Обличение (84)

Осуждение и братское обличение никак не одно и то же. Первое воспрещается во Евангелии: «Не судите, да не судими будете» (Мф.7: 1); второе, напротив, заповедуется: «Аще согрешит к тебе брат твой, иди и обличи его между тобою и тем единем» (Мф. 18: 15), и еще: «не приобщайтеся к делом неплодным тмы, паче же и обличайте» (Еф. 5: 11).

Надо помнить еще то, что Господь взыщет не только за наши грехи, но и за грехи наших ближних, поскольку были мы к ним безучастны, ибо Господь требует от нас не только того, чтобы мы рассуждали, где зло и где добро. Он требует большего: прощая все личные обиды, человек не ради мщения, а ради исправления согрешившего должен обличать его.

Как отличить греховное осуждение от благочестивого обличения? […] Различие здесь не внешнее, а внутреннее. Когда, желая спасения человеку, любя его, будучи готовым пострадать за него, говорим ему, пусть даже горькую, правду – это богоугодное обличение. А когда без любви, с превозношением, без готовности пострадать ради спасения этого человека говорим ту же правду – это греховное осуждение.

Ни по-людски, ни по-христиански защищать преступление, а непростительным грехом было бы оправдывать чье-либо преступление.

Говорить откровенно просто так часто могут и случайные люди. А вот сказать начистоту о должном и своевременно, с подобающей соразмерностью и толком для дела – свойство весьма великой и удивительной души.

Считаю бoльшим благом быть обличаемым, чем самому обличать, ибо намного лучше самому освободиться от зла, чем освобождать другого.

Немилосерден тот, кто умалчивает, а не тот, кто обличает, как немилосерден тот, кто в ране, нанесенной ядовитым животным, оставляет яд, а не тот, кто извлекает его.

Мы страдаем не от того, что слышим дурное, но от того, что слышим справедливое.

Но обличение – это дело человека, который достиг совершенства и который может уже, как пророки Божии, обличать других.

Только спокойные и кроткие обличения вразумляют людей, жестокие более раздражают, нежели пользуют.

Обличать, отстаивая свое, трудно, так как примешивается самооправдание. Притом обличение может обратиться в неприятность тому человеку, через которого пошла молва. Не лучше ли просто помолиться, чтобы Бог вразумил каждого смотреть на дело ближнего простым оком, без осуждения и подозрения?

Обличать человека по своей воле едва ли нужно, разве сам он подаст случай сказать ему истину.

Не смущайся и не раздражайся на ближнего своего, если слышишь от него укоризну себе. Размысли, справедлива ли она? Если несправедлива, то стрела пролетела мимо тебя; от чего же тебе быть больным, когда ты не ранен? Если же справедлива, то не сетуй на укорителя, как на врага, который наносит рану, но благодари его, как врача, который открывает ее и побуждает тебя к уврачеванию ее.

Господь запрещает осуждать, а не изобличать, ибо изобличение служит на пользу, а осуждение является обидой и унижением, тем более в том случае, когда кто-либо сам, имея тяжелые грехи, поносит других и осуждает тех, кто имеет гораздо меньшие грехи, за которые может судить только один Бог.

Любой человек нам брат по Адаму. Если человек православный, понятно, что с ним мы можем в каком-то смысле поступить более строго. В Евангелии Господь говорит нам: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его» (Мф.18:15). Здесь речь идет о христианах. Но если мы имеем дело с неверующим человеком, который может даже не понимает, что совершил грех, здесь нужен какой-то другой подход.

Тот, кто укоряет злых, примет на себя уныние, а тот, кто укоряет нечестивцев, будет противоречить сам себе. Не укоряй злых, чтобы они не возненавидели тебя. Укоряй премудрого, и он тебя полюбит. Укажи премудрому на проступок, и он станет мудрее, а праведнику поучение, и он будет его всегда принимать.

Христианину ли быть равнодушным – молчать, когда кто хулит при нем его Спасителя Христа или Пречистую Богородицу, или кого из святых угодников, […]? […] Он ли, […], из благоговения и любви к Иисусу Христу, к милосердной матери Божией и святым угодникам, он ли не должен содрогаться при чьем-либо богохульстве, запретить тотчас богохульнику, а в особенных случаях и предъявить надлежащему начальству об этом человеке, чтоб не дать свободы соблазну? Нет, равнодушное смолчание при богохульстве другого уже составляет прикосновенность к этому преступлению.

Неприятно и даже противно бывает видеть, как один грешник обвиняет, обличает – другого грешника. Лично меня одно присловие, девиз, спасает от греха осуждения – «…врач! Исцели самого себя…» (Лк.4:23).

Лучше открытое обличение, нежели скрытая любовь.

Кто хранит наставление, тот на пути к жизни; а отвергающий обличение – блуждает.

Поучающий кощунника наживет себе бесславие, и обличающий нечестивого – пятно себе.
Не обличай кощунника, чтобы он не возненавидел тебя; обличай мудрого, и он возлюбит тебя;
дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее; научи правдивого, и он приумножит знание.

Когда обличают, или молчать надо, или кротко защищаться, если обличение клеветливо; не для того, чтоб поставить на своем, а чтоб поправить ошибку обличителя, соблазнившегося, может быть, по неведению дела.

Если ты закрыл глаза на подлость другого человека, тебе самому очень легко будет такую же подлость сделать.

Когда укоризненные слова и обличения идут от любящего сердца, тогда они часто полезны, ибо любовь чувствуется и сквозь внешне грубую оболочку укоризны и действует на отзывчивое сердце благотворно.

Обличать ближнего по Богу есть дело благоугодное и любезное Богу. Ибо это знак братолюбия и сострадательного произволения. Но обличать следует только с чистым сердцем и чистой совестью, со страхом Божиим и со всяким милосердием, с целью обратить согрешающего.

Иногда можно представляться непонимающим. Для сего соображайся с погрешностью брата; и если она невелика, то покажи вид, что ты не понял ея; если же велика, то не должно представляться непонимающим.

Мы можем быть неправы, когда обличаем других; другие люди могут быть неправы, обличая нас.

Обычно человек хорошо выполняет работу, которая ему нравится. С обличением чужих грехов дело обстоит наоборот – чем больше человеку нравится это дело, тем меньше он для него подходит.

Должно ли молчать, когда другие грешат? Ответ. Что не должно, сие видно из повелений Господа, сказавшего в ветхом завете: «обличи ближнего твоего, и не понесешь за него греха» (Лев. 19: 17); и в Евангелии: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Матф.18: 15–17).

Мы, именующие себя христианами, не имеем права равнодушно или с раздражением и злобой относиться к несчастным, погибающим во грехах. Не злобными упреками искореняются пороки, а великой жалостью, терпением, иногда даже просто молчанием.

Обличать надо с кротостью, ибо грех делает человека бесстыдным, а обличение может ожесточить.

Если брат твой […] ведет себя худо, вразуми его, говоря: «Перестань, брат. Нехорошо для тебя такое поведение». Представь ему в пример одного из падших […] с целью оказать пользу вразумляемому брату, чтобы он, взирая на последующую опасность, избежал падения. […] Если же останется при том же образе мыслей и, вразумляемый другими, не послушается, продолжая вести себя небрежно, то сам его остерегайся, молясь о нем Господу.

Обличай скромно и в связи с другими поступай благочестно. Не вовсе порицай людей худых и не всегда хвали добрых.

Если обличения будешь принимать с приятностью, то других станешь обличать с любовью.

Если брат согрешил, с удовольствием обвиняем его, а если согрешим сами, не с приятностью принимаем обличение.

Небоязненное, твердое обличение народа в грехах есть признак великой святости обличающего, или даже Самого Божества Того Лица, Которое обличает: креститель Иоанн, все пророки и апостолы, мученики, преподобные, сам Господь Спаситель. Мы обыкновенно больше льстим народу, стыдимся или боимся высказывать всю правду.

Без болезни не нужно и лекарство, и где греха нет, там не потребно и обличение. Оставь грех, тогда и обличение касаться тебя не будет, ибо не будет того, в чем оно обличает.

Если кто гневается за слово обличительное, видно, что он те грехи в себе имеет, которые слово обличает вообще. Ибо это значит, что то, что в слове он слышит, в том обличает его и совесть его.

Не должно гневаться никому за слово обличительное. Не гневаешься, человек, на зеркало за то, что пороки на лице твоем показывает, зачем же гневаться на проповедника, что он словом грехи твои тебе показывает? Зеркало показывает тебе то, что имеется на лице твоем, так обличительное слово обличает тебя в том, что есть в душе твоей.

Если будет тебе нужно обличить брата, и видишь себя в гневе и нестроении, то отнюдь ничего не говори ему, чтоб не придти в большее расстройство.