Чудо — Клайв Стейплз Льюис

Чудо — Клайв Стейплз Льюис

(17 голосов4.8 из 5)

Сесилу и Дафне Харвуд

Среди хол­мов метеорит
лежит, затя­ну­тый травой.
Исто­чит дождь, избороздит
и ветер вывет­рит его.
Так забе­рет в себя Земля
при­шельца даль­него в свой час,
и пепел звезд­ного огня
так ста­нет кем-нибудь из нас.
А что тут стран­ного, когда
приют блуж­да­ю­щим све­ти­лам — Земля?
Ведь и сама она была кос­ми­че­скою пылью.
Она с небес спу­сти­лась вниз,
сойдя с одной из тех комет,
что мимо Солнца пронеслись,
при­няв его огонь и свет.
И если капли все кропят
сухой сугли­нок — что ж такого?
Они как жизнь тому назад —
потоки ливня золотого.

I. Об этой книге

Кто хочет пре­успеть, дол­жен верно ста­вить пред­ва­ри­тель­ные вопросы.

Ари­сто­тель. Мета­фи­зика, II (III) I

За всю мою жизнь я встре­тил только одного чело­века, кото­рый гово­рил, что видел при­ви­де­ние. Инте­ресно тут то, что он (точ­нее — она) как не верил, так и не верит в бес­смер­тие души. Она счи­тает, что ей поме­ре­щи­лось или у нее что-то с нер­вами. Навер­ное, так оно и есть. Видеть — одно, верить — другое.

Именно поэтому опыт не ска­жет нам, бывают ли чудеса. Все то вокруг нас, что назы­ва­ется чудом, вос­при­ни­мают органы наших чувств — мы видим, слы­шим, ощу­щаем, обо­няем, чув­ствуем на вкус, а чув­ства эти могут оши­баться. Если слу­чи­лось что-то сверхъ­есте­ствен­ное, мы не все­гда вправе счи­тать, что пали жерт­вой иллю­зии. Если вы при­дер­жи­ва­е­тесь фило­со­фии, исклю­ча­ю­щей чудеса, вы непре­менно так и ска­жете. Мы выно­сим из опыта то, что нам поз­во­лит наша фило­со­фия; и потому бес­смыс­ленно к нему апел­ли­ро­вать, пока мы не решили фило­соф­ских вопросов.

Еще меньше может нам дать исто­рия. Мно­гим кажется, что мы уста­но­вим, бывали чудеса или нет, изу­чая сви­де­тель­ства «по зако­нам исто­ри­че­ского иссле­до­ва­ния». Но мы и зако­нов этих не уста­но­вим, пока не решим, воз­можны ли чудеса, а если воз­можны, насколько веро­ятны. Если они невоз­можны, ника­кие сви­де­тель­ства не убе­дят нас. Если они воз­можны, но чрез­вы­чайно мало веро­ятны, нас убе­дит лишь мате­ма­ти­че­ски дока­зан­ное сви­де­тель­ство. Исто­рия таких сви­де­тельств не дает. Если же чудеса воз­можны, сви­де­тель­ства вполне могут убе­дить нас, что мно­гие из них бывали. Итак, исто­рия тоже зави­сит от фило­со­фии, кото­рой мы при­дер­жи­ва­лись до того, как обра­ти­лись к источ­ни­кам. И здесь сперва надо поста­вить фило­соф­ский вопрос.

Вот при­мер того, что бывает, когда мы, минуя фило­со­фию, обра­ща­емся к исто­рии. В одном попу­ляр­ном ком­мен­та­рии к Биб­лии вы най­дете споры о том, когда напи­сано чет­вер­тое Еван­ге­лие. Автор пола­гает, что оно напи­сано после казни Петра, потому что Хри­стос эту казнь пред­ска­зы­вает; а книга «не может быть напи­сана до собы­тий, о кото­рых в ней гово­рится». Не может, конечно, если пред­ска­за­ний не бывает. Если же они бывают, довод этот нелеп. Но автор даже не поста­вил такого вопроса. Он счи­тает несо­мнен­ным (пусть под­со­зна­тельно), что их нет. Воз­можно, он прав; однако не исто­рия помогла ему это открыть. Он про­сто при­внес свое неве­рие в исто­ри­че­ский труд. Тем самым, труд его совер­шенно бес­по­ле­зен для тех, кому нужно знать, бывают ли предсказания.

Я заду­мал эту книгу как вве­де­ние к исто­ри­че­скому иссле­до­ва­нию. Сам я не исто­рик и не стану иссле­до­вать сви­де­тель­ства о хри­сти­ан­ских чуде­сах; но я хотел бы под­го­то­вить к этому чита­теля. Бес­смыс­ленно обра­щаться к тек­стам, пока мы ничего не думаем о воз­мож­но­сти и веро­ят­но­сти чудес. Те, кто в чудеса не верит, тра­тят зря время, глядя в тек­сты, — можно ска­зать зара­нее, что́ они там найдут.

II. Природовер и его противник

— Быть не может! — вос­клик­нула м‑сс Снип. — Неужели где-то живут на земле?

— Я лично не слы­шал, чтобы где-нибудь жили под зем­лей, — отве­чал Том, — пока не попал в Страну великанов.

— Попали в страну вели­ка­нов? — уди­ви­лась м‑сс Снип. — А разве не всюду Страна Великанов?

Роланд Квиз. Страна Вели­ка­нов, гл. XXXII

Под чудом я пони­маю вме­ша­тель­ство в при­роду вне­при­род­ной, т. е. сверхъ­есте­ствен­ной силы[1]. Если кроме при­роды нет ничего, чудо невоз­можно. Мно­гие так и думают; их я назову при­ро­до­ве­рами. Дру­гие пола­гают, что при­рода — еще не все. Пер­вый наш вопрос — кто из них прав. Тут и воз­ни­кает пер­вая трудность.

Прежде чем начать спор, нужно опре­де­лить, конечно, что такое при­рода. К несча­стью, опре­де­лить это почти невоз­можно. При­ро­до­веры счи­тают, что кроме при­роды ничего нет, и потому слово «при­рода» озна­чает для них «все», «все на свете», «все, что есть». Если мы пони­маем под при­ро­дой это — конечно, ничего дру­гого нет; вопрос оста­ется не постав­лен­ным, и спо­рить не о чем. Дру­гие пони­мают под при­ро­дой то, что мы вос­при­ни­маем нашими чув­ствами; но и этого мало, ибо мы не вос­при­ни­маем чув­ствами эмо­ций, а они, без сомне­ния, при­родны. Чтобы избе­жать этой западни и решить, о чем же спо­рят на деле при­ро­до­вер и его про­тив­ник, попро­буем подойти к вопросу круж­ным путем. Сино­ни­мом «при­род­ного» при­знаем слово «есте­ствен­ный».

Рас­смот­рим пять фраз: 1) В есте­ствен­ном своем виде собака полна блох; 2) Будь поесте­ствен­ней, что ты лома­ешься! 3) Здесь все так есте­ственно, трава, цветы, ни асфальта, ни рель­сов; 4) Это у вас есте­ствен­ный цвет волос? 5) Не надо бы мне ее цело­вать, но это было так естественно.

Общее зна­че­ние обна­ру­жить нетрудно. Есте­ствен­ный цвет — тот, кото­рый воз­ник сам по себе, без краски. Собака — в есте­ствен­ном виде, пока ее никто не выку­пал. Место, где рас­тут трава и цветы, не тро­нуто никем. Есте­ствен­ное пове­де­ние и есте­ствен­ный поце­луй — такие, какие нам свой­ственны, если не вме­ша­ется нрав­ствен­ность или осто­рож­ность. Итак, «есте­ствен­ное», «при­род­ное» — то, что про­ис­хо­дит само по себе; то, над чем не надо тру­диться; то, что бывает, если мы ничего не делаем. Гре­че­ское слово для при­роды, «phisis», свя­зано с гла­го­лом «расти»; латин­ское «natura» — с гла­го­лом «рож­даться». Есте­ствен­ное, при­род­ное воз­ни­кает и суще­ствует само собой — оно дано, оно есть, оно спон­танно, непреднамеренно.

При­ро­до­вер пола­гает, что послед­няя реаль­ность, факт фак­тов — огром­ный про­стран­ственно-вре­мен­ной про­цесс, кото­рый идет сам по себе. Вся­кое собы­тие внутри этой системы обу­слов­лено дру­гим собы­тием и, в конеч­ном счете, всем про­цес­сом. Вся­кий пред­мет (ска­жем, эта стра­ница) таков, каков он есть, потому что дру­гие пред­меты — такие, какие они есть; в конеч­ном счете — потому, что такова вся система. Все пред­меты и собы­тия тесно свя­заны друг с дру­гом, ничто не суще­ствует «само по себе», ничто не идет «само собой». Напри­мер, ни один после­до­ва­тель­ный при­ро­до­вер не может при­знать сво­боду воли, ибо при ней люди спо­собны посту­пать неза­ви­симо, вно­сить что-то от себя. А именно это при­ро­до­вер отри­цает. Спон­тан­ность, свое­об­ра­зие, выдумка предо­став­лены лишь «всему вме­сте», и назы­ва­ется это природой.

Стр. 1 из 35 Следующая

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Открыть весь текст
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки