Рассказ бывшего эзотерика

Рассказ бывшего эзотерика

0 - Рассказ бывшего эзотерика

– Здрав­ствуй­те, в эфи­ре пере­да­ча «Мой путь к Богу». Сего­дня у нас в гостях Ана­ста­сия, спе­ци­а­лист по кросс-куль­тур­ным ком­му­ни­ка­ци­ям. Путь Ана­ста­сии к вере, к пра­во­сла­вию, был непро­стым и доволь­но дра­ма­тич­ным. Мы нач­нем, как обыч­но, с исто­ков. Рас­ска­жи­те немнож­ко о том, в каком отно­ше­нии к вере Вы были изна­чаль­но от семьи, в дет­стве, в юности.

– Отец Геор­гий, спа­си­бо боль­шое, что при­гла­си­ли меня на эту пере­да­чу. Воз­мож­но, кому-нибудь мой опыт пона­до­бит­ся или кому-нибудь помо­жет в буду­щих дей­стви­ях. Дей­стви­тель­но, толь­ко недав­но я узна­ла, что про­ис­хо­жу из семьи свя­щен­ни­ков. По маме фами­лия была Воз­не­сен­ская и мой пра­де­душ­ка закон­чил свою жизнь в одной из тюрем по 58‑й статье.

– Это одна из таких свя­щен­ни­че­ских фами­лий, пото­му что это фами­лии, кото­рые взя­ты от цер­ков­ных празд­ни­ков, в част­но­сти, от празд­ни­ка Воз­не­се­ния Гос­под­ня. Эти фами­лии дава­ли ребя­там, кото­рые учи­лись в семи­на­ри­ях вме­сто их преж­них обыч­ных фами­лий, поэто­му, дей­стви­тель­но, это такая типич­но свя­щен­ни­че­ская фами­лия. Вы это­го, навер­ное, все-таки в дет­стве не зна­ли, это на Вас опре­де­ля­ю­ще­го како­го-то вли­я­ния не оказывало.

– Конеч­но. Более того, семья скры­ва­ла этот факт, тем более моя юность при­хо­ди­лось на 90‑е годы, когда духов­ная пара­диг­ма меня­лась, поли­ти­че­ская пара­диг­ма тоже меня­лась в нашей стране, поэто­му был сплош­ной раз­брод и шата­ние. У меня было все­гда стрем­ле­ние най­ти Бога. У меня было все­гда чув­ство, что есть что-то такое, что боль­ше, чем вот эта мате­ри­аль­ная жизнь, я хоте­ла най­ти цель сво­ей жиз­ни и у меня не полу­ча­лось най­ти эту цель, поэто­му я очень стра­да­ла. Когда мне было пят­на­дцать лет, я поче­му-то ста­ла выхо­дить из тела.

– И как это у Вас было – может, во сне было?

– Про­сто ложи­лась спать и виде­ла себя со сто­ро­ны, потом не мог­ла вер­нуть­ся в тело. Ска­за­ла об этом маме – ну, конеч­но, реак­ция была неодоб­ри­тель­ная, пото­му что мама за меня боя­лась, что про­ис­хо­дит такое, что ни с кем не про­ис­хо­дит. Но для меня это был лишь один пункт – боль­ше о том, что есть нема­те­ри­аль­ная жизнь, и я нача­ла искать Бога даль­ше. Пер­вые кни­ги, кото­рые мне попа­лись – это были кни­ги Кар­ло­са Каста­не­ды, кото­рые опи­сы­ва­ли вне­те­лес­ные опы­ты. И я поду­ма­ла: «Вот, как здо­ро­во! Есть кто-то, кто меня пони­ма­ет, ведь такое есть, это не выдум­ки ника­кие!» Я про­чи­та­ла их все, потом посту­пи­ла в инсти­тут и все это забро­си­ла. Вышла замуж, какие-то вопро­сы быто­вые, но со вре­ме­нем эти вопро­сы духов­но­сти у меня все боль­ше и боль­ше нача­ли выхо­дить на поверх­ность, пото­му что был внут­рен­ний кри­зис, мне не за что было заце­пить­ся. Когда мне было пло­хо, я зна­ла, что надо к кому-то обра­тить­ся, но я не пони­ма­ла, куда я долж­на бежать. Я по себе знаю, что суще­ству­ет что-то нема­те­ри­аль­ное, но где оно, как най­ти доказательства?

– В Вашем окру­же­нии не было веру­ю­щих людей, с кото­ры­ми мож­но было бы об этом пого­во­рить, посоветоваться?

– К сожа­ле­нию, вера в моей жиз­ни была пред­став­ле­на дву­мя бабуш­ка­ми толь­ко. Одна посто­ян­но чита­ла молит­вы и до сих пор чита­ет молит­вы – мне было так хоро­шо, когда она это дела­ла дол­го с утра и дол­го вече­ром. И вто­рая бабуш­ка, кото­рая моли­лась тоже Нико­лаю Чудо­твор­цу. Боль­ше неот­ку­да было взять ника­кой инфор­ма­ции, ника­кой лите­ра­ту­ры. Посколь­ку я очень мно­го жила за гра­ни­цей (уеха­ла учить­ся в Испа­нию, потом уеха­ла в Бель­гию, рабо­та­ла какое-то вре­мя в Бра­зи­лии), то, соот­вет­ствен­но, мои дру­зья, в основ­ном, были по все­му миру. Я нача­ла гре­шить, пото­му что у меня было отча­я­ние и уны­ние, я уже не зна­ла, ну, вот уме­реть, что ли, мне, пото­му что зачем жить, я не вижу цели ника­кой, я не вижу вооб­ще ниче­го, я не пони­ма­ла. И един­ствен­ное, что я хоте­ла – что­бы побыст­рее бы уже все закон­чи­лось. Радо­сти в жиз­ни ника­кой не было. Хотя у меня была семья, она уже к тому момен­ту прак­ти­че­ски не суще­ство­ва­ла, и душа сжи­ма­лась. При­том, чем я боль­ше гре­ши­ла, тем боль­ше душа у меня сжи­ма­лась, и тем боль­ше я ухо­ди­ла в себя. Мне не хоте­лось ни выхо­дить на ули­цу, нику­да. Я встре­ти­ла чело­ве­ка (это сей­час мой супруг, мы в вен­ча­ном бра­ке состо­им), кото­рый мне дал уве­рен­ность какую-то, теп­ло­ту такую хри­сти­ан­скую, про­стую. Я не пони­ма­ла, что со мной про­ис­хо­дит, но я чув­ство­ва­ла, что вот это какая-то про­сто теп­ло­та, про­сто любовь, ника­ких слож­ных вещей тут нет. Я посте­пен­но нача­ла при­хо­дить в себя, но посколь­ку мы вдво­ем были в таком пери­о­де, когда не пони­ма­ли куда идти (он тоже запу­тал­ся в тот момент), то мы нача­ли ездить, и пер­вое, куда мы поеха­ли, было Бали. Там уже жили мои дру­зья мос­ков­ские, кото­рые созна­тель­но туда уеха­ли, прак­ти­ко­ва­ли неко­то­рые риту­а­лы. Как уже извест­но, навер­ное, об этом мно­го вез­де пишут, что Бали – ост­ров духов, где доб­ро соеди­ня­ет­ся со злом. Они прак­ти­ко­ва­ли необуд­дист­ские, язы­че­ские, я бы назва­ла это язы­че­ские маги­че­ские шко­лы – все­го это­го пол­но на Бали, все мож­но най­ти. Там живет доволь­но-таки боль­шая про­слой­ка рус­ско­языч­но­го насе­ле­ния, кото­рые прак­ти­ку­ют. Неко­то­рые вещи я нача­ла видеть там, и нача­ло во мне откры­вать­ся то, что я нача­ла слы­шать какие-то голо­са, виде­ния, мне каза­лось, что вот это и есть созна­тель­ный при­ход, вот я иду по пути осо­знан­но­сти. Это, конеч­но, было глу­бо­кое заблуж­де­ние, это не был путь осо­знан­но­го веде­ния, пото­му что это была лишь некая иллю­зия, осно­ван­ная, конеч­но, на гор­ды­ни, пото­му что я хоте­ла себя видеть каким-то чело­ве­ком дру­гим, спо­соб­ным, а на самом деле мы все греш­ни­ки здесь, и все оди­на­ко­вы – у кого-то так, у кого-то мень­ше, у кого-то боль­ше. Но я при­е­ха­ла с Бали и прак­ти­че­ски сра­зу мне пред­ло­жи­ли поехать пора­бо­тать, поучаст­во­вать в про­ек­те в Перу, посколь­ку я вла­де­ла испан­ским язы­ком. Это был про­ект, сни­ма­ли фильм как раз о том, как идти даль­ше по пути этой осознанности.

– В рам­ках оккульт­ной идео­ло­гии фильм?

– Конеч­но. Я не зна­ла, куда я еду, чест­но гово­ря, очень мало себе пред­став­ля­ла Перу – толь­ко в рам­ках куль­тур­но­го диа­ло­га, кото­рый я изу­ча­ла в инсти­ту­те по Латин­ской Аме­ри­ке, но не в духов­ной части. Была очень силь­ная коман­да, режис­сер, жур­на­ли­сты, и ока­за­лось, что нам нуж­но участ­во­вать в этих риту­а­лах. Это была встре­ча с шама­ном. Я пере­во­ди­ла с ним интер­вью, и потом были некие риту­а­лы, кото­рых я про­шла три (у кого сколь­ко полу­чи­лось, я при­е­хал в Перу на две неде­ли). Это было очень труд­но. Труд­но – это даже не то сло­во, все эти риту­а­лы все­ля­ли ужас, на самом деле. Ты там про­хо­дил какой-то уро­вень, мож­но ска­зать, что у меня было такое чув­ство, что тебя выпу­сти­ли без ска­фанд­ра в откры­тый кос­мос – а там в откры­том кос­мо­се очень мно­го все­го. Я очень потом мно­го дума­ла над этим, что же со мной про­изо­шло. Я при­шла к Сера­фи­му (Роу­зу), кото­рый про­хо­дил некий такой путь, он мне очень бли­зок, и, хотя его путь боль­ше про­хо­дил в Азии, у него эта кросс-куль­тур­ная пара­диг­ма тоже все вре­мя про­сле­жи­ва­ет­ся. То есть он искал не толь­ко здесь, но он искал во всем мире и нашел пра­во­сла­вие в кон­це кон­цов. Я тоже иска­ла во всем мире. На вто­ром ритуа­ле совсем мне ста­ло пло­хо, я еле-еле выбра­лась отту­да. Ты там видишь – бук­валь­но вхо­дишь в цар­ство бесов. У всех раз­ный опыт. Кон­крет­но что со мной про­ис­хо­ди­ло – это мытар­ства, толь­ко вот так я могу объ­яс­нить; конеч­но, тако­го сло­ва я тогда не зна­ла, и вооб­ще не зна­ла, что со мной про­ис­хо­дит. Как буд­то меня выпус­ка­ли в кос­мос, я про­хо­ди­ла через некую через тол­щу, где тебя раз­ди­ра­ют бесы, они тебе вме­ня­ют такие гре­хи, кото­рые уже даже не пом­нишь. Но шаман гово­рил, конеч­но, все по-дру­го­му, что вот так вы избав­ля­е­тесь от сво­их забо­ле­ва­ний – вот так, вспо­ми­ная преж­ние оби­ды, вы их как бы про­го­ва­ри­вай­те и отпус­ка­е­те, пото­му что вот этот риту­ал вооб­ще-то пред­на­зна­чен для того, что­бы изле­чить тело преж­де все­го, а потом как буд­то насту­па­ет какая-то эйфо­рия, и у тебя насту­па­ет вре­мя иллю­зий. Сна­ча­ла ты про­хо­дишь – и при­том сло­во такое воз­ни­ка­ло, что мы нахо­дим­ся в пур­га­то­рии, в каком-то чисти­ли­ще, я не зна­ла тако­го сло­ва, но воз­ни­ка­ло чув­ство, что я сей­час в чисти­ли­ще нахо­жусь, я вижу всех, вот это все; а потом, вро­де бы, ты про­шел, и на какое-то вре­мя ты в какой-то иллю­зии, что вот теперь все будет хоро­шо, у тебя теперь вся жизнь по-дру­го­му совер­шен­но пой­дет, теперь ты встал на дру­гой путь. На тре­тий риту­ал у нас вооб­ще прак­ти­че­ски все уеха­ли, мы оста­лись толь­ко с одной девуш­кой (она, кста­ти, потом тоже при­шла в пра­во­сла­вие), и на этом ритуа­ле послед­нем шаман, кото­рый дол­жен был нас про­во­дить в мире духов, заснул, меня как буд­то отпу­сти­ли туда в кос­мос, и я про­хо­ди­ла через эти мытар­ства уже без вся­ко­го над­зо­ра, так ска­жем. Я встре­ти­лась со все­ми эти­ми духа­ми и дума­ла, что уми­раю на самом деле. Я не мог­ла уже не под­нять ни руку, ни ногу, страш­ная виб­ра­ция во всем теле; уже ни слез, ниче­го не было, я уже про­ща­лась мыс­лен­но со все­ми сво­и­ми род­ны­ми, кото­рых я так люб­лю. И вдруг я вспом­ни­ла, что есть Божия Матерь. Я не знаю, отку­да это ко мне при­шло – види­мо, одна из тех молитв, кото­рые бабуш­ка чита­ла в дет­стве, может быть, я ее вспом­ни­ла из дет­ства – и я нача­ла молить­ся Бого­ро­ди­це. Я уви­де­ла Бого­ро­ди­цу, Она пла­ка­ла и ска­за­ла мне: «Посмот­ри, сколь­ко Я гре­хов отмы­ваю с зем­ли перед Гос­по­дом, сколь­ко Я гре­хов долж­на через Себя про­пу­стить». И я пла­ка­ла вме­сте с ней, пото­му что виде­ла, насколь­ко мы гре­хов­ны, я вдруг уви­де­ла все как есть, по-насто­я­ще­му. Даль­ше про­ис­хо­ди­ло то, что я уви­де­ла Цер­ковь, мне ска­за­ли, что это все­лен­ская Цер­ковь, у меня взве­ши­ва­ли мои гре­хи, и в резуль­та­те, с помо­щью Бого­ро­ди­цы, я еще уви­де­ла свя­тую Ана­ста­сию, кото­рая со мной про­хо­ди­ла это все. Потом было ска­за­но так, что сего­дня две­ри Церк­ви для тебя закры­ты, но мы тебе пока­жем мир свя­тых, что­бы ты пони­ма­ла. Пер­вое, что я уви­де­ла, был мир свя­тых, кото­рых я тогда не зна­ла, но впо­след­ствии я поня­ла, каких свя­тых я виде­ла. Вер­нув­шись обрат­но в Моск­ву, у меня начал­ся про­цесс пере­ва­ри­ва­ния всей инфор­ма­ции, я не зна­ла, как вооб­ще себя собрать. Но Гос­подь меня вел тогда, то есть не дал Он мне упасть даль­ше в эту эзо­те­ри­ку, я при­шла в Цер­ковь. Я при­шла в Цер­ковь, я уви­де­ла свя­тых, кото­рых виде­ла в сво­ем экс­пе­ри­мен­те, так ска­жем, в Перу.

– Каких, например?

– Я уви­де­ла Мат­ро­ну Мос­ков­скую. О ее суще­ство­ва­нии я даже не подо­зре­ва­ла, и более того, когда уви­де­ла ее образ в Перу, мне пока­за­лось, что это Ван­га, пото­му что это был мой уро­вень вос­при­я­тия инфор­ма­ции: раз сле­пая – зна­чит Ван­га, вот мой инфор­ма­ци­он­ный уро­вень. Но потом я уви­де­ла ико­ну, поня­ла, что это Мат­ро­на и ста­ла ходить к Мат­ро­нуш­ке. Я в тот момент ещё кури­ла, и каж­дый раз, когда воз­вра­ща­лась от Мат­ро­ны, я не мог­ла курить боль­ше, мне каза­лось, что она на меня нача­ла смот­реть. Мне все вре­мя хоте­лось вер­нуть­ся в цер­ковь, хотя до воцер­ко­в­ле­ния был еще дол­гий путь, это были пер­вые шаги. Я при­шла в цер­ковь, очень дол­го сна­ча­ла пла­ка­ла, то есть из меня выхо­ди­ло все, что мож­но. Это сов­па­ло с очень дра­ма­тич­ным пери­о­дом в моей жиз­ни – с раз­во­дом, и я боро­лась за ребен­ка. Мой супруг нынеш­ний мне помог прой­ти через весь этот пери­од – более того, он ходил со мной в цер­ковь, он пони­мал, что мне это вот сей­час нуж­но. Вме­сте мы нача­ли при­хо­дить к пони­ма­нию того, что мы долж­ны обре­сти стер­жень. У нас родил­ся ребе­нок, и ребе­нок как ангел, кото­рый был мне дан, пока­зал мне, напри­мер, что во мне недо­ста­ток люб­ви, есть гор­ды­ня, что что я долж­на над собой рабо­тать, а не над дру­ги­ми, и начал­ся пери­од воцер­ко­в­ле­ния ‒ очень слож­ный пери­од воцерковления.

– Что было самым сложным?

– Во-пер­вых, когда ты при­хо­дишь в цер­ковь, уже нуж­но какое-то муже­ство туда прий­ти, пото­му что это и испо­ве­ди, и гене­раль­ная испо­ведь, и как это все начать… Ты пуга­ешь­ся, тебе кажет­ся, что там все свя­тые, а ты такой греш­ник, что не можешь про­сто даже вой­ти в нее, что тебя все осу­дят, что ты не най­дешь там поддержки…

– Это дей­стви­тель­но так оказалось?

– Нет, к сча­стью, я нашла очень боль­шую под­держ­ку. Моей пер­вой цер­ко­вью ока­за­лась цер­ковь Тро­и­цы Живо­на­чаль­ной на Шабо­лов­ке, и отец Алек­сандр очень помог встать на ноги. Потом уже начал­ся пери­од актив­но­го воцер­ко­в­ле­ния, когда ты уже осо­знан­но, не про­сто, когда тебе пло­хо идешь в цер­ковь; а когда тебе пло­хо, когда тебе хоро­шо, когда ты пони­ма­ешь, что ты вста­ешь на путь Хри­ста, когда ты пони­ма­ешь, что луч­ше вооб­ще никак, чем без Него. И этот пери­од очень слож­ный, пото­му что мало того, что твои соб­ствен­ные гре­хи – тут еще есть и некая куль­тур­ная, риту­аль­ная часть. Напри­мер, в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви она немнож­ко дру­гая, я потом уже нача­ла ездить по все­му миру. Мой муж поехал в Афон­ский мона­стырь, нас Гос­подь при­вел к батюш­ке, архи­манд­ри­ту Доро­фею (Веч­ка­но­ву), кото­рый явля­ет­ся руко­во­ди­те­лем «Сынов Афо­на». C его помо­щью мой супруг попал в Вато­пед­ский мона­стырь и тоже сна­ча­ла уди­вил­ся. Мы нача­ли ездить в мона­сты­ри в Гре­цию, вот в этом году мы попа­ли на подво­рье Симо­на­пет­ра во Фран­ции (это батюш­ка Пла­ки­да (Дезей), кото­рый из като­ли­че­ства перешел).

– Да, это извест­ная была исто­рия, вме­сте с мона­сты­рем перешел.

– В этом году мы встре­ти­лись так­же с батюш­кой Габ­ри­елем Бун­ге. Все эти люди при­шли пра­во­сла­вие: батюш­ка Пла­ки­да (Дезей) при­шел из като­ли­че­ства; Габ­ри­ель Бун­ге родил­ся в про­те­стант­ской семье, то есть я уви­де­ла, как люди при­хо­дят в пра­во­сла­вие, видят свет там. Я поня­ла, что имен­но здесь я най­ду опо­ру, и сла­ва Тебе, Гос­по­ди, за все, мне Гос­подь дает такие встре­чи, когда ты можешь даль­ше и даль­ше про­дви­гать­ся и, дей­стви­тель­но, этот свет в себе удерживать.

– Хоте­лось бы вер­нуть­ся немнож­ко рань­ше, когда Вы как раз опи­сы­ва­ли то свое состо­я­ние, когда чув­ство­ва­ли то, что мно­гие чув­ству­ют – бес­смыс­лен­ность жиз­ни без Бога. Тогда это каза­лось про­сто как некая такая зия­ю­щая непол­но­та, кото­рая Вас мучи­ла, как Вы опи­сы­ва­ли. После того, как Вы обре­ли Хри­ста, это состо­я­ние ушло?

– Не могу ска­зать, что совсем уж ушло, какая-то борь­ба про­дол­жа­ет­ся, она будет про­дол­жать­ся всю жизнь, и я это хоро­шо пони­маю сей­час. У меня быва­ют пери­о­ды уны­ния во вре­мя постов, напри­мер, и это не свя­за­но с отка­зом от еды, это свя­за­но с более глу­бо­ки­ми гре­ха­ми, кото­рые про­ра­ба­ты­ваю. Ино­гда кажет­ся, что ты не потя­нешь этот груз, что ты настоль­ко гре­шен, что даль­ше бес­смыс­лен­но дви­гать­ся. Но Гос­подь все­гда посы­ла­ет какие-то такие момен­ты – чуде­са, а чудес в моей жиз­ни было неве­ро­ят­но много.

– Может, какой-нибудь при­мер при­ве­де­те нам?

– Пожа­луй­ста. Напри­мер, у меня сына зовут Лука, и мы никак не мог­ли его покре­стить, никак не нахо­дил­ся отец крест­ный, пото­му что все отка­зы­ва­лись, никто не брал на себя ответ­ствен­ность. Я ста­ла молить­ся Бого­ро­ди­це, Гос­по­ду, бук­валь­но про­хо­ди­ла мимо мона­сты­ря рядом с домом, мне захо­те­лось зай­ти. Попа­даю на ака­фист Луке Крым­ско­му, отсто­я­ла ака­фист, попро­си­ла Луку послать мне крест­но­го отца, что­бы мое­го сыноч­ка покре­сти­ли. На сле­ду­ю­щий же день я иду в цер­ковь и вижу – про­сто кар­тин­ка пере­до мной, кто крест­ный отец. Думаю: «Ну, навер­ное, опять отка­жет­ся», и вижу, что мне нуж­но поехать в Ново­де­ви­чий мона­стырь – вот про­сто какая-то инфор­ма­ция идет. Дей­стви­тель­но, я зво­ню это­му чело­ве­ку, он гово­рит: я не отка­жусь, но толь­ко мне нуж­но уехать, я толь­ко могу в эту суб­бо­ту. А я долж­на тоже уехать на два дня в Брюс­сель, вер­нуть­ся, и толь­ко в суб­бо­ту с утра воз­вра­ща­юсь. Бегу в Ново­де­ви­чий мона­стырь, там запись на кре­ще­ние уже закон­че­на, но дежур­ный свя­щен­ник меня при­нял и ска­зал: вы зна­е­те, есть одно местеч­ко – трид­цать минут, если хоти­те. Все так сов­па­ло, и кре­сти­ли мы его в честь Луки Крым­ско­го, пото­му что крест­ный отец при­нёс икон­ку Луки Крым­ско­го. После это­го мы съез­ди­ли уже к мощам Луки Крым­ско­го, и вот так вот он стал нашим таким семей­ным, домаш­ним покро­ви­те­лем, пото­му что мно­го чудес по молит­вам к нему слу­чи­лось в нашем доме. Это толь­ко одно из немно­гих чудес.

– Дей­стви­тель­но, когда вхо­дишь в живое отно­ше­ние с Богом, не сра­зу уда­ет­ся все в себе изме­нить одним воле­вым уси­ли­ем; дей­стви­тель­но, не сра­зу ста­но­вишь­ся совер­шен­ным, это про­цесс, и более того, как Вы вер­но заме­ти­ли, про­цесс не все­гда успеш­ный с нашей сто­ро­ны. Но чув­ству­ешь, что ты не один, чув­ству­ешь, что Гос­подь рядом, под­дер­жи­ва­ет, и через эти мно­гие такие чуде­са чув­ству­ешь как раз и вни­ма­ние, и оте­че­скую любовь Бога. Я бы еще хотел вер­нуть­ся к Вашей доцер­ков­ной жиз­ни, пото­му что я знаю, что мно­гие люди увле­ка­ют­ся тем же, чем Вы увле­ка­лись тогда, и мно­гие, услы­шав бы первую часть и какие-то све­де­ния о пер­вой части Вашей жиз­ни, мог­ли бы даже поза­ви­до­вать, ска­зать: «О, как кру­то, из сво­е­го тела выхо­ди­ла», «О, как кру­то, к насто­я­ще­му шама­ну перу­ан­ско­му попа­ли аутен­тич­но­му, все это уви­де­ли и испы­та­ли!» Но Ваш опыт как раз пока­зы­ва­ет, что это не толь­ко не кру­то – это мучи­тель­но и это опас­но. Поэто­му хочу задать вопрос для тех людей, кото­рые увле­ка­ют­ся всей этой эзо­те­ри­кой и, может быть, не вполне осо­зна­вая послед­ствия, пус­ка­ют­ся в раз­ные экс­пе­ри­мен­ты. Что бы Вы мог­ли под­ска­зать, посоветовать?

– Мне повез­ло, чест­но гово­ря, мог бы быть совсем дра­ма­тич­ным опыт.

– Я думаю, что это по молит­вам Ваших пред­ков: свя­щен­ни­ков, Ваших бабушек.

– Да, это не моя заслу­га, это молит­вы, про­сто я была спа­се­на в самый такой кри­зис­ный момент, и это не один раз в жиз­ни. Мог­ла бы закон­чить очень пло­хо, чест­но гово­ря, и выход потом из это­го состо­я­ния, когда ты про­хо­дишь все риту­а­лы, ужа­сен. Ты боль­ше не явля­ешь­ся собою. По боль­шо­му сче­ту, если бы еще чуть-чуть туда коп­ну­ла, у меня бы не было такой под­держ­ки молит­вен­ной со сто­ро­ны моей семьи, то, воз­мож­но, при­шлось бы мне при­бе­гать к отчит­кам, и так далее. То есть, пони­ма­е­те, через что я про­шла – это был ужас и кош­мар, я пла­ка­ла все вре­мя. То есть тебя раз­ры­ва­ет изнут­ри, раз­ры­ва­ет посто­ян­но, и вот так вот не один, а почти два года так про­шло. И толь­ко потом ты начи­на­ешь, посто­ян­но при­ни­мая при­ча­стие, в тебе начи­на­ет жить Хри­стос, ты пони­ма­ешь уже, какой доро­гой идешь, и у тебя не про­па­да­ет это надеж­да; то есть с тобой живет Христос.

– Сла­ва Богу, что Вы при­шли к Гос­по­ду. Бла­го­да­рю Вас за Ваш рас­сказ, за Ваше сви­де­тель­ство. Я напо­ми­наю нашим зри­те­лям, что вы може­те при­сы­лать ваши вопро­сы, заме­ча­ния поже­ла­ния на наш элек­трон­ный адрес. Помо­щи Божи­ей вам, хра­ни вас Господь. 

 

Веду­щий ‒ Иерей Геор­гий Максимов

Гость ‒ Ана­ста­сия Пель­тье, культуролог

Видео-источ­ник: Теле­ка­нал СПАС

Print Friendly, PDF & Email

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки