рассыпается и что совершённое преступление приносит несчастие в то семейство, в котором оно совершено.

Быт. 4когда ты будешь возделывать землю, она не станет более давать силы своей для тебя; ты будешь изгнанником и скитальцем на земле.

Бог отделяет преступника, пролившего кровь брата своего, от семейства его, которое должно было с ужасом и негодованием смотреть на убийцу. Англ. Комм. Библия (1871) замечает, что, на основании Быт. 5:4, вероятно, у Адама и Евы было несколько сыновей и дочерей, не поименованных в Книге Бытия, ибо убийство Авеля произошло, вероятно, незадолго до рождения Сифа, т. е. 130 лет после сотворения человека. По восточному преданию, у прародителей было 33 сына и 27 дочерей. Изгоняемый Каин мог увести с собою в жизнь изгнанническую лишь жену свою, ибо рождение детей его упомянуто лишь после его изгнания (Быт. 4:17).

Быт. 4И сказал Каин Господу [Богу]: наказание мое больше, нежели снести можно;

В еврейском языке слово вина (грех) и наказание за грех выражаются одним и тем же словом, и потому стих 13-й переводился и так: «вина моя больше, чем я могу снести», – так переводят новейшие комментаторы; но по переводу LXX, Онкелоса, Вульгаты и др. стих этот передаётся: «вина моя более, чем прощение», т. е. вина моя не может быть прощена. Мы уже указывали во введении на краткую сжатую речь Книги Бытия и в особенности первых глав её, написанных архаическим, или первобытным, языком еврейским.

Быт. 4вот, Ты теперь сгоняешь меня с лица земли, и от лица Твоего я скроюсь, и буду изгнанником и скитальцем на земле; и всякий, кто встретится со мною, убьет меня.

Каин трепещет изгнания из земли, где Бог открыл себя человекам и дал им обетование. Не зная, куда он будет изгнан, не зная земли, он знает и чувствует, что преимущества племени обетованного отняты от него, что он предоставляется собственным силам, и трепещет своей слабости, впервые сознавая её. Притом в душе его пробуждается впервые и естественная мысль воздаяния за сделанное зло, за пролитую кровь, он сознаёт, что, показав первый путь убийства, он сам, лишённый помощи Божией и не имея права на неё, отдаёт себя в руки всякому и может быть убит каждым из потомков Адама. Так всякий, вносящий грех в мир, чувствует инстинктивно, что он подлежит тому же злу по закону возмездия, какое внёс в общество.

Быт. 4И сказал ему Господь [Бог]: за то всякому, кто убьет Каина, отмстится всемеро.

Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь (Рим. 12:19). Богу не угодно было допустить, чтобы кровь Авеля, пролитая впервые на землю, вызвала целый ряд убийств. Карою за смерть Каина всемеро Он останавливает всякую попытку человека к возмездию за убийство, иначе человечество погибло бы в самом младенчестве своём и погибло бы не только физически, но и нравственно: душа человеческая в этом нескончаемом ряде убийств утратила бы всякое подобие Творца своего.

И сделал Господь [Бог] Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его.

Знамение, которое положено было на Каине, могла заключаться, по мнению м. Филарета, в самом искажении черт лица его: после жертвоприношения «поникло лицо его» (Быт. 4:5). Действительно, первое проявление страсти, столь бешеной, что следствием её было убийство брата, должно было оставить неизгладимые следы на впечатлительной натуре первого сына Адама. Внутренний пламень, вырвавшись из груди его, должен был избороздить преждевременно морщинами лицо его.

Быт. 4И пошел Каин от лица Господня

Англ. Комм-я Библия замечает, что Каин, виновный в ужасном преступлении, по всей вероятности, не имел определённого намерения совершить убийство, но в минуту бешеной страсти нанёс удар, не сознавая всех его последствий. Поэтому-то Господь Бог запрещает предавать его смерти и только обрекает его на всегдашнее изгнание из земли. Калиш (Kalish) замечает: «Ранняя смерть Авеля не представляется наказанием, напротив, Авель пользовался особым благоволением Божиим, «ибо на дар его призрел Господь» (Быт. 4:4). Поэтому мы находим в этом сказании великую и прекрасную мысль, что жизнь не есть ещё высшее благо, что благочестивый находит лучшее существование и великую награду в высшей и чистейшей сфере, но что преступление и грех суть величайшие несчастия для человека, что они наказываются долгою и утомительною жизнию, полною страха, и забот, и угрызений совести. (Speaker’s Bible in loco).

и поселился в земле Нод, на восток от Едема.

Земля Наид или, по более правильному произношению, Нод значит «земля изгнания». Некоторые читают это название Гинд или Индия.

Быт. 4И познал Каин жену свою; и она зачала и родила Еноха.

Енох значит посвящённый или обученный.

И построил он город; и назвал город по имени сына своего: Енох.

Племя Каина мало занимается земледелием: оно зиждет города и занимается, как увидим ниже, искусствами и ремёслами. Между тем племя Сифа (заступившего место Авеля) хранит память обетования, соединяясь по временам в молитве, которую начал произносить Енос (Быт. 4:26). Племя Каина удаляется всё более и более от правды, любви и нравственной чистоты, но достигает замечательного технического развития, разрабатывая сырые материалы земли и изобретая новые искусства и ремёсла. Подобное же явление мы увидим впоследствии в племени куфитов, потомков отверженного Хама, которые в руках своих сосредоточили всю торговлю и всю промышленность тогдашнего мира, которые известны были жестокостью и безнравственностью (как, наприм., потомки их финикияне и карфагеняне). Это явление объясняется известным направлением ума человеческого, который, обратив все силы свои на устройство своего материального благосостояния, достигает замечательных результатов, но при этом, уничтожая в человеке все тёплые, светлые чувства, делает его жестоким, отнимает у него возможность нравственного развития и, конечно, не может дать ему счастия. Такова история всех древних языческих государств, в которых миллионы людей гибли в работе по повелению властелина и которых права никем не признавались. Эти государства исчезали, не оставляя почти следа, они ничего не сделали для человечества, потому что в основании их не было нравственного начала.

Быт. 4У Еноха родился Ирад [Гаидад];

По еврейскому чтению Ирад. Имя это, как все древние имена, имело значение, указывавшее на какие-нибудь события из жизни предков. Ирад значит «города».

Ирад родил Мехиаеля [Малелеила];

По точнейшему переводу Мехуяел значит «от Бога избиенный» или «уничтоженный».

Мехиаель родил Мафусала;

Мафушаел значит «человек Божий» или «испрошенный от Бога».

Мафусал родил Ламеха.

Ламех или Лам-иш значит «сильный муж».

Быт. 4И взял себе Ламех две жены: имя одной: Ада, и имя второй: Цилла [Селла].

Мы видим при учреждении брака, что человеку дана одна подруга и помощница и что Иисус Христос (Мф. 19:5) повторил закон о браке, который указывает на соединение мужа и жены в одну плоть. Посему на действие Ламеха должно смотреть, как на новый грех, внесённый в жизнь человеческую. Он доказывает, что в младенческом обществе первых людей быстро распространилась порча нравов, плотоугодие и своеволие.

Быт. 4Ада родила Иавала: он был отец живущих в шатрах со стадами.

Ламех – муж сильный, гордый и своевольный, в нём и потомстве его видим характер общества племени Каина. Потомки его развивают и изобретают новые искусства, промыслы и новые ремёсла. Иавал не был пастырем в том смысле, в каком был им Авель, который не удалялся от родительского дома, – Иавал был изобретателем той бродячей кочевой жизни, которой следуют теперь арабы, неплодородные земли заставили его с детьми и скотом передвигаться с одного пастбища на другое, ища корма для скота своего, и таким образом отделиться совершенно от семьи своей. В этом видно первое разделение занятий и, быть может, первое движение допотопного человека в страны западные и северные, где есть указание на следы его существования.

Быт. 4Имя брату его Иувал: он был отец всех играющих на гуслях и свирели.

В мифологиях всех народов находим тёмные воспоминания библейских сказаний. Допотопный мир превратился для языческих народов в мир богов и полубогов. Так, воспоминание о Иубале, или Иувале, изобретшем гусли и свирель, выразилось в поклонении Богу гармонии Абелиосу (Аполлону), которого имя и напоминает Иубала. Впоследствии, соединяя понятия о гармонии мира и гармонии звуков, древние соединили с Иубалом понятие о солнце – Аполлоне (ссылка Hederich’s Lexicon mythologicum на Воссиуса. Также Phurnutus: de natura deorum).

Быт. 4Цилла также родила Тувалкаина [Фовела], который был ковачом всех орудий из меди и железа.

Нельзя не упомянуть о том, что некоторые, основываясь только на найденных каменных орудиях, отрицают изобретение в глубокой древности обработки металла. Мы настаиваем на мысли, подкреплённой примерами нашего времени, что отдельные племена не раз забывали изобретения, сделанные ранее их существования, и теряли то в своих странствованиях, что давно сделалось достоянием их оседлых братьев. Тувалкаин жил пятьсот лет после сотворения мира по еврейской хронологии, или даже 1000 лет по хронологии Семидесяти. В это продолжительное время люди могли достигнуть очень важных результатов, наблюдая за силами природы, и сделать очень важные открытия. Если после потопа некоторые племена могли забыть эти изобретения, то это не доказывает, чтобы эти изобретения не существовали. Епископ Ели замечает, что если бы по какому-либо случаю колонисты Австралии были отрезаны от сообщения с Европой и лишены возможности доставать металлы или даже каменный уголь, то в течение нескольких поколений они принуждены бы были возвратиться к каменным орудиям и, быть может, утратили бы со временем цивилизацию. Возвращаясь к Тувалкаину, заметим, что Воссиус и др. думали, что обожение Вулкана есть воспоминание о допотопном Тубалкаине, сохранившееся в преданиях.

И сестра Тувалкаина Ноема.

Ноема значит «прекрасная».

Быт. 4И сказал Ламех женам своим: Ада и Цилла! послушайте голоса моего; жены Ламеховы! внимайте словам моим: я убил мужа в язву мне и отрока в рану мне;

Быт. 4если за Каина отмстится всемеро, то за Ламеха в семьдесят раз всемеро.

Англ. Ком. Библия даёт несколько отличный от нашего перевод в примечании на стихи 23 и 24.

«И сказал Ламех жёнам своим: Ада и Цилла! послушайте голоса моего;

Жёны Ламеховы! внимайте словам моим;

Ибо я убиваю мужа за нанесённую мне рану;

И даже отрока за удар;

Если за Каина отмститься всемеро,

То за Ламеха в семьдесят раз всемеро».

Тёмная речь Ламехова признана всеми комментаторами и критиками за отрывок глубочайшей древности. Некоторые принимали её за оправдание, произнесённое Ламехом, обвинённым во многожёнстве, причём речь его перефразировалась так: «разве преступление моё таково, чтобы мстить за него язвою или даже ударом? Разве я убил мужа или отрока?» Но более правдоподобное объяснение даёт епископ Ели95, который видит в этой речи гордость и самонадеянность отца семейства, сын которого только изобрёл новые страшные орудия из меди и железа (Быт. 4:22), наносящие мгновенную смерть всякому оскорбившему Ламеха. Сыны Ламеха, вероятно, были в числе тех исполинов (Быт. 6:4), которых имя значило «сильные», «врывающиеся», «разбойники», которые наполняли кровью и развратом тогдашний мир, уничтоженный потопом.

Быт. 4И познал Адам еще [Еву,] жену свою, и она родила сына, и нарекла ему имя: Сиф,

Отто Герлах переводит это имя словом возмещение (Ersatz), как оно и объясняется последующею речью Евы. Митрополит Филарет думает, что корень этого слова надобно искать в глаголе «положить», и оно может значить основание: Ева надеется и думает, что Сиф будет основанием нового племени и что он будет подобен Авелю, как показывают следующие её слова (Зап., стр. 162).

потому что, [говорила она,] Бог положил мне другое семя, вместо Авеля, которого убил Каин.

Быт. 4У Сифа также родился сын, и он нарек ему имя: Енос;

Энос значит человек, но с добавочною мыслию немощи, слабости. Энош происходит от слова Анаш – быть слабым, хилым. Вероятно, чувство смирения и боязни начало пролагать себе путь в сердце прародителей, испытавших уже на Каине, как опасно предаваться горделивой уверенности в будущем.

тогда начали призывать имя Господа [Бога].

Некоторые переводят «тогда начали называться по имени Господа», т. е. сыны Сифовы, в отличие от сынов Каиновых, начали называться «сынами Божиими», что объясняет и последующее повествование о смешении сынов Божиих и дочерей человеческих (Быт. 6:2). Эти сыны Божии стали, по всей вероятности, соединяться в общей молитве: «призывать имя Господа (Бога)».

Глава V. Вступление

В этой главе заключаются родословные таблицы племени Сифова от сотворения человека до потопа. Таблицы эти начинаются напоминанием о сотворении человека по образу Божию и ведут род человека от Бога не только как Творца, создавшего все твари, но как Отца людей (сравни Лк. 3:38). Посему и племя Сифово, в котором хранилось предание и которое резко отделилось чистотою нравов от племени каинитов, называлось сынами Божиими (Быт. 6:2); в этом роде, непрерывном от Адама и Сифа, через Сима и Авраама до Иисуса Христа заключалась история царствия Божия, которую и имеет единственно в виду Библия, сохранившая нам об этом младенческом возрасте человека лишь краткие сказания. Хронология каинитов не приведена вовсе потому, говорил Keil, что, находясь под проклятием Божиим, они не имели будущего. Генеалогия сифитов представляет великие трудности и разногласия между различными текстами: самаританским, еврейским и Семидесяти. Вообще можно сказать, что Библия до Авраама не имеет определённой хронологии96. Нет сомнения, что в ряду потомков Адама и Сима (см. ниже Быт. 11:10–25) есть пропуски. Предание удержало память лишь о важнейших деятелях первобытной жизни, и эти десять имён допотопных патриархов остались в памяти народов под различными именами. Историк Бероз, говорит Вольней, подробно описывает обстоятельства потопа Ксисутруса, который был десятым царём, как Ной был десятым патриархом. Бероз и Абиден считают согласно с Моисеем десять допотопных поколений. Индусы помещают между творением и потопом десять аватасов, соответствующих десяти царям и десяти патриархам. Санхониатон Фригии упоминает о десяти поколениях богов или полубогов от Урана до нынешнего поколения смертных. Арабы и татары тоже сохранили воспоминание о десяти поколениях, они даже называют имена допотопных патриархов согласно с Книгою Бытия (Volney, recherches sur l’histoire ancienne T. I, pp. 127, 146, 179). Такое сходство преданий доказывает происхождение их из одного источника – от сыновей Ноя, которые передали в память происшедших от них народов имена тех десяти замечательнейших патриархов, которых особенно помнил допотопный мир. Что же касается хронологии и всей цепи родословной, то можно с достоверностью сказать, что она для нас потеряна, а Моисей занёс в свои летописи лишь те воспоминания, кои сохранились при нём изустно или письменно, причём для целей священных книг важно было сохранить воспоминание о происхождении всех людей и народа израильского от Адама, Сифа и Сима, а не начертать подробную историю прошедших поколений.

Вот сравнительная таблица разных хронологий, как она изложена в иностранных (в предисловии к английской Библии) и в наших исследованиях русских писателей (библейская хронология Ив. Спасского, стр. 12).


Еврейский текст Самаританский текст Текст Семидесяти
года рожд. сына остальные годы жизни всей жизни года рожд. сына остальные годы жизни всей жизни года рожд. сына остальные годы жизни всей жизни
1. Адам……. 130 800 930 130 800 930 230 700 930
2. Сиф……... 105 807 912 105 807 912 205 707 912
3. Енос…….. 90 815 905 90 815 905 190 715 905
4. Каинан….. 70 840 910 70 840 910 170 740 910
5. Малелеил. 65 830 895 65 830 895 165 730 895
6. Иаред…… 162 800 962 62 785 847 162 800 962
7. Энох……. 65 300 365 65 300 365 165 200 365
8. Мафусал... 187 782 969 67 653 720 187 782 969
9. Ламех…... 182 595 777 53 600 653 188 565 753
10. Ной……. 500 450 950 500 430 930 500 450 950
Лета Сима во время потопа 100 100 100
Потоп 1,656 1,307 2,262

Заметим, что, независимо от ошибок переписчиков, которые могли исказить счисление целого ряда рукописей на разных языках, некоторые комментаторы приводят другие причины повреждения цифр текстов, а именно: многие упрекают переводчиков еврейского текста на греческий, работавших в Александрии, в намеренном увеличении цифр, дабы согласить еврейские книги с египетской хронологией; другие подозревают раввинов и талмудистов II и III века после Р. Хр. в уменьшении периодов времени в Библии, дабы избежать аргументов христианских писателей, доказывавших, что Мессия уже пришёл, так как от сотворения мира протекло шесть тысяч лет (Bible of the Angl. clergy; Genesis V note A, p. 62).

Мы не может обойти молчанием те сомнения, кои возникали против долговечности первых патриархов и против относительно краткого срока появления на земле человека, которому некоторые геологи дают более 100 000 лет существования, а некоторые египтологи более 10 000 исторической жизни.

Что касается долговечности допотопных людей, то мы едва ли можем судить об этом предмете, так как нам совершенно неизвестны ни среда, в которой они жили, ни сила их организма. Бюффон, Делюк, Валериус, Бюрнет, Рай и Стюарт думают, что долговечность патриархов можно объяснить тем, что потоп должен был иметь громадное влияние на состав воздуха, воды, питательность растений и, стало быть, на зависящее от них развитие животной жизни. Этот великий переворот должен был не только уменьшить жизнь, но ещё уничтожить многие породы растений и животных97 (Nicola; Etudes philosophiques sur le Christianisme. Moïse en regard des sciences).

Потоп уже доказывает, что атмосфера была насыщена таким огромным количеством паров, о котором ныне мы не имеем понятия. Делич (Delitzch) говорит: «Мы не должны забывать, что люди древнего мира были прямыми потомками Адама и Евы, предназначенными к бессмертию; что климат, влияние природы и другие условия жизни были очень отличны от тех, которые явились впоследствии; то жизнь была проста и однообразна в своём течении и что влияние состояния райской жизни не могло быть вполне утрачено в этом отделе древнейшей жизни человека». К этому Кейль (Keil) присовокупляет, что продолжительная жизнь первых людей должна была необыкновенно способствовать как умножению человеческого рода, так и образованию определённых сильных характеров и развитию в семьях и племенах отличительных как дурных, так и хороших качеств. Семейная привязанность, благочестие, любовь к порядку и чистоте нравственной пускали глубокие корни в семействе, в котором глава семьи, отличавшийся этими качествами, мог наблюдать за многими поколениями и давать им направление; между тем как в семьях дурных и безнравственных зло должно было развиваться с ужасающею силою. Мы прибавим, то установившийся строй жизни человечества, которое, оглянувшись на своё прошлое, застало его уже сложившимся: со всеми обычаями, каменными и бронзовыми и даже железными орудиями, с привычками земледелия и скотоводства, с умением строить жилища, даже с поэтическими сказаниями и музыкой, – мог сложиться лишь под условием долговечности первых глав семей, так, как мы и видим то в Библии. Допустив только эту долговечность, мы можем разумно объяснить себе развитие человека и человеческих обществ, и для нас гораздо понятнее всё прошедшее человечества, чем невозможная цивилизация, выработавшаяся из шайки обезьяноподобных дикарей, как хотят уверить нас люди, увлёкшиеся гипотезами далеко не доказанными.

Переходя затем к недоказанной также глубокой древности человеческого рода, мы видим, что геологические доказательства древности человека заключаются преимущественно в нахождении каменных орудий вместе с мамонтами и пещерными медведями и с гигантской лосью, относимых к четвёртой и даже третичной геологической эпохе. Мы повторяем: каменных орудий, а не скелетов человеческих, потому что найденные скелеты в пещерах совместно с вышеупомянутыми животными, принадлежа к долихоцефалическому типу и, вероятно, к арийскому племени, не могут с вероятностию быть отнесены к третичной эпохе98.

Второе доказательство древности человека заключается в нахождении черепов и некоторых костей его в пластах, погребённых под другими пластами, образование которых должно было поглотить огромные периоды времени, – если только допустить, что силы природы действовали всегда с тою медленностию, с которою действуют они ныне. И епископ Ели, и Ленорман, у которых мы заимствуем эти строки, замечают, что многие учёные, соглашаясь в основаниях с знаменитым английским геологом Лайелем, решительно отвергают предположение, чтобы силы природы действовали теперь с тою быстротою и силою, с которою они действовали в древности.

Что человек мог видеть мамонта, это возможно, ибо в земле могли, как полагают, остаться следы человека третичной формации, который представлял бы собою человека допотопного, но притом существуют другие доказательства, что мамонт недавно исчез с лица земного шара, так как невозможно предположить, чтобы животное этой породы, найденное в Сибири и виденное Палласом с волосами, мясом и кожею, пролежало в этом положении 100 000 лет или даже шесть тысяч лет, не исчезнув совершенно. Сами толстые волосяные покровы его доказывали, что он мог жить или, по крайней мере, временно приходить в холодные страны так, как ныне бенгальский тигр появляется в Уссурийском крае, в Закавказье и даже на 52о сев. широты в Средней Азии, а бесхвостый полярный заяц (пика) спускается до 48о сев. широты. Когда исчезли животные, теперешние обитатели тропиков, из Европы, весьма трудно решить. Когда климат Европы изменился и сделался холоднее? Это могло зависеть от поднятия материка, от изменения Гольфстрима, не говоря уже об охлаждении земли99.

Поэтому нельзя основываться на весьма шатких и неясных геологических доказательствах древности человека на земле. Само количество жителей земного шара, если считать удвоение его только в каждые сорок лет (в Америке в прошедшем столетии оно удвоялось в течение менее 30 лет), должно бы было достигнуть громадной цифры, ибо от потопа до нашего времени по Библии считается более 5000 лет или 125 поколений по сорока лет на каждое, а достаточно тридцати двух поколений, чтобы составить цифру в одну тысячу миллионов душ обоего пола, происшедших от одной пары через удвоение их в каждые сорок лет. Взяв в расчёт разные случайности – моровые язвы, войны, голод, землетрясения и другие несчастья, – мы всё-таки достигаем в периоды времени, определённые геологами, таких чудовищных цифр населения земли, которые не оправдываются нынешним населением земного шара. Напротив, цифры библейские совершенно отвечают тому численному состоянию человечества, которое нам ныне известно. Мы выше указывали, что сам Лайель не видит геологических доказательств, чтобы низшие расы появились ранее высших рас (сравни второй комментарий к Быт. 4:2), но разве в продолжение ста тысяч лет человечество не двигалось вовсе? Гердер, Линк, Шлоссер и др. историки указывают, что изобретение земледелия, металлургии и других полезных искусств относится к временам доисторическим. Но затем, во времена, принадлежащие уже истории, т. е. начиная с 2500 лет до Р. Х., мы видим быстрое возникновение и развитие своеобразных цивилизаций в Египте, Халдее, Ассирии, Индии, Бактрии, Китае, Мексике, Перу. Рядом с этими цивилизациями живут, однако, многие народы в полудиком кочевом состоянии, не успевшие разработать государственной жизни, но которые цивилизуются или поглощаются более образованными племенами, соприкасаясь с ними. Таким образом, если не допускать библейских указаний, пришлось бы верить, что после стотысячелетнего застоя все изобретения возникли вдруг в начале последних шести тысяч лет.

Об исторических доказательствах древности человеческого рода, основанного на сказаниях китайцев, индусов и египтян, мы скажем немного, потому что вопрос о хронологии последних далеко ещё не выяснен. Что касается китайцев и индусов, то ни один из их документов, говорящих о глубокой их древности, не признан достойным вероятия. Важнее разработка хронологии египетских памятников Шампольоном, Бунзеном, Лепсиусом, Брюгшем и другими. Но окончательные результаты их трудов далеко не выяснены; всё, что мы можем с достоверностию сказать, это то, что древнейшие египетские династии не восходят, по-видимому, ранее 2700 лет до Р. Х. Что же касается поспешных заключений, сделанных в прошедшем столетии на основании открытий зодиаков в Дендера и Есне, то давно доказано не только то, что зодиаки эти начертаны во времена римского владычества над Египтом, но и то, что они имеют не астрономический, а астрологический характер и относятся ко времени Антонина (Путешествие Норова в Египет и Нубию. Ч. II. стр. 346).

Наконец нам остаётся сказать несколько слов о древности человека на земле, основанной на медленном образовании или росте различных языков и наречий. Не касаясь таинственного, внезапного, насильственного разделения языков, о котором мы будем говорить в своём месте, мы обратим внимание на разъединённость племён, которые, как чрезвычайно верно и образно выражается Библия (Быт. 10:5), образовали с самого своего расселения «острова народов», выражая тем совершенную отчуждённость одного племени от другого, что и должно было при отсутствии письменности и литературного языка в самый короткий период времени породить множество наречий, – так точно, как мы видим в центральной Африке, между дикими Австралии, Вандименовой земли, между малайскими племенами и в архипелагах Тихого океана тысячи наречий и языков потому только, что племена эти мало сообщаются друг с другом и враждуют между собою100.

Гораздо важнее вопрос о времени, которое потребно было на образование языков высшего развития, как, напр., греческого языка Гомера за 900 лет до Р. Х., санскритского языка Вед за 1200 лет до Р. Х. и, наконец, самого еврейского языка Пятикнижия за 1800 лет до Р. Х. Но, признавая, что еврейский язык или какой-либо архаический язык, от которого он произошёл, существовал до потопа и был родоначальником других языков, мы должны признать, что большая часть форм языка была уже изобретена до потопа и передана в семейство Ноя и сынов его допотопным человечеством. Поэтому самая важная работа была уже сделана, ум человеческий успел уже установить все главнейшие элементы разумной речи и соотношений между ними, и эти элементы мы находим во всех возможных языках, будут ли те языки односиллабические, нанизывающие (par agglutination) или с гибкими окончаниями. Все эти формы суть только условные сигналы, под которыми скрывается душа общечеловеческого языка, если можно так выразиться, которая сознаёт известные отношения и выражает их своеобычным образом. Не забудем притом, что от потопа до первого движения ариев с высот Паропамиза в Индию, Бактриану и Мидию протекло не менее 900 лет. По крайней мере, мы находим предание о первом Зороастре, представителе отделения верований приверженцев маздеизма, от общей религии ариев и от брамаитов (Rawlinson, Ancient Monarchies, т. II, p. 329 и Архмдр. Хрисанфа Религии древнего мира) около 2000 лет до Р. Х. Стало быть, по крайней мере, 900 лет (кроме движения иафетитов от Месопотамии к востоку) употреблено было на разработку санскритского языка, и едва ли кто может сомневаться, что этого времени недостаточно для выработки языка, главнейшие формы которого были уже готовы в мысли человеческой, как мы говорили выше. Младшим братьям санскритского языка – греческому, латинскому, готскому, славянскому и др. – ещё легче было установиться в устах потомков Иавана, сына Иафетова (см. комментарии к Быт. 10и Быт. 10:4) и детей Фарсиса и Елисы, имея перед собой образцы санскритские.

Вообще говоря, мы видим, что, судя беспристрастно о доказательствах геологических, исторических, лингвистических и других, имеющих в виду установить глубокую древность человека на земле, мы не встречаем ни одного, которое не могло бы быть опровергнуто, и, напротив, допущение глубокой древности человека на земле даёт выводы, совершенно не согласные с настоящим положением вещей.

Мы видели, что число населения земли не позволяет думать о давнем её заселении, что нахождение каменных орудий и костей человека не даёт положительных ответов на этот вопрос, что сама цивилизация земного шара в лучших представителях своих не позволяет предполагать, чтобы десятки тысяч лет протекли над человечеством. Человечество всегда работало быстро, и нет причины предполагать, чтобы с юными силами оно думало и работало медленнее, чем теперь.

Поэтому нам нет причины сомневаться в священных сказаниях, кои ближе и лучше всех новых гипотез и теорий объясняют нам тайну развития человека и человечества.

Глава V. Родословные таблицы от Адама до Ноя; Енох взят на небо

Быт. 5:1 Вот родословие Адама: когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его,

Родословие (толедот), помещённое в Кн. Бытия там, где начинается новый отдел сказания, есть перечень потомков главы рода. В XI главе мы имеем родословие Сима до Фары и в той же главе в стихе 27 (Быт. 11:27) родословие Фары. В главе XXV мы имеем родословие Исмаила и Исаака, а главе XXXVI – родословие Исава, в главе XXXVII – родословие Иакова. В нашем русском тексте цифры прописью означают годы еврейского текста, цифры в скобках – хронологию Семидесяти.

Быт. 5:2 мужчину и женщину сотворил их, и благословил их, и нарек им имя: человек, в день сотворения их.

Быт. 5:3 Адам жил сто тридцать (230) лет и родил [сына] по подобию своему [и] по образу своему, и нарек ему имя: Сиф.

Быт. 5:4 Дней Адама по рождении им Сифа было восемьсот [700] лет, и родил он сынов и дочерей.

Быт. 5:5 Всех же дней жизни Адамовой было девятьсот тридцать лет; и он умер.

Быт. 5Сиф жил сто пять [205] лет и родил Еноса.

Енош – слабый, хилый (человек). Из множества родов Моисей избирает линию от Сифа до Ноя, потому что эта линия – хранительница обетования и представительница нравственного развития человечества, от поколения этого должен был родиться Мессия, и Библия, имея в виду лишь историю восстановления и искупления души человеческой, оставляет без внимания все другие поколения, если только они каким-нибудь образом не имели влияния на нравственное состояние избранного рода.

Быт. 5:7 По рождении Еноса Сиф жил восемьсот семь [707] лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5:8 Всех же дней Сифовых было девятьсот двенадцать лет; и он умер.

Быт. 5:9 Енос жил девяносто [190] лет и родил Каинана.

Каинан значит приобретение (подобно тому, как Каин).

Быт. 5:10 По рождении Каинана Енос жил восемьсот пятнадцать [715] лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5Всех же дней Еноса было девятьсот пять лет; и он умер.

Быт. 5:12 Каинан жил семьдесят [170] лет и родил Малелеила.

Малелеил, или, правильнее, Магалеел, значит Хвала Богу.

Быт. 5:13 По рождении Малелеила Каинан жил восемьсот сорок [740] лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5:14 Всех же дней Каинана было девятьсот десять лет; и он умер.

Быт. 5:15 Малелеил жил шестьдесят пять [165] лет и родил Иареда.

Иаред значит снисходить, спускаться.

Быт. 5:16 По рождении Иареда Малелеил жил восемьсот тридцать [730] лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5:17 Всех же дней Малелеила было восемьсот девяносто пять лет; и он умер.

Быт. 5:18 Иаред жил сто шестьдесят два года и родил Еноха.

Енох значит посвящённый. Кажется, по смыслу этого имени, Енох с самого младенчества был посвящён Богу.

Быт. 5:19 По рождении Еноха Иаред жил восемьсот лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5:20 Всех же дней Иареда было девятьсот шестьдесят два года; и он умер.

Быт. 5:21 Енох жил шестьдесят пять [165] лет и родил Мафусала.

Мафусал, или МафушаелМуж послания, или посланный. Мефу считают однозначащим с Бефа финикийских надписей, слово это означает человек в обоих языках, столь родственных между собою, что еврейский и финикийский считают одним и тем же языком. Имя Мафушаел переводят ещё муж стрелы по аналогии слова бросать, высылать, с действием метания стрелы (Гезениус); наконец, имя это переводили – «послание смерти». Бохарт указывает на предание, что Мафушаел умер в год потопа и смерть его была как бы предвестником всеобщей гибели (Английская Библия in loco).

Быт. 5:22 И ходил Енох пред Богом, по рождении Мафусала, триста [200] лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5:23 Всех же дней Еноха было триста шестьдесят пять лет.

Быт. 5:24 И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его.

Многие мыслители указывают на тот важный факт, что Енох имел, при краткости жизни своей, детей, и видят в этом особое благоволение Божие к брачной жизни, сохраняемой в целомудрии и чистоте.

«Дабы иметь лучшее понятие о кончине Еноха, – говорит м. Филарет, – обратиться должно к кончине Илии, которого тоже взял Иегова (4Цар. 2:11). Должно думать, что и в Енохе по достижении внутреннего человека его в предопределённую меру благодатного возраста смертное поглощено было жизнию (2Кор. 5:4) некоторым благороднейшим образом, нежели тот, который мы называем смертию телесною» (стр. 172). Взятие Еноха на небо по весьма кратковременной относительно жизни за то, что угодил Богу, было в высшей степени знаменательное для древнего мира явление, в котором ему осязательно давалось понятие о блаженной жизни за гробом, и сама жизнь, считавшаяся столь драгоценною праотцами, что долгие дни считались благословением, отодвигалась на второй план.

Быт. 5:25 Мафусал жил сто восемьдесят семь лет и родил Ламеха.

Ламехмуж сильный.

Быт. 5:26 По рождении Ламеха Мафусал жил семьсот восемьдесят два года и родил сынов и дочерей.

Быт. 5Всех же дней Мафусала было девятьсот шестьдесят девять лет; и он умер.

Быт. 5:28 Ламех жил сто восемьдесят два [188] года и родил сына,

Быт. 5:29 и нарек ему имя: Ной, сказав: он утешит нас в работе нашей и в трудах рук наших при возделывании земли, которую проклял Господь [Бог].

Ной, или Ноа в переводе Семидесяти толковников, значит успокоитель, а по смыслу еврейского текста значит утешитель.

Нет сомнения, что Ламех пророческим предвидением нарекает имя сыну своему, предусматривая в нём праведника, от которого он ожидал отрады для земли, отягчённой в это время более, чем когда-либо (см. следующую главу), преступлениями и развратом. В наречении этого имени проглядывала, вероятно, также та святая надежда на Обещанного, которая передана была праотцем Адамом роду своему. Совершенно неуместно толкование евреев, которые полагали, что в словах «он утешит нас в работе нашей и в трудах рук наших при возделывании земли, которую проклял Господь Бог» надобно видеть изобретение плуга.

Быт. 5:30 И жил Ламех по рождении Ноя пятьсот девяносто пять [565] лет и родил сынов и дочерей.

Быт. 5Всех же дней Ламеха было семьсот семьдесят семь [753] лет; и он умер.

Быт. 5:32 Ною было пятьсот лет и родил Ной [трех сынов]: Сима, Хама и Иафета.

Ной есть лицо, оставившее по себе глубокие следы в памяти всех народов: он и Янус, и Ксисутрус, и Сатурн древних, и Тецпи, или Кохкох, мексиканцев, как увидим ниже, когда будет речь о потопе.

«Но я радуюсь теперь, говорит Моисей Хоренский, начиная свой рассказ по указаниям Берозовской Сивиллы: «Прежде столпотворения, говорит она, и размножения говора человеческого языка, и после плавания Ксисутра в Армении Зруан, Титан и Иапетост являются владыками земли.!! По разделении ими между собой всей вселенной под своё владычество Зруан, усилившись, державствует над прочими.!! (Ист. М. Хор., перевод Эмина, стр. 38). Вольней, переводя из Моисея Хоренского слова Сивиллы, прибавляет: после потопа Ноя, или Ксисутруса, раздел земли между тремя могущественными вождями, из которых один называется Титаном, очень похож на греческое верование в Юпитера, Плутона и Нептуна; они напоминают также трёх сыновей Ноевых. Плутон так же чёрен, как Хам (Volney Recherches sur l’histoire ancienne; r, I, p. 146).

Заканчивая этой главой допотопный мир, мы считаем не лишним привести здесь имена десяти мифических царей халдейских, соответствующих десяти допотопным патриархам. Мы заимствуем этот список у Эмина (Пр. 16, стр. 242).


Патриархи, жившие до потопа, по Кн. Бытия Халдейские цари, жившие до потопа, по Берозу
1. Адам…………………………930 лет 1. Алор царствовал Х саров
2. Сиф…………………………..912 лет 2. Алапар – III сара
3. Енос………………………….905 лет 3. Алмелон – XIII саров
4. Каинан……………………….910 лет 4. Амменон – XII саров
5. Малелеил…………………….895 лет 5. Амегалар – XVIII саров
6. Иаред……………………..…962 года 6. Даон – X саров
7. Енох………………………….365 лет 7. Едованх – XVIII саров
8. Мафусал……………………..969 лет 8. Амемисин – X саров
9. Ламех………………………...777 лет 9. Отиар – VIII саров
10. Ной………………………….950 лет 10. Ксисутр – XVIII саров

Список этот находится у Евсевия Кесарийского (Eusébe Caesar chron., pars I. p. 15–16), который заимствовал его у Александра Полигистора, который в свою очередь почерпал свои сведения из Бероза. Шар, или сар, у халдеев был чудовищный период времени, заключавший в себе 3600 лет (См. пр. 15 Эмина, стр. 240)101).

Многие (между прочим, Ленорман) думают, что патриархи суть представители поколений и что допотопный мир имел долгое существование, так как несомненно, что он передал в мир после потопа развитый язык, знание многих искусств и ремёсел и знание металлургии, которою преимущественно занимались туранские племена, которых некоторые считают даже каинитами.

Глава VI. Развращение нравов; праведность Ноя; повеление строить ковчег

Быт. 6Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери,

Быт. 6тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал.

Первою причиною несчастия первого мира Моисей полагает неправильные супружества сынов Божиих со дщерями человеческими. Кто же суть эти сыны Божии?

По тексту Александрийской Библии – Ангелы Божии. Этого мнения держались Лактанций (Lib. II, ст. 14) и многие из древних. Иустин (in Apoll.) утверждает, что от супружеств ангелов со дщерями человеческими произошли демоны102. Афинагор в этих самых супружествах полагает падение ангелов и от них же производит исполинов. Тертуллиан (De Virg. et de Singul. cleric) приписывает сим ангелам изобретение астрологии, дорогих камней, металлов и некоторых женских украшений. Но все эти мнения противоречат свидетельству Иисуса Христа, что Ангелы не женятся (Мф. 22:30). По мнению Филона, под именем сынов Божиих надобно разуметь человеческие души, которые, носясь в воздухе, желали обитать в телах человеческих (De Gig.).

По мнению новейших толкователей, сыны Божии суть потомки племени Сифова, которые не только были сыны Божии по благодати (см. Втор. 14и 1Ин. 3:1), но, вероятно, под этим именем и составляли общество (Быт. 4:26), противоположное обществу сынов человеческих, т. е. потомков Каина, водимых одною человеческою повреждённою природою (Запис. на Кн. Бытия, стр. 175–177). Георгий Кедрин (см. Летопись Дмит. Ростов. под 2100 годом от сотв. мира) говорит, что исполины произошли от смешения сынов Сифовых с дщерями Каина. Один из исполинов, Азаил, изобрёл делание мечей и броней и начал копать золотую руду.

Что здесь под именем сынов Божиих разумеется племя Сифово, можно видеть из сравнения Быт. 4и Быт. 5:1. Сиф с потомством первые начали призывать имя Господне и называться по имени Господа (см. второй комментарий к Быт. 4:26), а при исчислении потомства Сифова в главе его поставлено имя Божие (см. Глава V. Вступление). Но, независимо от сего, в Св. Писании не только нигде не встречается намёка на подобную связь бесплотных с смертными, но, напротив, оно прямо указывает на невозможность подобного соединения (Лк. 20:35). Св. Иоанн Златоуст говорит: «Если святые, сподобившиеся быть причастниками Духа Святого, не могли вынести даже явления ангела, и Даниил, муж желаний (возлюбленный), встал пред ангелом трепетен (Дан. 10:11), то не безрассудно ли принимать это греховное и безумное сказание, что бесплотные духовные натуры могли совокупляться с плотскими? Нельзя притом упустить из виду, что наказание постигает людей, и не только племя Каиново, но и племя Сифово, об ангелах же нет речи».

Быт. 6И сказал Господь [Бог]: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками [сими], потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет.

Не вечно Духу Моему быть пренебрегаемому человеками: в заблуждении своём они суть плоть, переводит автор Записок на Кн. Бытия (стр. 177). Пренебрежение, толкует он далее, должно полагать в оставлении без внимания всех Божественных духовных и нравственных внушений чрез слово, природу и совесть (ibid). Другими словами: люди, забыв о душе, оставили в совершенном пренебрежении все свои духовные и нравственные силы и стали жить так, как будто имели одну только чувственную природу и не имели никакой высшей. В этом-то смысле они названы плотию. Но такому неестественному состоянию нельзя быть вечно, потому что человек, пренебрегая Духа Божия, лишает себя начала жизни и сам осуждает себя на смерть. «Дух Божий, предваряя об этом плотских человеков, делает чрез то последнее усилие ввести в них животворящее своё дыхание» (стр. 178). Пусть будут дни их сто двадцать лет. Это выражение некоторые принимали в смысле уменьшения жизни человеческой; но со времени потопа жизнь человеческая продолжалась ещё до 500 лет, со времени столпотворения вавилонского – до 150, со времени Моисея – до 120, а после сократилась ещё более. Основательнее другое мнение, которое принимают Златоуст, Иероним, Августин и другие, что 120 лет были днями, данными для покаяния и исправления. Бог не посылает наказания, не дав предварительно времени для покаяния; так, Адаму после грехопадения дана ещё долгая жизнь, так, ниневитянам дано 40 дней (Ион. 3:4), Навуходоносору – год (Дан. 4:26). Нет сомнения, что Бог, давая дни покаяния, соизволил на то, чтобы Ной знал о грядущем потопе и возвестил о нём людям. Вот почему Ной называется проповедником правды.

Быт. 6В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди.

Еврейское слово исполины значит нападающие, врывающиеся, т. е. сильные, разбойники. Существовали они и до смешения племени сынов Божиих с сынами человеческими, но умножились после этих браков. Неудивительно, что в потомстве Каина, в роде Ламеховом, сыны которого изобрели оружие (ср. комментарий к Быт. 4:23–24), существовали люди, которые составили себе имя угнетением и порабощением братьев своих и, сильные своею безнаказанностию, наполнили развратом тогдашний мир. Но как сильно распространилось это зло, видно из того, что им заразилось само племя Сифово, которое должно было хранить святыню обетования. Некоторые комментаторы думают, что слова Моисея намекают на какие-то древние сказания и предания, о которых Священное Писание ничего более нам не сообщает, потому что его цель – лишь история царствия Божия на земле. Весьма вероятно, что многие из этих сказаний перешли в виде мифов в языческие верования древних народов. Так, св. Дмитрий, митр. Ростовский, указывает, что борьба титанов в I кн. Превращений Овидия намекает на предание об исполинах. Диодор Сицилийский в V кн. гл. 66, говоря о титанах, упоминает, что каждый из них изобрёл нечто полезное человечеству и тем упрочил себе имя. В этом явное сближение с допотопными библейскими деятелями, потомками Каина (Быт. 4:19–22). Чем более мы будем знать мифологию древних, тем более мы будем открывать в ней намёки и предания на тот мир, который погиб от потопа и который олицетворился в лице Ноя – Януса с двумя лицами, из которых одно видело древний мир, а другое – новый.

Быт. 6И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время;

Там, где испорченность так сильна, что она даже не сознаётся человеком, а составляет правило его жизни, там нет надежды к исправлению. Чтобы удалиться от зла, надобно видеть его и понимать его.

Быт. 6и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем.

Раскаяние, о котором говорит св. писатель, встречается ещё в 1Цар. 15:11, 29, 35. Самуил говорит о Господе: Не человек Он (Бог), чтобы раскаяться Ему (1Цар. 15:29). Объяснение этого трудного места должно искать во всеобъемлющей любви Божией, которая, соединяясь мыслию с своим созданием, скорбит о его падении, подобно тому, как Христос скорбел в Гефсимании, подчиняясь между тем воле Божией. Бог по всеведению Своему, как Творец мира, знал будущее растление человека, но, как Бог-Слово, Он вместе с тем живёт каждою минутою человеческой жизни, и потому в эту минуту падения человека Он как бы временно отрицается его, оставляет его и говорит: он – не Моё создание; зло, внесённое в сердце его отцом лжи, преодолело добро; не такого человека создал Я, не такого хочу Я видеть. Скорбь Божия есть предведение невозможности человеку, созданному с свободной волей и сознательно и упорно злоупотребляющему ею, возвратиться на добрый путь; посему там, где говорится о скорби Божией, как, напр. (Мф. 11:20–26; Лк. 10:13), о городах, навлекших на себя гнев Божий, там нужно разуметь, что приговор вечной правды Божией свершился, что род этот или человек (как Саул в 1Цар. 15:11) должен погибнуть, чтобы зло не было увековечено; но вместе с тем тут же проявляется и любовь Божия, которая, несмотря на грехи, отягчившие человечество, не уничтожает его с лица земли, а сохраняет его в лице праведного Ноя. Чтобы глубже уразуметь пути правды Божией, надобно сравнить Быт. 18:24, последнее моление Авраама о пощаде Содома: может быть найдётся там десять (праведников) (Быт. 18:32), и 3Цар. 19:18, где Господь сам указывает Илии, отчаявшемуся в спасении отчизны, что есть семь тысяч мужей, которые не преклоняли колен перед Ваалом.

Быт. 6И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их.

Человек, поставленный Богом царём земли, связан таинственными узами со всем его окружающим: он, как представитель земли и всех её обитателей осуждённый на истребление, увлекает с собою и все существа, подчинённые ему, точно так, как, возвышаясь и светлея, он возвышает и очищает и всё земное царство. Душа человеческая повинна в падении своём не только пред идеею вечной правды, но и пред окружающим её материальным миром: когда она меркнет, то растление её отражается и на всех подчинённых ей и лишённых собственной воли существах. Апостол Павел в послании к римлянам (Рим. 8:20–22) говорит: Суете бо тварь повинуся не волею, но за повинувшаго ю, на уповании, яко и сама тварь свободится от работы истления в свободу славы чад Божиих. Вемы бо, яко вся тварь с нами совоздыхает и сболезнует даже доныне.

Быт. 6Ной же обрел благодать пред очами Господа [Бога].

Спасаемый, говорит автор Запис. на Кн. Бытия по поводу этого текста, спасается не своим оправданием, но благодатию Божиею; конечно, и погибающие погибают не от строгости суда, но от крайнего упорства противу милующей благодати (стр. 182–183). Противльшымся иногда, егда ожидаше Божие долготерпение, во дни Ноевы, делаему ковчегу (1Пет. 3:20). В этих словах св. ап. Петра видим опять указание на любовь и долготерпение Божие, которое даже по объявлении приговора хотело отменить его, если бы люди покаялись.

Быт. 6Вот житие Ноя: Ной был человек праведный и непорочный в роде своем; Ной ходил пред Богом.

Выражение то же самое, которое употреблено в Быт. 5об Енохе. Прибавление слов в роде своём (т. е. в свои времена) не ослабляет похвалы Ною, а употреблено здесь, напротив, чтобы усилить похвалу, т. е. что он остался праведным, несмотря на всеобщее растление.

Быт. 6Ной родил трех сынов: Сима, Хама и Иафета.

Повторение о сынах Ноевых, поименованных уже в Быт. 5:32, весьма знаменательно. С этого времени весь род человеческий, кроме избранных, не существует более для царства Божия. От Ноя ведёт начало своё новая история религии.

Быт. 6Но земля растлилась пред лицем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями.

Быт. 6И воззрел [Господь] Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила путь свой на земле.

И воззрел Господь на землю, и вот, она растленна, т. е. Бог уже не мог более покрывать грехи её своим долготерпением от взоров своего правосудия. Ибо всякая плоть извратила путь свой на земле. Слова эти означают крайний упадок нравственных сил, отсутствие всякого духовного стремления. Человек, предаваясь стремлениям плоти, не только вредит своему телу – он совершенно забывает о душе и её силах; растление плоти может произойти только тогда, когда человек пал так глубоко, что душа и её духовные потребности совершенно не чувствительны для человека: он не чувствует ни жажды знания, ни любви, ни укоров совести, прекрасное, высокое, святое его не трогает, зло не возмущает его, все его стремления сосредоточены во плоти, он ищет плотских наслаждений и тем сильнейших, чем более насыщен он, и в этом стремлении он искажает образ Божий – ум его меркнет и тускнеет, он делается подобным низкому животному. Подобное этому было в римском обществе в первые времена христианства. Но тогдашний мир, как указывает св. ап. Пётр, был спасён крещением (1Пет. 3:21).

Быт. 6И сказал [Господь] Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот, Я истреблю их с земли.

Время всякого человека означает конец, т. е. такое состояние человека, при котором он не может выполнять цели своей – совершенствования, и потому жизнь его не только бесполезна, но ещё вредна.

Быт. 6Сделай себе ковчег из дерева гофер; отделения сделай в ковчеге и осмоли его смолою внутри и снаружи.

«Дерево гофер», по мнению автора Записки на кн. Бытия, означает кипарис.

Быт. 6И сделай его так: длина ковчега триста локтей; ширина его пятьдесят локтей, а высота его тридцать локтей.

В исчислениях толкователей, говорит митр. Филарет, находим под именем локтя троякую меру: 1) локоть простой в полтора фута, 2) локоть святый в три фута (см. Чис. 35:4–5; 3Цар. 7:15; 2Пар. 3:15) и 3) локоть шестиладонный, или локоть локтя и ладони (Иез. 40:5, 43:13) – не менее, как двадцать дюймов с половиною парижского фута. Сей последний локоть, по всей вероятности, есть истинный и единственный у евреев до введения простого, или пятиладонного, принятого во время пленения вавилонского, и он же должен быть общий в древности, поелику был также издревле в употреблении в Египте и на острове Самосе, как пишет Геродот, и как показывает ниломер, доныне существующий в Каире. Посему долгота ковчега в самой внутренности его была более 500, широта – более 80 и высота – более 50 футов (Запис. на Кн. Бытия, ч. I, стр. 187).

Лейард (Nineveh and its remains P. II, ch. II), говоря о стенах Экбатаны, считает 50 древних локтей равными 75 футам, что для ковчега по этому расчёту составило бы 450 фут. длины.

В Memoires relatifs à la marine вице-адмирал Тевенар подверг строгому критическому разбору и поверке размеры ковчега и пришёл к заключению, что размеры, упомянутые в 6 гл. Бытия, совершенно были достаточны для помещения Ноя, семейства его, животных и необходимого продовольствия (Т. IV, р. 253).

Быт. 6И сделай отверстие в ковчеге, и в локоть сведи его вверху, и дверь в ковчег сделай с боку его; устрой в нем нижнее, второе и третье [жилье].

Вместо слова «отверстие» многие переводят с еврейского «свет», причём, как замечает Англ. Библия, слово, употреблённое здесь, не то, которое употреблено в Быт. 8:6, когда Ной, открыв отверстие или окно ковчега, выпустил ворона. Вследствие этого Гезениус полагает, что здесь под словом отверстие надобно разуметь целую систему освещения ковчега, состоявшую из ряда окошек не только в крыше его, но и с боков его, наподобие отверстий в корабельных бортах. Замечательно, что у Симмаха слово «отверстие» передано словом «прозрачность». Англ. Библия, у которой мы заимствует это примечание, находит весьма возможным, что допотопный мир знал какое-либо прозрачное вещество, природное или искусственное, которое он употреблял вроде стекла, так как он, по всей вероятности, имел многие изобретения, часть которых перешла в потомство Ноя, но часть была забыта.

Быт. 6И вот, Я наведу на землю потоп водный, чтоб истребить всякую плоть, в которой есть дух жизни, под небесами; все, что есть на земле, лишится жизни.

Быт. 6Но с тобою Я поставлю завет Мой,

Некоторые комментаторы замечают, что в этом случае употреблено в еврейском тексте слово Елогим – Творец мира, а не Иегова, потому что завет с Ноем, в лице которого сохранился весь род человеческий, имел значение для всего рода человеческого. Имя же Иегова является в Быт. 7:1–3 и в Быт. 8:20, когда Господь устанавливает закон о чистых и нечистых животных и о жертвоприношениях. Эти законы имели теснейшую связь с сохранением религии и обетования в потомстве Ноя, поэтому Бог является в особенности Богом завета, т. е. Богом откровения и царства Божия на земле.

и войдешь в ковчег ты, и сыновья твои, и жена твоя, и жены сынов твоих с тобою.

Эти слова должно принимать за полное исчисление спасённых от потопа, как принимал их апостол (1Пет. 3:20, 2Пет. 2:5). Ниже, во введении в главу VII, приведены многие предания об этом предмете.

Быт. 6Введи также в ковчег [из всякого скота, и из всех гадов, и] из всех животных, и от всякой плоти по паре, чтоб они остались с тобою в живых; мужеского пола и женского пусть они будут.

Каким образом собирались животные в ковчег, мы, конечно, объяснить не можем, хотя можно думать, что Ной взял в ковчег молодых животных, которые занимали менее места и требовали менее пищи, чем взрослые, и которых легче было достать. Впрочем, независимо от таинственного и чудесного, вспомним, что мир допотопный был мир, в котором отношения человека к животным были ближе, чем теперь. Из Быт. 6можно ещё заключить, что животные, птицы, пресмыкающиеся шли сами в ковчег, гонимые инстинктом, подобным тому, который понуждает их к переселению.

Быт. 6Из [всех] птиц по роду их, и из [всех] скотов по роду их, и из всех пресмыкающихся по земле по роду их, из всех по паре войдут к тебе, чтобы остались в живых [с тобою, мужеского пола и женского].

Быт. 6Ты же возьми себе всякой пищи, какою питаются, и собери к себе; и будет она для тебя и для них пищею.

Быт. 6И сделал Ной всё: как повелел ему [Господь] Бог, так он и сделал.

Верою, говорит св. ап. Павел, ответ приим Ное, о сих, яже не у виде, убоявся сотвори ковчег во спасение дому своего: ею же (верою) осуди [весь] мир, и правды, яже по вере, бысть наследник (Евр. 11:7). Построение ковчега (о котором так просто выражается св. повествователь, передавая чистое, покойное, послушное выполнение воли Божией), было, однако, для Ноя глубоким испытанием его веры в Бога. Кругом был мир развратный и совершенно спокойный насчёт своего будущего (ср. Мф. 24:37–38), мир, укорявший Ноя и ругавшийся над ним в продолжение многих лет построения ковчега. Поэтому Ной должен был весь мыслию и душою перенестись в будущее, и эта вера, спасшая его от гибели, и была высшей заслугой его духовной жизни и прообразовала то состояние души человеческой, которая спасается от вечной гибели верою, принимая св. крещение.

Интересно, что в халдейской легенде о потопе, разобранной Дж. Смитом, упомянуто о городе Сурринака, или Сурриба, что означает «город ковчега». На этом месте, по преданию халдейскому, строился ковчег. (См. в роулинсоновском Геродоте том I, приложение II, в конце заметка Генр. Роулинсона.)

Глава VII. Вступление

В памяти народов осталось одно предание, которое служит переходом от истории богов к истории смертных. Индоевропейский Ману; Сатиаврата Пуран103; греческий Девкалион; американский Тецпи, или Кохкох; Ксисуфр, или Ксисутр, Бероза; Сатурн, оскорблённый сыном; Янус о двух лицах напоминают о патриархе Ное и о всемирном катаклизме, закончившем род допотопных гигантов, после которого снова возрождается человечество в лице трёх сыновей Ноевых.

«В числе преданий человеческих, – говорит неверующий Буланже, – надо избрать одно, которого истина была бы всеми признана. Я не вижу ни одного, которое бы так повсеместно было принято, как рассказ о всемирном перевороте, изменившем вид земного шара, и после которого начинается возрождение человеческих обществ, – словом, потоп кажется мне настоящею эпохою в жизни народов. Факт этот подтверждается общим голосом, ибо его находят в преданиях всех народов и всех стран». (Boulanger, Antiquité devoilée; citation de Nicolä Et. philosophiques).

«У греков было два сказания о потопе: одно из них мифологическое, воспетое поэтами, другое же более сходное с восточными преданиями. Последнее сохранилось в сочинениях Лукиана (De dea Syr.) и Плутарха. По этому последнему преданию, Девкалион устроил ковчег, вошёл в него с женою и детьми и взял с собою по паре животных. Таков, по словам Лукиана, рассказ исторический104. Плутарх прибавляет, что голубь возвестил Девкалиону убыль воды. Лукиан рассказывает далее, что в одном из приморских городов Сирии была учреждена церемония, повторявшаяся два раза в год, в воспоминание о потопе, и что к ней стекались толпы народа из Сирии, Аравии и даже из стран, лежащих за Евфратом. В святилище храма, говорит он, находились три статуи: одна Юпитера, другая Юноны, третья же носила имя статуи и имела на голове золотого голубя105; её-то и носили два раза в год на берег моря; некоторые думают, что она изображает Девкалиона». Бероз и Николай Дамасский, рассказывая то же предание, прибавляют, что ковчег остановился на горах Армении, что следы его долго ещё сохранялись, и что народ ходил даже туда собирать остатки смолы, которою он был покрыт и которые будто бы ещё там находились (Moïse en regard des sciences). Армянское предание называет одну из вершин Арарата Масис, на которой остановился ковчег Ноя. Вот как говорит об этом предании Эмин, переводчик Моисея Хоренского:

«Масис – собственно армянское название высочайшей из Армянских гор, вообще известной под именем Арарата. По библейским преданиям, после потопа Ноев ковчег остановился на этой горе. Армянское предание подтверждает то же самое. У Флавия Иосифа халдей Бероз (Antiq. jud. кн. I, гл. 10) так выражается об этом: «Говорят, что до сих пор видны остатки ковчега на горах Кордиенских в Армении; некоторые приносят отсюда куски смолы, которою ковчег был смазан и которую употребляют как предохранительное средство».

Николай Дамасский в 96 книге своей истории пишет следущее: «В Армении, в провинции Миниаде, находится высокая гора, называемая Барисом; говорят, что на этой горе многие спаслись во время потопа, и что ковчег, остатки которого сохранились по прошествии многих лет и в котором заключался какой-то человек, остановился на вершине этой горы. Можно допустить, что это тот самый человек, о котором говорит еврейский законодатель Моисей. Сам Иосиф в упомянутой своей истории то же самое утверждает».

У Моисея Хоренского в его «Описании путешествия по Армении святых дев, сопутниц Рипсиме» встречаем любопытное сирийское предание о потопе, которое гласит: «После того, как вода стала убывать, ковчег дошёл до вершины горы Сохойа (в Васпураканской области), называемой сирийцами Сарарадом; тогда пошла ему навстречу пила-рыба и остановила его. Селение же (у этой горы) получило название Темнис, что означает «восемь душ вышло из ковчега»106.

Есть у армян другое поэтическое предание о том, что когда Ноев ковчег, колыхаясь и носясь по поверхности необозримых вод всемирного потопа, дошёл наконец до горы Гéргура (второй по своей высоте между армянскими горами после Арарата), ковчег обратился к горе со словами: «Гергур, прими меня». Гора ответила: «Ступай к Масису, он выше меня» (см. геогр. Нов. Арм. Инчичиана, стр. 178).

(История Армении М. Хор., пер. Эмина, примеч. 49, стр. 249–250).

Новейшая археология, говорит Николá107, тоже принесла недавно дань свою Моисею. Бронзовые медали с изображением различных императоров были найдены в городе Апамее во Фригии. Другая сторона медали у всех одинакова. Вот как её описывает Эхкель (Echkel):

«По воде плывёт ковчег, в котором находятся мужчина и женщина, они видны по пояс. Вне ковчега мужчина в короткой одежде, а женщина в длинном платье идут, оборотясь спиной к ковчегу, у обоих правые руки подняты. На крыше ковчега сидит птица, другая птица, держа в лапах масличную ветвь, парит над ковчегом» (Doctrina nummorum veterum: Vienne, 1793, I part. T. III, p. 130)108.

Александр Гумбольдт нашёл, со своей стороны, у американских народов многочисленные изображения различных эпизодов первобытной жизни человека так, как она описана в Ветхом Завете. Вот как изображён потоп в этих иероглифических картинах: Тецпи, или Кохкох (как называют американского Ноя), изображён плывущим по воде в ковчеге; подле него находятся жена, дети, несколько животных и различные роды хлебных растений. Тецпи послал коршуна, который, найдя себе пищу, не возвратился; после нескольких попыток колибри принёс в своём носике ветку (Humboldt: Vue des Cordillières. T. II, pages 65, 66)109.

Наконец в 1872 году мир европейских учёных – в особенности, в Англии, где столь внимательно следят за всеми библейскими изысканиями, – был взволнован открытием, сделанным молодым учёным Британского Музеума Джорджем Смитом, который в числе огромной массы глиняных испечённых на огне скрижалей, привезённых Лейардом из Куюнджика (и составлявших, по-видимому, библиотеку Ассурбанипала, нашёл и прочитал предание о потопе, послужившее, вероятно, основанием Берозовскому рассказу об этом мировом событии. Ленорман (les premierès civilisations 1874; T. II, le deluge et l’epopée Babylonienne), из которого мы заимствуем эти сведения, указывает, что Ассурбанипал, по всей вероятности, черпал дошедшие до нас копии из библиотеки знаменитого городе Ереха, Орхое греческих географов, который славился как местопребывание великой жреческой школы, процветавшей ещё во времена Страбона. Документ, с которого дошла до нас копия, по всей вероятности, относится, как думает Ленорман, ко времени первого Халдейского царства и поэтому написан не позже семнадцати веков до Р. Хр. Он редактирован на древнем семитском языке, родственном с древнееврейским и древнеассирийским, т. е., вероятно, на диалекте, которым говорили в древней Вавилонии и Ассирии и который Ленорман называет языком Суммери, в отличие от аккадского (туранского). Рассказ о потопе является в документе этом лишь вводным эпизодом и влагается как рассказ в уста бессмертного Сиситруса (Ксисутрус Бероза, или Ной), повествующего пришедшему к нему Издубару (которого считают Немвродом) о потопе, которого он был свидетель.

Всё повествование носит характер многобожия, лишь в стихе 153 упоминается о «Всевышнем Боге» (Dieu Suprème), которому и не даётся другого названия. Хотя в рассказе о потопе действуют известные нам по Раулинсону (Ancient Monarchies; Chaldea) Бел, Ану, Бин, Небо, Сару, Нергал, Истар и особое божество рыба Нуа (вероятно, Оаннес Бероза), но всё халдейское сказание необычайно близко к библейскому сказанию о потопе: оно упоминает о ковчеге, о животных, в нём собранных, о высоте воды над землёю, о птицах, посланных для узнания о состоянии земли. Отличается же оно от библейского сказания, кроме политеистического своего характера, ещё тем, что Сисутрус (Ной) берётся на небо, и, как кажется, предание смешало в одном рассказе Ноя с Энохом. Ленорман, критически разбирая это в высшей степени любопытное предание Халдеи, доказывает, что нельзя никак производить библейское сказание от халдейского или наоборот; они явно доказывают, что они произошли из одного общего источника (т. е. воспоминания действительного события), но записаны совершенно независимо одно от другого. Библейское сказание представляет повествование, хранившееся в семье Авраама; халдейский (и Берозовский, сокращённый из халдейского) рассказ представляет повествование о потопе в устах языческого общества; наконец, сам знак Водолея, оставшийся в нашем зодиаке, как видно из XI скрижали повести Издубара (Раулинсон и Ленорман), есть воспоминание о потопе.

Если, с одной стороны, все предания сходятся в верованиях своих о всемирном потопе, то, с другой стороны, и новейшая геология подтверждает истину слов Моисея.

Наносы, торфяные месторождения, ледники на высоких горах доказывают нам, говорит известный геолог Марсель де Серр, своими появлениями и протяжениями, что форма нынешних материков не древнее шести тысяч лет. К этому результату привели нас наблюдения Доломье и Жирара над возвышением почвы Египта, Астрюка – над дельтой Роны, наконец, исследования Делюка, Фортиса, Прони и Вибекинга над наносными землями берегов морей Балтийского, Северного и Адриатического. Наблюдения этих замечательных естествоиспытателей тем более достойны вероятия, что они делали их без всякого заранее принятого убеждения и, однако, пришли все к одинаковому результату (Marcel de Serres. De le Cosmogonie de Moïse, comparée aux faits geologiques. P. 262).

Вот как выражается учёный Паллас при виде накоплений остатков животных в северной Азии: «Огромные кости, которые находят то поодиночке, то целыми скелетами, то огромными группами, убедили меня, что на земле должен был случиться тот огромный переворот, который мы называем потопом и которому, признаюсь, я не верил, пока не увидал своими глазами эти равнины и не убедился множеством доказательств в несомненности этого великого события. Целый остов носорога, покрытый ещё кожей с остатками жил и мускулов, найденный в ледяных тундрах Вилуя, есть явное доказательство, как должно было быть сильно и быстро это наводнение, принёсшее из южных стран в северные труп животного, у которого гниение не успело уничтожить мягких частей. Это, по всей вероятности, тот потоп, о котором все древние азиатские народы сохранили предание и который все они относят приблизительно ко времени, назначенному Моисеем» (Pallas. Voyage dans la haute Asie).

«Для науки несомненно, – говорит французский геолог Нере Бубе, – что потоп был и что он произвёл разрушение на всей земной поверхности. Это доказывают накопления кремней и камней, находимых во всех частях света вдали гор, вдали вод, и которые могли быть перенесены на свои настоящие места только действием огромной силы. Кроме сего, эрратические блоки – большие скалы, рассеянные по равнинам вдалеке от гор и на больших высотах, – будут всегда несомненным доказательством необъятной силы, которую объяснить невозможно местными случайностями и которую только можно понять, допустив соединённые усилия всех морей» (Nerée Boubée. Manuel de Géologie, pages 39 et 40).

«Я пришёл к убеждению, – говорит Доломье, – что материки наши не древни, и что человек ещё недавно властвует над ними» (Dolomieu. Journal de physique, 1792).

«Нет ни одной истины, более достоверной по геологическим данным, – говорит Кювье, – как та, что поверхность земного шара была изменена внезапным и страшным переворотом, бывшим не далее, как за пять или шесть тысяч лет назад. Во время этого переворота земли, обитаемые прежде людьми и животными, опустились, дно же бывшего моря, поднявшись, образовало нынешние материки. Малое число людей, спасшихся от потопа, рассеялись по земному шару, и только с этого времени можно считать основание и начало человеческих обществ. Это один из самых неожиданных и вместе с тем самых верных выводов нынешней геологии. Он тем более для нас драгоценен, что он указывает на связь естественных наук с историей народов» (Discours sur les révolutions du globe, p. 280).

«Под этим слоем (верхним наносом) находятся, – говорит Циммерман, – делювиальные породы, или продукты разрушения огромных потоков воды, которые разлились непосредственно перед историческими временами. Они состоят из песка, глины, пещер, наполненных илом, и пещер с костями допотопных животных, соединёнными глинистым или известковым веществом» (Циммерман. «Мир до сотвор. человека», перевод Ольхина, 1863, стр. 377).

Циммерман, хотя отрицает библейские сказания, однако, как мы видели и выше, в общей системе появления организмов сходится с порядком их появления, указанным в Библии (см. вступление).

Точно так же он приводит факты, которые подтверждают сказание о всемирном потопе. Так, напр., он говорит (стр. 291), что животное Palaeotherium, подобное тапиру, вымерло во времена всемирного потопа; он указывает на пещеры, наполненные костями гиен, медведей и других зверей, и приходит к заключению, что животные сбежались, спасаясь от воды, попадали в пропасть, тонули в полившейся за ними влаге и покрылись илом, который увлекла с собою вода. Это подтверждается и тем, что большие и длинные кости лошадей и быков, найденные вместе с медведями и гиенами, поломаны. В этих же пещерах находят кости слонов, которых гиены утащить не могут (стр. 332–333).

У Керреса находят, говорит он, кости исполинской лоси, которые лежат огромною кучею на малом пространстве, как будто животные сошлись сюда огромным стадом. Замечательно, что все скелеты стоят и имеют шею, высоко вытянутую кверху, а рога – приложенные к спине, как будто бы они все утонули в болоте и как можно дальше держали морду над трясиною (стр. 321, 323).

Объясняя факты нахождения костей животных в пещерах и присовокупив, что они нисколько не попорчены, Циммерман говорит: «Не загнаны ли сами животные потоком воды? При степных пожарах Северной Америки устрашённые животные несутся тесным стадом. Волки, лисицы и медведи бегут посреди косуль, оленей, кроликов и буйволов, не обнаруживая никаких признаков вражды. Общая опасность заставляет их бежать от огня в долины, орошаемые реками, ущелья, небольшие леса, пещеры и трещины. Кто видел однажды такую сцену, тот поймёт, что животные, гонимые потоками воды, по нескольку тысяч теснились в пещеры и задыхались здесь в воде, а затем покрывались оседавшею глиною. Гораздо позднее вода, проникавшая сквозь почву в пещеру, образовала на стенах последней капельник, отчего глинистый осадок покрывался каменистою оболочкою» (335–336).

Итак, наука подтверждает слова Библии, и человеку следует лишь без предубеждения и с доверием читать священную летопись. Более подробные сведения о потопе как о геологическом факте мы собрали в главе XI первой части.

Глава VII. Потоп

Быт. 7:1 И сказал Господь [Бог] Ною: войди ты и все семейство твое в ковчег, ибо тебя увидел Я праведным предо Мною в роде сем;

Предо Мною. М. Филарет замечает, что выражение это указывает на высокую внутреннюю нравственную чистоту Ноя, и этим словом указывается на мысль упадка всего остального допотопного мира, которого наследником правды сделался Ной по вере (Евр. 11:7).

Между главою VI и VII протекает 120 лет, данных Богом для покаяния человечества (ср. комментарий к Быт. 6:3, мнение Златоуста и др.). Наступает время начала казни, и Ною даются более подробные указания, какие именно животные и в каком числе должны быть взяты в ковчег.

Быт. 7:2 и всякого скота чистого возьми по семи, мужеского пола и женского, а из скота нечистого по два, мужеского пола и женского;

В первый раз являются здесь животные чистые как особливый разряд. Из сравнения различных мест Св. Писания видно, что считались чистыми животными, во-первых, те, которые дозволялось употреблять в пищу (Лев. 11), во-вторых, те, которые приносились в жертву (Быт. 8:20) и которых в законе считается только пять родов (Лев. 1: 2, 10, 14). После потопа Ной принёс жертву из всех скотов чистых и всех птиц чистых, как это указано в Быт. 8:20.

Быт. 7:3 также и из птиц небесных [чистых] по семи, мужеского пола и женского, [и из всех птиц нечистых по две, мужеского пола и женского,] чтобы сохранить племя для всей земли,

Быт. 7ибо чрез семь дней Я буду изливать дождь на землю сорок дней и сорок ночей; и истреблю все существующее, что Я создал, с лица земли.

Семь дней даны для окончательного приготовления Ноя и ввода в ковчег животных, которые, вероятно, были уже собраны около жилища Ноя.

Быт. 7:5 Ной сделал все, что Господь [Бог] повелел ему.

Быт. 7:6 Ной же был шестисот лет, как потоп водный пришел на землю.

Быт. 7И вошел Ной и сыновья его, и жена его, и жены сынов его с ним в ковчег от вод потопа.

Быт. 7:8 И [из птиц чистых и из птиц нечистых, и] из скотов чистых и из скотов нечистых, [и из зверей] и из всех пресмыкающихся по земле

Быт. 7:9 по паре, мужеского пола и женского, вошли к Ною в ковчег, как [Господь] Бог повелел Ною.

Т. е. животные входили в ковчег попарно. Из чистых животных взято, говорит м. Филарет, не по семи пар (что не соответствует еврейскому тексту), а по семи каждого рода. Некоторые думают, что в ковчег было взято чистых животных по три пары для сохранения рода, а по одному – для жертвоприношений (стр. 196–197). Точно такое же мнение высказывает и Отто Герлах, присовокупляя, что, вероятно, седьмое животное было взято мужского пола именно для той жертвы, которую приносил Ной после потопа. Число семь, прибавляет он, есть священное число союза Бога с человеком. Чистые животные должны были служить пищей человеку, и их перед употреблением в пищу приносили в жертву Богу сожжением одной части животного. Это имело двоякое значение: жертва была благодарностью Богу за Его дары, а посвящение Богу освящало пищу для употребления человеку.

Быт. 7:10 Чрез семь дней воды потопа пришли на землю.

Быт. 7:11 В шестисотый год жизни Ноевой, во второй месяц, в семнадцатый [27] день месяца, в сей день разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились;

Некоторые писатели полагали, что потоп должен был начаться в апреле, на том основании, что священный год начинается с пасхального месяца Авива (мартовское полнолуние); но, принимая во внимание, что гражданские годы евреев всегда, даже после учреждения Пасхи, начинаются с осеннего месяца Тисри (время осеннего равноденствия) и что с месяца Авива начинался лишь священный год только со времени Исхода, надобно предположить, что потоп начался в половине ноября. Англ. Библия замечает ещё, что год Ноев должен был быть год солнечный, ибо 150 дней потопа (Быт. 7:24) представляют собою пять тридцатидневных месяцев, которые кончаются 17 числа седьмого месяца, как ясно сказано в Быт. 8:4. Солнечный год давно был известен египтянам, и нет причины предполагать, чтобы допотопный мир не знал его; по крайней мере, предания иудеев сохранили воспоминания об астрономических познаниях допотопного мира и в особенности Сифа и Еноса [предания эти сохранены у Флавия Иосифа (Hist. Anc. des Juifs I 3) и в знаменитой апокрифической книге Эноха, на которую ссылается апостол Иуда (Иуд. 1:14); о них упоминает и Георгий Кедрин]. Заметим вместе с Англ. Библией необычайно интересное и таинственное совпадение. Если принять, что потоп начался во второй месяц года, начинающегося с месяца Тисри, то ковчег останавливается на Арарате 17 числа месяца Авива, 17 же Авива израильтяне перешли Чермное море после совершения Пасхи и, наконец, 7 Авива Господь наш Иисус Христос воскрес из мёртвых.

Быт. 7:12 и лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей.

Быт. 7:13 В сей самый день вошел в ковчег Ной, и Сим, Хам и Иафет, сыновья Ноевы, и жена Ноева, и три жены сынов его с ними.

Быт. 7:14 Они, и все звери [земли] по роду их, и всякий скот по роду его, и все гады, пресмыкающиеся по земле, по роду их, и все летающие по роду их, все птицы, все крылатые,

Быт. 7:15 и вошли к Ною в ковчег по паре [мужеского пола и женского] от всякой плоти, в которой есть дух жизни;

Сравни третий комментарий к Быт. 2:7. Настоящее место и стих 22 (Быт. 7:22) как бы подтверждают учение о едином духе животном, оживляющем всё творение. Нефешь раввинов, который, поддерживая жизнь человека наравне с другими животными, возвращается в массу животной жизни по смерти животного, совершенно отличен от Руах – Божественного дыхания, созидающего в человеке неумирающее Нишема – отличительный признак человека.

Быт. 7:16 и вошедшие [к Ною в ковчег] мужеский и женский пол всякой плоти вошли, как повелел ему [Господь] Бог. И затворил Господь [Бог] за ним [ковчег].

Быт. 7:17 И продолжалось на земле наводнение сорок дней [и сорок ночей], и умножилась вода, и подняла ковчег, и он возвысился над землею;

Сорок дней входят в число ста пятидесяти дней (Быт. 7:24), в продолжение которых «вода усиливалась на земле»; сравни комментарий к Быт. 7:11.

Быт. 7:18 вода же усиливалась и весьма умножалась на земле, и ковчег плавал по поверхности вод.

Быт. 7:19 И усилилась вода на земле чрезвычайно, так что покрылись все высокие горы, какие есть под всем небом;

Быт. 7на пятнадцать локтей поднялась над ними вода, и покрылись [все высокие] горы.

Пятнадцать локтей составляют около 25–27 футов. Весьма вероятно, что в это время совершилось и опущение материка.

Быт. 7:21 И лишилась жизни всякая плоть, движущаяся по земле, и птицы, и скоты, и звери, и все гады, ползающие по земле, и все люди;

Быт. 7:22 все, что имело дыхание духа жизни в ноздрях своих на суше, умерло.

Быт. 7:23 Истребилось всякое существо, которое было на поверхности [всей] земли; от человека до скота, и гадов, и птиц небесных, – все истребилось с земли, остался только Ной и что было с ним в ковчеге.

Библия в еврейском тексте говорит, что истребилось всякое существо, которое было на поверхности земли; текст LXX прибавляет «всей земли». Эта разность текстов давала повод ко многим соображениям. Из них любопытна очень смелая догадка Ленормана, которую мы и приводим здесь, не придавая, однако ж, ей особенного значения потому именно, что это не более, как только догадка, не имеющая притом для себя прочной опоры. Существует мнение, что библейский рассказ о потопе относится исключительно до рас, обитавших в Месопотамии, и это мнение основывается преимущественно на еврейском тексте Библии, которая, как говорит Шебель, называет погибшую расу Хаадам, не упоминая вовсе о Гоим, хотя это разделение уже существовало между потомками Адама. Священный Писатель, говоря о Каине (Быт. 4:16), говорит, что он «пошёл (вышел) от лица Господня», т. е. его потомство предоставлено было самому себе, но потоп был наведён на землю грехами избранного общества «сынов Божиих», «детей Иеговы» и потому должен был поразить исключительно их. Ещё замечательно в повествовании о потомстве Каина выражение об Иавале (Быт. 4:20): «он был отец живущих в шатрах со стадами». Еврейская фраза (говорит Ленорман) выражает настоящее, т. е. даёт понять, что живущие в шатрах во времена Моисея суть потомки Иавала. Кроме того, по хронологии текста Семидесяти выходит, что Мафусаил жил ещё 14 лет после потопа. Блаж. Иероним в своих «Еврейских вопросах о кн. Бытия» указывает, что в его время текст этот представлял предмет многих споров и сомнений. Вследствие вышеприведённых оснований многие считают чёрную расу (у которой, между прочим, не сохранилось предания о потопе) остатками каинитов; к этим же оставшимся от потопа расам причисляют и многие туранские племена, которые были первыми на земле металлургами, и считают их прямыми потомками сына Ламеха, Тубалкаина; они именовались впоследствии аккадами (горными жителями) и внесли в Халдею свои особенные шаманские верования и культ стихийных духов, отличающихся безобразием. По этой – впрочем, очень смелой – догадке разрешаются многие сомнения относительно находимых в четвёртой эпохе костей, а в третичной эпохе – следов человека, который мог быть и допотопным обитателем земного шара. Заметим впрочем, что, и не допуская этой догадки, можно с достоверностию предположить, что человек третичной и четвёртой геологической формации, найденный в Европе, есть допотопный человек, откочевавший рано из своей семьи и дошедший в ряду многих допотопных веков до материка Европы. Мы, с своей стороны, заметим, что приведённой нами догадки Ленормана противоречат многие выражений той же VII гл. книги Бытия, напр.: покрылись водою все высокие горы, какие есть под всем небом (Быт. 7:19); лишилась жизни всякая плоть, движущаяся по земле (Быт. 7:21); умерло на суше всё, что имело дыхание духа жизни (Быт. 7:22); и остался только Ной и что было с ним в ковчеге (Быт. 7:23); вода была на поверхности всей земли (Быт. 8:9).

Быт. 7:24 Вода же усиливалась на земле сто пятьдесят дней.

Вода, стоявшая над землёю в продолжение 150 дней, должна была изменить во многом форму прежних материков, или, может быть, сами нынешние материки были выдвинуты силою огня на место древних материков. М. Филарет делает два предположения: одно, что вода океана затопила существующую тогда сушу и открыла новые земли, или же что вся земля была покрыта водою, и при этом делает замечание, что «по новейшим исследованиям, одна атмосфера может дать более воды, нежели сколько нужно для потопления всей земли», и далее: «происхождение всеобщего потопа новейшие испытатели естества с вероятностию стараются изъяснить: а) движением средоточия земли, или точки её равновесия; б) удержанием её обращения около своей оси; в) действием проходившей близ земли кометы на её атмосферу» (Зап., стр. 202–204). Необходимо ещё одно замечание. В Быт. 2:10–14 упомянуты реки и местности, которые мы находим в нашей эпохе. Если земли, прежде населённые людьми, опустились на дно моря, то названия эти могли быть воспоминанием допотопных событий, переданных изустными преданиями.

Глава VIII. Прекращение потопа; выход Ноя из ковчега; принесение им жертвы; обетование Божие

Быт. 8:1 И вспомнил Бог о Ное,

Воспоминание Божие о Ное указывает опять на новое откровение Божие избранному и на веру Ноя. Из выражения этого явствует, что Ной, войдя в ковчег, окружённый водами, и видя гибель всего мира, некоторое время оставался без всякого откровения, без всякого утешительного слова Божия, которое осветило бы ему будущее и успокоило его. Бог скрылся от взоров Ноя, но праведника поддерживала вера, как поддерживала она его противу насмешек допотопного мира во время построения ковчега. Тогда Бог помянул Ноя, т. е. дав время его духовным силам окрепнуть в борьбе с сомнением и страхом, Он снова является ему рядом откровений и милостей, потому что Ной с окружавшими его был любезен Богу за веру его и за единение его с Ним посредством чистоты душевной. Не так ли и в мире христианин чувствует спокойствие благодати после победоносной борьбы с грехом и сомнением?

и о всех зверях, и о всех скотах, [и о всех птицах, и о всех гадах пресмыкающихся,] бывших с ним в ковчеге; и навел Бог ветер на землю, и воды остановились.

И навёл Бог ветер. По еврейскому тексту, руах-дух; но это не есть Дух Божий, как то полагали св. Амвросий (L. De Noe et arca, с. 16) и Феодорит (in Cat.), а сильный ветер. И вот посредствующая или естественная причина прекращения потопа (Запис. на Кн. Бытия, стр. 206). В 10 главе Исхода казнь Божия (саранча) появляется и исчезает по повелению Божию, но посредством ветра (Исх. 10:13, 19); точно так в 14-й главе (Исх. 14:21) вода расступается пред израильтянами вследствие сильного восточного ветра. Везде Бог употребляет как орудие своей воли естественные явления, законы, им установленные.

Быт. 8:2 И закрылись источники бездны и окна небесные, и перестал дождь с неба.

Быт. 8:3 Вода же постепенно возвращалась с земли, и стала убывать вода по окончании ста пятидесяти дней.

Быт. 8:4 И остановился ковчег в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца, на горах Араратских.

На горах Араратских. Этот перевод подтверждает и Бероз у Флавия (Antiq. L, X, c. 2), но новейшие комментаторы считают колыбелью обновлённого человечества Паропамиз или Гиндукуш и думают, что Арарат происходит от слова Ариаарта или страна ариев, упоминаемая в зороастрических книгах. Имя это арии унесли с собою в странствования и дали его впоследствии горе Масию, но вначале оно, вероятно, принадлежало горе Меру на севере от истоков Инда и Пенджаба (Ср. Ленорман Manuel C. I, р. 32).

Быт. 8:5 Вода постоянно убывала до десятого месяца; в первый день десятого месяца показались верхи гор.

Быт. 8:6 По прошествии сорока дней Ной открыл сделанное им окно ковчега

Быт. 8:7 и выпустил ворона, [чтобы видеть, убыла ли вода с земли,] который, вылетев, отлетал и прилетал, пока осушилась земля от воды.

Отлетал на трупы и деревья и снова садился на верх ковчега, не входя в него и не подавая никакого указания о состоянии земли.

Быт. 8:8 Потом выпустил от себя голубя, чтобы видеть, сошла ли вода с лица земли,

Быт. 8но голубь не нашел места покоя для ног своих и возвратился к нему в ковчег, ибо вода была еще на поверхности всей земли; и он простер руку свою, и взял его, и принял к себе в ковчег.

Быт. 8:10 И помедлил еще семь дней других и опять выпустил голубя из ковчега.

Быт. 8:11 Голубь возвратился к нему в вечернее время, и вот, свежий масличный лист во рту у него,

Масличное дерево растёт и под водою. Голубица, говорит Отто Герлах, принесла ветвь от дерева, которого плод даёт елей – символ благодати Духа Святого, а ветви суть символ мира; это представляется нам, как многозначительное и успокоительное указание Ною Божиего смотрения.

и Ной узнал, что вода сошла с земли.

Быт. 8:12 Он помедлил еще семь дней других и [опять] выпустил голубя; и он уже не возвратился к нему.

Быт. 8Шестьсот первого года [жизни Ноевой] к первому [дню] первого месяца иссякла вода на земле; и открыл Ной кровлю ковчега и посмотрел, и вот, обсохла поверхность земли.

Следственно, говорит м. Филарет, потоп продолжался год и десять или одиннацать дней. Но год лунный с этим прибавлением составляет круглый год солнечный. Такого же мнения и св. Димитрий, митрополит Ростовский, который, однако, относит конец и начало потопа к 1-му апреля. Сравн. комментарий к Быт. 7:11.

Быт. 8:14 И во втором месяце, к двадцать седьмому дню месяца, земля высохла.

Быт. 8:15 И сказал [Господь] Бог Ною:

Быт. 8:16 выйди из ковчега ты и жена твоя, и сыновья твои, и жены сынов твоих с тобою;

Замечают, говорит м. Филарет, что сам Бог в откровении Ною перед вступлением в ковчег жён от мужей разделяет (сравн. Быт. 6:18), а при исшествии из ковчега соединяет. В следующем 17 стихе Бог говорит: раститеся и множитеся; на этом основании полагают, что в ковчеге ни люди, ни животные не множились, ожидая судьбы своей и нового благословения для нового мира (Запис. на Кн. Бытия, стр. 213–214). Впрочем, благословение множится для человека произнесено особо в начале следующей главы.

Быт. 8:17 выведи с собою всех животных, которые с тобою, от всякой плоти, из птиц, и скотов, и всех гадов, пресмыкающихся по земле: пусть разойдутся они по земле, и пусть плодятся и размножаются на земле.

Быт. 8:18 И вышел Ной и сыновья его, и жена его, и жены сынов его с ним;

Ной не оставляет ковчега, несмотря на то, что в продолжение двух месяцев он видит землю обсохшею. Он ждёт повеления Божия и, только получив его вместе с новым благословением умножаться на земле, вступает на обновлённую землю.

Быт. 8:19 все звери, и [весь скот, и] все гады, и все птицы, все движущееся по земле, по родам своим, вышли из ковчега.

Быт. 8:20 И устроил Ной жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике.

Жертва всесожжения (по-еврейски ола – восходящая или возносящаяся) отличалась от других жертв тем, что приносимая жертва сожигалась вполне, от неё не оставляли ничего для вкушения ни жрецам, ни приносившим (см. Левит 1 гл.). Этот род жертвоприношения есть древнейший и важнейший, и цель его – покаяние и очищение от греха, сознание своей немощи греховной. Поэтому жертвовавший клал руку свою на голову жертвы и, перенося на неё грех, обрекал её тем на смерть. Жертва всесожжения отличалась от жертвы греха (Лев. 4:2, 5:1, 6) и жертвы преступления (Лев. 7:1) тем, что жертвы эти приносились вообще за греховное состояние, с сознанием общей греховности и преступности человека. Поэтому значение Ноевой жертвы всесожжения было торжественное признание, что он и его ближние спасены не ради праведности своей, но по милости Божией, что грех их требует прощения, что они веруют, что Бог по милости Своей простит им и будущие грехи их, и, наконец, благодарение Богу вследствие этой веры.

Быт. 8:21 И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь [Бог] в сердце Своем: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого – зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как Я сделал:

В этом важном изречении с первого раза поражает нас кажущееся противоречие: «не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого зло от юности его». Сравнивая это место с Быт. 6:5–7, мы видим, что земля была обречена погибели за то, что все мысли и помышления сердца человеков были зло во всякое время. Но предшествующее выражение и обонял Господь приятное благоухание указывает на связь жертвоприношения с изменением образа действования промысла Божия. Между допотопным миром и Ноем и его потомством лежала та громадная разница, что мир допотопный был мир нераскаянный, творивший зло с сознанием зла (сравн. комментарий к Быт. 4:20, сказание о Ламехе), мир, развращённый в основных началах своих, которого единственным принципом и руководителем было желание зла. Это был первый отдел земной жизни души человеческой, павшей от искушения демона. Но Бог не мог допустить увековечение зла: развитие и просветление души человеческой есть история царствия Божия на земле, и для этого царства наступает новая эра: хотя (говорит нам текст) помышление сердца человеческого зло от юности его, т. е. хотя душа человека заражена злом от юности его, но так как в жертвоприношениях, которые отныне будут продолжаться беспрерывно до Великой Жертвы искупления, выражается сознание греховности, то Бог не хочет уже поражать так, как сделал это в потопе, но предоставляет себе наказания частные и наказания иного рода. Жертва Ноева, по точному тексту еврейскому, названа благоухание успокоения (м. Филарет. Ч. II, стр. 3), в этом выражении видим смысл этой жертвы, принесённой за весь мир. Грех, овладевший сердцем человеческим, не мог быть исторгнут внезапно, для извлечения его нужно было ещё впереди много веков, но грех есть возмущение противу законов Божиих: правосудие требует удовлетворения, и жертва Ноя, в которой выразилось сознание греха, скорбь о грехе, раскаяние души человеческой, хотя творящей зло, но уже скорбящей о своём падении, есть успокоение правды Божией, ибо для души, понимающей, что она творит, есть возможность возврата и совершенствования; сознание в преступлении вызывает милость Божию, которая подымает павшего грешника и ведёт его к нравственному совершенству.

Быт. 8впредь во все дни земли сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь не прекратятся.

Во все дни земли. Это указывает, что это обещание не вечно, а имеет свой предел. Дни земли, наконец, должны уступить место дням небес… (Пс. 88; см. также 2Пет. 3и Откр. 21:25).

Глава IX. Повеление множиться; Завет Господень; радуга; грех Хама; проклятие Ханаана; благословение Сима и Иафета

Быт. 9:1 И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю [и обладайте ею];

Сравни Быт. 1:28. Благословение Божие обращено не к одному Ною, но и к сынам его, т. е. ко всему роду человеческому, ему дано снова право размножаться и обладать землёю, но характер этого обладания изменяется, как видно из следующего стиха.

Быт. 9:2 да страшатся и да трепещут вас все звери земные, [и весь скот земной,] и все птицы небесные, все, что движется на земле, и все рыбы морские: в ваши руки отданы они;

«Да страшатся и да трепещут вас все звери» и проч. В первобытном состоянии человек, несмотря на грех свой, был в ближайшем отношении к природе и животным, чем после потопа. Прежде он был владыкою – патриархом земли, и, как можно заключить из этого стиха, между ним и животными, даже дикими, была связь почти такая же, как ныне между человеком и домашними животными. После потопа он может властвовать лишь страхом и трепетом, он отдалился от мира животных уже потому, что, пройдя ряд наказаний, развил свою нравственную сторону. Мысль его уже не останавливается на одних только физических требованиях природы, душа его подымается выше земли и меньше сочувствует органической природе, но и меньше понимает её. Пред человеком уже вдали неясно показывается цель его – совершенно отделиться от земли и развить свои духовные силы.

Быт. 9:3 все движущееся, что живет, будет вам в пищу; как зелень травную даю вам все;

Быт. 9:4 только плоти с душею ее, с кровью ее, не ешьте;

«Феодорит говорит, что Бог, провидев наклонность человеков к идолослужению и обоготворению животных, дал им плоть сих последних в пищу, дабы познали, сколь неприлично воздавать Божеское почтение таким существам, которых можно убивать и съедать» (Запис. на Кн. Бытия II, стр. 10).

«В крови душа животная; само убийство животного без выпускания крови, кроме вреда для человека, не может обойтись для животного без сильных мучений» (О. Герлах).

Быт. 9:5 Я взыщу и вашу кровь, в которой жизнь ваша, взыщу ее от всякого зверя, взыщу также душу человека от руки человека, от руки брата его;

Быт. 9:6 кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека: ибо человек создан по образу Божию;

Человек сотворён по образу и подобию Божию: он имеет способность познавать Бога и, познавая, любить Его, а вследствие этой любви направлять, но совершенно свободно, свои действия сообразно закону Его, поэтому каждый человек находится в союзе с Богом, и Бог является сам мстителем за того, у которого другой человек отнял его естественное право жить и совершенствоваться и, исполняя закон Божий, творить добро. Бог мстит именно за образ Свой, за уничтожение того отблеска добра Создателя, который есть в каждом человеке, за то добро, которое он мог сделать. В этом тексте лежит основание всеми признаваемого права общества взыскивать кровь брата с убийцы его. Если с расширением христианского всеобъемлющего милосердия смертная казнь заменяется в обществе попытками возвратить убийцу на путь добра, щадя жизнь его, то это внесённое Богочеловеком в мир чувство сожаления даже к убийце, возвышая и облагораживая душу человеческую и самоё общество, не уничтожает однако ответственности убийцы и не разрушает самого права общества в отношении к нему.

Быт. 9:7 вы же плодитесь и размножайтесь, и распространяйтесь по земле, и умножайтесь на ней.

Вслед за запрещением проливать кровь многознаменательно повторяется благословение, которое даётся как бы под условием сохранения этого закона – щадить жизнь брата своего.

Быт. 9:8 И сказал Бог Ною и сынам его с ним:

Быт. 9:9 вот, Я поставляю завет Мой с вами и с потомством вашим после вас,

Быт. 9:10 и со всякою душею живою, которая с вами, с птицами и со скотами, и со всеми зверями земными, которые у вас, со всеми вышедшими из ковчега, со всеми животными земными;

Слова Божии обращены ко всему потомству Ноеву, т. е. ко всему человечеству, но завет сохранения тварей земных распространяется на всё живущее, а обращение к человеку делается как к мыслящему созданию, способному понимать и благодарить Творца за всех тварей.

Быт. 9:11 поставляю завет Мой с вами, что не будет более истреблена всякая плоть водами потопа, и не будет уже потопа на опустошение земли.

Здесь ясно определено, что потопа не будет, – быть может, с целию успокоить человека, который, не имея этого указания, трепетал бы всякий раз, когда тучи закрывали бы солнце.

Быт. 9:12 И сказал [Господь] Бог: вот знамение завета, который Я поставляю между Мною и между вами и между всякою душею живою, которая с вами, в роды навсегда:

Быт. 9:13 Я полагаю радугу Мою в облаке, чтоб она была знамением [вечного] завета между Мною и между землею.

Быт. 9:14 И будет, когда Я наведу облако на землю, то явится радуга [Моя] в облаке;

Есть два предположения, почему Бог дал радугу символом и заветом, что потопа не будет: первое заключается в том, что потоп предполагает огромную массу вод, рассеянную в атмосфере. Марсель де Серр говорит, что в тропических странах доселе дожди никогда не бывают настолько редки, чтобы радуга могла появиться.

Второе предположение имеет связь с Быт. 2(см. комментарий к Быт. 2:6). Быть может, согласно 2 главе, дождь не орошал ещё земли до потопа, а растительность поддерживалась росой и туманами. Если до потопа, что всего вероятнее, дождя не было, то естественно, что радуга должна была служить после потопа утешительным и успокоительным явлением для людей, трепещущих при виде чёрных туч, облагающих небо, потому что в памяти их восставало во всём ужасе наказание предков.

«Ясно, что великое уважение, которое питали древние перуанцы к радуге, имеет основание в библейском сказании, которое тем сильнее могло между ними сохраниться, что нигде природа не носит на себе сильнейших следов гигантского переворота» (Nicola, Moïse en regard des sciences).

Быт. 9:15 и Я вспомню завет Мой, который между Мною и между вами и между всякою душею живою во всякой плоти; и не будет более вода потопом на истребление всякой плоти.

Быт. 9:16 И будет радуга [Моя] в облаке, и Я увижу ее, и вспомню завет вечный между Богом [и между землею] и между всякою душею живою во всякой плоти, которая на земле.

Быт. 9:17 И сказал Бог Ною: вот знамение завета, который Я поставил между Мною и между всякою плотью, которая на земле.

Быт. 9:18 Сыновья Ноя, вышедшие из ковчега, были: Сим, Хам и Иафет. Хам же был отец Ханаана.

Здесь упомянут Ханаан как представитель племени хамитов, на которых падает проклятие Ноя. Но независимо от него родоначальник хананеев, имевших впоследствии такое важное влияние на судьбу Израиля, упоминается здесь потому, что библейский рассказ имеет в виду историю Церкви Божией и подготовляет будущие события.

Быт. 9:19 Сии трое были сыновья Ноевы, и от них населилась вся земля.

Быт. 9:20 Ной начал возделывать землю и насадил виноградник;

Вместе с мясом дозволяется ослабевшему человечеству употребление вина, но при первом же опыте виноделия человек злоупотребляет даром Божиим,

Быт. 9:21 и выпил он вина, и опьянел, и лежал обнаженным в шатре своем.

Отцы Церкви, говорит автор Зап. на Кн. Бытия, Златоуст, Феодорит, Амвросий, Василий извиняют патриарха в сем падении, полагая, что ему доселе неизвестна была сила вина. В самом деле, не доказано, чтобы вино принадлежало даже к роскоши первого мира (Мф. 24:38, см. Запис. стр. 21 II части). Но из этого примера видно, сколько нужно осторожности, чтобы не пасть, когда и величайший из праведников сделался причиной соблазна.

Быт. 9И увидел Хам, отец Ханаана, наготу отца своего, и выйдя рассказал двум братьям своим.

Вина Хама чрезвычайно велика: в этой поспешности рассказать, что он видел, братьям, видна глубоко испорченная натура, в поступке его видна злобная радость в унижении отца, чувство гордости и собственного превосходства и отсутствие чувства стыда, это – натура, радующаяся падению родителя, и потому-то на него падает наказание, простирающееся и на его потомков. Надобно помнить, что это было начало Церкви Божией на земле и что в лице родоначальника племени давался урок всем будущим поколениям. Хам же из числа восьми душ, спасшихся от потопа, как самых чистых из древнейшего мира, в лице своём снова внёс первое зло на обновлённую землю.

Быт. 9:23 Сим же и Иафет взяли одежду и, положив ее на плечи свои, пошли задом и покрыли наготу отца своего; лица их были обращены назад, и они не видали наготы отца своего.

Ной, как мы уже имели случай упоминать в наших примечаниях, жил в памяти всех народов под различными именами. Но история Сатурна и его сыновей так близко напоминает библейское сказание, что сомневаться в тождестве Ноя и Сатурна невозможно. «Очень легко, – говорил Роллен, – усмотреть основание истории Сатурна, оскорблённого одним из сыновей своих, отсюда понятно нам и бесчинство сатурналий, которое было воспоминанием опьянения Ноя. У язычников сохранилось даже воспоминание о наказании, постигшем того, который видел наготу Ноя. Сатурн, говорит Каллимах, в негодовании своём постановил непреложным законом, что человек, увидевший наготу богов, должен лишиться зрения (Traité des études 4-me partie – ссылка Nicolà). Древние весьма часто смешивали порядок происхождения полубогов своих, и в некоторых рассказах Иапетос, один из титанов, назывался братом Сатурна, почему и полагали некоторые, что под именем Сатурна надо разуметь Хама, но общая связь мифологических преданий не позволяет сомневаться, что Ной был обожаем под именем Сатурна, как нет сомнения, что он же был Янусом древних с двумя лицами, ибо он видел два мира – до потопа и после него. Есть медаль, известная по весьма глубокой языческой древности: она представляла с одной стороны двойное лицо Януса, а с другой – корабль, плывущий по водам (Ср. Ovid: Fast: I v. 229–241).

Быт. 9:24 Ной проспался от вина своего и узнал, что сделал над ним меньший сын его,

Быт. 9:25 и сказал: проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих.

Ной проклинает первенца Хамова, провидя будущее значение хананитов для истории Церкви Божией. Впрочем, как племя Хамово было в рабстве гражданском, религиозном и нравственном в эфиопском царстве Мерое, в Египте, в Финикии и Карфагене.

Быт. 9:26 Потом сказал: благословен Господь Бог Симов; Ханаан же будет рабом ему;

Быт. 9:27 да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых; Ханаан же будет рабом ему.

Св. Димитрий, митрополит Ростовский, в Летописи своей говорит, что св. Феодорит толкует значение этих стихов из халдейского (арамейского) перевода: «да распространит Бог Иафета и да вселится Божество в селения Симова», т. е. семитическое племя будет представителем жрецов и священства, иафетическое племя будет владеть землёю и царствовать, а хамиты будут работать обоим. Автор Записк. на Кн. Бытия (Запис., ч. II, стр. 25) также указывает на особое благословение, данное Симу от имени Божия: благословен Иегова Бог Симов: «из трёх племён Ноя благословится Бог в племени Сима, т. е. оно-то сохранит истинное Богопознание и Богослужение». Иафету же говорит Ной: да распространит Бог Элогим Иафета.

Многознаменательно упоминание в благословении Сима Иеговы, Бога завета, Бога откровения, между тем как в благословении Иафета упоминается Творец мира Элогим, указывая тем, что иафетитам не будет открыто обетование (конечно, до появления Того, Который осветил весь мир своим Словом).

Доктор Причард (Pritchard, Researches in to the physical history of Mankind) заметил особенность семитической ветви человечества. Он указывает (Part IV, page 548), что физическая организация семитов достигает высшей степени развития и что даже умственные их способности выше всего человечества… и далее (Idem, page 549). Замечательно, говорит он, что три системы деизма вышли из этого племени и что в семитическом именно племени восставали пророки, которые проповедывали единство Божие.

Итак, по пророчеству Ноя в древнем мире правильное понятие о Божестве должно было сохраниться в племени Сима, и ему поручено было внимать откровению Бога завета. Иафетово племя должно было распространиться и овладеть миром, но мысль человеческая в нём должна была развиться независимо от откровения; племя же Хамово осуждено было в рабство.

Проследя мыслию жизнь потомков Ноя, не можем не указать на выполнение этого предсказания даже до наших времён. Да вселится Иафет в шатрах Симовых указывает на постепенное овладение иафетитами всею землёю. Особенное значение семитов – хранить память Бога истинного – кончилось с пришествием Мессии: основанные ими государства рушились, не оставя и следа; индоевропейское племя иафетитов, разослав свои семьи из Арии (которую считают точкой исхода всех родственных индоевропейских племён) по всему миру, везде основало прочные оседлости и развило те семена гражданственности и те понятия о быте семейном и общественном, основанном на земледелии, которые, по выражению Буслаева, как бы таились в арийцах до той минуты, когда внешние обстоятельства позволили развить их110.

Лейард (Nineveh and its remains, p. II) заметил ещё, говоря об искусствах древнего мира, что все символы, аллегории и сами искусства должны были возникнуть между семитами и что начало и происхождение большой части греческих мифов надо искать в Месопотамии, Сирии и Малой Азии, откуда они перешли к племенам ионийскому и дорийскому, которые развили их и создали из них стройное целое. Далее, обращаясь к самому характеру иафетитов, он не находит в них того блестящего воображения, того смелого вымысла, которым отличается семит до сего времени. По его словам, чувство прекрасного так сильно доселе между грубыми арабами (семитами), что самые простые произведения искусства, предназначенные для домашней жизни, носят на себе отпечаток артистического вкуса. Но вместе с тем отличительным характером семитов есть неподвижность форм и мысли: обычаи, сосуды, понятия и жилища остались неизменно теми же, какими они были за 3000 лет назад. Между тем племя Иафетово с малоразвитым воображением представляет в начале своей жизни отсутствие артистического начала, отсутствие вкуса и вымысла. Всё грубо в его жизни, но оно обладает замечательною способностию, заимствуя формы и понятия у других народов, преимущественно у семитов, анализировать своё впечатление, развить заимствованную им мысль, усовершенствовать похищенный им образ и форму. В этом заключается тайна преобладания иафетитов – племени, по преимуществу предназначенного к усовершенствованию. И действительно, согласно пророчеству Ноя, не только в древние времена мир подчинился Иафетову племени111, но и в настоящее время оно одно преобладает на земном шаре, сосредоточив в себе всю умственную деятельность, всё движение к совершенству и управление народами земного шара. Несколько семитских племён остались лишь как памятники прошедшего, а хамиты доселе, несмотря на старания иафетитов, всё ещё пребывают в рабстве и нравственном унижении.

Быт. 9:28 И жил Ной после потопа триста пятьдесят лет.

Быт. 9:29 Всех же дней Ноевых было девятьсот пятьдесят лет, и он умер.

Ной был последний, достигнувший такой глубокой старости; это было необходимо для передачи преданий. Во времена Моисея старцы могли помнить рассказы очевидцев об Иосифе, которого отец, Иаков, мог видеть Фару, который, вероятно, мог знать Сима. Сим мог видеть Мафусала, который знал Сифа.

Так близко передавалось изустное предание, начертанное на страницах Библии, и в то время, когда Моисей начертывал его, весь народ еврейский мог поверить истину этих сказаний с преданиями старцев.

Глава X. Вступление

Священное Писание указывает на первые поселения в долине Месопотамии, между Тигром и Евфратом. «Из сей земли (из Сеннаара, Междуречья, Месопотамии) вышел Ассур и построил Ниневию», и проч. (Быт. 10:11) и далее: «от них распространились народы по земле после потопа» (Быт. 10:32).

При самом чтении библейских сказаний мы будем говорить о различных народах, родоначальниками которых были сыны и внуки Ноевы, и о том всемирном событии, которое заканчивает ряд общечеловеческих преданий смешением языков. Теперь мы хотим указать только на связь научных наследований с библейскими сказаниями.

В сороковых годах г. Ботта, а после него г. Лейард при слиянии Тигра с Забом – там, где предание произносило имя Нимруда, доселе живущее в памяти населяющих Месопотамию племён, – начали раскопки высоких курганов, на которые указывает и Ксенофонт, как на дворцы последних царей Ассирии, и нашли обширные постройки из высушенных на солнце кирпичей, стены которых были одеты алебастровыми плитами, на которых были различные таинственные изображения и надписи гвоздеобразными письменами, подобными тем, которые прежде были найдены Шарденом, Кер Портером и другими в древнем царстве Ахеменидов: в Персеполисе, в Бисутуне112 и других местах. Гвоздеобразные надписи – благодаря незабвенным трудам Роулинсона, Опперта, Гинкса – выдали тайну своего содержания сперва выделением графически имени царей, но впоследствии, когда подставлены были в эти надписи те звуки и слова, которые по историческим, географическим и археологическим соображениям соответствовали древним языкам, на которых эти надписи должны были быть начертаны, тогда образовалась особая обширная наука гвоздеобразных письмен, которая с достоверностию прочитывает таинственные сказания, начертанные на дворцах давно погибших государств.

Облегчением при разборе надписей послужило то обстоятельство, что надписи монархии Ахеменидов были начертаны на трёх языках, и надпись, занимавшая почётное место в барельефах Парсагады, Чихиль Минара или Бисутуна, должна была, по всей вероятности, принадлежать языку господствующего племени, т. е. быть начертанною на древнем языке Ирана, близко родственному священному языку зенд и санскритскому языку. По всем соображениям, другая параллельная надпись должна была быть начертана на одном из семитских языков, и вскоре найден был ассирийский язык, близко родственный еврейскому языку и арамейскому наречию того же семейства. Долго третья параллельная надпись не могла быть прочитана, но уже Лейард (Nineveh and its remains) догадывался, что эта надпись должна была представлять собою язык третьей великой национальности, входившей в состав монархии Дария, т. е. принадлежать, как называл её Лейард, скифскому племени, которое, как известно, несколько раз вторгалось в пределы Ассирийской монархии и которое составляло значительную часть населения Мидии и берегов Охуса (Атрек), Оксуса и Иаксарта. Последующие открытия подтвердили эту догадку Лейарда. В основе цивилизации древней Азии открыто преобладающее влияние туранцев, которые, как ныне доказывают113, внесли в цивилизацию Месопотамии, перешедшую в Иран, независимо от знания металлургии, ещё магию (или шаманство) и гвоздеобразные письмена.

Ключ чтения гвоздеобразных письмен, найденный для надписей Ахеменидов, был применён к надписям ассирийским, и вскоре имена царей и само содержание надписей обогатили науку знанием жизни могущественных царств, которые известны были нам и по библейским сказаниям. Но и эти великие открытия не так ещё важны, как раскопки, сделанные в древней Халдее (весьма вероятно, древнейшем царстве, основанном людьми) и в Вавилонии – втором Халдейском царстве, возникшем на развалинах Ассирийской монархии114. Здесь именно, в южной Месопотамии, невдалеке от слияния Тигра с Евфратом, Библия указывает на первые общества, на первый деспотизм властителя, на первую общую работу, после которой началось движение племён обратно на Восток и разделение их вместе с обособлением их жизни и языка.

Здесь же, в Халдее, в городе Ерехе хранились предания о потопе, недавно найденные в Елласаре под видом копий, снятых с халдейских скрижалей для библиотеки Ассурбанипала, и эти предания, изменённые с точки зрения языческих политеистических и, вероятно, астрономических халдейских воззрений, суть однако явный отголосок священных преданий, записанных в Библии. В огромном кургане Борзиппы узнали ту башню, около которой работало младенческое человечество. Не только в Вавилоне, но ещё в древнем Орхое или библейском Ерехе, в Аккаде или Ниппуре, в Халанне (Муггейр), который считают древним Уром халдейским, найдены накопления кирпичей с надписями, означавшими имена царей, глиняные цилиндры с мифологическими или даже древнегеральдическими изображениями, заменявшие печати, наконец, скрижали, относящиеся по большей части к Халдейской, т. е. Вавилонской монархии, но из которых, однако, некоторые несомненно принадлежат куфитско-туранскому государству, известному под именем Халдеи, в котором суммиры-хамиты, аккады-туранцы, семиты и арии сплотились в сильное и цивилизованное государство, государь которого носил название царя четырёх языков («Арба-Лизун») (Роулинсон).

В этом древнейшем государстве – современном, вероятно, по основанию египетскому царству Месраима, сына Хамова, – нужно искать основания всемирной цивилизации, ибо именно отсюда вынесены по преимуществу зачатки всех знаний, искусств и мифов в Финикию, малоазиатские колонии греков, Грецию, Этрурию, как доказывают это памятники всех народов.

В то же время в Египте воздвигают гигантские постройки, также покрытые барельефами, в которых Шампольон, Лепсиус, Руже, Шабас, Брюгш, Мариетт прочли также летописи государства глубокой древности, высокоцивилизованного, религиозные верования которого представляют высокий интерес, связываясь с общими человеческими мифами других древних цивилизаций. И в Индии гигантские постройки религиозного характера – в особенности пещерные храмы какого-то народа гигантов, родственного тем неизвестным племенам, которые выкапывали целые горы, воздвигали долмены или скалы в виде памятников, подымали непостижимой для наших даже орудий силой плиты и складывали их в виде гробниц или хижин, – заставляют остановиться в изумлении перед силой племён, создавших такие работы. В Мексике под гигантскими лесами, выросшими на высоких курганах, как в Перу, найдены дворцы, храмы с разными изображениями, из которых многие явно напоминают библейские сказания и доказывают, что народы, их создавшие, имели техническое знание и вкус развитый. Во всех, однако, памятниках и изображениях, до нас дошедших, мы замечаем, независимо от общечеловеческого их характера, намёки на общность происхождения, на общие когда-то верования, и если развитие каждого народа шло отдельным, своеобразным путём, то, с другой стороны, везде заметен один общий источник знания, из которого черпали эти народы.

Как объяснить себе эти явления? Откуда пришли эти народы? Почему, несмотря на очевидную и продолжительную разрозненность между племенами, мы замечаем один общий источник знания и приёмов в искусствах; почему в этих постройках, которые один писатель предлагал называть общим именем построек ветхого периода (в отличие от древнего), мы встречаем почти повсеместно пирамидальный характер и ещё ту особенность, что все эти постройки, возвышавшиеся уступами, поставлены на гигантских подстройках или платформах. Та же пирамидальная или коническая форма построек сохраняется в мексиканских теокали, в финикийских бамотах, в нурагах Сардии, в талайотах Балеарских островов, в башнях Шотландии, в долменах Бретани, наконец, в обелисках, как в гигантских пирамидах Египта.

Проследим мыслию библейские сказания и постараемся восстановить в уме нашем движение и расселение племён, как оно происходило по авторитету Священного Писания. Не забудем притом, что этот священный документ облечён не только религиозным, но и историческим авторитетом, и что у нас нет лучшей путеводной нити для сгруппирования различных доселе отрывочных сведений о разных народах, оставивших нам памятники своего существования.

Вспомним прежде всего 1-й и 2-й стих XI главы (Быт. 11:1–2), в которых сказано, что «на всей земле был один язык и одно наречие» и что, «двинувшись с Востока, они (дети Ноевы) нашли в земле Сеннаар равнину и поселились там».

Стало быть, колыбель человечества надобно искать на Востоке от Месопотамии, а именно, в Гиндукуше и на возвышенном плато Памира, откуда люди спустились в различных направлениях и населили землю. Священное Писание не говорит определительно, чтобы всё человечество прошло через долину Сеннаара; Библия следит исключительно за избранным племенем и повествует только о тех событиях, которые касаются судеб его. Вот почему, – восстановляя в мысли нашей прошедшее и руководствуясь самим текстом Книги Бытия, которая рассказывает в X главе разделение народов и уже в стихе 5-м этой главы (Быт. 10:5), окончив исчисление иафетитов, немедленно говорит: «от сих населились острова народов в землях их», а в XI главе, окончив роды семитов и хамитов, рассказывает особое чудесное событие, случившееся с тою частию человечества, которое пришло в Месопотамию, – мы вправе думать, что с Памирской возвышенности от «Арианем ваедио» или Айриарта, страны ариев, вышли племена, которые, идя на запад, перенесли это название с священными преданиями на гору Масий115, или, придя в Месопотамию, участвовали в постройке башни Вавилонской, или же, ушедши ранее других на восток, как иафетиты туранцы, населили Тибет, Монголию, Корею, Китай, Америку (что вполне доказывается общечеловеческими преданиями не только ацтеков и перуанцев, но и преданиями краснокожих индейцев), пробрались от Памира на север к Финскому заливу и далее в Европу, спустились в Индию и заняли её ранее ариев под именем расы, известной ныне под именем дравидов. Но если туранцы ушли из общей родины ранее других и потому выработали себе склад ума и цивилизацию, несколько отличную от других потомков сынов Ноевых, то тем не менее некоторые ветви их участвовали в общечеловеческой разработке жизни, внеся в неё, как доказывается ныне последними изысканиями в Халдее, металлургические знания и вместе с ними – особую религиозную систему, в которой можно узнать обожение допотопного Тубала-кузнеца, превратившегося в подземного бога (Fratchri Вед, Гефестос греков, Вулкан латинян), обожение стихий под видом духов, и в особенности огня, и шаманство, или магию. Они же, первые металлурги и ковачи, внесли и гвоздеобразные письмена, основанием которых служит гвоздь, выдавливающий на глине изображения, сочетание которых составляет азбуку фонетическую или идеографическую, смотря по стране, где она применена. Таким образом в мысли нашей с Арарата, или священной горы Меру, на которой, вероятно, остановился ковчег Ноя, после многих веков, когда человечество размножилось у подошвы Белуртага, туранцы первые ушли в свои далёкие странствования и, вероятно, унесли с собою, кроме преданий, зачатки металлургических знаний, изобретённых ещё до потопа сыновьями Каинита Ламеха. Если некоторые потомки туранцев явились лишь с каменными орудиями в Европу, то из этого нельзя ещё заключать, чтобы в общей родине их не были известны металлы и способы их обработки. Нет сомнения, что туранцы, вышедши из общей горной родины, где уже известна была металлургия116, наткнулись в своих странствованиях на Алтай, Урал и Кавказ и при благоприятных условиях развили искусство металлургии гораздо ранее и выше, чем другие племена117. После них хамиты, занявшие ранее других южный берег Азии от устьев Инда до устьев Евфрата и далее по берегам Аравии118 и основавшие Куфитские царства в Сузиане и Мерое, ханаанитские поселения в Палестине и царство Мисраима на Ниле, по-видимому, вышли ранее ариев из Памира. С ними одновременно должны были выйти семиты, которых мы застаём смешанными с хамитами в Месопотамии и занимавшими почти весь полуостров Аравии, ведя по преимуществу пастушескую кочевую жизнь. Одни арии, т.е. обширный отдел иафетитов после отделения братьев их, туранцев, долго ещё жили в холодной равнине Памира, о чём помнили их древнейшие гимны119, и потом стали появляться в Индии, Мидии, Кавказе, Месопотамии, Малой Азии, Греции, Италии и средней Европе, оттесняя перед собою везде туранский элемент, боги которого входили иногда в пантеон ариев, но всегда, как замечает Ленорман, в карикатурном виде120.

Но между тем везде, как в «островах народов», говоря словами Библии, которые отдельно ушли из Ариаарты, так и в большой смешанной массе всех племён, шедших громадной толпой в Месопотамию, оставались воспоминания сказаний праотцев, повествовавших о сотворении человека, дереве жизни и дереве познания добра и зла, о змие, допотопных великих патриархах, о потопе, Ное и его благословении, и хотя эти воспоминания хранятся в совершенной чистоте лишь в одном из благочестивых семитских родов, шедших вместе с другими в Месопотамию, но тем не менее они не забыты совершенно и в других племенах, которые, основывая царства и созидая храмы и дворцы, спешили записать эти изменённые и часто испорченные политеизмом предания на стенах своих зданий или вносили их в свои религиозные гимны и рассказы, символизируя их или придавая им астрономическое значение. Так, в учении браминов, вышедших из арийского общего маздеизма, мы находим понятие о Яме, имя которого означает «пара» и которого считают первым смертным; о божественном питье Гома, дающем бессмертие; о древе жизни (под которым олицетворялась и вселенная), плод которого, огонь, был сначала предназначен для одних богов, но похищен человеком, миф, известный и ариям-грекам в известном сказании о Прометее. Наконец, у них находим рассказ о Ману и о потопе121. В зороастрическом учении, резко и враждебно отделившемся от брамаизма, другой ветви ариев, и восставшем против жертвоприношений божественного питья Гома122, сохранены почти библейские сказания о сотворении первого человека и падении его вследствие искушения змия, но, как кажется, сохранённые в иранской ветви ариев в большей ясности предания повлекли за собою преувеличенное представление о силе злого, дурного начала, что и было поводом к созданию особого миросозерцания, при котором Ормузд стал почти равносильным Ариману, хотя в этом учении сохранился намёк на идею Единого Бога в понятии о Зруана Аккарана, которое, хотя индифферентное начало, но должно было в конце концов уничтожить и поглотить зло, которое являлось, таким образом, преходящим, временным явлением. Мы уже имели случай говорить, что в Халдее, где вместе с прочими родами жили семиты, сказания, дошедшие до нас посредством Библии, сохранились ещё в большей ясности, чем у других племён, хотя так же затемнённые идолопоклонническими, астрологическими и шаманскими воззрениями аккадов и сумиров123. К таким воспоминаниям относятся и все Берозовские рассказы, сохранённые греческими писателями, и истина которых подтверждается любопытными документами, начертанными на глиняных скрижалях и цилиндрах и на стенах дворцов в Вавилонии и Ассирии.

К таким воспоминаниям относятся и обожение мистического дерева, пред которым стоят цари ассирийские на барельефах; и феруер, или крылатое божество в кругу, парящее над царём, которое перешло и в изображение Ахеменидов; и найденное повествование о потопе в библиотеке Ассурбанипала124, которое несомненно есть копия с древних аккадских (халдейских) документов жреческого города Ереха в Халдее; и Берозовский рассказ о разделении языков; и воспоминание о десяти допотопных патриархах; и воспоминание о Ное под именем Сиситруса (Ксисутруса) и о сыновьях его Титане (Хаме), Зруане (Симе) и Иапетосе; и обожение в Египте Кхеми, отца Мицраима, и Хамоса в земле Моавитской.

Везде, во всех странах встречаем мы то, что называем общечеловеческими воспоминаниями. В Перу мы встречаем называние «Alpa camasca» – «оживлённая земля» – для обозначения первого человека; в Северной Америке у манданов находим предание о сотворении из земли мужчины и его подруги. Даже на островах Тихого океана, в Таити, племя которого неизвестно ещё как достигло этих островов, мы находим сказание о сотворении человека из «красной земли», т. е. выражение, напоминающее еврейское Адама, которое некоторые комментаторы производили от слова «красноватый». Мы уже не говорим о Бундегеше, одной из позднейших книг зороастризма, написанной не по-зендски, а на позднейшем диалекте хузвареш, на которую уже могли иметь влияние библейские сказания, но в которой между тем записан весь рассказ о падении и искушении человека. Мы также не приводили рассказа Манефона о Тоте, или Гермесе Трисмегисте, который (как Сиф в иудейских преданиях) начертывает на двух столбах религиозные верования и знание допотопного мира, чтобы сохранить его для потомства, – потому что есть подозрение (не вполне, впрочем, доказанное), что это позднейшая вставка александрийских иудеев. Но мы опять должны обратить внимание, что имя Ной оставило по себе глубокую память во всех преданиях, и имя Нанахуса во Фригии, в городе Апамее, где особо чтилось воспоминание о потопе, есть воспоминание о нём как рассказ о Кохкохе, Тецпи, Тео-Чепактли в Северной Америке, о Виракоча в Перу и замечательное таитское сказание о потопе (Rienzi) суть воспоминания о Ное и потопе.

Этих указаний достаточно, чтобы убедить всякого, что единство человеческого рода (доказываемое, как увидим ниже, и аргументами другого рода) и библейские сказания о нём суть непреложная истина, которую надо стараться понять и в которой сомневаться невозможно ввиду не только веры, но и научных сведений.

В числе не совершенно понятных ещё сторон библейских сказаний есть древность человеческого рода и вся хронологическая часть Библии, которая представляет многие трудности, потому что цифры всегда легче всего искажались переписчиками.

Мы видели, что есть тёмные следы человека в третьей геологической эпохе, предшествовавшей всемирному потопу, признанному наукою; мы находим более ясные следы человеческого существования в четвёртую геологическую эпоху, после которой нет уже всеобщих земных потопов, но есть ряд местных потопов, ледниковый период и поднятие материков.

Был ли человек третичной геологической эпохи допотопный человек или же наука ошиблась и приняла неясные следы его существования, находившиеся в третичных пластах, за достоверные, тогда как земные перевороты могли включить в эти пласты остатки последующей формации, – Библии до этого дела нет; она говорит только, что человек явился в «тот же день, как млекопитающие», и никогда никто не может доказать противное. Далее: человек четвёртой формации, найденный в Европе, есть ли он ранее других ушедший из Упа Меру или Арианем ваедио туранец или же он допотопный человек, каинит, – до того Библии также нет дела; но никак нельзя доказать, что он есть форма, выработанная из животного и прошедшая все ступени развития, пока он выработался из обезьяноподобного дикаря в человека. Мы видим, что в самих произведениях его есть высшее духовное начало, зачаток высшего развития. Сколько веков протекло от сотворения человека до потопа и от остановки на Гиндукуше ковчега до той минуты, когда толпа ноахидов теснилась в долине Сеннаара, мы не вправе решать, потому что Библия молчит об этом. Но замечательно, как мы говорили выше, что ранее Сеннаарского чудесного разделения языков, даже ранее перечисления в Х главе сынов Хама и Сима, немедленно после окончания иафетических родов сказано: «от сих населились острова народов в землях их, каждый по языку своему, по племенам своим, в народах своих» (Быт. 10:5). После этого начинается перечисление родов Хама и Сима, и, по-видимому, первые стихи XI главы относятся к ним, а не к иафетитам, от которых населились уже острова народов (языков). Поэтому мы можем предполагать, что не всё человечество сгруппировано было около столба Вавилонского, но что некоторая часть его, – а именно, все иафетиты – не участвовали в движении в Месопотамию (кроме части туранцев иафетитов, т. е. аккадов), а частию двинулись ранее других, как мы говорили выше, на восток, к югу и северо-западу, частию же долго занимали холодный северный склон Гиндукуша и только впоследствии спустили в Согдиану и верховья Инда.

Вот почему также не стоят никакого внимания возражения, основанные на кратковременности пребывания на земле от потопа до исторических царств древнего мира человека, который будто бы не мог, по библейским сказаниям, выработать те цивилизации, которые мы находим приблизительно за 2800 лет до Рождества Христова в долине Нила, в Междуречии или Месопотамии, в древней Индии, в Китае, в царстве Мексиканском, в Перу. Мы напоминаем ещё, что всеобщие человеческие сказания повествуют о допотопных искусствах, об Абелиосе (Иувале), о коваче Тубале, о Ноэме, дочери Ламеховой, изобретшей (по преданию) искусство прясть шерсть, и мы не имеем ни малейшего повода сомневаться в этих преданиях, так как нельзя допустить, чтобы человек, одарённый от Бога разумом при самом сотворении его, жил в продолжение многих тысячелетий до потопа, не развиваясь и не устраивая своей жизни. Вспомним при том, что человеческие общества, удержав память о появлении огня и об изобретении нужнейших искусств, всегда приписывали их богам, но сами, оглядываясь назад, всегда видели быт свой вполне сложившимся, так что невозможно предположить, чтобы послепотопный человек был сам изобретателем способа удовлетворения всех первых потребностей жизни. После потопа ему оставалось лишь развивать первые полученные от допотопного мира изобретения и созидать великие общества, которые и спешили применять в громадных размерах искусства, коими они уже владели. Даже по обыкновенно допущенной хронологии от потопа до первых памятников древнейших народов считают 900 лет. Но и этого времени вполне уже достаточно, чтобы молодое человечество, вооружённое вполне развитым словом и некоторыми знаниями, создало цивилизацию, результат которой мы находим в Египте, в Халдее, в Ассирии и в других странах.

Перенесёмся теперь мыслию в саму Халдею, где толпятся племена, пришедшие с востока, которые созидают четыре города, – по всей вероятности, тоже «по племенам своим», говоря словами Библии. Эти четыре города, записанные Моисеем, суть Вавилон, Эрех (нынешнее урочище Варка, где стоял город, известный и грекам под именем Орхое), Аккад (урочище Ниппур) и Халне, или Халанне (урочище Муггейр), которое считают древним Уром халдейским, в котором впоследствии обожили туранского бога-рыбу Оаннеса и из которого вышел Авраам125. Города эти принадлежали, как можно заключить из разных указаний, к одной тетрархии, соединившей под властию первого властелина Нимрода «четыре языка» («Арба-Лизун» надписей) в одно государство. «Из сей земли, – говорит Библия, – вышел Ассур» (Быт. 10:11), один из сынов Симовых, поименованных в 22 стихе вместе с Еламом, жившим в Сузиане, и Арфаксадом (имя которого значит «сопредельный с землёю Аккада» (Быт. 10:22), «и построил Ниневию, Реховоф-ир, Калах и Ресен между Ниневиею и между Калахом; это город великий» (Быт. 10:11–12). Из этого видно, что часть семитов была смешана с хамитами и туранцами в земле Аккад (Халдея) и что они вышли из страны этой на севере и создали свою колонию и своё государство, вероятно, чтобы избежать ига хамитов. Кроме того, принимая, что рассказ Библии идёт в хронологическом порядке, можно полагать, что Ассур и его колония не участвовали в построении столба Вавилонского, а вышли ранее этого события, хотя, согласно Быт. 11:1, удержали один общий язык с Вавилониею, что и доказывается несомненно найденными надписями, и имели с халдеями одну общую цивилизацию и общую систему письмен, долженствовавших быть уже известными во время этого отделения. Таким образом, на низовьях Тигра и Евфрата образовалось сильное царство турано-кушитское, в котором, однако, преобладающий элемент были кушиты, – если мы примем сказание, записанное Берозом, который называет первого царя Евехус или, вероятнее, Авиль-Куш, «человек-куфит», и сравним его с библейским указанием, «что Куш родил также Нимрода», который «начал быть силён на земле» (Быт. 10:8). В таком случае надо думать, что Евехус Бероза есть библейский Нимрод, первый царь Куфитского царства, в котором туранцы играли лишь второстепенную роль, хотя, как мы выше говорили, они имели решительное влияние на склад языка и на письмена халдейские. Вероятнее всего, однако, что язык вавилоно-ассирийский с туранскими грамматическими формами, хотя с куфически-семитическим словарём126, образовался ранее Куфитского царства и колонизации семитами верховьев Тигра, а мог сложиться во время общего и продолжительного движения от Гиндукуша в Месопотамию. Что же касается семитов, то они основали на восток от Тигра в плодоносной местности, орошаемой большим и малым Забом, на склонах так называемых Загрских гор города, упоминаемые в Библии, которые мы называли выше. Из городов этих Реховоф-ир считают Ел-Ассаром, или Ассуром, названным по имени вождя. По всей вероятности, каждый из городов с окружавшею их местностию управлялся отдельным царём, – по крайней мере, надобно так думать по сказанию XIV главы Книги Бытия, называющей Елласарского царя союзником Кедорлаомера Еламского (Быт. 14:1). Ассирийская монархия, сплотившись, сделалась сильною и даже овладела Вавилониею, по историческим памятникам, около 1300 года, но, вероятно, начала своё существование как целое государство в XV веке до Рождества Христова (см. Rawlinson, Chaldea, Assyrie; Lenormant, IV, p. 56).

Таким образом, краткий рассказ Книги Бытия рисует перед нами создание первых обществ человеческих в Месопотамии и указывает на насилие, посредством которого первый властелин Нимрод сплотил в первое государство в этой стране нестройные толпы колонистов, пришедших с востока. О других государствах, образовавшихся в разных других странах земли почто в то же время, Библия не повествует, следя, как мы выше сказали, лишь за избранным родом, от которого происходил Авраам.

Но, рисуя в немногих словах создание первого царства, Библия обрисовала одной чертой весь их характер, всю будущую деятельность, даже внутренний состав их.

Мы уже имели случай говорить, что четыре города первого царства аккадов и куфитов представляли те четыре племени, вошедшие в состав царства, присутствие которых доказывается теперь научными изысканиями. Но, кроме того, Книга Бытия начертала всю будущность первых государств в лице Нимрода и его подданных, сплочённых насилием. Племена, сделавшиеся впервые оседлыми и обладая, как мы выше сказали, искусствами, спешат заявить о своём существовании созданием памятников; это вначале – дворцы для владык, перед которыми они преклоняются в страхе. Даже само замечание, что Нимрод был «сильным звероловом пред Господом» (Елогим) (Быт. 10:9), указывает, что начало его власти и сила его опиралась на ту шайку товарищей и сопутников по охоте, которые были ему преданы, составляли его охрану и послужили первым средством подавить массу и держать её в порабощении. Прежде всего властелин силою массы порабощённого народа начинает строить себе жилище «на высоких», т. е. на платформах (отличительный характер построек этого периода, замеченный Лейардом), чтобы быть безопасным от нападения. Старцы народа ещё помнили предания, но народ, погружённый в материальные интересы, начинал забывать их, хотя слушал с уважением рассказы старцев и со страхом присутствовал при религиозных обрядах – частию переданных от Ноя своим потомкам под видом жертвоприношения, частию вновь установленных властелином, чтобы окружить себя обаянием. Но вскоре предания забываются или искажаются. Их стараются сохранить, записывая их на каменных, глиняных или алебастровых скрижалях и стенах, как в Египте, Халдее и Ассирии, и младенческий народ блестящей фантазией заносит их в свои летописи, выражая их символами, смысл которых, однако, ещё остаётся понятен для разумнейшей части толпы. Мистическое дерево ассириан, божество в кругу, крылатые быки с лицом человека, венчанные трерогой тиарой, священное дерево Индии, мексиканские изображения ковчега, сфинксы и скарабеи Египта суть, как мы говорили выше, летописи преданий этого периода.

Но вскоре смысл символов утрачивается, несколько избранных хранят лишь посредством изустного предания тайну аллегорий, они составляют основание касты жрецов, в которой преобладает в древней Халдее туранский элемент, внёсший гвоздеобразное письмо. Между тем власть сильного, соединившегося с кастой мудрецов-жрецов, растёт; он не только царь, – он, живущий во дворце, на стенах которого начертаны таинственные изображения, сам делается представителем божества, воплощением его; дворец обращается в храм и пользуется тем же уважением, каким и храмы, воздвигаемые в честь многообразных природных сил или светил небесных.

Везде в истории первых государств по дошедшим до нас памятникам мы видим, что беспредельная власть царя и обожение его зависело от сильной связи его с жреческой кастой и от поддержки, оказываемой ему жрецами. Так было и в Халдее, и в Ассирии, и в Египте, где история помнит случаи борьбы царя против жрецов, которые, однако, одерживали верх, вознося тех, которые покровительствовали им, на высоту величия и могущества. Так было и в Индии, где каста жрецов стала выше касты кшатриев, но которая сама отказалась от власти, поддерживая, однако, лишь тех воинов царей, которые покровительствовали браминам; так, по всей вероятности, было и в Мексике, так было и в Перу, где Инка, как олицетворение Солнца, сам был главою жрецов. Везде, по-видимому, «на островах народов» в Гоим евреев, т. е. в среде тех народов, коим до пришествия Бога Слова предоставлено было развиваться независимо от откровения, – везде, говорим мы, предания искажались и утрачивались; сам смысл символов, коими они были записаны, был утрачен для народа навсегда; народ смотрел уже с трепетом на изваянные изображения и падал ниц перед ними, он кланялся уже идолам. Порабощённая толпа как бы теряла способность мыслить. Светлая мысль о Творце мира, об Отце Создателе потеряна. В паническом страхе своём народ кланялся всему, что могло иметь влияние на жизнь его. В вечном страхе он старался избегнуть несчастия и трепетал пред силами природы, перед светилами, пред царём и его посланными, перед огнём, перед истуканами, перед животными, перед растениями. Даже в среде мудрейших, стоявших выше толпы и сохранявших в тайне сказания, мысль, не руководимая откровением, – силясь достигнуть знания, силясь ответить на занимавшие издревле человечество вопросы о создании мира, о появлении человека, об его цели и будущности, – путалась и создавала теории, в которых слышались намёки на воспоминания праотцев, но которые не в состоянии были выяснить себе разумно тайны великих истин, полученных в удел человечеством лишь откровением. Отсюда встречаемая нами смесь – запутанная, неразгаданная вполне смесь библейских преданий с обожением таинственных допотопных предков и с поклонением силам природы; отсюда смешение воспоминания о Ное с параллельными ему языческими рассказами и с Оаннесом – богом-рыбой; обожение змея и вражда к нему; смешение понятия о титанах с предками – строителями столба Вавилонского и с силами земли в её плутонических проявлениях; отсюда обожение Абелиоса, или Иувала, под мифом солнца и смешение понятий гармоний звуков с гармонией мира; обожение Тубал-Каина под видом подземного бога-ковача, отца металлургии, и причины извержений огнедышащих гор; обожение силы человеческой, достигающей божества – похищением ли запрещённого плода огня, как в мифе Прометея и индийском параллельном сказании, или посредством труда и работы, как в мифе Геркулеса. Отсюда обожение семи планет в воспоминание семи дней творения в смешении с астрономическими сведениями, тоже облекаемыми тайною жрецами. В результате для массы, как и для передовых её деятелей, выработалась религия, не дававшая никаких высших человеческих принципов, выработалось государство, в котором человеческое достоинство и человеческая воля принадлежали одному царю; массы народа были вполне несчастны, хотя вырабатывали искусства и наблюдали природу с замечательным талантом, как видно из памятников. Знания их поступили в массу человеческих познаний; нравственное же достоинство человека возвысилось лишь тогда, когда священной тайной воплощения Бога Слова человек был обновлён, и освящён, и возвышен.

Но не все народы прошли грубый фетишизм и идолопоклонство в самых суеверных его формах127. Рядом с основанием первых сильных царств – оседлых, богатых, но развращённых и грубо идолопоклоннических, на земле появлялись и другие воззрения на мир – более чистые, хотя также затемнённые вследствие забвения преданий.

В то время, как хамиты (и частию семиты) основали свои царства с пантеоном астрономических и элементарных богов, большая часть иафетитов, а именно арии, давно занимавшие Памир и верховья Инда, сохраняют долее и чистоту нравов, и воспоминания предков; туранцы, ушедшие ранее, вырабатывают себе – по-видимому, под влиянием своих особых занятий, – особую мифологию, которая, удерживая память о высшем существе (небо или Великий Дух), обращает, однако, всё своё поклонение на рой элементарных духов, управляющих стихиями, и подземных существ, владеющих подземными богатствами, у которых человек может добыть их. Во главе этой особой группы божеств везде высится воспоминание о допотопном Тувал-Каине, который изобрёл те страшные орудия смерти, вследствие которых род его сделался сильнейшим и наполнил допотопный мир своими злодеяниями (ср. Быт. 4:22–24 и комментарии). К этому туранцы, вследствие долгой кочевой жизни в степях и постоянного наблюдения явлений природы, присовокупили весьма, по-видимому, замечательное знание природных сил, которое легло, вероятно, в основание шаманства и магии128. Но, по-видимому, нравы их в кочевом состоянии остались чище, чем нравы оседлых хамитов. Так, напр., в Китае, Японии, в Северной Америке (красные племена которой считаются происходящими от туранцев) туранцы создали строй общественной жизни, в которой сохранилось уважение к семье, к чистоте нравов, выработалось поклонение памяти усопших, вера в духов и понятие, хотя иногда неопределённое, о Высшем разумном Существе, управляющем миром.

Но у ариев предания, сохранённые в большей чистоте, вырабатывают, как мы видели выше, с одной стороны, религию Пара-Брамы и его проявлений в формах создания мира, его сохранения и его уничтожения (Браму, Вишну и Шива), которая лишь впоследствии в развитии своём дошла теорией эманации до смешении понятий о Божестве и мире; с другой, часть ариев вырабатывает зороастризм, враждебный браманизму, как секта общего маздеизма, но родственный с ним: религию добра и зла, которая впоследствии, приняв огонь эмблемой божества, перешла в религию Митры-солнца, а наконец перешла в огнепоклонение. Но мы должны притом обратить внимание на ту борьбу, которая постоянно завязывалась между кочевыми представителями более чистых верований с идолопоклонническими царствами древнего мира.

Так древнее Халдейское царство ведёт борьбу с кочевыми семитами, овладевшими Аравией; Ассирию во времена её могущества беспрерывно тревожат кочевые туранцы, скифы или арии с востока и кочевые семиты с запада и юго-запада; Египет помнит нашествие Пастырей, которые царствуют в Тунисе и изгоняются, уже приняв частию египетскую цивилизацию.

Скифы при Сиаксаре овладевают Мидией и Ассирией, но не удерживают своего владычества, ослабевая от прикосновения к разлагающей нравы цивилизации. О религиозном характере войн Дария, в котором также выразилась борьба оседлых землевладельческих племён против кочевых, мы говорили выше. Сам поход Дария в сердце Скифии доказывает, как важно было стараться разрушить силу кочевых, которые являлись разрушить труды земледельца – вот почему Зендавеста и клеймит их именем девов, демонов и видит в них порождение Аримана, злого начала129.

Такова в сущности картина древнего мира, первых цивилизаций, набросанных лишь в нескольких словах в Х главе Книги Бытия, которая, как мы увидим в тексте при перечислении народов, с необычайною точностью (каждый день доказываемою наукою) определяет характер каждого народа причислением его к одной из трёх великих семей человечества. Пособием для изучения этого любопытнейшего памятника древности служат ещё остальные книги Священного Писания, и в особенности пророки, которые в торжественных, полных поэзии словах своих, произнося угрозы против беззаконий древнего мира, указывают часто и на географическое положение народов, независимо от ясной характеристики их.

Но мы не раз говорили: науку предоставлено разработать человеку самому; в Книге Бытия для нас важно указание единства человеческого рода, происхождения его от общего родоначальника, и истину эту надо признавать несомненною не только на основании часто неясных археологических и исторических выводов науки, но и на основании указаний природы, законы которой изучаются другим отделом учёных, которые пришли к тому же заключению, что род человеческий во всех племенах своих, даже наиболее удаляющихся от белой расы, составляет, однако, одну только породу и, стало быть, произошёл не от нескольких пар представителей рас человеческих, но от одной пары, и что все видоизменения его зависят от среды, в которой он развивался, от влияния климата и обстоятельств, в которых он находился.

Приведём сущность выводов учёного Катрфажа (Единство человеческого рода).

Катрфаж в основаниях своего учения полагает среду, совокупность всех обстоятельств, имеющих влияние на изменение организации. Развивая эту мысль, он доходит до выводов, подтверждённых опытом, из которых следует, что наружные видоотличия не могут быть приняты за основание разделения существ на отдельные виды. Эти видоизменения между растениями и животными суть только породы, которые, однако, все имеют одних общих прародителей. Пробный камень различия видов заключается в возможности производить себе подобных во всех поколениях без утраты производительной силы и производительных органов. Совокупление различных видов растений и животных возможно лишь при посредстве и усилиях человека, но это случайности, которые не встречаются в природе, и плод этих антинатуральных совокуплений почти совершенно бесплоден. Зато совокупление пород, хотя бы наружные признаки их были совершенно различны, всегда замечательно плодородно130.

Насильственное совокупление видов Катрфаж называет гибридациею и плоды этих совокуплений – гибридами; совокупление же пород – метисациею и метисами всех происшедших от совокупления пород.

Метисация происходит между растениями и животными ежедневно, по влечению природы. Между растениями ветер, пчёлы, жуки несут пыль цветов различных пород и оплодотворяют различные породы одного вида различными колерами; но та же пыль, брошенная на цветок отдельного вида, бесплодна. Если человеку удавалась гибридация растений, то лишь при особых приёмах и усилиях, но при всём этом гибриды, которые удаются очень редко, имеют весьма мало плодородных органов; так, например, по опытам Дюмартра, гибрид мак, у которого в отцовском поколении не менее 2130 зёрен, имел лишь шесть зёрен здорового вида. Гибриды, предоставленные самим себе, если не умирают, то возвращаются к первоначальному естественному типу.

У животных, кроме титиров (от козла и овцы) и мусонов (от барана и козы), которые были известны в древней Италии, самые распространённые гибриды суть мул (осёл с кобылой) и лошак (жеребец с ослицей). Титиры и мусоны исчезли с тех пор, как их перестали разводить искусственно, они воротились к своему первоначальному типу, и таким образом нарушенный человеком закон восстановлен природою.

Из гибридов лошадиной и ослиной породы мул весьма часто бесплоден и если совокупляется с лошадью или ослом, то возвращается к одному из первоначальных типов, с мулом же не может воспроизводить себе подобных. Лошак по слабости своей всегда почти бесплоден, и Катрфаж указывает на ужас арабского народонаселения близ Бискры в Алжире, когда разнёсся слух, что лошачиха отяжелела.

Окидывая общим взглядом все приведённые им факты, в которых ясно виден непреложный закон природы, поставленный в ограждение видов от помесей и допускающий метисацию всех пород, но восстающий противу совокупления различных видов, Катрфаж прибавляет: наука хочет только сказать, что, судя по настоящему порядку вещей, кажется, как будто каждый вид произошёл от одной только пары, и это заключение, строго выведенное из фактов, принадлежит к терминам нашего определения вида.

«Из всего сказанного следует, – продолжает Катрфаж, – что как скоро речь идёт о всеобщих законах воспроизводительности, то можно применять к животным результаты, полученные от изучения растений. Но можно ли выводы, полученные от изучения животных, применять к человеку? Без всякого сомнения. В обоих царствах органы и физиологические явления тождественны, следовательно, если группы человеческие суть разные виды, то мы увидим от смешения их между собою общие явления, свойственные гибридации, если же эти группы лишь породы одного и того же вида, то окажутся явления метисации. Посмотрим, что говорят факты».

Приведя множество фактов, доказывающих не только слишком известную способность людей всех возможных видов и оттенков совокупляться между собою, но и производить себе подобных во всех поколениях, Картфаж останавливается на особенностях деторождения от различных пород. Из собранных им фактов видно, что плод этих скрещиваний не только обладает замечательною воспроизводящею силою, но и носит в себе все отличительные признаки метисов, т. е. соединяет в себе характеристические признаки отца и матери и передаёт их потомству, приближаясь понемногу к нормальному белому типу, перерождённому, как видно из множества фактов, во все оттенки и уродливости влиянием среды, его окружающей.

Влияние среды столь сильно, что несколько семей ирландцев, обитателей Метского графства и графства Армаг и Даун, принуждённые в 1641 и 1689 годах бежать в гористую местность Флюса, Лейстрам, Слейго и Майо, в настоящее время под влиянием голода, нужды и невежества, в котором они коснеют, получили все те признаки, которые приписываются низшим породам негров или самым диким австралийским народцам. Рост их уменьшился до 5 футов 2 дюймов, живот раздулся, ноги искривились, черты лица изменились до безобразия и уродства. Между тем братья их Метского и других графств, которые поставлены были в лучшие условия жизни, представляют полнейшие образцы физических красот и нравственной силы.

Человек, переведённый в другой климат, несмотря на борьбу свою с влиянием природы и окружающих его других местных влияний, подвергается, однако, изменениям, несмотря на все усилия оградить и отстоять свою личность против действующих на него сил. В этом и надо искать причин изменения породы. Как на разительный пример, Катрфаж указывает на то, что в настоящее время дознано исследованиями г. Симона (и др. микрографов), что внезапное появление веснушек на лице русой женщины от действия солнца зависит от окрашивания в отдельных местах кожи пигмента, придающего общий цвет негру. Важность этого факта, прибавляет Катрфаж, без сомнения, не ускользнёт от читателя.

Действительно, изменение среды не может изменить результат гибридации. Признаки лошака остаются те же, где бы ни родилось это животное. Напротив, людские породы изменяются от перемены среды, которая колеблет тип негра, а потому нет ничего мудрёного, что этот тип легче уступает белому при скрещениях, происходящих во Франции, Англии, Соединённых Штатах, нежели при совокуплениях, производимых в Сьерра-Леоне или на Мозамбикском берегу.

«Впрочем, – продолжает он, – мы обратили внимание читателя на эти соображения, чтобы показать, сколько учение о единстве человеческого рода согласуется с общими законами природы даже в мельчайших подробностях. Главное доказательство истины сего учения состоит не в том – оно состоит прежде всего в следствиях от скрещения человеческих групп. Мы видели, какой непосредственный результат имели эти скрещения: их производительность свидетельствует о метисации, устраняя всякую мысль о гибридации. Но сохраняется ли эта сила производительности у их детей? И здесь мы опять должны, придерживаясь важнейших фактов, напомнить, что происходило и что ещё теперь происходит в Центральной и Южной Америке. Там есть представители белой группы, чёрной и ещё третьего типа (краснокожих), отличного от двух предыдущих, но нисколько не занимающего средины между ними; три совершенно разных вида, говорят полигенисты, три породы – утверждаем мы. Вопреки всему, что разъединяет эти три разные группы, столь различные, они сочетались между собою. Мы знаем, что их совокупления были плодородны. Наследовали ли дети эту плодородность? На это отвечает уже не один какой-нибудь человек, не один какой-нибудь учёный, натуралист или антрополог, – на это отвечают сами народы, которые, чтобы выразить результат речью, принуждены были составить новый словарь для означения детей различных помесей, а этот словарь далеко ещё не может передать всех изменений в чертах лица, цвете, особенностях разного рода, которые замечаются у этих людей, стократ скрещенных и постоянно плодородных во всех степенях этого беспредельного смешения.

Следственно, – заключает Катрфаж, – всё человечество принадлежит только к одному виду; группы, на которые оно нами разделено, только породы этого вида». Таково заключение, к которому ведут не теория, не понятия, заранее составленные или зависящие от учений, основанных не на естественных науках, но единственно опыт и наблюдение, опыты и наблюдения вековые, объемлющие все виды животных и растений.

Если метода основательна, если, как мы думаем, существует только одна истинная общая физиология, подчиняющая одним и тем же законам все живые организмы, то на свете существует только один вид людей, или один человеческий род. Кто верит существованию многих видов людей, должен допустить для них особенную физиологию, чуждую для растений и животных, обнаруживающуюся множеством обстоятельств, особенно же феноменами воспроизводительности, т. е. теми, которые, напротив, свидетельствуют об основном тождестве. Между двух верований, влекущих за собою следствия столь противоположные, натуралист и физиолог не могут колебаться.

Вот почему мы верим в специфическое единство человека и противимся тем, которые утверждают, что существует много видов человека.

Глава X. Родословная таблица народов

Быт. 10Вот родословие сынов Ноевых: Сима, Хама и Иафета. После потопа родились у них дети.

Быт. 10Сыны Иафета: Гомер,

Иезекииль в 38 гл. в 6 стихе (Иез. 38:6) упоминает об этом народе, пришедшем с севера. Михаелис и вообще все последующие географы думают, что это киммериане, или кимвры, жившие к северу от Чёрного и Азовского морей и появившиеся в Европе вместе с кельтами, с которыми, быть может, они составляли один народ (см. м. Филарета и О. Герлаха).

У Геродота в главах 6 и 15 книги I указано, что они сделали нападение на Малую Азию, изгнанные с мест своей оседлости кочевыми скифами (См. также V, гл. 11 и 12). Оседлость их была около так называемого Босфора Киммерийского, в нынешней Черномории, полуострове Тамани, Крыме и около устьев Дона. Гомер заставляет Улисса совершить путешествие к вратам ада, в царство таинственных полунощных киммериан, живших около грязных вулканов керченских и таманских. При нападении скифов часть киммериан бежала в Малую Азию, и вслед за ними, но по другой дороге, ворвались и скифы в 630 году до Р. Хр. в Малую Азию и только в 608 г. до Р. Хр. были изгнаны Сиаксаром Мидийским. Другая часть кимвров и, вероятно, большая, сдвинутая с своих мест скифами, наводнила Европу, овладела всеми северными полуостровами и островами нынешней Великобритании и внесла свой особенный тип и религию во все страны средней и северной Европы. К этому основному типу были впоследствии привиты другие народности, двигавшиеся в Европу. – О потомстве Гомера см. ниже. Имя Гимераи (народа) найдено в гвоздеобразных надписях Ассурбанипала. (Letres Assyriol: I, ch. XII).

Магог,

Магог – этот народ должно также искать на севере, по указанию Иезекииля (Иез. 38:2, 39:6); Иосиф, Феодорит, Иероним производят от него скифов, под именами коих древние греки разумели всех народов северных (Strabo, Lib. XI). Бохард видит имя Гога, или Магога, в имени Кавказа, который колхидяне и армяне назвали Гог Хазан, Гогова крепость (Фил. час. II, стр. 30). Магог, по всей вероятности, суть туранцы-скифы. (У калмыков встречаются названия урочищ – большой Гог и малый Гог – даже доныне).

В полном высокого интереса пророчестве Иезекииля указана погибель Гога в долине Хамон-Гога. Движение скифов, соответствующее этому пророчеству, на Малую Азию, есть факт исторический, записанный у Геродота (кн. I, гл. 105); при этом скифы, как говорит и пророк, притянули в свои полчища Мосоха и Фовела (обитателей Армении и Грузии, которых они покорили первых при движении на Малую Азию).

Когда они задумали движение на Египет, то были остановлены Псамметихом, а затем, по сказанию Геродота, были наказаны болезнью за разграбление храма Афродиты Урании и вскоре затем были во множестве перерезаны в пиршестве, данном им Сиаксаром и мидянами (Геродот, I, 105 и 106). Во всяком случае, они были частию уничтожены, частию изгнаны из Малой Азии, и первая неудача их была в Палестине, – как видно, по сказанию Геродота, вследствие овладевшей ими повальной болезни.

Мадай,

Мадаи – мидяне, как это можно заключить не только из самого названия, но и из того, что научными исследованиями доказано, что высший элемент мидийского населения были иафетиты, одноплеменные с ариями, персами. В этом значении, как о родственных народах, говорит о них и прор. Даниил (изъясняя слово «уфарсим») (Дан. 5:28). Главный город Мидии был Экватана. Мидия была страною, где в самые ранние времена проникло зороастрическое учение, которое было внесено ариями-мадаями, вторгнувшимися в эту плодородную страну, занятую куфитами и массою туранского населения. В Вендидад Заде, в первой главе, при описании движения ариев на запад называют страну Рага двенадцатым поселением западной арийской ветви.

Здесь возник из сближения туранцев с ариями магизм, против которого Кир и Дарий, начертатель бисутунской надписи, вели впоследствии ожесточённую войну.

Иаван,

Иаван – равнозначащее слово с Ион или, по греческому произношению, Иаон. Ионяне, по мнению некоторых писателей, были древнейшие обитатели Греции и называли себя, в отличие от вторгнувшихся позднее дорян, автохтонами, туземцами, родившимися из земли. Что под именем Иована разумеются греки и Греция, можно видеть из того, что пр. Даниил (Дан. 8:21), упоминая об Александре Великом, называет его в обширном смысле царь Иаван.

По мнению Буслаева, опирающегося на авторитет Pictet (les origins indo-europeenes T. I, p. 57, 58), от санскритского корня Иавана, имеющего значение молодой, юный, произошло не только название ионян, но и слово латинское juvenis, старо-французское jouvin и, наконец, jeune.

Буслаев думает, что отважные молодые выходцы из дальнего востока получили название молодых, юных (молодцов, юнаков).

[Елиса,]

Элиса, упоминаемый здесь в нашем переводе, пропущен в переводах с еврейского западных толкователей, а равно в переводе автора Записки на Кн. Бытия. Элиса упоминается во всех переводах не между братьями, а между сыновьями Иавана, и повторяется между ними и в нашем переводе. Но так как Элиса, как увидим ниже, в комментарии к Быт. 10:4, имя эллинов, то соединение имён Иавана и Элиса объясняется их родством.

Фувал,

Встречается у пр. Иезекииля (Иез. 38:2, 39:1) и всегда вместе с Мосохом. Thubal (Фовел), по Флавию Иосифу, есть племя, живущее в Иберии (Грузии), Тубал и Иберия составили одно слово – Тибарени Геродота.

Мешех

Фовел (или Тубал) и Мосох (Мешех) суть народы, жившие между истоками Квирилы, Фазисы и Куры. Это родоначальники картлов, которые под именем Moshi и Tibareni упомянуты у Геродота в армии Ксеркса (III, 94). У Dubois de Montpereux есть очень правдоподобное предположение, что богатство их, заключавшееся в медных сосудах, получалось из медных рудников Самхетии.

и Фирас.

Полагают, что под этим именем надо разуметь фракиян, что это племя родственно пелазгам (если не сами пелазги) и что оно в древнейшие времена проникло в Грецию и Италию, овладело южными морями и было в родстве с этрусками и, быть может, с дорийцами.

Быт. 10Сыны Гомера: Аскеназ,

Евреи настоящего времени называют Германию Аскеназ. В пророчестве Иеремии (Иер. 51:27) на Вавилон призываются с севера Арарат, Минни и Аскеназ. Минни, или минейцы, были пелазги, оставившие следы своего существования в развалинах древнего Орхомена; родоначальники их двигались в Европу, вероятно, тем же путём по северному берегу Чёрного моря, по которому шли все переселения. Часть их, по всей вероятности, соединилась с частью кимвров, потомков Гомера, которые названы Аскеназ. Часть аскеназов, или асканцев, вторгнулась с Пелопсом в Пелопоннес из Малой Азии (Фригии), теснимая меотами. Другая часть составила, по всей вероятности, ядро населения Германии. Не надо при этом упускать из виду, что, как сыновья Гомера, аскеназы те же кимвры. Их имя читает Ленорман Ас-хунас, т. е. «род Азов» (т. е. Ассов, Яссов).

Рифат

У Геродота IV, с. 23 упоминается об аримфеях (аргипеях), народе кротком и справедливом, жившем на восточной стороне Дона. Помпоний Мела (Libr. I) полагает, что горы Рифейские находились на востоке от Дона. Рифаф, по мнению многих учёных, есть древнейшее имя славян, братьев германцев. Слово Слава, Славянин было придаточным почётным названием, которое латиняне перевели словами Honoriates и Henètes; отсюда Enètes, Venètes, Venèdes, Венды.

и Фогарма.

У Иезекииля (Иез. 27:14) дом Фогарма представляется изобилующим конями и всадниками. Бохарт думает, что это имя означает Каппадокию, известную своею конницею, но, по свидетельству Ксенофонта (Exped. Cyr LIV) и Страбона L, XI, Армения также отличалась конями и всадниками, и, независимо от этого, у армян есть предание о происхождении их от Таргамоса или Форгомы (см. хронику Вахтанга).

Вот как исчисляет Моисей Хоренский роды от Форгомы до Ара, прекрасного сына Арама, которого армяне считают своим родоначальником. Форгом, Хаик, Арменак, Армаис, Амасия, Кехам, Хармай, Арам и Ара прекрасный (М.Х. перев. Эмина, стр. 36, изд. 1858 г.). В хронике Вахтанга (перев. Броссе) читаем: «Армяне и грузины происходят от Таргамоса, внука Иафета, сына Ноева… После смешения языков Таргамос поселился близ Арарата, К’Хартлос поселился в Грузии, Хаос – в Армении; сын К’Хартлоса Мтсхетос построил город Мтсхет». Для объяснения противоречия, являющегося, если допустить происхождение жителей нынешней Грузии от Фовела и Мосоха, я полагаю, следует думать, что иафетиты Фовел, Мосох и племянник их Форгама заняли в лице потомства своего после расселения из Ариаарты нынешнюю Грузию, Армению, Колхиду и Лазику (Гурия Ахалцихский пашалык и южный берег Чёрного моря до Синопа). Многие относили армян к племени Симову, но по многим указаниям языка их и преданий, в особенности же по арийским воспоминаниям, их следует производить от ариев.

Быт. 10Сыны Иавана: Елиса,

Элиса, или Элиша, есть Эллас, или Эллада; впрочем, Флавий думает, что это Эолия, а Бохарт – Элида, но, во всяком случае, жители Пелопоннеса, или древней Греции, что, впрочем, ещё подтверждается происхождением Элиса от Иавана, отца ионян. Пр. Иезекииль (Иез. 27:7) упоминает о багрянице из островов Елиша, между тем у Горация находим указание на пурпуровую одежду из Лаконии и окрестных стран (Записка на Кн. Бытия, ч. II, 33).

Фарсис,

Все согласны с тем, что Фарсис, или Тарсис, означает Испанию. У Иезекииля есть указание на торговлю Тарсиса с Тиром и на обилие металлов (Иез. 27:12); из псалма 71 (Пс. 71:10) видим положение, отдалённое от Палестины на западе. Пророк Иона (Ион. 1:3) хотел бежать от лица Господня, посылавшего его в Ниневию, и для этого отправился в Иоппию (ныне Яффа) и сел на корабль, чтобы плыть в Фарсис. Наконец, город Тарсис, или Тартессий, в Испании, колония финикийская, указывает на тождественность Фарсиса с Испанией. В древности Тарсис была греческая колония, подпавшая впоследствии под владычество Тира и сделавшаяся финикийскою колониею.

Киттим

В I кн. Маккавеев (1Мак. 1:1) Александр Великий называется исшедшим из земли Хеттим и поэтому, а равно по сходству имени Макетта или Макегия с именем Киттим, думают, что оно должно означать Македонию. С этим соглашаются и пророчества Исайи (Ис. 23:1) и Иезекииля (Иез. 27:6) о земле и островах Киттим. Но не лишено интереса и мнение Бохарта, который относит пророчество Валаамово (Чис. 24:24) и Даниилово (Дан. 11:29–30) к римлянам и думает, что Лациум есть перевод арабского Кетим, что значит сокрытый. Dubois de Montpereux, напротив, думает, что Китим означает остров Кипр с городом Китиим, но что, впрочем, это имя употреблялось евреями как собирательное, означая все острова Греции.

и Доданим.

По некоторым спискам – Роданим, что намекает на остров Родос, а по переводу автора Зап. на Кн. Бытия – Доданим, что напоминает Додону, известное прорицалище в Эпире. Древность прорицалища додонского засвидетельствована Геродотом (L, II, с. 52). Прорицания давала, по сказанию египтян, жрица, а по рассказам додонских жрецов – голубица; это разноречье объясняется, говорит автор Записки на Кн. Бытия, финикийским или еврейским именем Иаваниф или Иониф, которое может означать и женщину от племени Иавана, и голубицу (см. Герод., кн. II, гл. 50–57). Dubois de Montpereux думает, что под именем Доданим надо разуметь всех греков материка, т. е. Эпира и Фессалии, и в этом смысле Доданим есть синоним дорийцев.

Быт. 10От сих населились острова

Выражение «острова народов» или, как передают LXX переводчиков, «острова языков», необычайно верно рисует обособление племён: они группируются вдали одно от другого так, что между ними лежали обширные незанятые пространства, которые наполнялись лишь чрез много столетий. Впоследствии разделённые племена, сталкиваясь на них, встречались враждебно, отрешённые друг от друга и языком, и – часто – верованиями. Замечательно, что в Книге Бытия указание на разделение «на острова народов» упомянуто не в конце всего списка потомства Ноя, а в конце лишь списка сынов Иафета, – отсюда, кажется, следует предположить, что иафетиты расселились по земле прежде столпотворения Вавилонского или же, разделившись после, не шли в Месопотамию и не участвовали в создании Вавилона.

народов в землях их, каждый по языку своему, по племенам своим, в народах своих.

Быт. 10Сыны Хама: Хуш,

Хуш или, вернее, Куш. Из сличения разных мест Св. Писания (Исх. 3:1; Чис. 12:1; 4Цар. 19:9) видно, что Куш есть Эфиопия в обширном смысле, т. е. весь южный берег моря, начиная от устьев Инда и до самого Египта. Кушиты – промышленное и торговое племя – заняли всю береговую полосу южного моря передней Азии и, перейдя Баб-эль-Мандебский пролив, заняли части Нила выше Асуана. Иероглифические надписи, говоря о войнах противу ефиопов, называют их Куш презренный.

Мицраим,

В Св. Писании постоянно называется так (Мицраим) Египет. Отто Герлах (в примечании на этот стих) замечает, что это имя имеет форму двойственного числа, и предполагает, что эта форма означает или разделение Египта на две части вдоль Нилом, или под ним разумеется Верхний и Нижний Египет. «Один Нижний Египет носит иногда название Обоих Мицор в том же смысле, как мы говорили: король Обеих Сицилий» (O. Gerlach, Genesis, cap. X, Anm. 7), но имя Мицраим давали Египту лишь израильтяне, сами же египтяне называли себя Хеми или Шеми (Id., Ibid ff. 21, Anm. 5). Эберс производит слово Мицраим от укреплённых линий, ограждавших Дельту с востока.

Фут

Это имя встречается у пророков между народами африканскими (Иер. 46:9; Иез. 30:4–5; Наум. 3:9). Флавий Иосиф говорит, что это Ливия, и находит также у греческих писателей область и реку Фут, о которой упоминает и Плиний (Зап. на Кн. Бытия). Эберс считает имя Фут или Пут тождественным с тою страною Пунт, о которой говорят египетские надписи, и ищет Пут в Аравии. Мы не думаем, что Эберс вполне доказал тождество Пунта и Фута (см. в его Aegypten etc. pp. 63–71).

и Ханаан.

Имя Ханаана означает земли низкие (Niederland). Ханаан был отцом народов, обитавших впоследствии на земле обетованной и по берегу моря у подошвы Ливана, в Палестине и Финикии. Хананеи, жившие в Палестине, были истреблены израильтянами или изгнаны из жилищ их и двинулись массою в Финикию, которая вследствие того стала создавать земледельческие колонии (см. Ленорман Cadmus. 1874). Полагают, что сначала ханааниты жили на восточном берегу Аравии, на островах Барейна, и двинулись в Палестину, избегая давления туранской династии из Сузианы, владевшей около 300 лет Халдеей.

Быт. 10Сыны Хуша: Сева,

В Йемене на южном берегу Аравии находилось куфитское царство Сава, которое, как полагают, сначала имело торговое влияние на нынешнюю Абиссинию, а впоследствии овладело этою страною и создало в ней своё царство. Переселение саваитов в Абиссинию полагают вынужденным давлением иектанидов-семитов над т. наз. адитами. Саваитов, сохранившихся более чистыми от смешения с чёрными расами, узнают в нынешних абиссинцах, между тем как куфиты, жившие между ними и египтянами, смешавшись с неграми, утратили красоту типа и представляют ныне полунегрское население Бисхари, которое в своё время составляло сильное царство в верхней части долины Нила, известное под именем страны Куш. Замечательно, что сказание о царице Савской и Соломоне повторяется и в Йемене, и в Абиссинии.

Хавила,

Весьма тёмное имя. В Быт. 2страна Хавила представляется лежащей на реке Фисон, «и в этой земле находится золото»; по этому указанию это могло бы быть племя куфитов, опустившееся в Колхиде на Фазисе (Рион), но, сравнивая и другое упоминание земли Хавила в Быт. 25о поселениях Измаила, который в лице потомков своих занимал землю от Хавила до Сура пред лицом всех братьев своих, т. е. на крайнем востоке Аравии, надо полагать, что племя Хавила жило на западном берегу Евфрата, или Шатт-эль-Араба, что подтверждало бы догадку Бохарта (см. комментарий к Быт. 2:14).

Савта,

Тёмные следы поселения Савты и переселения потомства его находят в именах Саффа – город Счастливой Аравии у Птолемея, Саффа – остров или полуостров Персидского залива у того же писателя и Мессаваты, которых место Плиний полагает в пределах Персии (Зап. на Кн. Бытия).

Раама

Рама и сыновья его Шева и Дедан. Пр. Иезекииль в XXVII главе, произнося осуждение Тиру, в 22 стихе говорит: «Купцы Саввы и Раммы» (Иез. 27:22), а в 18 стихе упоминает о Дедане как о торговых племенах (Иез. 27:18). Саввы, или Савафы, и Раммы, или Раэма, жили в Счастливой Аравии, а Дедана – при Персидском заливе, тоже в Аравии, где теперь есть город, называемый Даден.

и Савтеха.

Савтеха – дальнейшего указания в Св. Писании об этом племени нет. Весь род Хушов занял, как видно, южную часть Аравии, восточный берег Африки и, вероятно, северную часть Персидского залива.

Сыны Раамы: Шева и Дедан.

Быт. 10Хуш родил также Нимрода; сей начал быть силен на земле;

По многим указаниям можно полагать, что настоящее имя его было Бел, или Ваал. «Сей начал быть силён на земле». Это выражение указывает на способ приобретения им власти, которая имела другое основание, чем власть патриархов: впервые со времени потопа является сильный, который подчиняет себе народ угнетением, страхом и силою.

Быт. 10он был сильный зверолов пред Господом [Богом], потому и говорится: сильный зверолов, как Нимрод, пред Господом [Богом].

Это сказание о Нимроде, повторявшееся и в устах народа в виде поговорки, есть доисторическое сказание. Нимрод, как мы говорили во вступлении, вероятно, есть Евехус Бероза, Авиль Куш, человек Куфит, а впоследствии, вероятно, был обожен под именем Бэла (сравни Моисея Хоренского гл. VII и XIII книги I).

Быт. 10Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне в земле Сеннаар.

Вавилон был построен сначала на левом берегу Евфрата, при Навуходоносоре построен был город с правой стороны. На правой же стороне находилась Борсиппа – предполагаемые остатки столпа Вавилонского, возобновлённого Навуходоносором. Об Эрехе (Орхое), Аккаде (Ниппуре) и Халне или Халанне, древнем Уре (урочище Муггейр) мы говорили во вступлении в эту главу. Напомним здесь только, что четыре города были четыре столицы кушитов-туранцев и, по-видимому, пользовались одинаковыми правами. Есть даже мнение, что Халне (Ур) считался древнейшим поселением, потому что Ур по-халдейски значит город, и, по-видимому, название Халне присвоено ему впоследствии (Manuel гл. IV). Ленорман, впрочем, в последующих своих изысканиях колеблется, не следует ли признать Аккад Суррипаком, который впоследствии назывался Ларансой или Ларса ассирийских текстов (ныне Сенкере) на юге от Вавилона на левой стороне Евфрата. Тогда Халне, или Ур, надо признать в развалинах Ниффера (Ниппура). См. полное интереса изыскание о Вавилонском документе, повествующем о потопе (Lenormant: le deluge et l’épopée babylonienne 1874 p. 21 et suiv.).

Быт. 10Из сей земли вышел Ассур

Вот другой перевод этого места, на который указывают и митрополит Филарет, и Отто Герлах (Genesis, in loco): «из земли этой (из Сеннара) вышел он (Нимрод) в Ассирию и построил Ниневию и Реховоф-Ир и Калах и Резен». Кажется, и Моисей Хоренский понимал это место так же, потому что, принимая Бэла за Нимрода и рассказав битву титанида Бэла с иафетитом Хаиком, он говорит далее: «Нин, воцарившись в Ниневии, твёрдо помнил вражду предка своего Бэла, дошедшую до него по сказаниям» (Моисей Хор. в пер. Эмина I 13). Между тем Моисей Хоренский принимает Нина за потомка основателя Ниневии. Замечательно, что Ассурбанипал в своих надписях называет Резен «городом Ловца» (охотника), явно напоминая то сказание в виде поговорки, которое записано Моисеем (Lenormant: le deluge etc p. 21). Заметим, что Нин не историческая, а мифологическая личность.

и построил Ниневию,

Ниневия, известная в древности своим богатством и сделавшаяся столицею мира, находилась на Тигре и разрушена Сиаксаром Мидийским вместе с Набопаласаром Вавилонским131; полагают, что развалины Куюнджика суть остатки древней столицы.

Реховоф-ир,

Реховоф-Ир – по всей вероятности, Иль-Ассур, или Елассар, находившийся при впадении в Тигр с левой стороны нижнего Заба. Это была крепость, в последующие времена наблюдавшая за Вавилонией и Сузианой. Развалины дворца, открытые здесь, называются Кала-Шергат.

Калах

По всей вероятности, развалины при впадении в Тигр верхнего Заба.

Быт. 10и Ресен

Мы выше сказали, что Ресен считался построенным Нимродом и назывался «городом охотника»; Библия указывает, что это был город великий. Близость его к Ниневии заставляла предполагать, что он впоследствии слился с нею под видом обширных предместий этого города. По словам пророка Ионы (Ион. 3:3), Ниневия имела протяжение трёх дней пути, что и заставляло Лейарда (Nineveh and its remains) думать, что город этот заключал в себе многие прежние отдельные поселения и что Ресен был поглощён Ниневией.

между Ниневиею и между Калахом; это город великий.

Быт. 10От Мицраима произошли Лудим, Анамим, Легавим, Нафтухим,

Быт. 10Патрусим, Каслухим, откуда вышли Филистимляне, и Кафторим.

Мы говорили выше, что Мицраим – несомненно Египет, та замечательная раса, которая создала величественные памятники в долине Нила и которая, как видно из первых её скульптурных произведений, обладала замечательным талантом наблюдать природу и передавать в ваянии её формы. Лишь впоследствии, при развитии влияния жрецов (начиная с XVIII династии), искусство сковано было известным священным каноном размеров и установленных однажды навсегда форм; но даже и при этом скульптурные произведения величественны не только по громадности, но и по глубокому смыслу своему, по таинственной думе, выраженной на гигантских лицах её фараонов, сфинксов и богов. Манефон оставил нам список XXXI династии царей египетских, между которыми XV династия132 считается пришлою династиею пастырей (вероятно, ханаанитское племя кхетов), XXV – Ефиопскою династиею, а XXVII есть Персидская династия. После них восстаёт монархия Птолемеев (Лагидов) от разделения царства Александра Македонского. История Египта начинается 5004 года до Р. Хр. по Манефону, но Бунзен, принимая в соображение, что многие династии были одновременно, принимает начало египетской истории за 3623 года до Р. Хр., что совпадает с основанием царств в Месопотамии. Дети Мицраима суть весьма мало известные племена. Лудим упоминается у Исайи (Ис. 66:19) и у Иеремии (Иер. 46:9) как стрельцы из лука. Ленорман на картах своих указывает им место в долине Нила, на западном берегу его. Эберс думает, что это имя означает туземца египтянина. Анамин или Анамим занимали, кажется, восточную часть дельты Нила и Суэцкий перешеек. Бохарт думал, что это гамманы, кочевавшие около храма Юпитера Аммона в Ливии. Эберс признаёт их за аму египетских надписей. Легавим, несомненно, жители Ливии и северного берега Африки на запад от Нила, до нынешнего Алжира. Далее до океана и Гибралтарского пролива жило племя Фут. Потомков этого сына Хамова Библия не называет. Племя Нафтухим, как кажется, составляло население Среднего Египта, где впоследствии был Менефер (Мемфис), а Патрусим – население Верхнего Египта от Фив до Элефантины. Родоначальник филистимлян Каслухим неизвестен по прежнему местопребыванию, но Эберс думает, что это племя занимало весь берег Средиземного моря от Пелузиума до Газы; потомки его Пелешет (филистимляне) значат переселенцы и дали имя своё Палестине. Рядом с ним стоящий Кафторим, по всему вероятию, есть племя, обитавшее на острове Крите; Ленорман (la legendе de Cadmus p. 338) называет их «Кеф’т оф», великий Кефт – имя, которое давали египтяне Финикии. Царь кефенов, по греческой легенде, царствовал в Яффе на острове Крите, но мы знаем это же имя Яппы на берегу Палестины, где мы застаём пришельцев «Пелешет». Эберс видит в Каф-т-ур надписей финикийских колонистов, занявших весь берег Дельты.

Быт. 10От Ханаана родились: Сидон,

Сидон означает рыболовство. Из этого видно, что сын Ханаана поселился на местности, удобной для рыбной ловли, и принял имя этой местности. Сидон был вначале славною столицею финикиян, но во времена Давида начал возвышаться Тир, или Цор, куда перенесена была и столица промышленных финикиян.

первенец его, Хет,

Хет или Кхета было сильное племя, жившее сначала около Хеврона (Быт. 23:2–3), но впоследствии завладевшее всей Палестиной и частью Сирии и сделавшееся страшным самому Египту, как это видно из иероглифических надписей.

Быт. 10Иевусей, Аморрей, Гергесей,

Иевусеи жили в горах около Иерусалима до дней царя Давида, который покорил их (2Цар. 5:6).

Аморреи (сравни второй комментарий к Быт. 14:7) – это сильнейшее из племён ханаанских и, вероятно, вместе с кхетами нападали на египтян. Аморреи основали два царства по восточную часть Иордана, из которых одно имело главным городом Есевон (Чис. 21:26), другое называлось царство Васан (Чис. 21:33). Царь Есевона при Моисее был Сион или Сигон, царь Васана был Ог. О последнем было много легендарных сказаний у талмудистов. И на западе Иордана они имели свои поселения, как, напр., в Ен-Гедди (сравни второй комментарий к Быт. 14:7).

Гергесеи известны только потому, что они сражались с евреями на западе от Иордана (Нав. 24:11).

Быт. 10Евей,

По чтению автора Записки на Кн. Бытия, хивви обитали в северной части Палестины (до занятия её евреями) при подошве Ливана и по северную его сторону до Гамата. Гамат находился на Оронте, близ Дамаска.

Аркей,

Аркей. У Иосифа и Птолемея упоминается город Арка при подошве Ливана, но существует также мнение, что здесь надо видеть указание на финикийский город Арку, лежащий к северу от Триполиса.

Синей,

Автор Записки на Кн. Бытия думает, согласно со мнением бл. Иеронима, что город Синей находился близ Арки, а Страбон, кн. 16, упоминает об укреплённом месте в Ливане, называемом Синна.

Быт. 10Арвадей, Цемарей и Химафей.

Арвадей, одно из племён ханаанитских, вероятно, долее других занимало «острова Тира и Арада», о которых упоминает Страбон и которые суть острова Барейнские нашего времени, откуда (Ленорман Les Pheniciens) Ханаан и, в том числе, филистимляне вышли под давлением Туранской (Сузианской) династии Кадур-Накхунта и его преемников, чтобы не подпасть под власть туранцев. Оставив на пути своего движения к Средиземному морю хореев, или троглодитов, в горах Сеир, они овладели страной, которая потом названа Финикией, и перенесли сюда и свою страсть к мореплаванию, и даже названия островов Тира и Арада, и имя господствующего племени Сидона, которые, вероятно, смешавшись с другими родственными племенами, составили государство Финикийское.

Цемареи очень мало известны; полагают, что имя их перешло на город Симири в северной Финикии на р. Элевфере. Точно то же надо сказать и о племени Химафей. Полагают, что Гамат на Оронте близ Дамаска получил от них своё имя.

Впоследствии племена Ханаанские рассеялись,

Быт. 10и были пределы Хананеев от Сидона к Герару до Газы, отсюда к Содому, Гоморре, Адме и Цевоиму до Лаши.

Итак, хананеяне, говорит Отто Герлах, в древнейшие времена занимали страны, начиная от позднейшей Финикии до западной и южной границы Палестины к Аравии. Герар, по XX гл. Бытия (Быт. 20:1), находился между Кадесом и Суром, в стране полуденной. Газа, впоследствии город филистимлян, – на юго-западе, на пути в Египет, и в настоящее время носит то же имя. Содом, Гоморра, Адма и Цевоим – города, лежавшие в долине Иордана; они впоследствии разрушены огнём, и на месте их возникло Мёртвое море. Город Лаша лежал, по всей вероятности, на восток от нынешнего Мёртвого моря и известен был у греков также под названием Каллирое (источник красоты) – от горячего серного источника, находившегося близ него. В этом тексте мы находим указание на древнейшее состояние этих стран, прежде чем филистимляне жили в них, ибо Авраам прежде разрушения Содома встретил уже филистимлян в южной Палестине (O. Gerl., S. 19. Anm).

Хамиты вообще селились по берегам морей. По карте Ленормана, первоначальные поселения хамитов охватывают все морские берега нынешней Персии, Персидского залива, Аравии, Чермного моря по Африканскому берегу и по Средиземному морю в Африке и Сирии.

Быт. 10Это сыны Хамовы, по племенам их, по языкам их, в землях их, в народах их.

Быт. 10Были дети и у Сима, отца всех сынов Еверовых, старшего брата Иафетова.

Быт. 10Сыны Сима: Елам,

Елам есть имя Сузианы, население которой уже во время первого Халдейского царства состояло не из одних семитов, а из сильного элемента туранского, примешанного к ним. Царство Елам играло важную, хотя и не первую роль во время древнейших монархий Месопотамии, по большей части тяготея к Халдее и борясь против ассириян.

Ассур,

Мы видели выше, что семит Ассур вышел из-под ненавистного ему ига куфито-туранцев и вывел с собой значительную колонию семитов, которая говорила общим с куфитами языком и, может быть, составляла не однородную массу семитского населения, а смешанную отчасти с куфитским элементом. По крайней мере, она имела с Вавилоном одну цивилизацию, один язык и одни письмена. Замечательно, что ветвь семитов, а именно, потомки Арама, создали своё наречие арамейское, которое в глубокой древности было общеупотребительно по всей Месопотамии.

Арфаксад,

Имя Арфаксада значит, как ныне доказывают из гвоздеобразных надписей, «сопредельный с Халдеею». Потомок его в третьем поколении был Евер, родоначальник народа избранного, и мы находим Фару и Авраама в Уре, или Халане, на границах собственно Халдеи (Касдим), которая составляла южную приморскую часть долины Евфрата.

Луд,

От Луда произошли лидяне, жившие в восточной части Малой Азии, народ богатый, но испорченный (см. I кн. Геродота), и достигший во времена Кира и при царе Крезе замечательного могущества, которое было, однако, разрушено Киром. Главный город Лидии был Сардес. Впрочем, вопрос о происхождении исторических лидян есть вопрос спорный, многие видят в них племя арийское или племя, смешанное с ариями, так как в языке их подмечены следы арийского происхождения.

Арам

Этим именем называлось племя, жившее в Сирии и Месопотамии; язык его был родствен еврейскому. В Быт. 25отечество Нахора, брата «Авраама» и Лавана, называется «Арам». Язык арамейский делится на две главные отрасли: халдейский и сирийский. Именем Арам называлась и Месопотамия. Арам Нахараим значит Арам – междуречная. Арам собственно означало Сирию. Арам-Соба означало страну, где впоследствии была Пальмира (Тадмор).

[и Каинан].

Быт. 10Сыны Арама: Уц,

Уц, говорит автор Записки на Кн. Бытия, по преданию древних, создал Дамаск и дал своё имя дамасской равнине, которую иудеи называют Уц, а аравляне – Гаут (стр. 48 2-й части). Отто Герлах, переводя Иова (Иов. 1:1), называет страну, в которой жил Иов, страною Уц. Если предположение его справедливо, то страну Уц, по указанию книги Иова, надо полагать в северной части аравийских степей, ибо в 3-м стихе о нём говорится, что он был человек знаменитее всех сынов востока (Иов. 1:3), или, как переводит Отто Герлах, «из всех сынов востока» (или утра); другими словами, один из богатейших князей арабских пастырей, или, как их называют кочевые, один из шейхов.

Хул,

Хул. Бохарт от него производит Холоботену, или Кхул-Битан (дом Хула), часть Армении

Гефер и Маш.

Оба неизвестны; есть предположение, высказываемое митрополитом Филаретом, что Маш или Мас дал своё имя горе Масий.

Быт. 10Арфаксад родил [Каинана, Каинан родил]

Имя Каинана пропущено в переводе Отто Герлаха с еврейского, и в Записке на Кн. Бытия поставлено оно в скобках, потому что в еврейском тексте его нет, но автор Записки говорит: «Сего имени нет к тексте еврейском между потомками Сима, но находится оно в древнейших и лучших греческих рукописях Ветхого Завета, и в Евангелии св. Луки (Лк. 3:36), и в древностях Иосифа Флавия (ч. II, стр. 49). Точно так же в V главе, I части истории Армении Моисея Хоренского под рубрикой Сим читаем: «Арфаксад ста тридцати пяти лет родил Каинана; Каинан ста двадцати лет родил Салу» (перев. Эмина, ст. 35). Мы уже не раз говорили, какого уважения достоин текст Семидесяти.

Салу, Сала родил Евера.

Быт. 10У Евера родились два сына; имя одному: Фалек, потому что во дни его земля разделена;

Фалек, по переводу Записки на Кн. Бытия, и по принятому в Западной Европе произношению – Пелег означает разделение или разветвление. С именем Пелега кончается здесь дальнейшая родословная будущего избранного Богом народа, потому что разделение языков составляет новый отдел царства Божия. Общая история кончена; в XI-й главе с 10-го стиха (Быт. 11:10) повторяется родословная от Сима и продолжается до избранного Богом Авраама.

имя брату его: Иоктан.

Иоктаниды задолго до Авраама, говорит Эвальд (Geschichte des Volkes Israel) создали в южной части Аравии (но не на самом берегу моря) царство Йемен, которое было сильно и оттеснило наконец приморских куфитов царства Сабы, заставив часть из них переселиться в Абиссинию. Иоктаниды известны под именем Кахтана в легендах и преданиях, в которых их называют также Муттеариба, т. е. вторые арабы. Первыми считались кушиты, или адиты, и Амелика (Lenormant).

Быт. 10Иоктан родил Алмодада, Шалефа, Хацармавефа, Иераха,

Алмодад, Шалеф, Хацармавеф (или Хадрамаут по арабскому произношению), Иерах суть несомненно племена южной и средней Аравии, из которых Хадрамаут в особенности и многие другие Иоктаниды, овладев берегом, занятым кушитами, сделались господствующим на южном побережье Аравии племенем. Заметим, что семиты всегда относились с презрением к хамитам и обвиняли их в разврате и идолопоклонстве (Lenormant). Из слова Хадрамаут произошло, кажется, греческое название страны Адрамита, Хатрамитис. «Страна, означаемая этими именами, – говорит митрополит Филарет, – богата миррою и ладаном, но нездорова; и это последнее свойство соответствует имени Страна Смерти» (Зап. на Кн. Бытия, стр. 50). Почти то же встречаем и у Диодора Сицилийского (книга III, гл. 47), который говорит, что в Счастливой Аравии запах душистых растений так силён, что производит опасные болезни и даже смерть. Одно из приведённых имен, Иерах, значит Луна; доселе есть племя в Аравии Бне-Гилал, что значит – Чада луны.

Быт. 10Гадорама, Узала, Диклу,

Быт. 10Овала, Авимаила, Шеву,

Гадорам – при Персидском заливе есть мыс Хадорам.

Узал. Этим именем доныне у аравийских иудеев называется город Панаа, у древних Аузара, откуда и мирра аузарская (автор Записки на Кн. Бытия, стр. 50 2-й части).

Дикла с сирского значит пальма или пальмовый лес (id ibid).

Овал – в Африке против Аравии, где была пристань Авалитская (id ibid).

Ави-Маил, отец Малитов, племя Счастливой Аравии.

Шева – при Чермном море.

Быт. 10Офира,

Здесь нельзя разуметь индийского Офира в стране Абхира возле устьев Инда. Вероятнее, это арабское племя находилось близ знаменитой гавани Адена на юго-западной оконечности Аравии, овладев этим торговым пунктом, занятом сперва кушитами; здесь был склад индийского офирского золота, идущего от устьев Инда в Гецион Габер.

Хавилу и Иовава.

Хавила в числе Иоктанидов означает северную часть Йемена; Иоав значит по-арабски «пустыня»; вероятно, племя это жило в Неджиде – высоком плато, перерезанном пустынями, которые называют арабы Нефуд.

Все эти сыновья Иоктана.

Быт. 10Поселения их были от Меши до Сефара, горы восточной.

Меша, или Меса, по мнению Ленормана, есть часть пустыни, сопредельная с Ирак Араби, где ныне кочует большое племя Бену-Лам. Эта часть пустыни называется ныне Месалик.

Сефар есть горная страна Михра, в которой возвышается гора Дзафар, или Джебель-Шеджир, по изменённому произношению. Гора эта воспоминается в легендах арабских. По указанию Библии, Иоктаниды занимали обширную полосу земли, заключавшую в себе большую часть Аравии, а именно, от Месалика, Джебель Шоммер, Геджаз, Йемен, Хадрамаут и Махру.

Быт. 10Это сыновья Симовы по племенам их, по языкам их, в землях их, по народам их.

Быт. 10Вот племена сынов Ноевых, по родословию их, в народах их. От них распространились народы на земле после потопа.

Глава XI. Разделение языков

«Страшны и знамениты были первые боги, виновники величайших благ в мире, – говорит Моисей Хоренский в главе IX, приводя подлинные слова Мара Абаса Катины133, – от них начало мира и размножение рода человеческого. От них поколение исполинов – безобразных, крепкочленных и чудовищных; в них, чреватых высокомерием, зародилась нечестивая мысль о столпотворении, мысль, за которую они взялись немедленно. Но ужасным и божественным ветром, поднятым гневом богов (Элогим), была разметана башня. Боги, давшие каждому из людей непонятный язык, ввергли его в смущение. Один из этих людей был Хаик, сын Иапетостэ, именитый и мужественный родоначальник, искусный метатель, владеющий крепко толстым луком».

Так передавало языческое предание библейский рассказ, и Эмин, указывая на достоверность факта, что Мар Абас Катина почерпал свои сведения из халдейских преданий, говорит, что рассказ его совершенно сходен с рассказом Александра Полигистора. Мы уже имели случай упоминать о том, что воспоминание о столпе Вавилонском унесено всеми народами с собою в их дальние странствия.

В истории царствия Божия эпоха разделения языков есть важнейшее общечеловеческое событие. Люди, размножившиеся в долине Сеннаара, не могли составить одного общества, потому что в основании их соединения не лежала любовь; напротив, единственное чувство, соединившее их к одной цели, было возмущение, гордость, восстание против Всемогущего. Наказание, постигшее их, носит на себе тот же характер всеобъемлющей любви, которая приготовляет человечеству счастие нравственное, которому основанием должны служить внутреннее сознание правды и истины и выработка этих понятий посредством опыта. И действительно, обнимая в истории человечества ряд веков, а не краткий период времени, мы видим, что человечество, разъединённое насилием, разделяется по родам и семьям и рассыпается по земному шару. Смотря враждебно на соседей, каждый род и каждое племя сосредоточивается в себе самом, развивается и независимо от других, и вне всякого авторитета Божественного откровения. Ум человеческий, предоставленный самому себе, развивается, но большею частию ложно: забывая предания, он силится уловить истину, силится воплотить идею правды, силится достигнуть знания, но меркнет, подавленный и грубой физической силой, и целым хаосом предрассудков и суеверий, от которых он не в силах оторваться.

Но в этой тяжёлой борьбе он вырабатывает важные истины: сознание, что нравственная сила выше физической, убеждение, что верования его ложны; являлась непреодолимая жажда правды и сознание необходимости изменить основание общественной жизни.

Но между тем Бог, допуская ум человеческий в этом самобытном развитии, передал для хранения первобытные предания в род Авраама, к которому по исполнении назначенного времени снова мог примкнуть род человеческий, измученный исканием истины. Тогда явилось Слово Божие. Язычники прежде всех приняли это Божественное Слово, которое разрешало их сомнения, приносило им то нравственное успокоение, которого они искали, давало им истину, которой они жаждали, наконец, указало им на единственное основание общественной жизни – любовь, которая и стала принципом не только взаимных отношений людей, но и международного права. Мы говорим «принципом», потому что, несмотря на войны и несогласия между народами и государствами, жизни народов предстоит идеал, к которому они стремятся, и война есть только временное отклонение от него, а не нормальное состояние.

Идеал этот носит различные названия: его называют человечность, гуманность, общенародное право, но он неизменно один, это – любовь, внесённая Богочеловеком в хаос враждебных международных отношений и ведущая медленно, но верно к предназначенной цели – к слиянию всех воедино вследствие разумного, глубоко прочувствованного опытом сознания, что одна она может лежать в основании всеобщего счастия и одна она может вести к совершенству, цели человека, которому дан любовию Божиею идеал, которого он должен стремиться достигнуть, это – образ и подобие Божие. Итак, в разъединении языков лежало их будущее соединение и соединение разумное для того, чтобы, по предварительно начертанному Творцом плану, человек шёл к совершенству не бессмысленной силой обстоятельств, а вследствие сознания, выработанного опытом, и опытом горьким и трудным.

Глава XI. Столпотворение Вавилонское; разделение языков; родословная избранного колена Фарры выходит из Ура в Харран

Быт. 11:1 На всей земле был один язык и одно наречие.

Автор Записки на Кн. Бытия указывает на весьма любопытное предание, сохранённое нам Платоном (in Politic. Phil. de confus. ling.) и снова подтверждающее связь библейского сказания с неясными воспоминаниями язычников: «Во времена Сатурна, – говорит предание, – все животные говорили одним языком; но люди, не умея ценить своего счастия, посольством просили Сатурна избавить их от смерти, дабы они не казались униженными перед змием, который ежегодно обновляется. Разгневанный Сатурн лишил их общего языка, и они рассеялись». В этом предании в кратких словах воспоминаются состояние невинности, и разделение языков, и вражда со змием.

Быт. 11:2 Двинувшись с востока, они нашли в земле Сеннаар равнину и поселились там.

С Востока: кажется, что из Упа-Меру в Гиндукуш человеческий род двигался беспрерывными кочёвками и сплошной массой на запад, т. е. в нынешнюю Мидию и Персию, и что первое поселение было основано, когда кочующая масса из нагорной Сузианы перешла к западу на прекрасные равнины Ассирии и Вавилонии.

Быт. 11:3 И сказали друг другу: наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а земляная смола вместо извести.

В найденных Лейардом дворцах вместо извести для связи употреблена смола или нефть. В Вавилонии и Ассирии доселе существуют во множестве нефтяные колодцы и нефтяные болота, из которых первые поселенцы и черпали материал, заменявший им известь (Ср. Герод. I, 179).

Быт. 11:4 И сказали они: построим себе город

В Быт. 10упомянуто, что вначале царство Нимрода составляли Вавилон, Эрех, Аккад и Халне в земле Сеннаар – стало быть, и это место, повествующее о построении первого города, относится к Нимроду, который соединил для одной цели труды всех живших тогда людей. Древний Вавилон был первою на земле столицею первого царства, основанного куфитами.

и башню, высотою до небес, и сделаем себе имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли.

Человечество, рассеявшись по земле, унесло с собою воспоминание этого возмущения против воли Высочайшего Существа и изобразило его в мифе титанов, борющихся с небом. Впрочем, в языческих воспоминаниях есть две борьбы: одна – титанов против Сатурна, а другая – гигантов против Зевса (Servius. ad Virg. Aen. VI, 580), а у Диодора Сиц. (кн. 5, гл. LXI) в числе титанов упоминается Иафет; вероятно, что миф гигантов и титанов есть воспоминание из двух миров – до потопа и после него.

Автор Записки на Кн. Бытия переводит: «Сделаем себе имя, чтобы нам не рассеяться по лицу всея земли». В Лютеровом переводе стоит: «Потому что, быть может, мы будем рассеяны по лицу земли». Во всяком случае, главная мысль этого повествования заключается в том, что люди чувствовали потребность или имели повеление рассеяться; быть может, даже Нимрод, представитель хамитов, хотел созданием одного сплошного царства бороться против пророчества Ноя (Быт. 9:27), которое отдавало его потомство в рабство братьям его; поэтому-то создание царства и башни было возмущением против воли Божией, ясно высказанной в пророчестве Ноя.

Быт. 11:5 И сошел Господь посмотреть город и башню, которые строили сыны человеческие.

Господь снисходит на землю, когда, не предоставляя уже последующих событий воле людей, Он готовится чудесным образом расстроить их планы. Господь снисходит видеть город и башню, потому что создание их доказывало глубокую порчу души, и этим выражением указывается на то, что Господь обратил особое внимание на грешников и решил предпринять меры к разъединению их.

Быт. 11:6 И сказал Господь: вот, один народ, и один у всех язык; и вот что начали они делать, и не отстанут они от того, что задумали делать;

В этом стихе – объяснение предыдущего; Господь говорит: «Вот, один народ, и один у всех язык; и вот что начали они делать, и не отстанут они от того, что задумали делать». В этих словах слышится соболезнование о том, что род человеческий, предоставленный собственной воле, первым делом своим избрал зло и возмущение, утратив даже мысль о всемогуществе Творца. Вот почему, видя, что они пошли по ложному пути, на котором не будет у них остановки ни в чём, и что при этом всеобщем стремлении ко злу и подчинении воли испорченного хамита развитие души человеческой невозможно, Господь находит, что необходимо рассеять и разделить племя человеческое, которому предсказано было его будущее в пророчестве Ноя (Быт. 9:7). И здесь опять мы видим, что для человечества существовал свободный выбор между святым выполнением воли Божией и возмущением, и опять человечество выбрало зло.

Быт. 11сойдем же и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого.

Слова «сойдём же» указывают на особое важное определение Божие и на таинство Св. Троицы, подобно как в Быт. 1совет Божий указывает на проявление Св. Троицы в трёх лицах. Если вникнуть в смысл этого рассказа и сравнить его со II главой (ст. 3 и посл.) Деяний Апостольских (Деян. 2:3–4), где глаголание разными языками есть дар Духа Божия, то смысл этого таинственного сказания будет ясен для нас. Творец мира Элогим, создавая человека по образу и по подобию Своему, в таинственном совете своём является не только как Творец мира, но ещё в отечественных отношениях Бога Слова, передающего человеку часть Божественной мудрости и Духом Святым направляющего его к совершенству. В настоящем сказании люди, соединившись в одну сплошную массу с одною целию, не только задумали зло, но ещё подготовляли себе будущность, не допускавшую нравственного развития. Цель создания человека опять не достигалась, вот почему Творец мира как Бог Слово действием Духа Божия разделяет и разъединяет тот первобытный язык, который дан был человеку как дар Божественной мудрости. Возвращаясь к той же мысли, которую мы высказали в комментарии к Быт. 2:19, мы опять повторяем: создание языка самими людьми немыслимо; точно так же и создание новых языков, мгновенно отторгнувшихся от корня, но сохраняющих с ним связь, есть дело Духа Божия, который в Ветхом Завете разъединил людей, заставив каждое племя говорить своим наречием, а в Новом Завете соединил людей, давши каждому лицу, избранному Духом Божиим для проповеди любви и общения, дар многих языков.

Быт. 11:8 И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город [и башню].

Город, по всей вероятности, остался, хотя и не в предполагаемых строителями размерах; башня же, по преданию, была разрушена огнём земным или небесным, но на это в Библии указания нет.

Быт. 11:9 Посему дано ему имя: Вавилон, ибо там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле.

Вавилон в форме Баб-иль означает ворота Илу, или ворота Божества, на так называемом семитском (или куфито-туранском) языке, которым начертаны письмена древней Халдеи; но замечательно, что он выражается в гвоздеобразных письменах знаком, который читается «город корня языков». Борсиппа же, где находится тот пирамидальный столп уступами, который был, как видно, восстановлен Навуходоносором, выражается в гвоздеобразных письменах знаком, который означает «рассеяние племён».

История общечеловеческая кончилась; племена разносят далеко по всем направлениям свои воспоминания о потопе и о столпе Вавилонском. Библия не говорит нам о судьбах тех племён, которые долго оставались вместе на так называемой общей арийской родине перед разделением своим на отдельные цивилизации западных и восточных арийцев, между тем как родственные им племена, рано отделившись от них, двигались далее к Тихому океану и, изменившись в типе под влиянием степей, были родоначальниками жёлтой и краснокожей расы, образуя особую туранскую семью, которая в будущем, возвратясь назад на запад, будет играть важную роль при первом заселении Европы, а впоследствии явится врагом последней языческой цивилизации в лице гуннов и других финских племён.

Но Библия предоставляет эти изыскания уму человеческому, она указывает человеку путь, по которому проникали в мысль человечества истины вечные, путь, по которому шествовало развитие души человеческой под особым попечением вечного Разума, вырабатывая для всего человечества высшие качества души – терпение, веру в промысл, кротость, отвращение от идолопоклонства и пантеизма, перенесение всех своих желаний и надежд с себя лично на потомство, на будущность человечества. Кажется, что именно эта сторона развития души человеческой, заменяющая себялюбивые и близорукие расчёты широкими взглядами на будущее, должна была иметь решительное влияние на преобразование души человека, который привыкал смотреть в даль, не удовлетворяясь уже одним материальным довольством или даже устройством всей своей жизни, а для которого явились высшие интересы, интересы будущего и притом интересы нравственные.

Вот почему Библия, оставляя в стороне весь человеческий род, развивающийся лишь под влиянием первоначального откровения, сосредоточивает историю на известном роде, племени и, наконец, человеке, который является типом беспредельной веры и беспредельной любви к Богу.

Родословная потомков Сима доведена в Х главе до Фалека, сына Евера, родоначальника евреев, и Иоктана, родоначальника племён, обитающих в южной Аравии (Быт. 10:24–25). В XI главе род Сима проводится лишь по одному избранному направлению до Авраама, призвание которого к особой деятельности рассказывается в следующей главе.

Быт. 11:10 Вот родословие Сима: Сим был ста лет и родил Арфаксада, чрез два года после потопа;

Быт. 11:11 по рождении Арфаксада Сим жил пятьсот лет и родил сынов и дочерей [и умер].

По этому летосчислению Сим жил ещё во времена Авраама и мог ему сообщить из уст в уста предания.

Быт. 11:12 Арфаксад жил тридцать пять [135] лет и родил [Каинана. По рождении Каинана Арфаксад жил триста тридцать лет и родил сынов и дочерей и умер. Каинан жил сто тридцать лет, и родил

Всё, что нашими переводчиками заключено в скобках, суть варианты текста семидесяти толковников против текста еврейского. Точно так же цифры в скобках означают хронографию семидесяти рядом с исчислением еврейского текста. Мы напоминаем, что текст семидесяти толковников – весьма уважаемый документ, который, быть может, имеет такое же право на наше уважение, как и текст еврейский, ибо этот перевод на греческий язык сделан мужами учёными и в учёном центре цивилизации Египта – Птолемеев.

Салу.

М. Филарет читает Шелах, Библия Английская (в тексте) – Селá, Отто Герлах – Селах.

Быт. 11:13 По рождении Салы Арфаксад [Каинан] жил четыреста три [330] года и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:14 Сала жил тридцать [130] лет и родил Евера.

Быт. 11:15 По рождении Евера Сала жил четыреста три [330] года и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:16 Евер жил тридцать четыре [134] года и родил Фалека.

Отто Герлах делает замечание, что три имени – Шелах (Сала), Евер и Пелег – весьма многознаменательны. Шелах означает «брошенный», «высланный» (вперёд), Евер значит «по ту сторону», а Пелег – «разделённый», преимущественно в значении отведённой по каналу воды из главного русла.

Быт. 11:17 По рождении Фалека Евер жил четыреста тридцать [370] лет и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:18 Фалек жил тридцать [130] лет и родил Рагава.

Быт. 11:19 По рождении Рагава Фалек жил двести девять лет и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:20 Рагав жил тридцать два [132] года и родил Серуха.

Быт. 11:21 По рождении Серуха Рагав жил двести семь лет и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:22 Серух жил тридцать [130] лет и родил Нахора.

Быт. 11:23 По рождении Нахора Серух жил двести лет и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:24 Нахор жил двадцать девять [79] лет и родил Фарру.

Быт. 11:25 По рождении Фарры Нахор жил сто девятнадцать [129] лет и родил сынов и дочерей [и умер].

Быт. 11:26 Фарра жил семьдесят лет и родил Аврама, Нахора и Арана.

Быт. 11:27 Вот родословие Фарры:

Особая родословная Фарры до Авраама указывает на то, что на Аврааме сосредоточивается весь интерес повествования.

Фарра родил Аврама, Нахора и Арана.

Митрополит Филарет в Записке на Книгу Бытия делает замечание, что хотя Авраам поставлен первым, но нет почти сомнения, что он последний из сынов Фарры, ибо, сопоставляя годы Фарры при его смерти (см. ниже Быт.11:32) с Быт. 11:26, видно, что Аврааму должно было быть 135 лет при смерти Фарры, если бы он был первенец, но между тем из Быт. 12видно, что ему было только 75 лет.

Аран родил Лота.

Быт. 11:28 И умер Аран при Фарре, отце своем, в земле рождения своего, в Уре Халдейском.

Ур Халдейский. Роулинсон (Ancient Monarchies, Chaldea, Vol. I, p. 15) говорит, что Ур был один из четырёх царственных городов южной Халдеи, которые были: Ур (или, как его называли, Хур), Хурук, Ниппур и Ларса, или Ларанча, которые соответствуют библейским названиям Ура Халдейского, Ереха, Халаха и Елласара. Халах потому соответствует Ниппуру, в Талмуде есть прямое указание на эту тождественность.

Ур (продолжает Роулинсон) должен был находиться невдалеке от устья Евфрата; он был главным складочным пунктом торговли, так как в двуязычной надписи (Journal of the Geographical Society, Vol. XXVII, p. 185) корабли Ура названы вместе с кораблями ефиопскими. Теперь имя Ура дают развалинам, находящимся к западу от русла Евфрата, в шести милях, на высоте соединения его с Шат-ель-Хие (рукав Тигра, впадающий в Евфрат). Развалины эти носят название Муггейр (Maugheir), т. е. смолистые. Посреди их возвышаются остатки высокого храма – на 70 футов выше равнины. (Ленорман думает, впрочем, что урочищу Халане должно быть присвоено имя древнего Ура).

Быт. 11:29 Аврам и Нахор взяли себе жен; имя жены Аврамовой: Сара;

Сара по Быт. 20была сестра Авраму, т. е. дочь отца его, но не дочь матери его.

имя жены Нахоровой: Милка, дочь Арана, отца Милки и отца Иски.

Быт. 11:30 И Сара была неплодна и бездетна.

Быт. 11:31 И взял Фарра Аврама, сына своего, и Лота, сына Аранова, внука своего, и Сару, невестку свою, жену Аврама, сына своего, и вышел с ними из Ура Халдейского, чтобы идти в землю Ханаанскую; но, дойдя до Харрана,

Вероятно, Харран близ Едессы, где погиб Красс в битве против парфян (см. Плутарха жизнеописание Красса 26, 27, 28).

они остановились там.

Быт. 11:32 И было дней жизни Фарры [в Харранской земле] двести пять лет, и умер Фарра в Харране.

История Фарры доводится здесь до конца для того, чтобы с следующей главы сосредоточить всё внимание на Аврааме.

Глава XII. Призвание Аврама, путешествие из Харрана в Ханаан, голод; путешествие в Египет

Быт. 12:1 И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего [и иди] в землю, которую Я укажу тебе;

М. Филарет замечает, что повеление, данное Богом, не определяет той стороны, в которую должен был направиться Аврам, упоминание в Быт. 11о земле Ханаанской есть только указание летописца, а не повеление, известное Аврааму и Фарре. Повеление Божие Авраму было дано не в Харране, где временно остановилось семейство Фарры, а в Уре Халдейском, как видно из Быт. 15:7. Ясно, что важнейшим актом повеления было выселение Аврама из развратной среды, но земля, обещанная ему, была ещё для него неизвестна. Таково толкование и Талмуда, и книги Праведного (Сефер Яшар; см. главу «Ной»). Из Ура вышел не только Аврам, но и всё семейство его, и только в Харран – или потому, что Фарра умер, или потому, что не хотел идти далее. Аврам оставил отеческий дом и шёл далее, доколе не получил опять Божии повеления (Быт. 12:7).

Быт. 12и Я произведу от тебя великий народ,

И физически (измаильтяне, идумеи, амалекитяне, Израиль), и нравственно, ибо все верующие суть наследники Авраама (Гал. 3:7, 9, 14, 29).

и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты в благословение;

Т. е. ты будешь причиной благословения для многих; митрополит Филарет прибавляет: «Как источник, как образец благословения для многих» (Быт. 28:4).

Быт. 12Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну;

Т. е. друзья твои будут Моими друзьями, и враги твои будут Моими врагами.

и благословятся в тебе все племена земные.

Благословение, нисходящее чрез Аврама, говорит м. Филарет, противополагается всеобщему проклятию Адамову.

Заметим, что в благословении Божием призываются к нему все племена земные, без различия рода и племени. Не особого Бога Израильского имел в виду Ветхий Завет, как говорили некоторые писатели (и даже Гегель в своей Философии религии) и проповедовали гностики (Архон базилидиан, Иалдабаот офитов и Демиург валентиниан), а Отца всех людей и Творца мира. Открываясь одному избранному человеку, передающему это откровение своему потомству, Творец вступает впервые в тесную связь с человечеством вообще, и, определяя Себя словами «Аз есмь Сущий» (был, есмь и буду) Моисею (Исх. 3:14), Он указывает, что Он «Господь, Бог отцов ваших: Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова» (Исх. 3:15).

Быт. 12:4 И пошел Аврам, как сказал ему Господь; и с ним пошел Лот. Аврам был семидесяти пяти лет, когда вышел из Харрана.

Быт. 12:5 И взял Аврам с собою Сару, жену свою, Лота, сына брата своего, и все имение, которое они приобрели, и всех людей, которых они имели в Харране;

The new Bible commentary of the Anglican church указывает, что в переложении Онкелоса место это передаётся так: «И все души, которых они обратили к закону в Харране». Точно так же иерусалимские таргумы (перифразы Библии) читают это место: «Все души, которым они проповедовали в Харране». Об этом мнении упоминает и митрополит Филарет, но присовокупляет, что проще разуметь это место, что оно упоминает о рабах, приобретённых в Харране.

и вышли, чтобы идти в землю Ханаанскую; и пришли в землю Ханаанскую.

Митрополит Филарет говорит: «Поелику намерение дать землю сию Авраму Бог утаил от него до вступления в неё, то надобно, чтобы он имел некоторые знамения… какие они были – неизвестно».

Чтобы ясно представить себе путешествие семейства Фарры, а потом Аврама, надо помнить, что Харран лежит в северо-западной части Месопотамии приблизительно под 37о северной широты, а Ур – под 31о той же широты. Чтоб идти в Харран, семейство Фарры должно было идти прямо на север до окрестностей нынешней Урфы. Харран упоминается у Роулинсона и означен на его карте Ассирии и Халдеи в числе городов северной части Ассирийской монархии. От Харрана движение Аврама началось переправой чрез Евфрат, и потом он должен был идти почти прямо на юг – мимо Ливана по направлению к Дамаску. Флавий Иосиф упоминает о предании, по которому Авраам был царём Дамасским, это же предание сохранилось и у арабов. Из Дамаска Аврам уже перешёл впоследствии в землю Ханаанскую – нынешнюю Палестину.

Быт. 12:6 И прошел Аврам по земле сей [по длине ее]

Чтение в скобках Александрийского перевода LXX достойно замечания: Аврам до Дамаска, перейдя долину Целесирии и Анти-Ливан, выйдя на волнистые долины нынешней Палестины около нынешнего Саида, шёл к югу (сравни Быт. 12:9), как видно, до Сихема по стране, хотя занятой хананеями, но, как видно, мало ещё населённой, ибо никто не препятствовал Авраму с его стадами и многочисленными домочадцами двигаться и кочевать на плодоносных волнистых равнинах северной Палестины. Впрочем, хананеи-земледельцы, вероятно, также не препятствовали Аврааму кочевать в стране, как и теперь кочующие арабы беспрепятственно в Азии пользуются пастбищами под условием не портить запаханных и обработанных земель и не поить бесплатно скота в колодцах, составляющих частную собственность.

до места Сихема,

Т. е., говорит м. Филарет, до места, где после построен был Сихем, называемый сим именем, вероятно, от имени Сихема, сына Емморова (Быт. 33:18–19). Сихем, столица Самарии, был переименован Веспасианом в Неаполис, который в свою очередь изменился в Набулус, или Наблус – имя, под которым он и теперь известен. По описанию доктора Робинсона (III, 315), приводимого Отто Герлахом, местоположение Сихема (первой продолжительной остановки Авраама) прелестно. Ручьи освежают украшенную растительностью горную долину.

до дубравы Море́.

Место, кажется, то самое, где после Иаков скрыл идолов (Быт. 35:4), говорит м. Филарет. Есть между толкователями недоразумение, следует ли читать «дубрава», или «дерево», или «равнина» (как в таргумах). Вероятнее всего, говорит Английская Комментированная Библия, что ввиду растительности и плодородия долины Сихема надо понимать рощу дубов или терпентиновых деревьев (разница в еврейском названии: Аллон – дуб и Еллон – терпентиновое дерево, и в единственном или множественном числе). Море был, вероятно, владетелем этого места. О нём ничего не известно.

В этой земле тогда [жили] Хананеи.

Быт. 12:7 И явился Господь

Мы напоминаем, что там, где у нас в русск. переводе стоит Господь, там надо читать Иегова; так стоит оно в евр. библии, так переводит и м. Филарет.

Авраму и сказал [ему]: потомству твоему отдам Я землю сию. И создал там [Аврам] жертвенник Господу, Который явился ему.

Первое явление Господа человеку после потопа, ибо в первый раз в Библии употреблено это выражение. Доселе Господь только гласом своим извещал Аврама: «сказал»; но в каком виде – мы не знаем. Богоявления, как указывает м. Филарет, многообразны: иногда они бывают во сне, как Авраму (Быт. 15:1–12), Авимелеху (Быт. 20:3), Иакову на пути в Харран (Быт. 28:12–13), Лавану (Быт. 31:24); иногда же бывают между сном и бодрствованием, как, напр., Самуилу отроку (1Цар. 3:4–10); иногда же в состоянии бдения. Образы, в которых Бог давал познавать своё присутствие, многоразличны: так, он являлся в виде Ангела Агари (Быт. 16:7–13), Аврааму у дубравы Мамре (Быт. 18:1–2), Гедеону (Суд. 6:11–12) и т.д. Особый вид явления представляет Ангел, нисходящий с неба и говорящий то в качестве посланника Божия, то в лице самого Бога – таково было явление Агари второе (Быт. 21:17), Аврааму при жертвоприношении Исаака (Быт. 22:11–16). В виде человека являлся Господь Иакову, когда он боролся с Ним (Быт. 32:24); в виде горящей купины являлся Бог Моисею (Исх. 3:2–4). Другого рода Богоявления: Глас из дыма и огня, как в Хориве (Исх. 20:18); глас из облака на Синае (Исх. 34:5–7); глас тихого веяния ветра после бури, землетрясения и пламени – таково было явление Илии пророку (3Цар. 19:11–13). «Общее основание Богоявлений Ветхого и Нового завета (прибавляет м. Филарет), наипаче в образе человеческом, есть вочеловечение Сына Божия, ибо корень и начало Его Святого человечества находилось в человеках от самых первых прародителей, и Сын Божий был на земле ещё прежде своего плотского рождения, подобно как Сын человеческий был на небеси ещё прежде вознесения (Ин. 3:13). Английская комментированная Библия в примечании на этот стих ставит следующие вопросы: 1) Было ли это видение наяву самого Иеговы в телесном образе; 2) Было ли это видение только в духе или в воображении видящего; 3) Было ли это явление Ангела, говорящего именем Божиим? и 4) Не было ли это Богоявление в точном смысле, т. е. явление Сына Божия во плоти ранее Его воплощения?

Бога никтоже виде нигдеже, говорит Евангелие (Ин. 1:18); стало быть, ни в каком случае Бог Отец, или Елогим, не мог быть видим. Многие, и в том числе Блаж. Августин, полагали, что Авраму явился Ангел, говорящий именем Божиим; но большая часть отцов церкви держались мнения, что явление Авраму было явление второй Ипостаси Св. Троицы. Явление Бога видимым образом, как эманация Божества, но от него отличная, древнейшими учителями Израиля называлось Шешина, Метатрон и Мемра Иеговы, говорит тот же комментарий.

Мы присовокупим, что Метатрон, по объяснению Франка (La cabbale, ch. 1), признавался каббалистами за высшего Ангела, управляющего Иезира, миром сфер, который находится непосредственно под миром Брия, или миром чистых духов, в котором престол славы Божией. Мемра же, по учению каббалистов, означало Слово, логос, т. е. оно означает слово и мысль и может быть поставлено вместо высокого имени Иеговы. Ещё у каббалистов есть странное указание, что Бог создал небесного человека, называемого колесница, ибо посредством его Елогим спустился на землю и явил себя людям (La cabbale, section II, ch. 3). Шешина обозначает Божественное присутствие в сотворённом предмете или лице (Id; ibid).

Быт. 12Оттуда двинулся он к горе, на восток от Вефиля;

Вефиль, или Бет-Эль, назывался при Авраме Луза, или Луз, как явствует из Быт. 28:19. Вефиль означает Дом Божий, и это название дано было этому месту уже впоследствии. О. Герлах говорит, что оно находится в 5 милях на юг от Сихема и в 3 часах пути от Иерусалима, в долине, обильной пастбищами.

и поставил шатер свой так, что от него Вефиль был на запад, а Гай на восток;

Слова курсивом означают слова, вставленные против еврейского текста нашими переводчиками, но верно передающие мысль подлинника. По переводу м. Филарета, вместо «запад» поставлено слово «море», которым израильтяне, жившие в Палестине, означали эту страну света. Гай, по указанию Англиканского комментария, есть местечко, известное и теперь под именем Мединет-Гай.

и создал там жертвенник Господу и призвал имя Господа [явившегося ему].

Жертвенник, по-еврейски «мизбеах», как говорит Англиканский комментарий, имеет значение места, где приносятся кровавые жертвы, а потому нет сомнения, что Аврам продолжал тот же обряд жертвоприношения, который употреблён был Ноем после потопа (Быт. 8:20).

Быт. 12:9 И поднялся Аврам и продолжал идти к югу.

Аврам не путешествовал, а кочевал, как замечает м. Филарет. Всё путешествие Аврама и все его действия носят на себе характер твёрдой и неизменной веры: он идёт из земли своей, входит в землю населённую и, имея обет, что потомство его будет владеть ею, верит и надеется, не имея в будущем по человеческим расчётам возможности ожидать обещанного.

Быт. 12:10 И был голод в той земле.

Едва Аврам вступил в землю обетованную, как голод заставляет его её оставить – явно это одно из великих искушений веры его.

И сошел Аврам в Египет, пожить там,

Аврам идёт в Египет, т. е. в нижнюю часть Нильской долины, всегда отличавшуюся плодородием, но идёт не для того, чтобы там поселиться, а только ищет там временного убежища, считая землю Ханаанскую своею отчизною.

потому что усилился голод в земле той.

Быт. 12:11 Когда же он приближался к Египту, то сказал Саре, жене своей: вот, я знаю, что ты женщина, прекрасная видом;

Авраму было 75 лет, Саре – 65; казалось бы, что это годы старости и дряхлости, а не красоты. Но если Сара жила 127 лет, то во время путешествия в Египет она была в возрасте, соответствующем средним летам нашей женщины, т. е. между 30 и 35 годами.

Быт. 12:12 и когда Египтяне увидят тебя, то скажут: это жена его; и убьют меня, а тебя оставят в живых;

Быт. 12:13 скажи же, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было ради тебя, и дабы жива была душа моя чрез тебя.

Это весьма трудное место: оно одно из тех мест Библии, которое доказывает необычайную правдивость свящ. летописи именно явным указанием слабостей, иногда даже преступлений величайших и святейших мужей Ветхого Завета – Авраама, Иакова, Давида, Соломона и других. Нельзя скрыть от себя, что Аврам поступил малодушно, два раза в жизни своей выдавая жену свою за сестру свою, хотя Сара и была ему сводная сестра; но именно эта полуправда и была причиной греха владетелей той страны, в которую входил Аврам. М. Филарет в записке своей на Книгу Бытия говорит, что, желая овладеть женою пришельца, египтяне естественно могли прийти к мысли убить мужа, и притом, по всей вероятности, вероломно, где-нибудь из засады. Но, думая, что Сара свободна и зависит лишь от брата, как главы семейства, туземцы, желавшие взять её в жёны, могли открыто искать её руки, а между тем Аврам выгадывал время и мог, переждав голод, уйти из Египта, не открыв никому своей тайны.

Быт. 12:14 И было, когда пришел Аврам в Египет, Египтяне увидели, что она женщина весьма красивая;

Быт. 12:15 увидели ее и вельможи фараоновы и похвалили ее фараону;

(Из Англ. Коммент. Библии). Фараон есть обыкновенное название царей египетских в Ветхом Завете. Флавий Иосиф говорит, что это имя означало «царь». Прежде думали, что это коптское слово Уро с предлогом Ph (ф) (Яблонский, Диссертация IV отдел «de terra Gosen»). Позже Розеллини, Лепсиус, Роулинсон, Пуль высказали мнения, что слово Фараон происходит от названия Бога солнца Ра с частицей Ph (ф). Gesenius не соглашался с этим мнением, потому что в нём не видно, откуда мог взяться окончательный слог о в слове Фарао. Недавно г-н Руже доказал, что иероглиф, постоянно означающий египетского царя и переводимый словом «великий дом» или «двойной дом», читается фонетически Пераа или Перао. Это указание очень замечательно сходится с указанием Horapollo (1–61), который говорит, что царь назывался «великий дом», «oikos mehas». Брюгш 1877, стр. 51, Эберс (Aegypten p. 26) и Кук (Cook on Egyptian Words) принимают тождественность этого названия с словом царь. Название это употреблялось, вероятно, в том смысле, как мы говорим «высокая Порта». Весьма трудно определить наверное не только фараона, но и династию, во время которой Аврам был в Египте. Упоминание о верблюдах (Быт. 12:16) и дружеский приём кочевого семита заставило некоторых думать, что фараон при Авраме был из династии царей-пастырей (Smith’s diction: of the Biblë Pharao and Zoan), а сэр Гарднер Уилкинсон (Ancient Egyptians I, ch. II p. 42) полагал, что этот царь был Апофис, или Апопи, шестой царь XV династии Манефона. Но Кук (Bearings of Egyptian history on the Pentateuch) полагает, что назначать для прибытия Аврама в Египет такой поздний период времени невозможно. Фараон Иосифа должен был по многим причинам принадлежать к XII династии, фараон же Аврама должен был принадлежать или к первым царям этой династии, или к династии предыдущей. Ленорман думает, что Аврам был в нижнем Египте в то время, когда в Аварисе только что утвердилась Ханаанская (Амалеко-Хамитская) династия пастырей, ранее Хеттской династии пастырей, впоследствии изгнанных Аамесом.

Мы держимся мнения Кука.

и взята была она в дом фараонов.

Быт. 12:16 И Авраму хорошо было ради ее; и был у него мелкий и крупный скот и ослы, и рабы и рабыни, и лошаки и верблюды.

Быт. 12Но Господь поразил тяжкими ударами фараона и дом его за Сару, жену Аврамову.

Какие удары были нанесены дому фараона, мы не знаем; позже, при подобном же случае с Авимелехом, дом царя был наказан бесплодием (Быт. 20:18).

Быт. 12:18 И призвал фараон Аврама и сказал: что ты это сделал со мною? для чего не сказал мне, что она жена твоя?

Быт. 12:19 для чего ты сказал: она сестра моя? и я взял было ее себе в жену.

Взял было её себе в жену, т. е. не взял ещё; вероятно, после взятия Сары ко двору должно было пройти немало времени, пока её сочли достойною предстать пред владыкою. Так, по крайней мере, было при дворе Персидском (Эсф. 2:12). Поэтому можно предположить, что само взятие Сары фараоном ко двору послужило ей спасением от дерзких попыток вельмож или воинов обидеть пришельца, и что действительно, как видно в Быт. 12:16, Авраму это доставило почётное положение в стране.

И теперь вот жена твоя; возьми [ее] и пойди.

Быт. 12:20 И дал о нем фараон повеление людям, и проводили его,

Фараон приказывает охранять Аврама на пути, провожая его из страны. Нет сомнения, что он убедился или сновидением, как Авимелех (Быт. 20:3–7), или, может быть, словами Сары, если он спрашивал её, что он встретился с мужем, особо хранимым Провидением.

и жену его, и все, что у него было, [и Лота с ним].

Глава XIII. Отделение Аврама от Лота, первое откровение Авраму

Быт. 13:1 И поднялся Аврам из Египта, сам и жена его, и всё, что у него было, и Лот с ним, на юг.

М. Филарет переводит «Вышел Аврам из Египта и жена его… в полуденный край"» и присовокупляет замечание, что именем этим евреи означали южный край Палестины (Авд.1:19–20). Точно такое же мнение высказывают комментаторы Англиканской Библии. Негеб, юг, употреблялось как имя собственное в Палестине для обозначения южной части её (см. ниже Быт. 13:3), как море употреблялось в смысле запада.

Быт. 13:2 И был Аврам очень богат скотом, и серебром, и золотом.

О. Герлах указывает на начало благословения дому его, как верного слуги Господня.

Быт. 13:3 И продолжал он переходы свои от юга до Вефиля, до места, где прежде был шатер его между Вефилем и между Гаем,

«И продолжал переходы свои», т. е. кочевал; чтобы с юга от Герара прийти в Вефиль, который находился в трёх часах пути от нынешнего Иерусалима, надо было двигаться на север, так что этот стих доказывает, что юг употреблялся в смысле названия страны. Как видно из всего повествования, Аврам вёл вполне ту кочующую жизнь, которою ныне живут арабы. Вероятно, как и теперь, на лето стада его уходили в свежие и покрытые травами долины Ливана и Анти-Ливана, с наступлением же осени стада уходили в верхние гористые части Палестины, а зимой паслись на узкой полосе, отчасти поросшей камышом, прилегающей к морю. Шатры, теперь употребляемые арабами, делаются из войлока, как наши калмыцкие кибитки, с тою разницею, что в них есть отделение для женщин (Аль-Кобба).

Быт. 13:4 до места жертвенника, который он сделал там вначале; и там призвал Аврам имя Господа.

Первое место, на котором он остановился, идя из Дамаска, было Сихем, но, как видно, там оставался Авраам недолго, а пребывал постоянно (пока голод не заставил его идти в Египет) в том месте, где он создал жертвенник близ Вефиля. Нет сомнения, замечает м. Филарет, что на том же месте он совершает благодарение Богу за избавление от опасности, так как, несмотря на странническую жизнь, он, согласно обетованию, считает Ханаан своей отчизной (сравни введение XV главы).

Быт. 13:5 И у Лота, который ходил с Аврамом, также был мелкий и крупный скот и шатры.

Быт. 13:6 И непоместительна была земля для них, чтобы жить вместе, ибо имущество их было так велико, что они не могли жить вместе.

Чтобы понять, как трудно владеющим большими стадами держаться вместе, надо вспомнить, что не только пастбища могут быть недостаточны для большого количества скота, но что в степях играют большую роль водопои, около которых обыкновенно происходят ссоры, ибо часто цистерна или колодезь могут дать лишь определённое количество воды, так что не успевшие захватить воды не могут напоить своих стад.

Быт. 13:7 И был спор между пастухами скота Аврамова и между пастухами скота Лотова; и Хананеи и Ферезеи жили тогда в той земле.

Хананеи помещены в списке X главы, а ферезеи – нет, но упоминание о них совместно с хананеями заставляет полагать, что они были родственное хананеям племя из семьи хамитов. М. Филарет и Англиканская Библия указывают, что они преимущественно жили в горах (Нав. 11:3) и что их называли сельными, т. е. что они были земледельцы и жили деревнями, не имея вовсе городов.

Быт. 13:8 И сказал Аврам Лоту: да не будет раздора между мною и тобою, и между пастухами моими и пастухами твоими, ибо мы родственники;

Как прекрасно рисуется в этих простых словах высокая, благородная личность Аврама! Из этих слов уже ясно, что Лот готов был примкнуть к ссоре пастухов; спокойно и с достоинством Аврам напоминает ему, что они родственники, и намекает тем, что им и неприлично примыкать к ссоре слуг, и опасно – ввиду того, что они окружены иноплеменниками. В следующем стихе он отдаёт ему полный выбор страны для стад его.

Быт. 13:9 не вся ли земля пред тобою? отделись же от меня: если ты налево, то я направо; а если ты направо, то я налево.

Быт. 13:10 Лот возвел очи свои

Англиканская комментированная Библия говорит, что Аврам и Лот, вероятно, находились на горе, лежащей на восток от Вефиля, так что Вефиль был от них на запад, а Гай – на восток.

и увидел всю окрестность Иорданскую, что она, прежде нежели истребил Господь Содом и Гоморру, вся до Сигора орошалась водою, как сад Господень, как земля Египетская;

С горы открывалась Иорданская долина, вероятно, орошённая каналами, цветущая и плодоносная, как Египет, обещавшая всегдашнее изобилие. С другой стороны лежала холмистая Иудея, не столь цветущая, но также обильная пастбищами. Лот избрал (Быт. 13:11) лучшую, по-видимому, страну, но последствия доказали, что удел Аврама был безопаснее.

Замечательно, что русский перевод наш с еврейского допустил перестановку слов против еврейского текста, но перестановку, согласную с греческим и самаританским текстами (Филарет), и потому вернее передаёт мысль подлинника, чем подстрочный перевод Англиканской Библии. Подстрочный перевод находим и у м. Филарета, который указывает на его неточность, потому что он подаёт ложную мысль, что Цоар (Сигор) как будто надо искать в Египте, тогда как он лежал в Палестине, т. е. в земле ханаанитов (см. пр. О. Герлаха к Быт. 14:2). Вот подстрочный с еврейского перевода м. Филарета: «И увидел всю равнину Иорданскую, которая вся орошалась водою, прежде нежели истребил Иегова Содом и Гоморр, как сад Иеговы, как земля Египетская, даже до Цоара».

Быт. 13:11 и избрал себе Лот всю окрестность Иорданскую;

Т. е. долину довольно широкую, в которой находится русло Иордана и в которой, вероятно, Мёртвого моря ещё не существовало, а Иордан разливался несколькими рукавами и достигал (как думает О. Герлах) посредством долины (Вади-эль-Акаба) залива Акаба Аравийского (Чермного) моря (О географии долины Иордана сравни вступление в главу XIX).

и двинулся Лот к востоку. И отделились они друг от друга.

Быт. 13:12 Аврам стал жить на земле Ханаанской; а Лот стал жить в городах окрестности и раскинул шатры до Содома.

Быт. 13:13 Жители же Содомские были злы и весьма грешны пред Господом.

Содом, Гоморра, Адма, Цевоим и Лаша упомянуты в Быт. 10как древнейшие поселения хамитов. В древней истории старейшие поселения во всех странах замечательны необычайно быстрым упадком нравственности. Здесь преимущественно быстро развивалось идолопоклонство с самыми циническими и безнравственными обрядами. Плодоносная долина Иордана и изнеживающий климат имели такое влияние на жителей Содома и Гоморры, что они превзошли все современные им города в наглом разврате. Заметим ещё, что Библия присовокупляет, что они были и злы. Глубокий разврат сопровождается обыкновенно жестокостью и даже каким-то кровожадным сумасшествием (Нерон, Калигула, Гелиогабал и проч.), и надо предположить, что жители Содома пали так глубоко, что в них не осталось уже места для доброго чувства.

Быт. 13:14 И сказал Господь Авраму, после того как Лот отделился от него: возведи очи твои и с места, на котором ты теперь, посмотри к северу и к югу, и к востоку и к западу;

«После того, как Лот отделился», т. е. Лот не был участником в благословении и обетовании, данном Авраму; он избрал долю по сердцу своему и человеческим расчётам. К одному Авраму обращается Иегова. Вероятно, Аврам, подымая очи, стоял опять на горе близ Вефиля, где был жертвенник.

Быт. 13:15 ибо всю землю, которую ты видишь, тебе дам Я и потомству твоему навеки,

Исполнение Божьего обетования относится к потомству Аврама по вере. Исполнение всех обетований во Христе, Который кровию своею соделал сию землю священною и приобрёл её для всех верующих, соделав её отчизною души христианина. Вот почему, независимо от неисчислимых остатков избранного и потом рассеянного по всему земному шару народа, Аврам по вере имеет ещё другое потомство, для которого Палестина есть земля спасения, поистине земля обетования для всего человечества.

Быт. 13:16 и сделаю потомство твое, как песок земной; если кто может сосчитать песок земной, то и потомство твое сочтено будет;

Быт. 13:17 встань, пройди по земле сей в долготу и в широту ее, ибо Я тебе дам ее [и потомству твоему навсегда].

«Встань, пройди и проч.». М. Филарет делает прекрасное указание, что «мера обетования есть мера веры». Сколько может вместить человек, столько и получит.

Быт. 13:18 И двинул Аврам шатер, и пошел, и поселился у дубравы Мамре, что в Хевроне;

Мамре было собственно имя аммореянина, союзника Аврамова (Быт. 14:13, 24). О Хевроне м. Филарет делает замечание, что так как он получил это имя от Хеврона, внука Халевова, во время же Моисея и даже Иисуса Навина ещё назывался древним именем Кириаф-арба (Нав. 15:13; Суд. 1:10; 1Пар. 2:42, 43), то справедливо догадываются, что слова «что в Хевроне» внесены в текст Моисея Ездрою или кем-либо другим для объяснения положения дубравы Мамре, когда последнее имя сделалось уже незнакомо.

Англиканская Комм. Библия делает то же замечание, но присовокупляет, что, кажется, Хеврон было древнейшее имя этой местности, что она называлась Кириат Арба во время отсутствия потомков Иакова из Палестины, когда они жили в Египте, и что при покорении Палестины Калеб восстановил древнее имя. Так думают Розенмюллер, Генстенберг, Кейль и др. (сравни комментарий к Быт. 23:2). Хеврон был третьим пунктом продолжительной остановки Аврама, а именно: 1) Сихем; 2) Вефиль; 3) Хеврон. Возле Хеврона была пещера Махпела (Быт. 23:19), где похоронены Сарра, Авраам, Исаак, Иаков. Место это в большом уважении у арабов, его зовут Ель-Калиль, т. е. дом друга Божия.

и создал там жертвенник Господу.

Глава XIV. Вступление

Война Царей, рассказанная в XIV главе Кн. Бытия, есть весьма важный исторический документ, который, по мнению многих (Тух, Эвальд, Курц, на коих ссылается Англиканская комм. Библия), восходит к глубокой древности. Сказание XIV главы сходится с теми сведениями, которые мы имеем вследствие разысканий в Халдее и Вавилоне. Свод этих изысканий сделан Джорджем Роулинсоном (The five great monarchies of the ancient Eastern world; ed. of 1871), которого слова мы и приводим:

«После смерти Ильги история Халдеи в продолжение некоторого времени нам совершенно неизвестна. Как кажется, однако, в то время, когда куфиты основали свои поселения в наносной равнине близ устьев Тигра и Евфрата, на востоке, в нынешних горах Луристана, у подошвы горного кряжа Загрос возникал народ, принадлежавший туранской или арийско-туранской расе, который скоро сделался опасным соперником халдеев. Суза134, столица Елама, был одним из древнейших, если не самым древним из азиатских городов. Он был столицей народности, которая, не смешиваясь с другими, просуществовала с 23-го века до Р. Хр. до времени Дария Гистаспа (529), когда она была поглощена Персией. В 2286 году царь еламский, который жил в Сузе, совершил поход против городов халдейских, разорил их и унёс с собою как доказательство победы изображения божеств, наиболее чтимых вавилонянами. (См. Zeitschrift für Ägyptische Sprache; Smith Nov: 1868). Имя этого царя было Кудур Нокхунта135, и, по рассказу Полигистора, почерпнувшего, по всему вероятию, рассказ свой из Бероза, Зороастр был первый из восьми мидийских царей, которые составляли вторую халдейскую династию и царствовали от 2286 до 2052. Полигистор говорит о покорении Вавилона и о владычестве иноземцев над страною Междуречия; по прошествии же 134 лет мидийского владычества память о царях этой династии исчезает в стране халдеев, и, как видно, туземная династия снова овладевает страною. Мидийская, как называет её Бероз, династия, нет сомнения, представляет время владычества Сузы. Это владычество подтверждается памятниками Халдеи.

Мы можем отнести почти наверное пять имён монархов, найденных на памятниках Халдеи, к этой сузианской, или еламитской, династии.

Первый из них – упомянутый нами Кудур Накхунта: он покорил Вавилонию, хотя престол его был в Сузе, и, вероятно, управлял Вавилонией посредством наместника. Вскоре после него мы находим имя Кудур Лагомер. Это положительно библейский Кедорлаомер, царь Еламский (Быт. 14:1), который царствовал в Сузе и которого вассалы Амрафель, Ариох и Фидал (Тидал) управляли: первый – Сеннааром, т е верхней, или северной, Вавилонией, второй – Еллассаром, т. е. нижней Вавилонией, или Халдеей, а третий – Гоимом, т. е. языками, другими словами, кочевыми племенами136. Будучи таким образом властелином всей плодоносной плоскости Междуречия и степи за Евфратом и имея возможность собрать значительные силы, Кудур Лагомер предпринял поход за Евфрат с целью раздвинуть свои владения до моря и до границ Египта. Вначале, как видно, предприятие его увенчалось успехом. Вместе с союзными вассальными царями он достиг Палестины и, встреченный Берой, царём Содомским, Биршей, царём Гоморрским, Шинавой, царём Адмы, Шемевером, царём Севоима, и неизвестным по имени царём Белы, или Сигора (Цоара), вступил с ними в бой. Противники встретились для битвы в долине Сиддим, «где ныне море Солёное» (Быт. 14:3)137. Кедорлаомер одержал победу, и «двенадцать лет были они (цари хананейские) в порабощении у Кедорлаомера, а в тринадцатом году возмутились» (Быт. 14:4). Кажется, произошло общее возмущение против еламитов, западных племён, как видно из стиха 5, 6 и 7-го этой главы (Быт. 14:5–7), в которой упомянуты народы, которых Кедорлаомер должен был привести в повиновение, а именно: Рефаимы, Зузимы, Эмимы, Хорреи, Амалениты и Аморреи. Ещё раз четыре восточных царя вторгнулись в Сирию и после покорения слабейших племён ещё раз встретились в долине Сиддим с прежними соперниками, над которыми одержали полную победу, после чего разграбили главнейшие города, им принадлежавшие. При этом Лот попал в плен с своим имуществом (Быт. 14:13) и был выручен ночным и внезапным нападением около Дамаска Аврама с маленьким отрядом138. Маленький отряд этот не мог уничтожить вторгнувшиеся силы, но тем не менее произвёл, как видно, неблагоприятное впечатление на союзников, потому что не видно из памятников, чтобы Кедорлаомер возобновлял попытки свои овладеть снова страной к западу от Евфрата (Rawlinson. Five monarchies V. I pp. 159–162). Нам остаётся бросить общий взгляд на народы, обитавшие в Палестине, о которых в примечаниях будет сказано подробнее.

В Быт. 12по случаю прибытия Аврама в Палестину Библия прибавляет: «В земле сей тогда жили Хананеи». Из самой формы этого сказания можно заключить, что хананеи ещё недавно и, во всяком случае, не всегда занимали эту страну. Из одного папируса египетского, разобранного Шабасом (Chabas), видно, что в царствование Аменемхе I XII династии был послан египетский чиновник в землю Тенну, т. е. Палестину, для осмотра этих вассальных Египту стран и для описания их жителей. Из этого источника видно, что в стране этой хананеев ещё не было, а она была занята одним только племенем сати, которое изображено и на памятниках Египта и имеет резко очерченный семитический тип. И из других документов, относящихся к XII династии, видно, что египтяне в числе соседей своих со стороны Сирии считали только расу Ааму, т. е. семитов, которых название сыны Месраима, т. е. египтяне, производили от семитического слова аам – народ. Хананеи явились, стало быть, в стране после XII египетской династии и ранее Кедорлаомера, царя сузианской династии Вавилона, около 2400 или 2300 лет до Р. Хр., именно в то время, когда арии-туранцы вторгались в Халдею и создавали в Вавилоне новую династию. Потомки Ханаана до занятия ими Палестины группировались недалеко от куфитов, против устьев Евфрата, на западном берегу Персидского залива, где находились и острова, известные Страбону под именем Тира и Арада, а ныне – острова Барейна. Геродот в самом Тире собрал сведения, которые указывают, что сыны Ханаана, прежде чем занять Палестину, основали поселения на аравийском берегу Персидского залива. Что побудило их к переселению, в точности неизвестно. Геродот говорит, что побудило землетрясение (кн. VII, 19); арабские историки указывают на ссору с куфитскими монархами, потомками Нимрода; может быть, арийско-туранское нашествие на халдейскую монархию куфитов побудило хананеян, желавших избежать туранского владычества, идти искать новое место для поселения. На пути своём они оставили колонию хорреев в горах Сеира и вытеснили отчасти из Палестины семитов, которые отступили на север и восток. Остатки этих семитов и суть Рефаимы, Зузимы, Эмимы (Быт. 14:5), которых Кедорлаомер и его союзники, идя с севера и востока, встретили и поразили на пути своём, прежде чем дошли до Палестины, где им противостояли уже цари и племена хамитские, потомки Ханаана.

Глава XIV. Война Царей; взятие в плен Лота и освобождение его Аврамом. Мельхиседек благословляет Аврама; Аврам отдаёт ему десятину. Аврам отдаёт добычу царю Содомскому

Быт. 14:1 И было во дни Амрафела, царя Сеннаарского, Ариоха, царя Елласарского, Кедорлаомера, царя Еламского, и Фидала, царя Гоимского,

Быт. 14:2 пошли они войною против Беры, царя Содомского, против Бирши, царя Гоморрского, Шинава, царя Адмы, Шемевера, царя Севоимского, и против царя Белы, которая есть Сигор.

Мы привели выше мнение Роулинсона, что Сеннаар означает здесь верхнюю часть Месопотамии, Елласар-Халдею, в которой между Уром и Ерехом находился город Елласар (смотри комментарий к Быт. 11:28, на Ур Халдейский), Елам – Сузиану, а Гоим – кочевые народы. Впрочем, некоторые думают, что Гоим может означать скифов (туранцев?), которые, как указывают Джордж Роулинсон в Five monarchies (Chaldea; chapt. language), имели влияние на грамматическое образование языка, найденного на памятниках Халдеи в Ниффере, Сенкере, Варке и Муггейре (Vol. I p. 52).

Что же касается до пяти царей ханаанитских, то они не составляли одного царства и, по-видимому, не подчинялись одному главе, что, по всей вероятности, и было причиной их поражения. Составляя союз, основанный на родстве происхождения, каждый из них совершенно независимо управлял своим уделом, и это положение дел держалось до Иисуса Навина, который, придя с израильтянами в обетованную землю, нашёл её разделённою между многими незначительными царями.

Англиканская Библия замечает, что Лот, избрав плодоноснейшую часть страны, сделал ошибку даже по человеческим расчётам. Богатые города долины Иордана более всего должны были привлекать жадность завоевателей.

Быт. 14:3 Все сии соединились в долине Сиддим, где ныне море Соленое.

Славянская Библия, переведённая с текста LXX, называет долину Сиддим «юдоль сланая». «Юдоль» означает «долина»; в том же смысле переводит Онкелос, производя слово Сиддим от Садé – равнина (Англиканская Библия). М. Филарет держится мнения Абен-Езры, производя Сиддим от слова Сид – известь, присовокупляя, что, вероятно, под этим именем разумелась горная смола битумен, которую употребляли вместо извести (сравни Быт. 14:10). Полагают, что прежде погибели городов озеро существовало при теперешнем устье Иордана, но что оно расширилось лишь после землетрясения. Долина Сиддима должна была находиться на южной оконечности Мёртвого моря.

Быт. 14:4 Двенадцать лет были они в порабощении у Кедорлаомера,

Мы останавливаемся на этом стихе, чтобы напомнить о вступлении в эту главу.

а в тринадцатом году возмутились.

Быт. 14:5 В четырнадцатом году пришел Кедорлаомер и цари, которые с ним, и поразили Рефаимов в Аштероф-Карнаиме, Зузимов в Гаме, Эмимов в Шаве-Кириафаиме,

Поход Кедорлаомера с его союзниками чрез год после возмущения, т. е. пока известие дошло до Сузы и пока войска собрались для похода, указывает нам на многие народы, нам почти неизвестные. Можно предположить только, как замечает Отто Герлах, что еламский царь вступил в Палестину с севера и шёл на юг до Ель-Фарана (степь Ель-Ти)… «что при пустыне» и уже от южной границы Палестины, сперва покорив мелкие племена, обратился снова на северо-восток и дошёл до долины Сиддим, где произошла решительная битва. Что же касается народов, покорённых на пути войска еламитского, то вот сведение об них по Филарету, Англиканской Библии и Отто Герлаху:

а) Рефаимы: обитатели Васана (Нав. 12:4; 13:12), считались в древности исполинами, по свидетельству текста Семидесяти, Онкелоса и сирийского текста. Страна Васан, или Базан, лежащая на северо-восток от долины Иордана, носила впоследствии имя Переа. Вероятно, впрочем, племя это простёрло свои владения на юг в то время, когда израильтяне были в Египте, потому что существовала южнее Иерусалима вблизи долины Вифлеема долина Исполинов, или Рефаимов (Нав. 15:8; 18:16). Англиканская Библия делает замечание, что слово Рефаим употреблялось также в смысле теней усопших, причём указывает на еврейский текст Иова (Иов. 26:5), Псалом 88 ст. 11 (наш 87 Псалом) (Пс. 87:11), Исайю (Ис. 14:9) и др., а Аштеров-Карнаим, двурогая Астарот, или Астарта (сирийская Венера), вероятно, означает известное место поклонения этой богине, изображаемой с двумя рогами, как Атор, египетская Венера.

б) «Зузимы, поражённые в Гаме». Тух и Кнобель думают, что Гам – то же, что Равваф-Аммон. Впрочем, если, что весьма вероятно, принять что Зузимы – то же самое, что Замзумимы (Втор. 2:20), то должно думать, что это было племя Рефаимов, уничтоженных впоследствии аммонитами, потомками Лота, которые перед движением израильтян из Египта в Палестину овладели землями зузимов и основали Равваф-Амон. В гвоздеобразных надписях найдено имя Гамгумми.

в) Эмимы (сравни Втор. 2:10–11) суть, по мнению эксетерского каноника Кука, известные в египетских иероглифических надписях Аму, кочевые семиты. Эмим по-еврейски означает страшные. Жили они, по указанию митрополита Филарета, в земле, которую впоследствии занимали моавитяне (также потомки Лота), которые их оттуда изгнали. Земля эта лежала к востоку от Мёртвого моря. Это видно из того, что Кириафаим у Иисуса Навина (Нав. 13:19) назван в числе городов Рувимовых, а известно, что колена Рувима, Гада и полколена Манассии получили удел на восток от Иордана.

Быт. 14:6 и Хорреев в горе их Сеире, до Эл-Фарана, что при пустыне.

Хорреи на горе Сеир означают горных жителей, троглодитов. Ленорман на основании арабских сказаний называет их темудитами и считает их оставшимся в горах племенем переселившихся с берегов Аравии от Барейна в Палестину хананеев (Lenormant; Manuel III 5–6). Гористая страна Сеир простиралась на восток и юг от Мёртвого моря до Еламитского залива; страна эта названа в самаританском тексте Пятикнижия и в иерусалимских таргумах «Габла»; северная часть этой гористой местности и теперь называется арабами Джебаль, или гора. Ел-Фаран есть название в обширном смысле всей пустыни, простирающейся на юг от Палестины до Синайских гор. Вообще думают, что Ел-Фаран есть пустыня, которую арабы называюь Ель-Ти (El-Tih).

Быт. 14:7 И возвратившись оттуда, они пришли к источнику Мишпат, который есть Кадес,

В нашей славянской Библии, согласно тексту семидесяти, вместо Мишпат читается «источник судный». Митрополит Филарет замечает, что некоторые полагают, что имя это дано лишь впоследствии в воспоминание суда Божия, произведённого на этом месте над Моисеем и Аароном (Чис. 20:12). Фл. Иосиф (по указанию Английской Библии) называет это место Арекем и прибавляет, что в его время оно называлось Петра; тождественность Петры и Кадеса имеет приверженцев, между прочим, так думает и декан Станлей139, но другие полагают, что древний Кадес, или Аин-Мишпат, есть нынешний Аин-эль-Вейбе в долине Аккабы.

и поразили всю страну Амаликитян, и также Аморреев, живущих в Хацацон-Фамаре.

Страна Амалекитян, т. е. та страна, которая впоследствии (при Моисее) известна была под этим именем.

Амалекитяне, потомки Исава от Ады, впоследствии жили в Аравии близ Петры до самых границ Египта. Племя, здесь упомянутое, или носило то же имя, или занимало те же страны, которые при Моисее были известны под именем «страны Амаликитян». Амалик при Моисее были сильнейшим племенем Аравии и были первыми врагами иудеев (Исх. 17:8–16). Аморреи – одно из сильнейших племён хананейских, живших на запад от Мёртвого моря в пустыне Иудеи, но владычество их, как видно из Чис. 21:13, простиралось – вероятно, временно, – и по ту сторону Иордана до потока Арнона. Некоторые производят их имя от слова Амор или Эмор – возвышение, гора. Хацацон-Фамар [впоследствии Эн-Гедди, или источник дикой козы (2Пар. 20:2)], «месторождение пальм», известно было ещё при Плинии (Hist. Natur. V, 17) красотою пальм. Плиний уже называет его Ен-геди. Но пальмы теперь исчезли, только дикая коза живёт ещё в этих местах (Станлей). Место это в пустыне Иуда, по всей вероятности, то, которое называется Аин-Джидди, где видны ещё развалины.

Быт. 14:8 И вышли царь Содомский, царь Гоморрский, царь Адмы, царь Севоимский и царь Белы, которая есть Сигор; и вступили в сражение с ними в долине Сиддим,

Быт. 14:9 с Кедорлаомером, царем Еламским, Фидалом, царем Гоимским, Амрафелом, царем Сеннаарским, Ариохом, царем Елласарским, – четыре царя против пяти.

Быт. 14:10 В долине же Сиддим было много смоляных ям.

По всей вероятности, вся эта долина изобиловала нефтяными источниками; вероятно, отсюда местные жители брали горную смолу для своих построек, для которых, как мы знаем из Быт. 11и из остатков построек в Халдее, она заменяла известь, и от этих работ, вероятно, остались глубокие ямы, которые делали эту местность почти непроходимою.

И цари Содомский и Гоморрский, обратившись в бегство, упали в них,

Царь Содомский, как видно из Быт. 14:17, остался жив и не был взят в плен; остаётся предположить, что здесь разумеются не собственно цари, а то войско, во главе которого они стояли: т. е., вероятно, надо понимать это место так, что когда вся линия союзного войска царей ханаанских дрогнула и побежала перед войсками Кедорлаомера, то войско царей Содома и Гоморры, в тылу которого находилась опасная пересечённая местность, погибло, завязнув в нефтяных болотах, остальные же, у которых путь отступления не был отрезан, спаслись, отступив в горы.

а остальные убежали в горы.

Быт. 14:11 Победители взяли все имущество Содома и Гоморры и весь запас их и ушли.

Быт. 14:12 И взяли Лота, племянника Аврамова, жившего в Содоме, и имущество его и ушли.

Быт. 14:13 И пришел один из уцелевших и известил Аврама Еврея,

В выражении этом хотят видеть доказательство, что отрывок этот местной летописи, внесённый Моисеем в свою историю, записан в памяти народной ханаанитами. Аврама звали в стране «потомком Евера» (Быт. 11:15) в том же смысле, как говорили: Аршакиды, Багратиды и пр.

жившего тогда у дубравы Мамре, Аморреянина, брата Эшколу и брата Анеру, которые были союзники Аврамовы.

Мы можем видеть из этого рассказа, что Аврам был, по всей вероятности, как бы царём, как цари ханаанитские, и имел своих союзников из полукочевых аморреев, которые, вероятно, во время движения Кедорлаомера или откочевали с пути движения войска, или даже выговорили себе нейтральность. В этом случае понятно, что взятие в плен сродника Аврамова Лота нарушило договор, и Аврам и его союзники доказали, что безнаказанно его нарушать нельзя.

Быт. 14:14 Аврам, услышав, что [Лот] сродник его взят в плен, вооружил рабов своих, рожденных в доме его, триста восемнадцать, и преследовал неприятелей до Дана;

Многие думают, что это Дан-Яан, упомянутый в 2Цар. 24:6, лежащий к юго-западу от Дамаска (в северной части Переи), другие же – то это древний Лаис (Нав. 19:47; Суд. 18:29), названный Даном по имени сына Иаковлева. В этом случае Дан есть позднейшее название, внесённое переписчиком. Но не забудем, что Дан есть не только имя собственное: оно имеет ещё значение «суд», «он судит» – название, данное одному из истоков Иордана. Грабители, которые увели Лота, может быть, шли на Дамаск горными путями, и этими путями их преследовал Аврам, или же, если они из долины Сиддим шли обыкновенной дорогой на восток от Иордана к северу на Дамаск, то Аврам мог избрать кратчайший, хотя и трудный, горный путь, чтобы перерезать им дорогу. Это последнее вероятнейшее объяснение.

Быт. 14:15 и, разделившись, напал на них ночью,

Т. е., разделившись на три или четыре отряда, во главе которых были его союзники (Быт. 14:13) Эшкол, Анер и Мамре, и сам он, Аврам, который был главою экспедиции; он внезапным ночным нападением с нескольких сторон привёл в ужас неприятельский лагерь и возвратил пленных и их имущество. Заметим, что если Аврам имел с собою 318 вооружённых всадников (Быт. 14:14), то, вероятно, каждый из союзников имел не менее людей с собою, а что все они участвовали в деле с Аврамом, видно из стиха 24 (Быт. 14:24), в котором он выговаривает им часть добычи.

сам и рабы его, и поразил их, и преследовал их до Ховы, что по левую сторону Дамаска;

По левую сторону Дамаска означает по северную его сторону, как видно из переложения Онкелоса. Митрополит Филарет объясняет это тем, что евреи считали восток переднею стороною мира, запад – заднею, север – левою, юг – правою. И теперь, говорит Станлей, в двух милях от Дамаска существует маленькое селение Хова, на которое указывает предание, как на место, до которого Аврам преследовал царей.

Быт. 14:16 и возвратил все имущество и Лота, сродника своего, и имущество его возвратил, также и женщин и народ.

Быт. 14:17 Когда он возвращался после поражения Кедорлаомера и царей, бывших с ним, царь Содомский вышел ему навстречу в долину Шаве, что ныне долина царская;

Англиканская Комм. Библия делает замечание, что если признать (что не совершенно доказано), что Салем есть Иерусалим, то почти нет сомнения, что долина Шаве есть долина потока Кедронского. Митрополит Филарет говорит, что долину Шаве, или царскую, надо искать к северу от Салима, положение которого не определено.

Быт. 14и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, – он был священник Бога Всевышнего, –

Митрополит Филарет говорит, что хотя разные толкователи, как Дамиан, Иеракс Египтянин, Ориген, Дидим и другие, думали видеть в Мелхиседеке то Сына Божия, то Святого Духа, то Ангела, но естественнее и проще и согласнее с словом Моисеевым мнение блаженного Феодорита, что «Мелхиседек происходит от народов, живших в Палестине, ибо у них был и царём, и священником». Таргумы иерусалимские говорили, что это был Сим, доживавший последние дни свои. Он был, по преданию иудейскому, царём Иерусалима, которого древнейшее имя было Салим, потом Джебрус и впоследствии уже Иерусалим. Хлеб и вино, вынесенное Мелхиседеком, митрополит Филарет не считает священнодействием, а обрядом гостеприимства, союза и уважения. Здесь впервые появляется в Библии слово «священник» (Кохен). Слово это употреблялось и о жрецах языческих, но здесь оно резко отличается напоминанием, что он был священником Бога (Елион) Всевышнего. Предания вместе с почитанием Бога, Творца мира, не исчезли ещё в Хананее в эти далёкие времена; был ли Мелхиседек семит или он был хананеянин, он мог свято в своём семействе или роде сохранить религию первого откровения и священнодействовать по чину, указанному Ноем. Благословил он Аврама и как старший летами, и как священник того же Единого Бога, которому служил и Аврам, с тою только разницею, что Бог вступил с Аврамом в теснейший союз и стал для него и его потомства Богом Завета, Иеговою, т. е. тем «кто есть». Дал ему десятину Аврам, как священнику Бога Всевышнего, а не как местному царю, замечает митрополит Филарет. Таково историческое лицо Мелхиседека, но, независимо от этого объяснения, заставляющего видеть в нём обыкновенного человека, а не Ангела, нельзя не заметить, что лицо это есть одно из прообразований. В псалме CIX (Пс. 109:4) Давид говорит о «священнике по чину Мелхиседекову», т. е. стоящему вне писаного закона, взятого не из племени Левиинова, а призванного Богом. Это священство есть священство не для одного народа иудейского, а священство всемирное, кафолическое. Мелхиседек, как рисует это лицо Апостол (Евр. IV), прообразовал Иисуса Христа: «Священник во век по чину Мелхиседекову» (Евр. 5:5–6). Аврам и в лице его все верующие приемлют благословение от «Царя мира» и «Царя правды», но полное значение этого события могло быть понятно лишь после Иисуса Христа, Господа нашего.

Быт. 14:19 и благословил его, и сказал: благословен Аврам от Бога Всевышнего, Владыки неба и земли;

Быт. 14:20 и благословен Бог Всевышний, Который предал врагов твоих в руки твои. [Аврам] дал ему десятую часть из всего.

Быт. 14:21 И сказал царь Содомский Авраму: отдай мне людей, а имение возьми себе.

Аврам, взявший имущество и людей без помощи царя Содомского, имел право оставить всю добычу себе. Царь Содомский обратился к нему, потому что Аврам был во главе экспедиции.

Быт. 14:22 Но Аврам сказал царю Содомскому: поднимаю руку мою к Господу Богу Всевышнему, Владыке неба и земли,

Сравнивая это призвание Господа Аврамом с призванием имени Господня Мелхиседеком, мы видим, что оба они в одинаковых выражениях обращаются к Творцу мира, и Он один есть Бог, призываемый и тем, и другим, с тою только разницею, что Аврам присовокупляет имя Иеговы к воззванию Мелхиседекову. (Мы напоминаем, что Елогим, Елион, Ель Шаддай переводятся у нас словом Бог, а Иегова – словом Господь).

Быт. 14:23 что даже нитки и ремня от обуви не возьму из всего твоего, чтобы ты не сказал: я обогатил Аврама;

Быт. 14:24 кроме того, что съели отроки, и кроме доли, принадлежащей людям, которые ходили со мною; Анер, Эшкол и Мамрий пусть возьмут свою долю.

Нельзя не остановиться на этом прекрасном, поистине величественном образе патриарха, который с таким чувством достоинства отказывается от законной своей добычи, не забывая однако выговорить права своих союзников. Нет сомнения, что легендарные сказания апокрифов, говорящие о величии Аврама, должны иметь основание в том уважении, которым он в древности пользовался.

Глава XV. Вступление

Отдел этот имеет важное значение для всей Церкви Божией: в нём главное место занимает оправдание верою – «Аврам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность». При всём благородстве души Аврама, которое мы видели из предыдущего рассказа, при всех несомненных его добрых качествах – его кротости, доброте, мужестве, решительности, справедливости, – он был человек не без слабостей и не без грехов и не мог человеческими своими достоинствами занять то место в плане создания церкви Божией, какое он занял исключительно верою. Вера есть одно из свойств души, которое не только даётся свыше, но и приобретается. Не может верить тот, кто упорно борется против всякого авторитета, кроме очевидности, забывая, что сама очевидность в смысле человеческом зависит от его органов, крайне несовершенных. В неверии главное значение играет гордость, полагающая, что внутреннее мыслящее я (вечность которого, впрочем, неверующие также отрицают) есть единственный и высший авторитет человека.

Не так рассуждает вера – трезво сознавая и несовершенства своего мышления и понимая, что мир не может быть завершён таким несовершенным существом, как «Я», хотя и мыслящим, вера ясно познаёт существование высшего мира духовного и существование Бога вечного, Создателя, и восполняет любовию то, что она не может познать разумом. Но чтобы быть призванным верить и любить, надо быть прежде всего глубоко честным человеком. Повторяем: не без слабостей были избранники Божии – Авраам, Исаак, Иаков, Моисей, Иисус Навин, Гедеон, Самуил, Давид, Соломон, Исайя, Даниил, Захария, Пётр, Павел, Фома и многие другие. Не одних отшельников, отказавшихся от мира, избирал Бог для создания царства Божия, а и живущих в мире, падающих, грешащих, но таких, которые не проповедовали в безумии своём, что они непогрешительны, и не возводили своих слабостей, грехов и сомнения в руководящий принцип для других. Бог избирал тех, которые, несмотря на слабости, были людьми в лучшем значении этого слова и которые притом сознавали свою слабость и физическую, и нравственную и именно от этого сознания могли возвыситься до познания Бога.

«Сила Моя совершается в немощи», – говорит Господь (2Кор. 12:9)140.

Итак, Авраам, прототип верующего, есть вместе с тем и прототип человека в том смысле, как понимает его настоящее христианское общество, т. е. человека, который не отступает перед опасностями, решителен, смел, благороден, добр, справедлив, верит и преклоняется перед Высшей Разумной Силой, к коей он относится с беспредельным доверием. Верующим, и притом избранником Божиим он стал потому, что душа его была чиста и благородна и была достойна восприять откровение. К этому ещё прибавим одну весьма важную черту характера избранников вообще, и Авраама в особенности. Это – благодарность Богу, чувство, конечно, истекающее из веры и разрешающееся в постоянную горячую любовь. Не своим достоинствам, не своим соображениям приписывает верующий благословение, сходящее на его дом и его предприятия, а милосердию и благодеяниям Того, Который печётся о нём, и потому он считает долгом своим излить в тёплой молитве свою благодарность Подателю всех благ, Ему Одному приписывая своё благосостояние, свои удачи, своё счастие, свою радость и сами добрые мысли свои. Из этого же чувства истекает и другое, высшее, – это бескорыстная радость при виде благодеяний Божиих при совершенном отсутствии привязанности к земным благам, и устремление всех помыслов своих в будущее, и земное, и загробное, постоянное созерцание которого вырабатывает высшую степень развития души человеческой. Таковы были по преимуществу Авраам и патриархи, жившие постоянно мыслью в будущем и в потомстве своём.

Глава XV. Скорбь Аврама о том, что у него нет наследника, обещание Иеговы; оправдание верою; видение

Быт. 15После сих происшествий было слово Господа к Авраму в видении [ночью], и сказано: не бойся, Аврам; Я твой щит; награда твоя [будет] весьма велика.

После трёх кратких откровений141, замечает м. Филарет, Бог дарует Авраму продолжительное четвёртое откровение, которое продолжается две ночи (Быт. 15:1, 5, 12). Откровение заключает в себе общее обетование благоволения Божия, предсказание о наследнике (Быт. 15:2–6), откровение о судьбе потомства (Быт. 15:7–21). Останавливаясь теперь на первом стихе, мы видим, во-первых, что Господь успокаивает Аврама или ввиду будущих бедствий его потомства (Быт. 15:13), или то же ввиду опасностей, коими сам Аврам был окружён. Потому, вероятно, и прибавляет Господь: «Я твой щит!» Выражение «не бойся» несколько раз встречается в Новом Завете, как предшествующее появлению Избавителя, Мессии. Не бойся, говорит Ангел Захарии (Лк. 1:13); не бойся, Мариам, говорит Гавриил Пресвятой Деве (Лк. 1:30); не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле (Ин. 12:15, ссылка на Зах. 9:9); не бойтесь, я возвещаю вам великую радость, говорит Ангел Пастырям (Лк. 2:10).

«Награда твоя будет весьма велика».

Слово Господа в следующем стихе встречается вопросом Аврама, о котором мы скажем несколько слов ниже. Заметим только, что комментаторы, сравнивая это видение с другими, называют его видением наяву: Аврам не спит, отвечает Господу (Быт. 15:2); Господь выводит его из шатра и указывает ему звёзды (Быт. 15:5); Аврам приготовляет жертвенных животных (Быт. 15:9–11) и только при захождении солнца нападает на него крепкий сон (Быт. 15:12) и потом ужас и мрак великий.

Быт. 15:2 Аврам сказал: Владыка Господи!

Адонаи – Иегова! Адонаи – собственно господин, властелин. Слово это заменяло священное слово Иеговы во время чтения Библии, ибо евреи не смели произносить его. Адонаи есть призвание в звательном падеже, между тем слово Иегова «Он есть» не имеет этого падежа. Слово Адонаи существовало и в других языках, родственных еврейскому, напр., в финикийском, где оно было названием солнца.

что Ты дашь мне? я остаюсь бездетным; распорядитель в доме моем этот Елиезер из Дамаска.

Быт. 15:3 И сказал Аврам: вот, Ты не дал мне потомства, и вот, домочадец мой наследник мой.

Сколько тёплой веры в этой жалобе! Аврам изливает пред Господом печаль свою, что чужеземец, хотя и усыновлённый, останется после него наследником не только имения, но и обетования; он не о себе лично думает, взор его проникает в будущее, он сознаёт, что если он сам был избран Богом без особых заслуг, по особому Божьему произволению, то нет причины, чтобы верный и честный распорядитель его, которого он, вероятно, и любил, как сына142, не был избран волею Божиею для исполнения обетований, – но всё-таки он скорбит, что он не имеет собственного сына, на котором покоились бы его надежды. Чувство это естественно, и Господь успокаивает его прямым обещанием, которого ещё не имел Аврам (Быт. 15:4). М. Филарет делает общее замечание, что Исаак прообразует собою, по выражению Апостола (Гал. 4:22–28), жизнь новозаветную, духовно свободную, Измаил – ветхозаветную, нравственно связанную, а Элиезер – жизнь «естественно благоустроенную», т. е. ту, которую создаёт себе общество независимо от религиозных целей.

Быт. 15:4 И было слово Господа к нему, и сказано: не будет он твоим наследником, но тот, кто произойдет из чресл твоих, будет твоим наследником.

Быт. 15:5 И вывел его вон и сказал [ему]: посмотри на небо и сосчитай звезды, если ты можешь счесть их. И сказал ему: столько будет у тебя потомков.

В стихе 4-м Господь прямо обещал Авраму наследника «из чресл его», а в стихе 5-м указывает ему на многочисленное потомство, число равное числу звёзд небесных. Таким образом, устраняя всякую мысль, предложенную Аврамом, об усыновлении, Господь указывает ему на многочисленное потомство Аврама в то время, когда Аврам был ещё бездетен и терял уже надежду иметь детей.

Быт. 15:6 Аврам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность.

М. Филарет делает замечание, что вменение в праведность веры Аврама произошло после медленного и постепенного откровения. «Вера, – говорит он, – была следствием и концом таинственного руководительства Божия: она же была началом и основанием Божия благоволения». Далее м. Филарет говорит: «Итак, изречение «вера вменена Авраму в праведность» разрешается на следующие:

а) Аврам не имел праведности собственной и естественной.

б) Он не приобрёл её внешними деяниями добродетели.

в) Вера его не столько признана действием добродетельным, так как она и была не только преходящее действие, сколько постоянное свойство, но и положена в основание праведности его, принята пред непреложным судом Божиим вместо заслуг его.

Так изъясняется правда или оправдание Аврама и Апостолом Павлом (Рим. 4:3–5).

Обетование, данное в предыдущем стихе Авраму, замечает Англик. комм. Библия, было даровано ему прежде обрезания, т. е. прежде учреждения обрядового закона. Стало быть, обещание потомства прямо здесь указывает на потомство по вере и на веру, составляющую основание и силу христианского общества». Аврам в том же самом смысле, как христианин, не только подчиняет, но вполне отдаёт волю свою Богу, и этот-то внутренний принцип веры и подчинение воле Божией соделался в нём источником и основанием его праведности. Это, в сущности, и есть единственная праведность, возможная слабому и грешному человеку, который может быть силён лишь силою и любовию Всемогущего. Вера есть праведность недеятельная, но человек, отдавая все силы души своей высшей мудрости, высшему разуму, высшей любви, становится деятельно праведным, потому что благодатное семя это не может не дать плодов добра. Вот почему и Апостолы указывали на праведность веры преимущественно перед праведностию дел, ибо на ней опирается учение о благодати, которое заменило самонадеянное убеждение в собственной праведности книжников и фарисеев сознанием своей греховности и слабости, убеждением, что только Господь может восстановить грешника и дать ему оправдание верою, которая производит все плоды добра.

Быт. 15:7 И сказал ему: Я Господь, Который вывел тебя из Ура Халдейского, чтобы дать тебе землю сию во владение.

Библия не говорит ничего об особом первоначальном откровении в Уре, первое призвание Аврама было в Харране, но необходимо признать, что выход Фарры из Ура был также указан действием промысла Божия, дабы отделить избранное семейство от влияния владевших халдейским обществом идолопоклоннических суеверных верований. Так передаёт этот выход из Ура и легенда (см., напр., книгу Яшар, или Книгу Праведного, и Biblische Legenden der Musulmaner von M. G. Weil, 1842).

Быт. 15:8 Он сказал: Владыка Господи! по чему мне узнать, что я буду владеть ею?

Не сомнение, а желание узнать, не требуется ли от него самого какого-либо труда или действия, руководили Аврамом, говорит м. Филарет. На это Господь отвечает, вступая в завет с ним по обряду, уже известному в древности при совершении договора или союза, и открывая ему будущее его потомства. «Прошение знамения может исходить от веры и весьма различно от требования знамения неверием» (ср. Лк. 1:34).

Быт. 15:9 Господь сказал ему: возьми Мне трехлетнюю телицу, трехлетнюю козу, трехлетнего овна, горлицу и молодого голубя.

Животные указаны те, которые издавна по обычаю употреблялись в жертвоприношениях, и Моисей, как увидим впоследствии, устанавливая в пустыне закон о жертвоприношениях, лишь возвращал народ к древним воспоминаниям, затемнённым египетскими идолопоклонническими обрядами. Жертвоприношение (Зебах), замечает Англ. комм. Библия, заключалось в заклании животного, и таково значение слова Зебах; окропление кровью, введённое впоследствии, не составляло главного действия в жертвоприношении. Посему здесь Аврам совершает настоящее жертвоприношение, и именно такое, которое было употребляемо при совершении торжественных договоров. Жертва рассекалась, и договаривающиеся стороны проходили между рассеченными половинами, как это видно из Иер. 34:18–19 (сравни 1Цар. 11:7). Само слово, выражающее договор, Вериф (говорит Англ. комм. Библия), происходит, как думает Gesenius, от корня, имеющего значение «рассекать». Он основывается притом на стихе 18 (Быт. 15:18), где выражение Бараф-Бериф буквально переводится «рассечь договор», т. е. заключить завет (точно так же и м. Филарет).

Быт. 15:10 Он взял всех их, рассек их пополам и положил одну часть против другой; только птиц не рассек.

Как впоследствии в законе Моисеевом, птица не рассекалась (Лев. 1:14–17).

Быт. 15:11 И налетели на трупы хищные птицы; но Аврам отгонял их.

Во всех комментариях хищные птицы принимаются здесь за пророческое изображение неприятелей потомства Аврама: они изображают собою все идолопоклоннические племена, преимущественно же – египтян, которые старались или истребить народ израильский, или же помешать исполнению завета, увлекая его в идолопоклонство.

Быт. 15:12 При захождении солнца крепкий сон напал на Аврама, и вот, напал на него ужас и мрак великий.

Сон Аврамов не был сном обыкновенным: стих 13 этой главы напоминает Быт. 2:21, когда подобный же сон ниспослан был на Адама. Засим во сне же напал на Аврама ужас – он чувствовал приближение появления Бога в образе материальном, и, вероятно, самый сон был ему ниспослан, чтобы он мог выдержать видение. Мрак представлялся, вероятно, во сне Авраму, ибо нет причины думать с О. Герлахом, что он наступил ранее естественного времени захождения солнца.

Быт. 15:13 И сказал Господь Авраму: знай, что потомки твои будут пришельцами в земле не своей,

Выражение это указывает, что народам вообще, и израильскому в особенности, Промысл Божий указывает земли, составляющие их собственность, пока народы эти достойны владеть своим уделом и пока они не падают вследствие разврата и безверия.

и поработят их, и будут угнетать их четыреста лет,

Собственно, 430 лет, но в Библии весьма часто употребляются круглые числа и в особенности столетия, которые называются часто родами (см. Быт. 15:16).

Быт. 15:14 но Я произведу суд над народом, у которого они будут в порабощении; после сего они выйдут [сюда] с большим имуществом,

Быт. 15:15 а ты отойдешь к отцам твоим в мире

Тело Аврама похоронено в Ханаане, между тем как Фарра похоронен в Харране, а предки Аврама – в Уре. Из этого видно, что здесь ясно виден догмат жизни за гробом, ибо стих 15 несомненно говорит о бессмертном духе (Нишема), имеющем соединиться с душами своих праотцев, которые, по учению талмудистов, находились в шеоле (аду), который не следует смешивать с местом мучения Ге-Хинном.

и будешь погребен в старости доброй;

Быт. 15:16 в четвертом роде

Расчёт, сделанный раввинами и учёными о времени пребывания израильтян в Ситте, колеблется между 215 годами и 430. Об этом будет сказано подробнее в своём месте. Здесь же достаточно указать, что слово род употреблено вместо слова век.

возвратятся они сюда: ибо мера беззаконий Аморреев доселе еще не наполнилась.

М. Филарет на вопрос, что есть наполнение меры беззаконий какого-либо народа, отвечает, что понятие об этом можно получить, взявши в помощь нередко употребляемое в слове Божием сравнение состояния греховного с состоянием болезненным. Доколе положительное начало жизни превозмогает над отрицательным началом смерти и разрушения, дотоле жизнь ещё продолжается и при болезни, в противном случае должна наступить смерть. Так в народе, пока начало жизни духовной и нравственной противоборствуют началам нечестия и разврата, дотоле греховная болезнь его ещё не к смерти и время долготерпения Божия к нему продолжается, но когда разрушительные начала нечестия и разврата берут решительный перевес в целом и в частностях, особенно тех, кои дают направление и другим, тогда наступают наполнение меры беззакония, оставление Богом и суд и разрушение обществ.

Быт. 15:17 Когда зашло солнце и наступила тьма, вот, дым как бы из печи и пламя огня прошли между рассеченными животными.

Сравни комментарий к Быт. 15:5. Прохождение между рассеченными означало, по обычаю, соединение разделённого, т. е. союз. Отто Герлах замечает, что Аврам не проходил между рассеченными, проходил только видимый образ Господа, т. е. это был договор милости, благодеяние обещанное и подтверждённое осязательно обрядом договора. Самый образец явления подобен столбу огненному, предшествовавшему народу израильскому, как бы в напоминание Израилю, что огненный столб, ведущий его в пустыне, – видимый образ того же Бога, заключившего завет с Аврамом. Дым означал время страдания Израиля, пламя (евр. светильник) – избавление.

Быт. 15:18 В этот день заключил Господь завет с Аврамом, сказав: потомству твоему даю Я землю сию, от реки Египетской до великой реки, реки Евфрата:

Очерченная в этом стихе общими чертами страна была бы вся достоянием Израиля, если бы Израиль оставался верным Богу завета. Но и несмотря на то, что упадок народа противился исполнению предначертанного, все страны, заключавшиеся между восточными устьями Нила и Евфратом, были временно во владении потомства Аврама. Страна к югу от Палестины была занята к западу до Египта и на восток до Персидского залива и устьев Евфрата потомками Аврама от Исмаила, сына его (Быт. 25:12–18), и от Исава, сына Исаакова (Быт. 36), которые все жили или кочевали в северной Аравии. В самой Палестине племя Рувима и Гада и полплемени Манассии получили удел «за Иорданом к востоку солнца» (Нав. 13:8) и простирали набеги свои до Евфрата (1Пар. 5:19), а при Давиде и Соломоне (2Цар. 8 и 1Пар. 9:26) царство Израильское вошло совершенно в пределы, предначертанные Заветом, ибо не только кочевые племена, окружавшие с юга и востока Палестину до Нила и Евфрата, признавали владычество царей израильских, но даже цари южной Аравии преклонялись перед ними. Но замечательнее на этом именно пространстве влияние нравственное, которое Аврам, потомки его патриархи, Давид и Соломон удержали до сих пор над умами кочевых племён. Память их чтится более памяти Магомета.

Быт. 15:19 Кенеев, Кенезеев, Кедмонеев,

Кенеи. См. о них пророчество Валаама (Чис. 24:21–22): «и увидел он Кенеев… и сказал: крепко жилище твое и на скале положено гнездо твое; но разорен будет Каин, и недолго до того, что Ассур уведет тебя в плен».

Это было племя, жившее на юг от Ханаана, близ амалекитов. Впоследствии они жили в самой Палестине в колене Иудине (1Цар. 27:10; 30:29).

Кенезеи. У Нав. 14некто Халев называется Кенезеянином, откуда м. Филарет заключает, что и они жили в пределах племени Иудина.

Кедмонеи значат восточные. Ермон в 88 псалме (Пс. 88:13) употреблено в смысле востока. Ермон было название места, возле которого жили Евеи (Нав. 11:3), по тексту же Суд. 3Евеи жили на горе Ливане. Поэтому м. Филарет думает, что Кедмонеи суть Хивви, или Евеи, жившие близ Ермона.

Быт. 15:20 Хеттеев, Ферезеев, Рефаимов,

Хеттеи: новейшие египтологи видят в них известное в иероглифических надписях имя сильного племени Кхета, владевшего Сирией. Цари кхетские (или, по нашему тексту, хеттейские) известны были при Соломоне (3Цар. 10:29). Их главное местопребывание до создания царства Израильского было при Хевроне (Быт. 23:10) и около Вефиля (Суд. 1:23–26).

Ферезеи. См. комментарий к Быт. 13:7. Особое племя хананеев.

Рефаимы. См. комментарий к Быт. 14под буквой а).

Быт. 15:21 Аморреев, Хананеев, [Евеев,] Гергесеев и Иевусеев.

Аморреи. См. комментарий к Быт. 14:7.

Хананеи по Быт. 10– прямые потомки Ханаана, сына Хама. От Ханаана же происходят, между прочим, нижеупомянутые Гергесеи и Иевусеи. В Быт. 10пределы всех Хананеев определены так: «от Сидона к Герару до Газы, отсюда к Содому, Гоморре, Адме и Цевоиму до Лаши». Здесь, вероятно, надо разуметь одно из колен хананеев, удержавшее имя предка.

Евеи. См. комментарий к Быт. 15:19, кедмонеи.

Гергесеи жили на запад от Иордана (Нав. 24:11); иевуссеи покорены Давидом, жили около Иерусалима, который прежде назывался Иевус и город Иевусеев (Суд. 19:10–11). При Давиде (2Цар. 24:18–24) упоминается об Орне Иевусеянине, у которого Давид купил гумно для создания жертвенника Господу. Странно, что Англиканская Библия читает это место (2Цар. 24:23) так: «вё это Царь Орна отдает царю», разумея под этим, что Иевуссеяне посреди Палестины удержали собственное управление. По смыслу нашего перевода Орна не называется царём.

Глава XVI. Сара отдаёт служанку свою Агарь Авраму; бегство Агари; возвращение её; рождение Измаила

Быт. 16:1 Но Сара, жена Аврамова, не рождала ему. У ней была служанка Египтянка, именем Агарь.

Вообще думают, что Агарь вывезена из Египта Аврамом в числе рабов и имущества (Быт. 12:16) и, по всей вероятности, вывезена ещё ребёнком. Имя Агарь означает «бегство»; может быть, оно, по обычаю тогдашнего времени, дано ей после события, после бегства её, в воспоминание этого происшествия.

Быт. 16:2 И сказала Сара Авраму: вот, Господь заключил чрево мое, чтобы мне не рождать; войди же к служанке моей: может быть, я буду иметь детей от нее. Аврам послушался слов Сары.

Саре – нетерпеливой и не столько верующей, как Аврам, – хочется скорее видеть исполнение Божия обещания. При этом она знает, что потомство обещано Авраму, но о ней ничего не сказано, и у неё рождается сомнение: не в ней ли заключается препятствие к исполнению обетования. Но она не хочет быть совершенно отстранена от радости дома своего и вымышляет средство: предложить Авраму рабыню свою (её собственность, её вещь, по понятию древних), детей от которой она признает своими. Заметим ещё, что в следующем стихе указано, что Сара дала Агарь Авраму через десять лет после исхода из Египта, стало быть, после довольно продолжительного ожидания собственных детей и уже тогда, когда, как говорит Сара, «Господь заключил чрево её».

Быт. 16:3 И взяла Сара, жена Аврамова, служанку свою, Египтянку Агарь, по истечении десяти лет пребывания Аврамова в земле Ханаанской, и дала ее Авраму, мужу своему, в жену.

Не Аврам взял её, а жена дала сама ему свою служанку. Во всех чертах семейной жизни Аврама проглядывает необычайная кротость его и добродушие, доходящее до слабости (сравни Быт. 16:6). По законам востока и не имея прямого указания от Господа, что именно от Сары он будет иметь сына, он мог взять вторую жену, даже не прибегая к разводу с первой, хотя развод не только был допущен обычаем, но даже вошёл в закон Моисеев (Втор. 24:1).

Быт. 16:4 Он вошел к Агари, и она зачала. Увидев же, что зачала, она стала презирать госпожу свою.

Бесплодие всегда считалось между евреями поношением (сравни настоящее место и многие подобные места Ветхого Завета с Лк. 1:25), а плодородие означало особое благословение Божие (Втор. 7:14). Очень естественно, что молодая женщина, гордая своим зачатием, забылась перед Сарой и оскорбила её.

Быт. 16:5 И сказала Сара Авраму: в обиде моей ты виновен; я отдала служанку мою в недро твое; а она, увидев, что зачала, стала презирать меня; Господь пусть будет судьею между мною и между тобою.

Сара наказана за своё нетерпение: она сама предложила мужу свою служанку, чтобы скорее исполнилось обетование, и теперь чувствует, что в доме (вероятно, вследствие привязанности Аврама к Агари) восстаёт новая хозяйка. Но, не рассчитав последствий своего действия, она во всём теперь обвиняет Аврама и упрекает его за то, что Агарь забылась перед ней. Эта обрисовка женщины тех древних времён, как и вся эта картина нравов, есть интереснейший документ жизни древнейших народов, в которой особенно замечательно значение женщины далеко высшее, чем при последующем развитии древнего общества. «Господь (Иегова) пусть будет судьёю», т. е., как объясняет м. Филарет, «ты вооружаешь служанку против меня излишним снисхождением».

Быт. 16:6 Аврам сказал Саре: вот, служанка твоя в твоих руках; делай с нею, что тебе угодно. И Сара стала притеснять ее, и она убежала от нее.

М. Филарет делает следующее замечание: равнодушие Аврама «удивительно. Он не вступается за Агарь, которая уже носит в себе его семя, ниже укоряет Сару, которая сама избрала и возвысила гордую рабыню. Он воздаёт справедливость оскорблённой супруге, предавая в волю промысла судьбу своего семени. Может статься, поведение Агари давало ему разуметь, что плод её не будет предметом особенного благословения Божия» (стр. 50 11 изд. 1835). Сара обошлась с Агарью сурово, как переводит и м. Филарет, и Английская Библия. Раздражённая и, вероятно, ревнующая жена обходится с Агарью не как со второй женой Аврама, а как с рабыней.

Быт. 16:7 И нашел ее Ангел Господень у источника воды в пустыне, у источника на дороге к Суру.

Ангел Господень – Малеах Иегова, посланный Иеговы. Существуют различные мнения, как разуметь это выражение. Многие, основываясь на выражении первомученика Стефана (Деян. 7:53) и на словах апостола Павла (Гал. 3:19; Евр. 2:2) думали видеть в Ангелах, о которых говорится в Ветхом Завете, высших, но созданных существ, посланных Богом. Но во многих случаях с этим нельзя согласиться, и большая часть св. Отцов видела в Ангелах Того, Который есть Слово, т. е. вторую Ипостась св. Троицы. Что мы имеем право в некоторых случаях так принимать это выражение, ясно из сравнения Исх. 32:34 с Исх. 33:2–3, из сопоставления которых видно, что Господь, гневаясь на Израиль за идолопоклонство, говорит, что отныне Он пошлёт Ангела Своего, но Сам более не пойдёт с народом, дабы не уничтожить его. Мы в своё время ближе рассмотрим это таинственное выражение, теперь же заметим, что по Исх. 14присутствие самого Господа обозначалось словами «и двинулся Ангел Божий, шедший пред станом». (Сравни также второй комментарий к Быт. 12:7). Здесь при первом явлении Ангела Агари мы не можем сказать достоверно о том, сам ли Господь или Ангел говорил ей; хотя Агарь в Быт. 16называет его Иеговой, но м. Филарет колеблется признать в нём самого Иегову; между тем во втором явлении Ангела Агари в пустыне (Быт. 21:17) Ангел Божий называется прямо в Быт. 21Богом и есть явление Иеговы.

Сур, куда бежала Агарь, по Флавию Иосифу, есть Пелузиум при устье Нила, т. е. Агарь шла в Египет.

Быт. 16:8 И сказал [ей Ангел Господень]: Агарь, служанка Сарина! откуда ты пришла и куда идешь? Она сказала: я бегу от лица Сары, госпожи моей.

Служанка Сарина! Этим Ангел напоминает ей, что она поступает неправильно, оставляя дом госпожи своей. Агарь в ответе своём не отрицает своих обязанностей в отношении к Саре.

Быт. 16:9 Ангел Господень сказал ей: возвратись к госпоже своей и покорись ей.

Ангел не осуждает ни Агари, ни Сары, говорит м. Филарет, он только восстановляет их взаимные отношения. Из этого можно заключить, что происшедшее между Сарой и Агарью было скорее недоразумение, чем неблагонамеренная ссора; вероятно, Агарь думала, что зачавшей от Аврама неприлично оставаться служанкой, Сара же опасалась, чтобы её служанка не сделалась её госпожою.

Быт. 16:10 И сказал ей Ангел Господень: умножая умножу потомство твое, так что нельзя будет и счесть его от множества.

Здесь Ангел Господень говорит уже как Господь или же говорит слова, повеленные ему: умножая умножу потомство твое. По выражению своему благословение это подобно обещанию, данному Авраму, и это есть часть его исполнения, независимо, однако, от другого высшего призвания законного семени Аврамова. Мы уже выше имели случай заметить, что измаильтяне составляют и теперь большую часть населения Аравии, которая изливала избыток своего населения не только а Африку и Испанию, но ещё при калифах овладела всею Малою Азиею, Персиею и частью Индии.

Быт. 16:11 И еще сказал ей Ангел Господень: вот, ты беременна, и родишь сына, и наречешь ему имя Измаил, ибо услышал Господь страдание твое;

Буквально Исма-ель, т. е. слышит Елогим, «ибо услышал Иегова страдание твое».

Имя Божие Елогим известно всем народам, имя же Иегова приведено здесь в пояснение, что это пророчество есть исполнение обещания Бога Завета. Имя Измаил означает, однако, что он будет стоять к Богу в общем отношении всех народов, а не в отношении избранного народа.

Быт. 16:12 он будет между людьми, как дикий осел; руки его на всех, и руки всех на него; жить будет он пред лицем всех братьев своих.

Дикий осёл, онагр, которого описание в Иов. 39:5–8 как нельзя лучше может быть применено и к жизни кочующих арабов, есть поразительно верный тип, рисующий будущее великого племени, долженствующего произойти от Агари. Онагр – красивое животное, никогда не могущее сделаться ручным, живущее в пустынных местах (ср. Ис. 32:14), необыкновенно быстрое на бегу – вот тип и бедуина до сих пор! Следующее выражение ещё характеристичнее: «руки его на всех, и руки всех на него». Он не сеет, не жнёт, он берёт силою то, что ему нужно для жизни. Следующее выражение, «он будет жить пред лицом братьев», объясняется тем, что потомки Измаила занимали преимущественно восточную Аравию (сравни второй комментарий к Быт. 14:15), поэтому Йемен, южная Аравия, называется страною правой руки, Шам, Дамаск – страною левой руки, а восток называется страною переднею, страною восхода…

Быт. 16:13 И нарекла [Агарь] Господа, Который говорил к ней, сим именем: Ты Бог видящий меня. Ибо сказала она: точно я видела здесь в след видящего меня.

Агарь взывает уже не к Ангелу, а к Иегове: «Ты Бог видения» (чтение м. Филарета). Здесь следует заметить, что Агарь сама не произносит имени Иеговы, ибо она его не знает, она нарекает имя Елогим, хотя Библия называет его Иеговой, т. е. тем, кто Бог Завета Аврама. Восклицание Агари есть порыв великой святой радости, когда умственные очи её внезапно открылись, чтобы узнать того, кого она вначале считала, вероятно, странником. Поэтому она и прибавляет: «Я видела в след видящего меня». Т. е. она лишь по сокрытии его познала, что это «Тот, кто видит», т. е. живый, всевидящий, предвечный. О. Герлах предлагает другое чтение, он переводит «я вижу после видения», разумея, что Агарь удивляется, что осталась жива, сподобившись видеть Бога. Вообще существовало верование, что, увидев Божество, нельзя не умереть (ср. Быт. 32:30; Исх. 33:18–20).

Быт. 16:14 Посему источник тот называется: Беэр-лахай-рои143 . Он находится между Кадесом и между Баредом.

Перевод в примечании названия источника принадлежит к тексту нашего русского перевода. Бог живой – имя истинного Бога (Нав. 3:10; Дан. 12:7). В противоположность богам мёртвым (Пс. 105:28).

Положение этого источника весьма трудно определить, ибо, как видно из первого комментария к Быт. 14:7, само положение Кадеса не определено с точностию. Приблизительно можно, кажется, думать, что Агарь не ушла далеко от Хеврона, от дубравы Мамре, где жил Аврам (Быт. 13:18), но нет ничего, впрочем, невозможного, чтобы она дошла и до Вади-эль-Араба, т. е. приблизительно до нынешнего местечка Тафила, на юг от которого находятся развалины Петры, которые отождествляют с Кадесом. От Хеврона до Вади-эль-Араба не более одного градуса широты, и дорога пролегала по местам не пустынным. Это была часть пути, ведущего на Египет. По Вади-эль-Араба можно было достичь залива Акаба, откуда было плавание по Чермному морю. В заливе этом был порт Ецион-Гавер, весьма известный во времена Соломона (3Цар. 9:26).

Быт. 16Агарь родила Авраму сына; и нарек [Аврам] имя сыну своему, рожденному от Агари: Измаил.

Быт. 16:16 Аврам был восьмидесяти шести лет, когда Агарь родила Авраму Измаила.

Глава XVII. Вступление

Через тринадцать лет после исполнения части данного Авраму обещания, т. е. после рождения Измаила, наступает новый отдел жизни Аврама. Иегова является Авраму и называет себя Ель-Шаддай (Всемогущий Бог)144, обещая Авраму наследника именно от Сары, причём изменяет им обоим имена и установляет закон обрезания. До сих пор продолжалось ещё испытание Аврама: чтобы стать отцом верующих, он должен был сам непоколебимо верить и с терпением ожидать исполнения обетований. Как Ной, строивший ковчег и потом ожидавший приказаний Божиих в ковчеге (сравни первый комментарий к Быт. 8:1), так и Аврам, ожидавший наследника, поддерживались верою и в спокойном, полном доверия ожидании стяжали милость Божию и увидели исполнение своих ожиданий. Но перед исполнением ожидания Аврама он вступил в новые отношения к Богу завета. Делаясь отцом многочисленного народа, он не только за себя, но и за будущих своих потомков воспринял на теле особый знак отчуждения от всех прочих племён; в знаке этом лежит вся будущность народа израильского – народа жрецов посреди других народов. Хранители обетований общечеловеческих, они дотоле, пока обетования сии не исполнились, не имели права смешиваться ни с какими другими народами, дабы не утратить своего значения и своей цели. Как Аврам, получив сына от рабыни, тринадцать лет ждал наследника от Сары, так Израиль, получив закон Моисеев и владение Палестиною, ждал 1300 лет, пока родился Сын Человеческий, принёсший с собою закон свободы и расширивший значение духовного Израиля на всё человечество.

Глава XVII. Возобновление Богом завета; изменение имён Аврама и Сары; установление обрезания; обещание рождения Исаака; обрезание Аврама и Измаила

Быт. 17:1 Аврам был девяноста девяти лет, и Господь явился Авраму и сказал ему: Я Бог Всемогущий; ходи предо Мною и будь непорочен;

Быт. 17:2 и поставлю завет Мой между Мною и тобою, и весьма, весьма размножу тебя.

В Быт. 15(сравни комментарий к Быт. 15:9) употреблено выражение, означающее «рассечь договор»; в нашем тексте оно переведено «заключил завет»; в настоящем же месте стоят слова (говорит Англ. Библия), означающие «даровать завет», т. е. исполнение завета милостию дарующего.

Быт. 17:3 И пал Аврам на лице свое. Бог продолжал говорить с ним и сказал:

Быт. 17:4 Я – вот завет Мой с тобою: ты будешь отцом множества народов,

«Я – вот завет мой» и проч., а в Быт. 17Бог говорит Авраму «ты же соблюди» и проч. От 4-го до стиха 9-го Господь исчисляет милости, ожидающие потомков Аврама, с 9-го же стиха до 14-го излагаются обязанности Аврама и его потомства по соблюдению этого завета. Обязанности эти заключаются в выделении посредством видимого знака обрезания народа израильского из числа остальных народов, т. е. в установлении обрезания, и это повеление соответствует и обещанию, данному выше Богом в Быт. 17:7, «что Он будет Богом Аврама и потомков его».

Быт. 17:5 и не будешь ты больше называться Аврамом, но будет тебе имя: Авраам, ибо Я сделаю тебя отцом множества народов;

Аврам или Аб-рам есть почётное название, означающее «высокий отец», Аб-рагам есть имя, выражающее исполнение обетования, оно означает «отец множества». Митрополит Филарет замечает, что переименование употреблялось на востоке царями, когда они возвышали кого-либо: так Иосиф получил имя Цафнаф-панеах (поддержатель жизни), а Даниил – Валтасара (князь Ваала).

Быт. 17:6 и весьма, весьма распложу тебя, и произведу от тебя народы, и цари произойдут от тебя;

Быт. 17:7 и поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомками твоими после тебя в роды их, завет вечный в том, что Я буду Богом твоим и потомков твоих после тебя;

Вечный завет заключается Богом в лице Авраама: а) с целым человечеством, разумея под этим именем восприявших верою обетование, и б) с плотским потомством его, с народом израильским. Для тех и для других это Бог Авраама, Исаака, Иакова (Исх. 3:6; Мф. 22:32); Бог, явившийся в купине горящей и проявивший имя Своё Сый (Иегова), Бог не мёртвых, а живых; для Израиля Он был Богом, отделившим Израиль от всего человечества, которое погрязло в идолопоклонстве, а после воплощения Слова Божия Он, Творец и Бог завета, сказал: «шедше проповедите всем языком» (Мк. 16:15); да будет «едино стадо и Един Пастырь» (Ин. 10:16).

Быт. 17:8 и дам тебе и потомкам твоим после тебя землю, по которой ты странствуешь, всю землю Ханаанскую, во владение вечное; и буду им Богом.

Быт. 17:9 И сказал Бог Аврааму: ты же соблюди завет Мой, ты и потомки твои после тебя в роды их.

Быт. 17:10 Сей есть завет Мой, который вы должны соблюдать между Мною и между вами и между потомками твоими после тебя [в роды их]: да будет у вас обрезан весь мужеский пол;

У митрополита Филарета находим многие указания по поводу закона обрезания. Обрезание еврейское и египетское, как замечает Ориген (против Цельса, кн. V), ничего не имеют общего в самом основании своём, подобно как два священнодействия в честь разных божеств. Они разнятся и многими обстоятельствами: евреи совершают обрезание по закону, египтяне – по желанию; евреи подвергаются ему все вообще, а из египтян – жрецы и занимающиеся тайными науками; у евреев только мужской пол, а у египтян и женский (Strab., XVII); у евреев в восьмой день по рождении, а у египтян в тринадцатилетнем возрасте (между египетскими мумиями найдены следы обрезания). К учреждению обрезания следует полагать (продолжает м. Филарет) две причины: одна – образовательная, другая – прообразовательная, или пророческая. Первою причиною можно считать: предупреждение некоторых болезней, чистота тела, приличная священному народу, приготовление к деторождению в большем числе (в этом смысле изъяснял обрезание Филон). Пророческое значение обрезания выступает лишь после воплощения Бога Слова. Знамение это изъясняет Апостол Павел, когда обрезание Авраама называет печатию правды веры (Рим. 4:11), а наше нерукотворённое обрезание называет обрезанием Христовым (Кол. 2:11). В первом – обещание, во втором – исполнение, причём в последнем обрезается внутренний человек, отрицающийся дьявола и всех дел его; то обрезание, говорит Апостол (Рим. 2:28–29), которое совершается в сердце по духу, а не по букве.

Быт. 17:11 обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами.

Быт. 17:12 Восьми дней от рождения да будет обрезан у вас в роды ваши всякий младенец мужеского пола, рожденный в доме

Восьми дней от рождения. Семь дней должны были пройти над младенцем, прежде чем он мог быть посвящён Господу. Семь – число священное; «оно встречается в Св. Писании как таинственное число совершения», говорит м. Филарет. «Всякий даже не от твоего семени рождённый в доме» должен быть обрезан. В Моисеевом законе не находим такого постановления, но здесь говорится не о взрослых, а о младенцах – как рождённых в доме, так и купленных, – которые не могли ещё выразить волю свою; что же касается взрослых, то Маймонид (приводимый м. Филаретом) говорит, что если раб не хотел принять обрезание, то господин его обязан был продать его.

и купленный за серебро у какого-нибудь иноплеменника, который не от твоего семени.

Обрезание младенцев иноплеменников и рабов прообразовательно знаменует, говорит м. Филарет, что в завете Бога с Авраамом заключается спасение всех народов и состояний.

Быт. 17:13 Непременно да будет обрезан рожденный в доме твоем и купленный за серебро твое, и будет завет Мой на теле вашем заветом вечным.

Завет называется вечным как восполнение обещания; с исполнением обетования (как мы говорили в комментарии к Быт. 17:10) обрезание плотское заменилось обрезанием духовным, обрезанием сердца.

Быт. 17:14 Необрезанный же мужеского пола, который не обрежет крайней плоти своей [в восьмой день], истребится душа та из народа своего, ибо он нарушил завет Мой.

Завет древнего мира был завет не свободы, а обязательный. Никто из потомков Авраама не имел права отступить от него, почему и произносится угроза строжайшего наказания, вошедшего впоследствии в закон Моисеев: отсечение от народа, под которым разумелась, как думают многие комментаторы, не одна смерть, но и изгнание или объявление вне закона, что позволяло каждому безнаказанно убить нарушителя завета. Сам Моисей был бы убит, если бы мать сына его, Сепфора, не обрезала его (Исх. 4:25).

Быт. 17:15 И сказал Бог Аврааму: Сару, жену твою, не называй Сарою, но да будет имя ей: Сарра;

Первое имя Сара произносится, как говорит О. Герлах, Сараи и означает «господство», т. е. госпожа, общий почётный титул; второе же имя, которые мы произносим довольно правильно Сарра, означает княгиню, или высокую жену; в самом этом имени заключается пророчество, высказанное в следующем стихе, что от неё произойдут цари.

Быт. 17Я благословлю ее и дам тебе от нее сына; благословлю ее, и произойдут от нее народы, и цари народов произойдут от нее.

Мы останавливаем внимание на том, что ни от кого, кроме первой законной жены, Авраам не мог получить наследника обетования. Необходимо было, чтобы человеческая чета, соединённая воедино благословением Божиим, произвела вместе, а не порознь, наследника, от которого должен был произойти народ израильский, в котором должно было исполниться важнейшее обещание Божие – явление Искупителя.

Быт. 17И пал Авраам на лице свое, и рассмеялся,

Смех этот и недоумение осуждают св. Златоуст и Иероним, говорит м. Филарет. Старец, несмотря на всю свою веру, не может удержаться от улыбки частию недоумения, но частию и радости, думая и о старости своей и Сарры, и о счастии иметь наследника. Господь, знающий сердце человеческое и ограниченность понятий человеческих, не ставит ему сего в грех.

и сказал сам в себе: неужели от столетнего будет сын? и Сарра, девяностолетняя, неужели родит?

Быт. 17:18 И сказал Авраам Богу: о, хотя бы Измаил был жив пред лицем Твоим!

Что у Авраама была минута недоверия, доказывает этот стих, который м. Филарет переводит: «благоволи да живет пред лицем Твоим Измаил», т. е. да будет он счастлив под твоим покровом, более я ничего не желаю и не смею надеяться, чтобы для меня были изменены законы природы. Но некоторые комментаторы видят в этом молении страх, чтобы Измаил совершенно не лишился благословения.

Быт. 17:19 Бог же сказал [Аврааму]: именно Сарра, жена твоя, родит тебе сына, и ты наречешь ему имя: Исаак;

Исаак значит «смеётся» или «возрадуется». Он назван так потому, что Авраам, отец его, и Сарра, мать его (Быт. 18:12), смеялись, слыша обещание его рождения; но он назван ещё и потому, что в нём таинственное прообразование появления дня Христова, о котором Сам Спаситель сказал, что «Авраам… рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался» (Ин. 8:56).

и поставлю завет Мой с ним заветом вечным [в том, что Я буду Богом ему и] потомству его после него.

Последующий стих 20 объясняет, что Измаил не остаётся без помощи и благословения Божия, но завет вечный, обновлённый во Христе, в стихе этом относится лишь к Исааку, прямому потомку отца верующих.

Быт. 17:20 И о Измаиле Я услышал тебя: вот, Я благословлю его, и возращу его, и весьма, весьма размножу; двенадцать князей родятся от него; и Я произведу от него великий народ.

Ответ на просьбу об Измаиле заключает в себе также великое благословение, боязнь отца за сына плоти его успокаивается; князья, имеющие произойти от Измаила, суть шейхи арабских племён. Но м. Филарет замечает, что два благословения, Исааково и Измаилово, разнствуют между собою как обетования благодатные, духовные, вечные и – дары естественные, временные. Прибавим ещё, что начало 20 стиха «И о Измаиле Я услышал тебя» в еврейском имеет значение повторения, ибо Изма-ель значит Бог слышит.

Быт. 17:21 Но завет Мой поставлю с Исааком, которого родит тебе Сарра в сие самое время на другой год.

Т. е. ровно через год должна была родить Сарра Исаака, на котором теперь исключительно сосредоточивались исполнения вечного завета.

Быт. 17:22 И Бог перестал говорить с Авраамом и восшел от него.

Быт. 17:23 И взял Авраам Измаила, сына своего, и всех рожденных в доме своем и всех купленных за серебро свое, весь мужеский пол людей дома Авраамова; и обрезал крайнюю плоть их в тот самый день, как сказал ему Бог.

Авраам в тот же день, когда получил повеление об обрезании, исполнил это повеление. В сердцах, горящих любовию и верою, немыслимо отсрочивать на неопределённое время исполнение обязанности. Англ. Ком. Библия замечает, что обряд обрезания мог быть известен и в глубокой древности, Авраам мог узнать его и в Египте145, и этот знакомый ему уже обряд мог быть лишь приказан Богом как залог выделения Израиля из других народов – как впоследствии известный обряд омовения сделан залогом спасения в виде крещения.

Быт. 17:24 Авраам был девяноста девяти лет, когда была обрезана крайняя плоть его.

Быт. 17:25 А Измаил, сын его, был тринадцати лет, когда была обрезана крайняя плоть его.

Арабы в воспоминание этого обрезывали, говорит Флавий Иосиф (Аnt. I, 12146), сыновей своих по достижении ими тринадцатилетнего возраста; тот же самый обычай перешёл ко всем магометанским народам, которые соблюдают его и поныне.

Быт. 17:26 В тот же самый день обрезаны были Авраам и Измаил, сын его,

Быт. 17:27 и с ним обрезан был весь мужеский пол дома его, рожденные в доме и купленные за серебро у иноплеменников.

Глава XVIII. Вступление

Чем ближе исполнение обещания, тем торжественнее, тем точнее оно открывается Аврааму, и не только ему лично, но и Сарре, которая впервые удостаивается прямого откровения. Но Богоявление скрывается под видом путника, и из рассказа Моисея видно, что Авраам понял величие этого явления, Сарра же не совсем уразумела его. В явлении трёх Ангелов некоторые видят явление великого таинства Святой Троицы, но другие не видят сего, потому что, когда Авраам остался перед лицом Иеговы (Быт. 18:22), два ангела пошли в Содом (Быт. 18:16), и потому разумеют под именем Иеговы вторую Ипостась Св. Троицы, Судию всея земли (Быт. 18:25), Сына Божия, «коему отдан всякий суд» (Ин. 5:22), а под остальными двумя мужами разумеют сопутствовавших Ему духов, исполнителей Божиих велений. Таково мнение и великого учителя церкви Иоанна Златоустого.

Заметим, что Богоявление совершается днём, чтобы не было никакого сомнения в действительности его.

Глава XVIII. Иегова с двумя Ангелами является Аврааму; повторение обетования и смех Сарры. Иегова возвещает погибель Содома и Гоморры, Авраам молит за праведных

Быт. 18:1 И явился ему Господь у дубравы Мамре, когда он сидел при входе в шатер [свой], во время зноя дневного.

Дубрава Мамре близ Хеврона было место цветущее, свежее и плодоносное; тут жил Авраам с тех пор, как возвратился из Египта, – на землях союзника своего аммореянина Мамре, от имени которого названа и дубрава (Быт. 14:13). Окрестности Хеврона до сих пор цветущи и плодоносны и изобилуют оливами и виноградниками.

Быт. 18:2 Он возвел очи свои и взглянул, и вот, три мужа стоят против него. Увидев, он побежал навстречу им от входа в шатер [свой] и поклонился до земли,

Три мужа стояли невдалеке от шатра, перед которым сидел патриарх во время зноя дневного. Само стояние их означало ожидание гостеприимства – по обычаю востока. До сих пор путник останавливается молча или произнося только приветствие во имя Аллаха перед входом в жилище, и не он должен просить гостеприимства, а хозяин должен просить его войти под кров его. Авраам, движимый добротою сердца своего, делает более: он бежит от входа в шатёр, не дожидаясь, чтобы путники подошли к шатру, и кланяется до земли – не потому, что узнал Господа, а для того, чтобы выразить им своё уважение и молить путников осчастливить его принятием его гостеприимства.

Быт. 18:3 и сказал: Владыка!

Владыка! По-еврейски: Адонаи! Почётный титул, а не обращение к Богу. Авраам обращается к одному, имевшему вид первенствующего.

если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего;

Быт. 18:4 и принесут немного воды, и омоют ноги ваши; и отдохните под сим деревом,

В древности путники носили только сандалии; омовение ног после пути было первым актом гостеприимства; в первом послании к Тимофею (1Тим. 5:10) Апостол Павел говорит об омовении ног странникам. Но, по всей вероятности, этот обычай сохранялся лишь в Сирии, ибо при императорах мы не встречаем его в Риме.

Быт. 18:5 а я принесу хлеба, и вы подкрепите сердца ваши;

Сердце употреблено в смысле жизни, другими словами: подкрепите силы ваши.

потом пойдите [в путь свой]; так как вы идете мимо раба вашего. Они сказали: сделай так, как говоришь.

Быт. 18:6 И поспешил Авраам в шатер к Сарре и сказал [ей]: поскорее замеси три саты лучшей муки и сделай пресные хлебы.

Три саты (сеа – читает Англ. Библия) составляли одну ефа – около тридцати фунтов нашего веса. По этому случаю м. Филарет приводит мнение Fleury (Moeurs des Juifs), что, по всей вероятности, люди были сильнее и крепче и больше ели, чем ныне. По поводу пресных хлебов заметим, что это были, по всей вероятности, известные во всей Малой Азии и Персии пресные лепёшки, которые пекутся в несколько минут в больших глиняных горшках, установленных над очагом. И теперь с приездом почётного гостя немедленно разводится огонь, который в четверть часа раскаляет докрасна огромный глиняный горшок. Замешанное и раскатанное в лепёшки тесто налепляют внутри горшка на раскалённые бока его, и в течение нескольких минут лепёшки готовы. На этом же огне жарится шашлык или варится кусок мяса.