Цитаты о гордости (451)

Если нам не хватает добрых дел и подвигов, нас может спасти смирение. Но терпение и смирение ничем заменить нельзя. Если человек предаётся гордости, ропщет, осуждает ближних, никакие труды и подвиги, никакие скорби, никакие болезни не оправдают его перед Богом. Невозможно гордому быть в Царстве Небесном.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

Гордость – это пьянство нищего. Как нищий, бывает, весь день понемногу собирает подаяние, а потом кто-то опаивает беднягу и у пьяного отнимает всё собранное, так и гордые помыслы, которые мы соблазняемся принять, лишают нас благодати, которую мы получаем от Бога, терпя скорби, подвизаясь в воздержании и совершая добрые дела.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

«Как это я, такой хороший, и вдруг так плохо поступил! И зачем только я сказал такие-то слова и сделал то-то и то-то!» – вот пример неправильного покаяния, так называемого смущения. Самооправдание губительно, но и слишком казниться из-за своих греховных поползновений – тоже признак гордости и духовной неопытности.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

На самом деле, когда человек старается поститься по правилам, но у него не получается, то он обретает драгоценный опыт познания своей немощи и смиряется. А если то, что мне нравится и легко даётся, я объявлю нормой, трудное же и неприятное в церковных установлениях отвергну, то как начну гордостью, так и преуспевать буду в гордости.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

Наше гордое упование на собственные силы, наш бесконечный мысленный разговор самих с собой – они-то нас и удаляют от реальности. Вроде бы мы всё хорошо продумали, всё подготовили, и вдруг все наши планы рушатся – это Бог нас смиряет, учит не уповать на самих себя.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

Как избавляться от гордости: гордость обыкновенно не замечает в себе этого порока, а если кто замечает в себе его, то это не настоящая гордость, а только горделивые помыслы, от которых человек желает освободиться, в чем ему и помогает Господь. Для этого посылаются человеку скорби многие и немощи души и тела.

Всё — Божие, брат мой! И юность, и красота, и благородство, и праведность. И мы сами Божии. Чем же нам с тобой гордиться? Но нет, в нас есть нечто и свое, не Божие, это свое есть грех, родивший смерть, превратившую нас в прах и пепел. Этим своим, если угодно, мы беспрепятственно можем гордиться. Но… гордиться грехом – гордиться тем, что мы земля и пепел?! Это неразумно и неестественно.

Гордость – это отрицание всякого вообще авторитета от Божеского до человеческого; безусловная самоуверенность и самонадеянность, своеволие и любоначалие, безумное стремление к независимости. В гордости, как в фокусе сосредоточено всё зло.

прот. Борис Николаев • Все цитаты автора • Источник

Гордыне – этой ужаснейшей духовной болезни – предшествует целая вереница сродных заболеваний, среди них: самолюбие, тщеславие, высокомерие, надменность, чванство, лицемерие, похвальба… Все они являются результатом одного основного духовного отклонения: нездоровой «обращенности к себе».

Когда человек сам пытается строить свою жизнь, он, не будучи всеведущим, везде терпит неудачи: теряет деньги, блага, привилегии. Почему? Да потому что решил сам все сделать. Такая самость и отсутствие тяги к небесному и портят человеку земную жизнь.

Если начало премудрости есть страх Господень, то начало глупости есть неведение Господа. Люди, увлекаемые гордостью и высокоумием, делают себе из своего ума идола. Ничего нет опаснее такого состояния, ибо оно трудно врачуется и почти неизлечимо.

Нередко привязанность к отечеству перерастает в гордость. Но можно ли христианину гордиться в принципе? Священное Писание дает однозначный ответ: «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (1Пет. 5:5) и «гордость человека унижает его, а смиренный духом приобретает себе честь» (Притч. 29:23). Если народ или отдельный человек начинает чем-то гордиться, превознося себя над другими, он рискует стать противником Самому Богу. Честь народа – в его смирении.

Гордость ослепляет человека и не дает ему видеть себя в настоящем свете: достоинства его крайне увеличивает, недостатки умаляет или вовсе скрывает. И если бы несчастный захотел, в минуты духовного просветления, рассмотреть свои грехи, она найдет тысячи предлогов, чтобы извинить их, уменьшить их важность и даже представить их в качестве добродетелей.

В каком бы ты положении ни был, на какой бы ступени в общественном служении ни находился, никогда не забывай, что все, что ты имеешь, – не от тебя, а дар Божий, что гордиться и превозноситься тебе нечем, – что стоящие ниже, такие же как и ты, а может быть еще лучше тебя, ибо суд Божий – не суд человеческий, и что по суду человеческому хорошо, то по суду Божию мерзость бывает…

Как самолюбие предшествует всем страстям, так гордость следует за всеми страстями, или завершает собой все страсти человеческие. В то же время, это страсть такая, которая одна может наполнить собой место всех страстей, так как она одна свергла с самого неба духов падших.

Высшая степень духовной гордости состоит в том, когда кто почитает себя «бесстрастным», – видит себя потрудившимся для Бога и души настолько, что будто бы ему более и не о чем заботиться, – называет себя «грешным» по одному лишь смирению, а не поистине, или, скорее, за другим, чем за себя: «несмь, якоже прочие человецы». Это есть полное самообольщение, полная «прелесть бесовская».

Доколе человек не придет к самому глубокому сознанию того, что он бессилен сам по себе для истинно-добрых дел, и не будет с надеждою искать себе у Господа Бога помощи; дотоле и не будет иметь успеха в этих делах. Итак, самонадеянность виновна, и как горделивое обегательство Божией помощи, и как причина безуспешности дел.

Гордость есть неумеренное и несправедливое желание собственной славы, дабы превзойти других, подобных себе, достойно или недостойно. Оный грех был первый, который родился в деннице, и из которого, как из ядовитого источника, проистекли все другие.

Не то только есть нечистота и осквернение души, когда кто нечист бывает от скверных страстных помышлений; но и то, если кто превозносится всегдашнею исправностью поведения и «надымается» добродетелями, также, когда много думает о своей премудрости и своем познании Бога, и осуждает кажущихся беспечными и нерадивыми братий.

У человека, угодного Богу, есть два врага, которых он остерегается: гордость и отчаяние. Он остерегается гордости, зная, что она остужает сердце и лишает его силы любить. Гордый настолько полон собой, что в нем не вмещается ничего иного и он остается совершенно закрытым для других. Верующий остерегается и отчаяния, ведь оно представляет Бога спасения бессильным победить зло внутри нас и толкает его, таким образом, на тяжкий грех богохульства.

Гордый не может любить, потому что гордость закрывает его в самом себе и опьяняет его наслаждениями люциферического самообожествления. Она оставляет после себя угнетающее внутреннее запустение и делает человека жертвой ада и безумия.

Не гор­ди­тесь ничем, потому что ничего из того, что Господь нам по­сы­лает, мы не должны почитать своим. Поистине, все, что име­ет человек, как учили святые Отцы, есть богатство непра­ведное; мы не заслужили того, что имеем. Мы не заслужили даже тех переживаний, тех скорбей, тех недугов, которые посылает нам Господь.

Как победить гордость: для этого необходимы борьба и самопонуждение к смирению. Это не вдруг приходит, а со временем. Это то же, что пролить кровь. Проси Бога. Постепенно будешь осваиваться со смирением, а после оно в навык обратится.

прп. Исаакий Оптинский (Антимонов) • Все цитаты автора • Источник

Мерзость пред Богом те люди, которые в гордой мечтательности более обожают свой разум, нежели веруют в святое слово Божие; которые хотят оправдаться, как гордый фарисей, собственной правдой, а не правдой Божественной; которые лицемерно выказывают свое благочестие пред людьми, и часто, в делах Веры, обретают удовлетворение собственному самолюбию.

Самая главная борьба – со страстью гордости. Все, которые хотят властвовать над людьми, – погрешают: они не понимают власти, данной от Бога. Сам Бог не хочет властвовать над человеком, ожидая, чтобы человек в свободе своей любви к Богу определился как бог.