Самолюбие (81)

Ведь каждый думает, что он хороший, что он живет правильно, а все остальные неправильно, и он может всех учить, всем указывать. Так и заявляет: сейчас такой народ пошел, ну прямо никуда негодный. То есть я-то, конечно, хороший, а все остальные – такое барахло, что не стоит о них и говорить. Точкой отсчета для человека является он сам.

Самолюбие сжимает душу человека, суживает его интересы, разъединяет его со всем, что не он, побуждает его всегда и во всем искать только своей пользы и потому проявляется в алчности к приобретениям вещественным и в стремлении к преобладанию над другими, или, что тоже, в своекорыстии, честолюбии, и под.

Самолюбие усиливается в нас от недостатка самопознания, оно есть излишнее к самому себе уважение и возрастает в душе при невнимании нашем к себе и при внимании к льстивым похвалам от людей. Корень его есть прирожденная нашей природе гордость. Уничтожается самолюбие памятованием о смерти, внимательным исследованием своих поступков, а паче представлением страшного суда Божия.

Не сами ли мы иногда бываем виноваты, что люди не могут подойти к нам, ибо они чувствуют, что наше сердце не лежит к ним. Кто тут виноват? Бывают виноваты обе стороны. Но мы, духом жить мнящиеся, не более ли будем виновны, что слишком себе верим, о себе думаем, не давая в сердце места другим? Причина разъединения с людьми есть излишнее любление себя и всего, что нам принадлежит.

Первый предмет привязанности человека здесь, без сомнения, сам человек; и первая страсть его есть потому самолюбие, из которого рождаются наслаждения гордости, тщеславия, праздности, скупости, учености…

Все страсти исходят из самоугодия, самости, самолюбия и на них держатся.

Своему самолюбию необходимо дать бой. Нам следует подкарауливать его проявления и тотчас их пресекать. Самолюбие для себя хочет сделать, а мы должны делать все во славу Божию и на благо других, не имея в виду себя и себя не жалея. Ведь и самолюбивые внешне те же делают дела, что и несамолюбивые, только другое дают им направление и другие при них имеют намерения.

Самое страшное греховное извращение любви – это самолюбие. Оно есть антилюбовь. Самолюбие возникает тогда, когда человек любит себя больше, чем другого. Любовь – это, напротив, когда человек любит другого больше, чем себя. Самолюбие есть плодотворная почва для произрастания всякого рода греха.

Хочешь ли за раз избавиться от страстей? – Отрешись от матери страстей – самолюбия.

Самолюбие бывает родительницей неисчетных страстей. Почему, когда кто исторгнет из сердца своего самолюбие; тогда легко возьмет силу и над другими страстями, при содействие Господа. Ибо из него обыкновенно рождаются гнев, печаль, злопамятство, сластолюбие и необузданная дерзость; и побежденный им неизбежно побеждается и прочими страстями.

О самолюбии, всех ненавидящем, верно сказал некто из премудрых: лютая брань самолюбия, как тиран некий, стоит во главе всех помыслов, коими три оные и пять восхищают ум наш.

Любой прилог всеобъемлющей противоестественности, от бесов ли он или от страстей, исходит прежде всего от нашего собственного попустительства, которому способствует самолюбие. Итогом этого становится порабощение человеческой свободы. Тогда мгновенно рушится смиренномудрие, подготовленное самоукорением, и это должно быть хорошо известно делателям покаяния.

Источник общечеловеческой несостоятельности и предательства кроется в самолюбии. Это одна из наиболее ужасных страстей, и через сластолюбие она порождает и дает силу всему, что безумно и развратно. Не существует другого средства от этих страстей, кроме воздержания и поста. Такова причина, по которой значительная часть христианского подвига приходится на эти две добродетели.

Себялюбие состоит из двух частей: материальной (телесной) и духовной (психической). Отсюда рождаются оба вида страстей, как телесные, так и душевные.

Корень всех наших небратских отношений, т. е. распрей, вражды, озлоблений и пр. – лежит главным образом в нашем самолюбии, а затем и в его спутницах: гордости и зависти… Из этой тройственной страсти выростают все другия страсти – на подобие многоветвистого дерева, выходящего из малого зерна… Бороться с ними не легко; но это необходимо…

Какую бы страсть, телесную или душевную, более или менее преступную, ни стали мы поверять по ее родопроисхождению, окажется, что она родом от самолюбия, что в ней есть хоть некоторая доля самолюбивых побуждений.

Самолюбие губит все. Так как нужно любить «всем сердцем и всей душой» Бога, в Котором все прекрасное, а самолюбивый признает достойнее любви себя, больше свою волю во всем творить, чем Божии заповеди, больше по-своему мыслить, чем по-Божьему; то, в свою очередь, и Господь Бог отказывает ему в Своей любви.

Правильную любовь к себе человек заменяет самолюбием и излишним саможалением, самоугодием. Самолюбие, можно сказать, общечеловеческая страсть. Человек только себя любит и жалеет, безразборчиво выполняя пожелания своей души и плоти.

В главе всех добродетелей шествует искренняя вера, при коей душа не колеблющеюся водится мыслью, но всецело отметает самолюбие. Ибо только что выступившему на подвиги ничто так не препятствует исполнять делом заповеди, как всезлобнейшее самолюбие (желание плоти).

Желания, управляемые самомнением и самолюбием, всегда бывают неразумны и часто гибельны.

Себялюбие с лишениями, даже воображаемыми, не мирится.

Подлинно совершенной плотью и самолюбием [воплощённым] являются те, которые всегда порабощены наслаждению и славолюбию. В них и зависть пустила корни. Изнурённые злорадством и объятые огорчением [по поводу] счастья ближнего, они клевещут на доброе [в нём] как на злое и действительное порождение прелести, не принимают и не веруют в то, что от Духа, и по маловерию не способны ни усмотреть, ни познать Бога.

Ничто так не способствует расслаблению, беспечности и безумию души ревностных подвижников, как именно кормилица страстей – самолюбие.

Что такое самолюбие, и чем дает о себе знать самолюбивый?
Ответ. Многое говорится не собственно, как например: «Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную» (Иоан.12:25). Посему кто любит самого себя не настоящею любовью, тот самолюбив. Дает же знать о себе, если, что ни делает, делает ради себя, хотя бы сделанное было и согласно с заповедью.

Не будем самолюбивы, ибо от самолюбия, как ветви какие, рождаются пороки. Истребляется же самолюбие любовью, которая всех влечет к единомыслию и связывает воедино.

Непослушание происходит от самолюбия, которое почитает свою волю более, нежели повелевающего Господа, как послушание от боголюбия, которое более любит Бога, нежели себя, и волю Его предпочитает своей воле, и потому заповеди Его соблюдает.

Те, которые дают обильные милостыни, созидают Божии храмы, богадельни, но оттуда славы и похвалы человеческой ищут; которые людей учат и наставляют для того, чтобы мудрецами и разумными прослыть, и прочее. И это есть диавольская кознь и несмысленного и слепого сердца самолюбие…

Непохвально поступают и самолюбием страдают те, которые другим благотворят ради того, чтобы их любили; и в таком случае не ради имени Христова, но ради своей пользы благотворение бывает. Истинно любящий Христа и нелюбящим себя благотворит, внимая слову Христову: просящему у тебе дай (Мф. 5:42).

Не будем самолюбивы; ибо от самолюбия, как ветви какие, отрождаются все страсти.

Самолюбие боготворит свой падший, лжеименный разум, старается во всем и постоянно удовлетворять своей падшей, ложно направленной воле. Самолюбие выражается по отношению к ближним или посредством ненависти, или посредством человекоугодия…

Как гнев, так и злоба рождается от безмерного самолюбия. Ибо самолюбец во всем ищет своей корысти, славы и чести; а когда видит в чем препятствие своему намерению и желанию, о том смущается, печалится и гневается на того, кто препятствует, потому и старается гнев свой в дело произвести, то есть отомстить, что свойственно злобе.

Самооправдание в евангельском законе не означено, прямее сказать – не допускается: и если кто ударит тебя в десную твою ланиту, обрати ему и другую (Мф. 5:39). Слова о десной ланите показывают, что не следует оправдываться и тогда, когда казалось бы человеку, что он прав. Но такое разумение всякий должен относить к себе самому, а не другим.

Секира* к истреблению корня самолюбия – вера, смирение, послушание и отсечение своих хотений и разумений. Секира эта тяжела, но рано или поздно, а надобно взяться за эту рукоять, которая с виду только страшна, а на самом деле успокоительна для держащихся за нее крепкой рукой и неослабной силой.

От самолюбия – гневливость, от самолюбия – осуждение и порицание других, от него – негодование, и ропот, и самооправдание, и нехотение ничего потерпеть, а вследствие всего этого – малодушие и оставление молитвенного правила и чтения духовного и прочего, что требуется от монаха…

И нам бы Господь помог и укрепил нас воздержаться особенно от немощи самолюбия, которое более всего портит наше дело и препятствует душевному исправлению. Как для мирских корень всему злу сребролюбие, так для монашествующих корень всему злу самолюбие, которого Господь и повелевает прежде всего отречься: Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя (Мк. 8: 34).

Не будь уловляем самомнением и высокомудрием, думая от себя или собой сотворить что-либо благое, ибо от тебя без помощи Божией ничто благое исходить не может, но только все злое, всякий грех, потому что ты «в беззаконии зачат, и во грехах родила тебя мать» в мир (Пс. 50:7).

Заботиться ради самого себя есть улика в самолюбии; а заботиться и работать ради заповеди — похвальный признак христолюбивого и братолюбивого расположения.

Главное страдание ушедшего от Бога человека, есть самолюбие.

Кого приобретаешь, приобретай не ради себя и избежишь яда самолюбия.

Нечувствие тем страшно, что обладаемый им не понимает своего бедственного состояния: он обольщен и ослеплен самомнением и самодовольством.