Преподобный Никон Оптинский (Беляев), исп. - 179 цитат

Надо понимать так, что исповедывать грехи и получать разрешение их можно у всякого духовника законного, православного, ибо всякому иерею дана власть вязать и разрешать грехи; а обращаться за советом в делах житейских и духовных можно и к другому человеку, даже не имеющему сана священства.

В предании и себя и всего воле Божией обретаю мир душе моей. Если я предаю себя воле Божией, то воля Божия и будет со мной совершаться, а она всегда благая и совершенная. Если я Божий, то Господь меня и защитит, и утешит. Если для пользы моей пошлется мне какое искушение – благословен Господь, строящий мое спасение.

Гордость человеческая говорит: мы сделаем, мы достигнем, – и начинаем строить башню Вавилонскую, требуем от Бога отчета в Его действиях, желаем быть распорядителями вселенной, мечтаем о заоблачных престолах, – но никто и ничто не повинуется ей, и бессилие человека доказывается со всею очевидностью горьким опытом.

Господь не отнимает доселе от меня милости Своей. Есть желание и решение предаться воле Божией, а не самому, по своему смышлению, располагать свою жизнь. Верую, что Господь пошлет именно то, что нужно и полезно мне.

Не следует доверять себе, своему сердцу и рассуждению. В решении вопроса, что вредно и что не вредно, надо руководствоваться указаниями Евангельского Писания и уставом Церкви Православной и свв. отцов, а также советами духовного отца или старцев, которые от опыта своего в духовной жизни могут дать назидание.

Считаю нужным напомнить вам, что я всегда особенно обращал внимание на тщательную исповедь. Есть указание у святых отцов и у епископа Игнатия Брянчанинова, что греховные навыки и страсти не поддаются уврачеванию без исповеди. Всякое врачевание будет неполным и недостаточным без исповеди, а при помощи исповеди они удобно искореняются.

Многие ищут, как необходимого, духовника высокой жизни и, не находя такого, унывают, и потому редко, как бы нехотя приходят на исповедь. Это большая ошибка. Надо веровать в само Таинство Исповеди, в его силу, а не в исполнителя таинства. Необходимо лишь, чтобы духовник был православный и законный.

Кто в простоте сердца скажет свои согрешения с сокрушением и смиренным чувством, с желанием исправиться, тот получит прощение грехов и мир совести своей силой благодати Божией, действующей в Таинстве.

По искуплении человека Господь еще большей славой и честью венчал его, например, в Таинствах Святой Церкви, особенно же в Таинстве Святой Евхаристии, к которой желают Ангелы приникнуть, ибо Искупительная Жертва приносится только за человека, но не за Ангелов. В этом, можно сказать, Ангелы как бы даже завидуют человеку, не имея возможности причащаться Святых Христовых Таин.

С момента Причастия Святых Христовых Таин до того, как запьете его, надо блюстись, чтобы не плюнуть. Из благоговения стараются остерегаться плевать и весь этот день, хотя об этом нигде нет указания, и греха в этом нет.

Надел подрясник, стал есть кашу, и думает: я теперь стал монах. Нет, одно внешнее не принесёт никакой пользы. Правда, нужно и носить монашескую одежду, и поститься, но это – не всё! Лампа, пока не горит, не оправдывает своего назначения – светить. Пожалуй, её кто-либо и толкнёт, и разобьёт в темноте. Чего же недостаёт? Огонька! Правда, необходим и фитиль, и керосин, но раз нет огня, если она не зажжена, она не приносит никому пользы. Когда же она зажжена, сразу польётся свет. Так и в монашестве – одна внешность не приносит пользы, необходим внутренний огонёк.

Монашество, построенное по духу Св. Евангелия, на любви к Богу и отказе от мирской жизни, всегда являлось камнем преткновения для людей мира сего, всегда было ими ненавидимо, непонимаемо, как совершение чуждого им.

Иногда приходится наблюдать, что к пустынному житию и безмолвию некоторые стремятся, в тайне сердца своего ища вполне удобного, безмятежного, бесскорбного жития. Это стремление безрассудное, не говоря уже, что оно и несбыточное. Бесскорбного жития не было, нет и не будет.

Первые христиане жили единодушно […]. В их общежитии давалось каждому по потребности, не так, чтобы всем непременно поровну, а что кому нужно. В монастыре этот вопрос сложнее. Важно не только определить, что кому нужно, но и зависти не вызвать у других. Надо смотреть, как для души полезнее.

Когда я был еще иеродиаконом, я так любил читать Евангелие, просто в восторг приходил от каждого слова. Какие дивные слова в Евангелии. Какую бы другую книгу ни взять самого лучшего писателя, если много раз читать, может надоесть, а Евангелие чем больше читаешь, тем все больше оно нравится.

Чтобы исполнять заповеди Христовы, надо знать их. Они изложены в Евангелии. Читайте святое Евангелие, проникнитесь духом его, сделайте его правилом жизни своей, настольной книгой. Во всяком поступке и жизненном вопросе поступайте согласно с учением Евангелия. Это – единственный свет жизни нашей.

Одно я скажу, что надо полагаться на волю Божию. Умиляют меня и мое грешное сердце слова псаломские: Твой есмь аз, спаси мя: яко оправданий Твоих взысках» (Пс.17:118). Говорю их Господу, когда грозят мне люди или помыслы мои при исполнении долга моего священно-иноческого. Буди воля Господня.

Ведь духовный отец нужен для чего? Чтобы при помощи его незаблудно шествовать и достигать Царства Небесного, а для этого необходимо, главным образом, исполнять на деле наставления, советы и указания духовника, жительство свое проводить благочестиво. […] Не в том сила, чтобы часто бывать у отца духовного, а в том, чтобы его наставления исполнять, чтобы не быть бесплодными.

Своего духовного отца надо с первого же слова слушаться, не заставляя его повторять сказанное несколько раз. Хотелось бы мне, чтобы вы, духовные дети мои, относились ко мне чистосердечно, по совести.

Господь Иисус Христос, молящийся в саду Гефсиманском, есть до некоторой степени образ всякому духовнику в отношении духовных чад его, ибо и он берет на себя грехи их. Какое это великое дело и что только ему приходится переживать.