История России в рассказах для детей

История России в рассказах для детей - «Смутное время» *1598–1613 года*

Ишимова Александра Осиповна
(282 голоса3.8 из 5)

«Смутное время» *1598–1613 года*

Борис Годунов, царь России от 1597 до 1600 года

Уже прошло более шести лет после убиения царевича, уже народ начал привыкать к горестной мысли, что поколение его царей кончится со смертью Федора и что его наследником уже не будет князь, происшедший от святой крови Владимира. Стараясь всеми силами уверить Русских, что они должны в этом случае покориться воле Божией, Борис в то же время старался показать себя с самой выгодной стороны. Его милосердие, кротость, правосудие были беспримерны; его щедрость, великодушие, любовь к народу неописуемы. Всякий раз, когда надо было объявить кому-нибудь прощение и милость царя, то в указе писали: «Государь прощает для ближнего своего приятеля, слуги и конюшего-боярина Бориса Федоровича».

Если же кого осуждали на казнь, то в указе не было имени Годунова, но писали: «Приговорили бояре, князь Федор Иоаннович Мстиславский с товарищами». По этой хитрости можно судить и о всех других хитростях, какие употреблял Борис, чтобы вкрасться в любовь ко всем Русским. Использование таких средств не могло не увенчаться успехом, особенно с того времени, как он подкрепил свою власть новой опорой: зная набожность нашего народа и его глубокое уважение к служителям Божиим, Годунов предложил царю возвысить Русское духовенство учреждением патриаршеского достоинства. Имя патриархов означало главных пастырей церкви, и такие были только в пяти знаменитейших городах: Риме, Александрии, Антиохии, Иерусалиме и Константинополе. С этим высоким званием, конечно, соединялось и больше власти, чем с обыкновенным достоинством митрополита, особенно в правление Федора, посвятившего всю свою жизнь молитвам. Борис знал все это, знал, кого сделать патриархом, и потому предложил об этом учреждении Федору.

Как он ожидал, так и сделалось: царь согласился с удовольствием; духовенство и народ с радостью приняли новое звание; первому оно обещало лестные отличия, второму казалось особенной Божией милостью. В Москве был в то время Константинопольский патриарх Иеремия; он посвятил в достоинство Русского патриарха митрополита Иова, одного из преданнейших друзей Годунова. Благодарный за свое возвышение, Иов начал с того времени еще усерднее служить своему покровителю.

Таким образом, все исполнилось по желанию правителя. Его неограниченная власть, поддерживаемая самим государем и всем духовенством, казалась для народа священной, как будто происходившей от Бога, и еще при жизни Федора все думали, что никто другой, кроме брата царицы, не может быть наследником престола. Властолюбивый Борис, видя такое расположение умов, с нетерпением ожидал счастливого дня, когда с его царским могуществом соединится и имя царя. Этот день настал 6 января 1598 года. Федор опасно занемог и на другой день скончался. Народ, любя этого кроткого сына незабвенной Анастасии за его благочестие и набожность, за его щедрость и милосердие к бедным, забывал его слабости, искренно плакал по нем и, исполняя его волю и совет Бориса, присягнул царице Ирине, несмотря на то, что печальная государыня с первой минуты кончины своего нежного супруга, решилась постричься в монахини. Годунов знал это, но для него нужно было, чтобы Русские поклялись в верности его сестре. Эта клятва еще более приближала его к престолу, и когда через девять дней Ирина постриглась, пламенное желание ее брата исполнилось: вельможи, духовенство и народ поднесли ему Русскую корону!

И что же вы думаете, милые читатели, он тотчас с радостью принял ее? Совсем нет! Притворщик отказывался; говорил, что никогда дерзкая мысль сесть на престол кроткого ангела и его друга Федора не приходила ему в голову; что он хочет жить только для утешения своей сестры; что он хочет так же, как и она, отказаться от света, — одним словом, он так обманул всех своим смирением, что удивление к его высоким добродетелям еще более увеличилось, и все еще усерднее начали просить его согласия. Но Годунов не давал его: уже шесть недель Москвитяне просили его и получали одни отказы, и, наконец, только тогда уже, когда с их просьбами соединились просьбы всей России, когда из самых отдаленных областей приехали депутаты и народ, два дня служив молебны, на третий день с крестным ходом пришел к избранному царю и с коленопреклонением умолял его сжалиться над осиротевшим Отечеством, хитрый властолюбец согласился и как будто против желания принял корону, которая более четырнадцати лет занимала все его мысли и для которой он пожертвовал спокойствием своей совести и счастьем настоящей и будущей жизни!

1 сентября 1598 года было коронование Бориса. Здесь кстати сказать, что до времен Петра Великого наши предки праздновали 1 сентября начало нового года, — то, что мы делаем теперь 1 января. Годунов выбрал нарочно этот день, чтобы придать больше важности своему коронованию. Оно праздновалось самым великолепным образом. Милости были бесчисленны: богатые подарки лились на бояр, деньги — на бедных; ласки царского семейства — на всех подданных. Супруга Бориса — новая царица Мария Григорьевна — давно славилась своими добродетелями; дети их — девятилетний сын Федор и шестнадцатилетняя дочь Ксения — были ангелы сердцем и наружностью. Народ с восхищением смотрел, как милостиво они разговаривали с чиновниками, купцами и даже самыми нищими; как они принимали от них хлеб и соль и звали всех обедать к царю. Одним словом, Борис старался самыми лестными угождениями истребить в народе малейшее воспоминание о несчастной кончине маленького царевича Дмитрия.

Старания его имели полный успех, особенно в первые два года его царствования. Они были самые блестящие. Усмирение Крымского хана, совершенное покорение Сибири, истребление Кучума и всех его приверженцев; выгодный мир со Швецией, Данией, Польшей; любовь Бориса к наукам, его старания о просвещении подданных, его справедливость, трудолюбие, примерная нежность к семейству и особенно к сыну, в котором он готовил достойного наследника престола, — все это вместе так радовало всех Русских, так уверяло их в доброте сердца государя, что они совсем забыли о прежних слухах, носившихся насчет Бориса, или, лучше сказать, они не верили им и всей душой, всем своим пламенным сердцем любили милостивого, добродетельного по наружности Годунова, никак не думая, что он мог быть убийцей их законного царя!

Комментировать

 

1 Комментарий