Грех – болезнь или преступление?

про­то­и­е­рей Кон­стан­тин Гипп,
пре­по­да­ва­тель Калуж­ской духов­ной семи­на­рии

Оглав­ле­ние



Что такое “грех”^

Сего­дня чело­век очень много слышит о грехе, но почти ничего о нем не знает. Совре­мен­ная мас­со­вая куль­тура так часто исполь­зует это слово не по назна­че­нию, что оно посте­пенно лиша­ется своего истин­ного содер­жа­ния. В супер­мар­кете сим­па­тич­ная девушка в фор­мен­ном наряде пред­ла­гает про­де­гу­сти­ро­вать вино “Испо­ведь греш­ницы”. Муже­ствен­ный про­филь Брюса Уил­лиса на огром­ных реклам­ных щитах рекла­ми­рует блок­ба­стер “Город грехов”. А в эфире FM-радио­стан­ций уже лет десять гоняют шля­геры с назва­ни­ями “Греш­ной души печаль”, “Греш­ный ангел” и т.п. В резуль­тате мас­со­вым созна­нием грех сего­дня вос­при­ни­ма­ется как нечто запрет­ное, но чрез­вы­чайно при­вле­ка­тель­ное, что очень хочется совер­шить, хотя по непо­нят­ным при­чи­нам это очень не нра­вится Богу. Поэтому Он сурово нака­зы­вает тех, кто все же на это отва­жи­ва­ется.

В общем, по отно­ше­нию к греху в совре­мен­ном мире дей­ствует пси­хо­ло­гия школь­ного хули­гана: нару­шая все, что только можно нару­шить, полу­ча­ешь запрет­ное удо­воль­ствие и одно­вре­менно – зара­ба­ты­ва­ешь репу­та­цию сме­лого и неза­ви­си­мого чело­века.

При этом для всех совер­шенно оче­видно цер­ков­ное про­ис­хож­де­ние слова “грех”, но далеко не все спо­собны при­ло­жить усилия к тому, чтобы выяс­нить, как же пони­мает грех сама Цер­ковь? А ведь в хри­сти­ан­ском веро­уче­нии борьба с грехом, победа над грехом и, нако­нец, сво­бода от греха явля­ются поня­ти­ями фун­да­мен­таль­ными. И непра­вильно пони­мая слово “грех”, невоз­можно пра­вильно понять хри­сти­ан­ство вообще.

Навер­ное, проще всего рас­смот­реть учение Церкви о грехе на фоне несколь­ких усто­яв­шихся в обще­ствен­ном созна­нии заблуж­де­ний.

Что слу­чи­лось в Рай­ском саду?^

Одно из самых рас­про­стра­нен­ных заблуж­де­ний отно­сится к гре­хо­па­де­нию первых людей – Адама и Евы. У нево­цер­ко­в­лен­ных людей суще­ствует довольно вуль­гар­ное мнение, что смысл его таков: Адам и Ева, наев­шись яблок (почему-то запре­щен­ных к упо­треб­ле­нию) спря­та­лись в кустах и впер­вые пре­да­лись там плот­ской любви. За что и были с позо­ром изгнаны из Рая. Таким обра­зом, все, что свя­зано с интим­ной жизнью чело­века, якобы – гре­ховно.

Это нагляд­ный пример того, что может про­изойти с рели­ги­оз­ным созна­нием народа в отдельно взятой стране, где семь­де­сят лет люди могли зна­ко­миться со Свя­щен­ным Писа­нием исклю­чи­тельно по лек­циям Союза воин­ству­ю­щих без­бож­ни­ков (впо­след­ствии стыд­ливо пере­име­но­ван­ного в обще­ство “Знание”). Чело­веку, кото­рый хотя бы одна­жды держал в руках Библию, подоб­ный бред нико­гда не пришел бы в голову. Потому что на первых же ее стра­ни­цах ясно напи­сано: Адам познал свою жену уже после изгна­ния из Рая, а сле­до­ва­тельно – после гре­хо­па­де­ния, кото­рое, таким обра­зом, ну никак не могло заклю­чаться в плот­ском соитии первых людей. Более того, Апо­стол Павел прямо пишет, что “брак – честен, и ложе – нескверно есть…”. А Цер­ковь уже в сере­дине тре­тьего века выра­зила свое отно­ше­ние к поло­вой жизни в браке, опре­де­лив в первом пра­виле Ган­гр­ского Собора: “Аще кто пори­цает брак, и женою верною и бла­го­че­сти­вою, с мужем своим сово­куп­ля­ю­ще­юся, гну­ша­ется, или пори­цает оную, яко не могу­щую внити в цар­ствие: да будет под клят­вою (т.е. – отлу­чен)”.

Так что же такое гре­хо­па­де­ние – с хри­сти­ан­ской точки зрения? Цер­ковь утвер­ждает, что нару­ше­ние пер­выми людьми запо­веди Божией – это не просто личный посту­пок, имев­ший для них печаль­ные послед­ствия. В хри­сти­ан­ском веро­уче­нии гре­хо­па­де­ние рас­смат­ри­ва­ется как гло­баль­ная ката­строфа, кото­рая пора­зила Адама и Еву, все их потом­ство и весь сотво­рен­ный мир на много тыся­че­ле­тий вперед. По цер­ков­ному пре­да­нию, Бог сотво­рил чело­века, вложив в его есте­ство начатки всего, что было сотво­рено Им ранее. Чело­век стал венцом тво­ре­ния, потому что все тво­ре­ние было в нем пред­став­лено, и он обла­дал такой пол­но­той веде­ния о мире, кото­рую совре­мен­ным ученым невоз­можно даже вооб­ра­зить. При этом, Бог, созда­вая чело­века по Образу и Подо­бию Своему, вложил в него духов­ное начало. Чело­век – един­ствен­ное духовно-телес­ное суще­ство во Все­лен­ной, и в этой двой­ствен­но­сти своего есте­ства – уни­ка­лен. По Боже­ствен­ному Замыслу он должен был объ­еди­нять в себе мир телес­ный с миром духов­ным. Пред­стоя Богу от лица всего мате­ри­аль­ного мира, он гос­под­ство­вал над этим миром, неся в себе Боже­ствен­ное начало. Адам был царем мира по самой своей при­роде. Через него все тво­ре­ние было при­звано иметь радость бытия в любви и еди­не­нии со своим Созда­те­лем.

Вот это един­ство вза­им­ной любви и было раз­ру­шено в гре­хо­па­де­нии. Нару­шив по под­сказке сатаны запо­ведь о нев­ку­ше­нии плодов с древа позна­ния добра и зла, чело­век, по сути – совер­шил пре­да­тель­ство по отно­ше­нию к Богу. Он пере­сту­пил некую грань в отно­ше­нии к своему Созда­телю. И для любви за этой гранью места уже не было. Чело­век как бы сказал Богу: Ты гово­ришь, “не вкушай этих плодов, потому что умрешь”? Я Тебе не верю. Сатана гово­рит, что, вкусив их, я стану во всем равен Тебе. А значит, смогу жить без Тебя.

Это душев­ное устро­е­ние и ока­за­лось тем страш­ным резуль­та­том нару­ше­ния запо­веди, о кото­ром Бог пре­ду­пре­ждал чело­века. Стрем­ле­ние к бытию без Бога глу­боко вошло в чело­ве­че­скую при­роду. Тра­ге­дия гре­хо­па­де­ния заклю­ча­лась в том, что чело­век был заду­ман Богом как помощ­ник, и в общую кар­тину миро­зда­ния он был вписан как намест­ник Бога на Земле. Отпав от Творца, он, конечно же, не стал равным Творцу. А вот цар­ствен­ное пред­на­зна­че­ние свое утра­тил. Когда вместо воли Божией чело­век начал испол­нять свою волю, сотво­рен­ный мир просто пере­стал его вос­при­ни­мать. И из царя при­роды, чело­век пре­вра­тился всего лишь в ее часть, под­чи­нив себя общим зако­нам мате­ри­аль­ного мира. Но и это не было самым страш­ным. Гораздо тра­гич­нее было то, что послу­шав одна­жды совет диа­вола, чело­век, в сущ­но­сти, испол­нил его жела­ние. Иначе говоря, поже­лав обре­сти неза­ви­си­мость от Бога, он тут же начал испол­нять волю сатаны. И искусно управ­ляя жела­ни­ями чело­века, сатана полу­чил власть и над мате­ри­аль­ным миром. Поэтому Хри­стос в Еван­ге­лии и назы­вает сатану “князем мира сего”. Эта власть, конечно же, не явля­ется абсо­лют­ной, она огра­ни­чена Божиим Про­мыш­ле­нием о мире и зна­чи­тельно умень­шив­ши­мися воз­мож­но­стями чело­века в его падшем состо­я­нии. Но суть от этого не меня­ется – свое цар­ское пред­на­зна­че­ние чело­век усту­пил сатане. Это и было тем тра­ги­че­ским для всей Все­лен­ной резуль­та­том гре­хо­па­де­ния чело­века, о кото­ром Библия рас­ска­зы­вает такими про­стыми сло­вами.

Болезнь и Врач^

Но воз­ни­кает вопрос: а почему все мно­го­чис­лен­ные поко­ле­ния потом­ков Адама и Евы должны нести ответ­ствен­ность за гре­хо­па­де­ние пра­ро­ди­те­лей? Ведь их дети, внуки, пра­внуки, и уж тем более такие отда­лен­ные потомки, как мы, не виновны в том, что первые люди нару­шили запо­ведь. Почему же мы рож­да­емся и живем в мире, кото­рый по-преж­нему нахо­дится во власти греха, и напол­нен жесто­ко­стью, нена­ви­стью и стра­да­ни­ями? Полу­ча­ется, Бог нака­зы­вает детей за грехи роди­те­лей? Но в таком случае, это, навер­ное, очень жесто­кий и неспра­вед­ли­вый Бог!

При­мерно так выгля­дит еще одно рас­про­стра­нен­ное заблуж­де­ние, свя­зан­ное с темой греха. Оно вызвано спе­ци­фи­че­ским пони­ма­нием про­блемы, кото­рое в бого­сло­вии назы­ва­ется “юри­ди­че­ским мето­дом”. Суть его заклю­ча­ется в том, что грех рас­смат­ри­ва­ется как пре­ступ­ле­ние, Бог – как судья, причем очень стро­гий, а чело­век – как пре­ступ­ник, кото­рый обя­за­тельно должен поне­сти тяже­лое нака­за­ние. Это пони­ма­ние греха харак­терно для като­ли­че­ского и про­те­стант­ского бого­сло­вия. Не вда­ва­ясь в его подроб­но­сти, нужно просто отме­тить: в таком бого­сло­вии пред­по­ла­га­ется, что в Адаме лично согре­шили все после­ду­ю­щие поко­ле­ния людей, не исклю­чая и нас с вами. И не ищите здесь не только любви, но и эле­мен­тар­ной спра­вед­ли­во­сти.

Пра­во­слав­ное же бого­сло­вие исполь­зует совер­шенно иные кате­го­рии. Для него грех – это смер­тель­ное забо­ле­ва­ние, чело­век – тяжело боль­ной паци­ент, а Бог – любя­щий врач. И это не просто образ, исполь­зо­ван­ный каким-то авто­ром с худо­же­ствен­ной целью. Шестой Все­лен­ский Собор прямо опре­де­ляет грех – как болезнь души. А в литур­ги­че­ской прак­тике Пра­во­слав­ной Церкви такое пони­ма­ние греха выра­жено в мно­го­чис­лен­ных молит­во­сло­виях, и самые извест­ные из них – в чине Испо­веди. Чело­веку, испо­ве­да­ю­щему свои грехи, гово­рится: “Внемли убо, понеже бо пришел еси во вра­чеб­ницу, да не неис­це­лен оты­деши”. Да и само гре­че­ское слово амар­тиа, пере­во­дя­ще­еся как “грех”, имеет еще несколько зна­че­ний, одно из кото­рых – болезнь.

При таком опре­де­ле­нии греха легко понять, почему потомки стра­дают из за гре­хо­па­де­ния пра­ро­ди­те­лей. Сего­дня всем известно, что целый ряд серьез­ных забо­ле­ва­ний пере­да­ются по наслед­ству. Никого не удив­ляет, что дети алко­го­ли­ков, напри­мер, могут иметь наслед­ствен­ную пред­рас­по­ло­жен­ность к алко­го­лизму, не говоря уже о целом букете сопут­ству­ю­щих забо­ле­ва­ний. И если грех – это болезнь, он вполне может пере­да­ваться по наслед­ству.

Всякая болезнь при­чи­няет стра­да­ние. Послед­ствия греха в пра­во­слав­ной аске­тике также назы­ва­ются стра­стями. Есть очень выра­зи­тель­ный образ, упо­треб­лен­ный прп. Мака­рием Еги­пет­ским, в кото­ром он упо­доб­ляет дей­ствие греха на чело­ве­че­скую при­роду – дей­ствию дрож­жей на тесто. “Как пре­сту­пив­ший запо­ведь, Адам принял в себя закваску стра­стей, так и родив­ши­еся от него, и весь род Адамов, по пре­ем­ству стали при­част­ни­ками оной закваски; а при посте­пен­ном пре­успе­я­нии и воз­рас­та­нии до того уже умно­жи­лись в людях гре­хов­ные стра­сти, что про­стер­лись они до пре­лю­бо­де­я­ний, непо­требств, идо­ло­слу­же­ний, убийств и других непо­треб­ных дел, пока все чело­ве­че­ство не вскисло поро­ками”.

В рус­ской лите­ра­туре есть сти­хо­тво­ре­ние, очень точно опи­сы­ва­ю­щее дей­ствие греха на чело­ве­че­скую при­роду. Это сти­хо­тво­ре­ние Зина­иды Гип­пиус, кото­рое так и назы­ва­ется: 

“Грех”

И мы про­стим, и Бог про­стит.
Мы жаждем мести от незна­нья
Но злое дело – воз­да­я­нье
Само в себе, таясь, хранит.

И путь наш чист, и долг наш прост:
Не надо мстить, не нам отмще­нье.
Змея сама, свер­нувши звенья,
В свой соб­ствен­ный вопьется хвост.

И мы про­стим, и Бог про­стит.
Но грех про­ще­ния не знает,
Он для себя себя хранит,
Своею кровью кровь смы­вает,
Себя вовеки не про­щает –
Хоть мы про­стим, и Бог про­стит…

Вопрос о жесто­ком нака­за­нии за грех, таким обра­зом, попро­сту отпа­дает как оче­вид­ная бес­смыс­лица. Боль­ного и стра­да­ю­щего чело­века не нужно нака­зы­вать, он сам себя уже нака­зал. Его нужно лечить. Поэтому Бог в пра­во­слав­ном бого­сло­вии не судья, и уж никак не палач, при­во­дя­щий при­го­вор в испол­не­ние. Хри­стос – это врач, при­шед­ший исце­лить сотво­рен­ное Им чело­ве­че­ство, стра­да­ю­щее от смер­тель­ного забо­ле­ва­ния. В утрен­нем пра­виле есть чудная молитва к Божией Матери, где так и гово­рится: “…Врача рожд­шая, увра­чуй души моея мно­го­лет­ныя стра­сти”.

Смер­то­нос­ный промах^

У святых отцов есть раз­де­ле­ние греха на три кате­го­рии: пер­во­род­ный, родо­вой и личный. Пер­во­род­ный и родо­вой грех – это, скорее, гре­хов­ное пора­же­ние чело­ве­че­ской при­роды. И только личный грех под­ра­зу­ме­вает пер­со­наль­ную ответ­ствен­ность чело­века за соде­ян­ное. Об этом стоит пого­во­рить подроб­нее.

Если мы попы­та­емся опре­де­лить сущ­ность греха, то с удив­ле­нием обна­ру­жим, что у греха – нет сущ­но­сти. Само зло в пра­во­слав­ном веро­уче­нии – несуб­стан­ци­о­нально, оно пара­зи­ти­рует на добре, иска­жая его сущ­ность. Так, обра­зо­ва­ние ржав­чины воз­можно лишь при нали­чии железа. Болезнь воз­можна лишь при нали­чии здо­ро­вья. А грех пара­зи­ти­рует на здо­ро­вых импуль­сах чело­ве­че­ской при­роды. Все наши вле­че­ния (вклю­чая сек­су­аль­ные и прочие физио­ло­ги­че­ские потреб­но­сти), с точки зрения пра­во­слав­ной аске­тики, нужны, добры и зало­жены в нас Гос­по­дом. А грех рож­да­ется как не вовремя и нев­по­пад реа­ли­зо­ван­ный добрый импульс. Про­стой пример: чело­век хочет есть. Про­стая и вполне есте­ствен­ная потреб­ность. Но можно просто пожа­рить себе яич­ницу, а можно отобрать зав­трак у пер­во­класс­ника. Можно взять деньги и пойти в хоро­ший ресто­ран, а можно пообе­дать в этом ресто­ране и сбе­жать, не запла­тив по счету. Можно уто­лить свой голод, а можно объ­есться и уме­реть от заво­рота кишок. Так что, грех рож­да­ется не в бого­дан­ной при­роде чело­века, а в тумане его лич­ного выбора, как неверно выбран­ное направ­ле­ние дей­ствия воли.

Как мы уже гово­рили, гре­че­ское слово амар­тиа, обо­зна­ча­ю­щее грех, имеет несколько зна­че­ний. А бук­вально оно пере­во­дится как “промах”. Про­ма­хи­ва­ется же чело­век оттого, что стре­ляет не в ту цель. Совер­шая грех, он наце­ли­ва­ется на что-то, попа­дет, но потом ока­зы­ва­ется, что цель была иллю­зор­ной и, кроме вреда, ничего не при­несла. Потому что Бог ставил перед ним совсем другую цель, а чело­век своим духов­ным зре­нием, помра­чен­ным стра­стями, ее даже не заме­тил. Эти про­махи ранят прежде всего самого чело­века, и в конце концов – уби­вают его.

Во второй поло­вине два­дца­того века, когда наука начала активно изу­чать дея­тель­ность мозга высших живот­ных, физио­ло­гами был постав­лен любо­пыт­ный экс­пе­ри­мент. В мозгу крысы были най­дены нерв­ные центры, фор­ми­ру­ю­щие импульсы удо­воль­ствия. В эти центры были вжив­лены элек­троды, а крысу научили нажи­мать мор­доч­кой на педаль, кото­рая вклю­чала слабый ток. Ученые соби­ра­лись иссле­до­вать пове­де­ние крысы после того, как она научится полу­чать удо­воль­ствие в обход зако­нов своей, кры­си­ной при­роды. Но их ожи­дало разо­ча­ро­ва­ние. Крыса жала на педаль до тех пор, пока не сдохла от жажды и голода. Удо­воль­ствие побе­дило даже страх смерти. Навер­ное, так уми­рают люди, имев­шие несча­стье при­стра­ститься к тяже­лым нар­ко­ти­кам…

Заме­ча­тель­ный англий­ский писа­тель-хри­сти­а­нин Клайв Льюис в “Хро­ни­ках Нарнии” писал: “Каждый чело­век полу­чает в жизни то, чего хочет. Но не каждый после этому рад”. Бог создал чело­века с волей, сво­бод­ной в выборе добра и зла. И нико­гда не отни­мал у него этой сво­боды. Всю чело­ве­че­скую жизнь Бог тер­пе­ливо ждет, когда чело­веку надо­ест кале­чить себя гре­хами. И если он поймет, что смер­тельно болен и обра­тится к Богу за помо­щью, Гос­подь с радо­стью исце­лит раны, кото­рые тот сам себе нано­сил всю жизнь. А если посчи­тает себя здо­ро­вым, то просто убьет себя соб­ствен­ными гре­хами. Даже Бог не может спасти нас вопреки нашей воле…

И на реклам­ных щитах рядом со словом “грех” вместо геро­и­че­ского про­филя Брюса Уил­лиса пра­виль­нее было бы изоб­ра­зить совсем другой порт­рет. Символ греха – это мерт­вая крыса, уткнув­ша­яся мор­доч­кой в завет­ную педаль…

***

Кому сего­дня неиз­ве­стен зна­ме­ни­тый биб­лей­ский сюжет: Адам и Ева в раю съе­дают яблоко с дерева позна­ния добра и зла, нару­шая тем самым заклю­чен­ный с Богом Завет – вку­шать со всех дере­вьев в Эдем­ском саду, кроме этого? За подоб­ный про­сту­пок пра­ро­ди­тели жестоко рас­пла­чи­ва­ются: Бог изго­няет их из Рая. И хотя в таком опи­са­нии все кажется вполне соот­вет­ству­ю­щим биб­лей­скому изло­же­нию, на самом деле оно довольно далеко от истины: нет там ни Евы, ни яблока. Но – начнем по порядку.

Во-первых, не Адам и Ева, а Адам и жена. Имя Ева (Хавва – «жизнь» – древ­не­евр.) жена пер­вого чело­века полу­чает уже после изгна­ния из Эдема. «Бук­во­ед­ство!» – может воз­му­титься совре­мен­ный обра­зо­ван­ный либе­раль­ный чита­тель. Но скорее всего будет неправ. Дело в том, что в тра­ди­ци­он­ных куль­ту­рах наре­че­ние имени пред­по­ла­гало, что дающий имя обла­дает соот­вет­ству­ю­щей вла­стью. Поэтому не исклю­чено, что до гре­хо­па­де­ния Адам такого права не имел, раз он не дает имя жене сразу после ее сотво­ре­ния. И только тот факт, что Ева первой под­да­лась на про­во­ка­цию змея, нару­шил опре­де­лен­ное равен­ство муж­чины и жен­щины: «И к мужу твоему вле­че­ние твое, и он будет гос­под­ство­вать над тобою» – гово­рится жене при изгна­нии, а не после тво­ре­ния.

Во-вторых, конечно, Библия ничего не гово­рит ни о рай­ских ябло­ках, ни о рай­ской яблоне. Книга Бытия вообще не уточ­няет, о каком дереве идет речь: ска­зано только, что это древо позна­ния добра и зла, рас­ту­щее посреди рая и ска­зано, что змей пре­льстил жену пло­дами древа. Библия – книга сим­во­ли­че­ская. Символ ука­зы­вает не на то, что давно прошло и стало «пре­да­ньем ста­рины глу­бо­кой», а о том, что чрез­вы­чайно акту­ально и сейчас и будет акту­ально всегда, так как соот­но­сит нас с веч­но­стью. Рас­сказ об Адаме и Еве в послед­нюю оче­редь сле­дует вос­при­ни­мать как «исто­рию жизни одного семей­ства». Сим­во­лизм дан­ного рас­сказа при­зван пока­зать, что чело­век поте­рял изна­чаль­ное, есте­ствен­ное состо­я­ние отно­ше­ний с Богом и с себе подоб­ными…

Но вер­немся к яблоку. Откуда же тогда оно появи­лось, откуда все эти мно­го­чис­лен­ные ассо­ци­а­ции, кар­тины и проч.? Сейчас сложно, навер­ное, ска­зать, каким обра­зом именно яблоко стало ассо­ци­и­ро­ваться с гре­хо­па­де­нием чело­века. Вообще-то в хри­сти­ан­стве сим­во­лизм яблока двой­стве­нен: яблоко явля­ется сим­во­лом гре­хо­па­де­ния и изоб­ра­жа­ется в каче­стве такого страш­ного сим­вола в пасти змея, обе­зьяны или руках первых людей. Попытки объ­яс­нить выбор яблока тем, что латин­ское слово malum (яблоко) явля­ется одно­ко­рен­ным со словом malus (зло) несо­сто­я­тельны – корни у этих слов разные.

Тра­ди­ция же изоб­ра­жать яблоко в каче­стве сим­вола гре­хо­па­де­ния появи­лась скорее всего в Эпоху Воз­рож­де­ния, когда каждый ува­жа­ю­щий себя худож­ник писал биб­лей­ские сюжеты, а эпизод с гре­хо­па­де­нием был одним из самых рас­про­стра­нен­ных. Не исклю­чено, что данный сим­во­лизм вос­хо­дит к древ­не­гре­че­ским мифам, в кото­рых именно яблоко часто играло весьма сим­во­ли­че­скую роль: вспом­ним хотя бы зна­ме­ни­тое яблоко раз­дора, кото­рое Парис вручил богине Афро­дите как побе­ди­тель­нице пер­вого в чело­ве­че­ской исто­рии «кон­курса кра­соты». Правда, закон­чился этот «кон­курс» весьма печально: в бла­го­дар­ность Афро­дита награ­дила Париса любо­вью Елены Пре­крас­ной, что в конеч­ном итоге при­вело к Тро­ян­ской войне. В самой же Библии яблоко встре­ча­ется в книге Песнь песней. При этом многие спе­ци­а­ли­сты пола­гают, что и в гре­че­ской мифо­ло­гии, и в Песни песней речь идет не просто о ябло­ках, а о гра­на­то­вых ябло­ках, попро­сту – о гра­на­тах, кото­рые испо­кон веков счи­та­лись сим­во­лом любви.

Кроме того, в хри­сти­ан­ской сим­во­лике яблоко также явля­ется и сим­во­лом спа­се­ния, если оно изоб­ра­жа­ется в руках Мла­денца Христа или Бого­ро­дицы. Оче­видно, это свя­зано с тем, что Иисус Хри­стос име­ну­ется в хри­сти­ан­ской тра­ди­ции Новым Адамом, так как через одного чело­века (Адама) грех и смерть вошли в чело­ве­че­скую при­роду, так через одного Бого­че­ло­века, Иисуса Христа, при­рода люд­ская была осво­бож­дена от греха и смерти (см.: Рим. 5:12–21).

Яблоко широко исполь­зу­ется в каче­стве сим­вола и в других куль­ту­рах: в Китае, напри­мер, оно явля­ется сим­во­лом мира, а его цветки – сим­во­лом кра­соты.

жур­нала «Фома» 2 (34) за 2006 г.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки