Память смертная (223)

Да будь ты хоть министром, будь у тебя сколько угодно денег, жен, всякой всячины, все равно с этим придется расставаться. Неужели стоит ради этого даже палец о палец ударить? Нет, не стоит; игра не стоит свеч. А вот вечность – стоит!

Если же так внезапно смерть похищает людей: то не лучше ли стараться быть готовым к ней во всякое время. Это единственное средство, при котором можно не бояться смерти, когда бы она не приключилась. Помни последние дни твои, и во веки не согрешишь….

Видим и знакомого и незнакомого во гробе, а о своей смерти и не думаем…

Чем ближе конец жизни, тем сильнее любовь к умершим. Не есть ли это предчувствие встречи? Чувствуешь с радостью не только их, но и обстановку, с ними связанную, какие-то вещи, старое Евангелие и кресло, тропинку в лесу, запах сена, колокольный звон. Ничто, очевидно, не умирает из того, что как-то нужно было человеку на земле, что как-то вело его к Богу.

У смерти поучимся искать вечного, что не остается здесь, и уйдет туда, в будущее, не в осуждение, а во спасение. Попросим у Господа этого дара (памяти смертной), без этого дара мы с вами суетно живем.

Смерть – учительница жизни. Нужно во всем видеть указание на то, чтобы больше думать о ней; и готовиться к ней надо духовно, т.е. не к ней, а к вечной жизни. Нужно почаще представлять себе, как предстанем Господу Славы, уповать на милосердие Божие и силиться спасаться.

Время твоей смерти предоставь в руки Божии. Сама знай только одну мысль и одну заботу – спастись! Остальное дело не наше с тобой!

Память смертная введет в душу умиление, которое при живейшем чувстве может высказывать себя плачем радостотворным. Умиление — состояние и скорбное, и радостное; точно наше душевное выздоровление, восстание в жизнь новую, вход на небо.

Безвестен час, но не безызвестно, что будет. Помни же непрестанно помни то, что будет: смерть, суд, рай, ад – сия последняя твоя. Может быть, все сие будет сей час, во мгновение ока. Напиши же в мысли своей, что в чем застанет тебя смерть, таким и на суд явишься.

Мысль о смерти – самый большой советник, самый добрый советник, который должен сопровождать тебя по жизни.

Что душе из настоящего века улыбается, то от рассуждений о вечном огне становится горьким.

С утра, вместе с памятью о Господе, необходимо восстановить в своем сердце и привязать к нему память о последних днях своей жизни. С этим помышлением нам надо быть весь день, как и с Господом, и, отходя ко сну, говорить в себе: се ми гроб предлежит! Се ми смерть предстоит! Делая так, мы найдем себе надежных охранителей на пути истинной жизни.

Память о смерти и блаженной или прегорькой вечности имеет силу отклонять нас от всего дурного даже в мыслях и направлять ко всему доброму не напоказ, а искренно. Память смертная учит нас быть осторожными и воздерживаться от всего отравляющего жизнь. Если побольше будем думать о смерти, меньше будем встречать беспорядков и в частной, и в общей жизни.

Кто добре искупая время жизни своей, непрестанно бывает занят помышлением и памятью о смерти, и чрез это самое мудро исхищает ум из страстей; тот обыкновенно острее зрит повсечастные приражения бесовских прилогов, нежели тот, кто проводит жизнь без памяти смертной, надеясь очистить сердце действием одного разума, а не тем, чтобы всегда хранить печальную и плачевную мысль.

Память о всех грехах от юности, когда кто пересматривает их умом по частям, обыкновенно и смиряет, и слезы рождает, и ко всесердечному благодарению Бога подвигает нас, как и всегдашняя действенная (до чувства доводимая) память о смерти, которая при том рождает и плач радостный со сладостью и трезвение ума.

Мы должны каждодневно держать себя в таком настроении, в каком надлежит являться пред лицом Бога.

Память смертная – это памятование о последнем, конечном мгновении, когда душа покинет свое тело, когда Ангелы и бесы предстанут пред тобой и будут состязаться за право взять трепещущую и стенающую душу.

В Православной Церкви есть такая удивительная добродетель, которая называется память смертная – такое состояние, когда ты постоянно помнишь о смерти, потому что в любой момент можешь покинуть этот мир. И наша задача научиться покидать этот мир с радостью, так, как будто мы из отпуска к себе домой возвращаемся, потому что наша отчизна – это Рай, Небесное Царство – наш настоящий дом.

Любой христианин должен день проживать так, как будто он ночью умрет и тут же пойдет на суд к Богу. Даже есть такие слова из Священного Писания: «Во всех делах твоих помни о конце твоем, и вовек не согрешишь» (Сир.7, 39). Помни свой последний день земной жизни, помни о том, что покинешь этот мир, и тогда ты будешь жить так, как будто завтра все вещи собираешь и идешь к Богу.

Память смертная возникает по благодати Божией и вызывает стремление к покаянию. Кроме того, память смертная – это глубокое переживание потери благодати Божией.

Если смотреть на смерть духовным взором, то есть с надеждой и упованием на Бога, то человек оживает. Мощные энергии входят в его психосоматический состав, растет упование будущей жизни и преодоления смерти. В человеке создаются благоприятные условия для развития бесстрастия. Он становится более ответственным за свои поступки, более социальным человеком.

Память смертная может иметь два образа, как мы видим из трудов святых отцов. Первый образ – это рассудочная мысль о том, что наступает конец биологической жизни, а за ним последует Суд. […] Второй образ – это благодатная память, или, лучше сказать, бытийная память о смерти. Это великое духовное дарование, которое, с одной стороны – плод прикосновения Бога, с другой стороны – страшная сила, подталкивающая человека к пламенной молитве, к неудержимому плачу, к непрестанному подвигу хранения заповедей Христовых для преображения всего внутреннего мира.

Святые отцы придавали огромное значение памяти смертной. Они считали ее самым действенным средством для приобретения страха Божия, от которого рождается покаяние. Поэтому они похваляют того, кто помнит о своем исходе из этой жизни.

Неудовлетворенные страсти причиняют несносную боль и состояние удушья, потому что душат душу. Это и есть настоящий ад и страшная мука. Поэтому святые отцы советуют очистить душу от страстей, пока она находится в настоящей жизни, чтобы быть ей свободной после своего исхода. Ей должен приносить удовлетворение и влечь к себе Сам Бог.

Вся христианская жизнь – это подготовка к смерти. Эта подготовка происходит, конечно, не в стрессовом состоянии, а с радостью и оптимизмом, потому что овевается дыханием благодати Божией и делает нашу жизнь более человечной. Потому что тот, кто готовится к своему исходу, знает, как самым наилучшим образом воспринимать ему все, что случается в жизни. Тогда он становится действительно социальным человеком.

Воображай себе истину сию всегда, что еже сеет человек в здешнем веке, то самое и пожнет в будущем стократно, и на этой истине поверяй самого себя каждодневно: что ты посеял на счет будущего века – пшеницу или терние?

Будем непрестанно помнить, что мы созданы для вечной жизни, a не для временной. Страшимся потерять время. Другой временной жизни для вас уже не будет. Ежели смерть застанет нас во грехах (а кто знает, когда она придет!): мы погибли.

При смертной памяти характерно то, что всякая вещь или переживание обесценивается, если оно умирает. Всякое страдание человека – и наше, и наших братьев и сестер – теряет всякую ценность, если все будет поглощено смертью. И это так ясно!

Тоска по горнему миру, любовное устремление к нему – является веселием нашим, делает даже болезненную старость царственно великолепною, полною ожидания милосердных «объятий Отчих» (Лк.15:20).

Время летит точно на крыльях, коротенькая наша эта земная жизнь в сравнении с будущей, вечной – точно песчинка в море. А что-то мало мы думаем о вечности и плохо приготовляемся к ней, уж очень оземленились и позабыли думать о едином на потребу.

Будем, если можно, непрестанно памятовать о смерти: ибо от этого памятования рождается в нас отложение всех забот и сует, хранение ума и непрестанная молитва, беспристрастие к телу и омерзение ко греху, и почти, если сказать правду, всякая добродетель, живая и деятельная, из него проистекает.

Добрый педагог и телу и душе есть незабвенная память о смерти, и то, чтобы, минуя все посреди сущее (т.е. между настоящей минутою и часом смерти), ее всегда пред собою зреть, и тот самый одр, на котором имеем лежать, разлучаясь с телом, и прочее.

Хотя от нас сокрыта смерть, мысль о ней мы должны сами добровольно вызывать в себе для того, чтобы обуздать греховные порывы.

Каждый христианин должен помнить, что от последних минут его жизни может зависеть вечная его судьба. Ибо и великий грешник, если в последние часы своей жизни принесет истинное, христианское раскаяние, будет помилован, и в обителях райских, подобно благоразумному разбойнику, водворен; и великий праведник, если при конце жизни утратит мир с Богом, может погубить плоды трудов прежней неукоризненной и святой своей жизни.

Верующий без сомнений не хочет узнать, какой смертью умрет: от людей или от зверей, от голода или от тяжких великих трудов, или естественной смертью. Ибо двух смертей не будет, а одной никто не избежит.

Ничто так не спасает человека, не утверждает в заповедях Господних и во всех отеческих добродетелях, не дает и не рождает терпения, не укрепляет во всех страданиях и не заставляет презирать удобства нынешнего века и соблазны суетного мира сего, как память смерти.

Все святые победили вожделения греховные, желания и удовольствия, достигли совершенства и спаслись, ежечасно держа в уме своем смертную кончину и разлучение души с телом, муку вечную и блаженство Царства Небесного. И этой мыслью, как стрекалом погонщика, уязвляемы и понукаемы постоянно, стойко выносили все страдания, нужду, неудобства и усердные подвиги.

Для того и пришли, чтобы умереть, а не жить.

Обычно смерть застает людей врасплох, и человек с ужасом видит, что он попусту потерял время, проиграл его, как неумелый игрок. Но тот, кто помнил о смерти, тот увидит ее не в образе грозного мстителя, а как друга, который пришел в темницу этой жизни, чтобы освободить его от трудов и скорбей и ввести в страну вечного покоя. Поэтому святые Отцы говорили: день смерти – самый великий день для человека.

Память о смерти дает человеку мужество переносить несчастья и скорби этой жизни. Память о смерти открывает сердце для молитвы. Память о смерти учит прощать и любить.