Молитва Господня (29)

На что мы более способны, на доброе, или на худое? Заставь-ка нас выучить Молитву Господню; – о, как это трудно! A басни и всякие бредни как приятно слушаются и как долго помнятся!

Так как молитва «Отче наш» есть сокращенное Евангелие, то и подходить к ней нужно с должным приготовлением.

Принесем в своей молитве количество, если мы не в состоянии принести качество. Конечно, лучше произнести только два слова “Отче наш…” со всей глубиной их понимания, чем повторить Молитву Господню двенадцать раз; но именно к этому мы и бываем иногда неспособны. “Количественная” молитва не означает, что надо произносить больше слов, чем обычно; это означает – сохранять свое обычное молитвенное правило, приняв тот факт, что это всего лишь известное количество повторяемых слов и ничего больше.

Молитва Господня, хотя она так проста и употребляется так часто, – большая проблема и трудная молитва. Это единственная молитва, которую дал Господь. В каком-то смысле это не только молитва, но и путь жизни, изложенный в форме молитвы: это образ постепенного восхождения души от рабства к свободе.

Молитва Господня побуждает вас к тому, чтобы вы не только учились просить желаемого у Бога Отца, сущего на Небесах, но и учились желать должного.

Так молиться повелел Христос в Евангелии: сказав ученикам своим, чтобы они не молились подобно язычникам и не говорили лишнего (Мф. 6:7), Он дал нам и образец молитвы, научая, что быть услышанным [Богом] зависит не от множества слов, а от бдительности души.

При молитве не говори лишнего и не пустословь, не проси власти, славы, победы над врагами, множества богатства. Научая нас обращаться к Богу в молитве «Отче наш», Спаситель, во-первых, являет нам достоинство сыноположения и величие благодеяний, научает молиться и за всех братий, за весь род человеческий.

Господь повелел взывать: «Отче наш», чтобы мы, научившись иметь общего Отца, оказывали братское расположение друг другу и любовь и искали Небесное Отечество.

Когда мы читаем молитву Отче наш, то должны читать ее с особенным, ясным разумением и одушевлением; именно: 1) выразуметь глубоко каждое слово и выражение; 2) всей душой и всем сердцем желать того, чего просим; 3) иметь ревность, рвение, исполнять то, чего хочет в этой молитве от нас Бог и 4) самым делом исполнять требуемое.

На молитве необходимо намеренное, обдуманное, крайнее смирение. Надо помнить, кто говорит и что говорит, особенно это нужно во время чтения молитвы Господней: Отче наш. Смирение разрушает все козни вражии.

Да будет воля Твоя. Например: когда ты хочешь быть здоров и всеусильно стараешься быть безболезненным и здоровым, а между тем остаешься все болен, говори: да будет воля Твоя; когда предпринимаешь что, а предприятие не удается, говори: да будет воля Твоя; когда делаешь добро другим, а тебе платят злом, говори: да будет воля Твоя…

Кто с чувством взывает «Господи, помилуй!», соединяя эти слова с дыханием, то есть при вдыхании в себя воздуха произносит «Господи» и при выдыхании – «помилуй», у того от такого произношения освящается и очищается характер, совесть, душа и сердце, и тот получает просимое от Бога.

Припомни слова из молитвы Господней: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим. Эти слова должны всегда напоминать нам, что мы сами во всякое время великие должники, великие грешники пред Богом, и чтобы, помня это, смирялись в глубине своего сердца и не были очень строги к погрешностям братии.

Не лги же, смотри, Господу на молитве твоей. Это имей всегда в виду, как тогда, когда читаешь молитву Господню, так и тогда, когда читаешь другие молитвы; наблюдай, согласно ли сердце твое с тем, что произносит язык.

Образ молитвы <Отче наш> предложен нам от самого Судии, Которого мы должны умолять ею. Здесь нет прошения и даже воспоминания ни о богатстве, ни о почестях, ни о власти и силе, ни о телесном здравии или временной жизни. Творец вечности не хочет, чтобы мы просили у Него чего-нибудь суетного, маловажного и временного. Итак, тот нанесет величайшее оскорбление Его величеству и благости, кто, презрев сии вечно благие прошения, захочет умолять Его о чем-либо скоропреходящем и тленном.

Так молиться повелел и Христос в Евангелии: сказав ученикам своим, чтобы они не молились подобно язычникам и не говорили лишнего (Мф.6:7), Он дал нам и образец молитвы, научая (нас), что быть услышанным (Богом) зависит не от множества слов, а от бдительности души.

«Отче наш, иже еси на небесех». Указанием местопребывания на небе Отца возводится молящийся Сын на небо. Забудь все земное; оставь без внимания землю – этот приют, данный тебе на кратчайшее время…

Если кто, как говорит Писание, «доколе будете любить суету и искать лжи» (Пс. 4:3), осмеливается произносить слова молитвы, то пусть таковой знает, что призывает он отца не небесного, а преисподнего, который сам есть лжец и делается отцом лжи.

Явно, что, если имеет кто сколько-нибудь разума, то, не усматривая в себе того же, что в Боге, не осмелится произнести к Нему слова сего, и сказать: «Отче». Ибо не естественно благому по сущности стать Отцом лукавого поступка, и святому – Отцом оскверненного по жизни, а также Неизменяемому – Отцом превратного, Отцу жизни – Отцом умерщвленного грехом; Чистому и беспримесному – Отцом опозоривших себя страстями бесчестия, Благодетелю – Отцом любостяжателя, вообще Тому, Кого представляем во всяком добре – Отцом пребывающих в каком-либо зле…

Когда приступаем к Богу, будем сперва обращать внимание на жизнь свою, имеем ли в себе что-либо достойное Божественного родства, и потом уже осмеливаться на произнесение такого слова. Повелевший сказать: «Отец», не дозволил говорить ложь. Посему, кто жил достойно Божеского благородства, тот прекрасно возводит взор к Небесному Граду, Небесного Царя именуя Отцом и небесное блаженство — Отечеством.

Когда Господь учит нас в молитве называть Бога Отцом, не иное что, кажется мне, делает, как узаконяет возвышенный и выспренний образ жизни; потому что истина учит нас не лгать, не говорить о себе того, чего в нас нет, не именовать себя тем, чем мы не были, но, называя Отцом своим Нетленного, Праведного и Благого, родство сие оправдывать жизнью.

Наша жизнь, утратив общение в добре, отпала и от Божией воли. Поэтому научаемся мы в молитве в такой мере очищать нашу жизнь от худого, чтобы, как в небесном жительстве, и в нас беспрепятственно управляла Божия воля.

Молитесь усердно Господу Богу, и хладное сердце свое разогревайте Сладчайшим Именем Его; поскольку Бог наш огнь есть. Оное призывание и нечистые мечтания истребляет, и сердце согревает ко всем заповедям Его. А посему молитвенное призывание сладчайшего Имени Его должно быть дыханием души нашей, должно быть чаще биения сердца нашего.

Молитва Господня дарована человекам прежде, нежели совершилось окончательно их искупление: они названы сынами, и призваны к правам сынов прежде усыновления, прежде возрождения крещением, прежде участия в тайной вечери, прежде обновления Святым Духом. Молитва Господня дарована грешникам.

Дана молитва Господня грешникам, и прежде всего они научаются просить у Бога, Отца своего, да святится имя Его. В этом прошении человека заключается сознание греховности, падения. В этом прошении заключается прошение о даровании искреннего покаяния.

Как сделавшийся добычею смерти уже не жив, и наслаждающийся жизнью удален от смерти; так приступающему к Божию человеколюбию совершенно необходимо быть чуждым всякой жестокости.

Прошения, из которых состоит молитва Господня, – прошения даров духовных, приобретенных человечеству искуплением. Нет слова в молитве о плотских, временных нуждах человека.

Когда мы не прощаем другим, то не прощаем самим себе. Будем же не Богу только говорить: не помяни согрешений наших, но и самому себе пусть каждый говорит: да не помянем согрешений собратий наших против нас. Ты сам — первый судья твоим делам, а потом уже судит их Бог. Ты пишешь себе закон прощения и наказания и изрекаешь себе приговор.

Когда есть припадания к Господу, яко присущему, со страхом и упованием, это лучше всякого выполнения числа молитв.