Страх (61)

Наша установка преодолеть и победить боль, тление и смерть – одно из самых наших трагических начинаний. Лучше умереть, нежели воевать за то, чтобы не умирать. Лучше встретить и обнять боль, нежели желать не болеть. Лучше гнить в гробу, чем пытаться избежать сокрушений сердца и плоти.

Каждое мгновение моей жизни – Божие. Зачем же тогда бояться кого бы то ни было и чего бы то ни было, кроме Бога?

Бояться людей нечего: в ад не посадят, лишь бы Господь не оставил, лишь бы противное воле Его не делать.

Господь – не страх, но любовь, радость, мир, долготерпение. Он сотворил нас не для того, чтобы мы Его боялись, а для того, чтобы любили. Греха и диавола нам следует бояться.

Не бояться, братья и сестры, никого и ничего. Бояться лишь греха, лишь того, что отдаляет нас от Бога и от Царствия Небесного. Никогда не бояться никакого унижения, никакого вреда. Могут нас унижать, но унизить не могут. Это можем сделать только мы сами, если свернем с пути Божьего…

Насилие или страх никогда не становятся творцами добродетели. Прекрасно же то, что добровольно и не по принуждению.

Не ради страха, но ради долга следует воздерживаться от проступков.

Того, что делает страх, не может сделать разум. Ибо страх геенны доставляет нам венец Царствия.

Одного да будем бояться: чтобы нам не бояться чего-либо больше, чем Бога.

Добродетели подобает быть свободной от всякого страха, ибо добродетель нерабственна, добровольна и свободна от всякого страха.

Боязливость, то есть испытывание страха перед людьми, или бесами, или какими-либо событиями в жизни, которые случаются или могут случиться в будущем, есть признак духовного нездоровья христианина, который не должен испытывать страха перед чем-либо подобным.

Страх перед чем-либо, кроме Бога, есть признак и условие внутренней несвободы и несовершенства.

Одним из коварнейших духов, борющих нас неутомимо, является дух робости и малодушия.

Бояться высказать свои православные убеждения, когда вызывают на то; даже неохотно открыть о себе в кругу иноверцев – какого вероисповедания; не сметь в присутствии других и перекреститься, или сделать земной поклон пред святыней; молиться, осмотревшись прежде, не наблюдает ли кто со стороны, или не может ли заметить, и так каждый раз; затрудняться выразить близкое расположение к благочестивому священнику; вообще, с робостью скрывать свои религиозные убеждения и добрые расположения; наконец, решительно отказываться от них в угоду людям: вот все это и значит «стыдиться Христа»!

Муж гневливый страшлив, а кроткий не боится страха.

Боязнь пред людьми ставит сеть; а надеющийся на Господа будет безопасен.

Когда врожденный в нас страх боится Сущего, возникает благочестие; когда же – не-сущего, обращается в трусость.

Маловерие и страсти пугают человека в любом деле, в любое время и в любом месте, если он несвободен от страстей. В любой вещи, в любом месте и в любое время задерживается страхом. Причина же маловерия – страсти.

Боязнь – это паралич души, трус – потенциальный предатель и отступник. Чтобы преодолеть боязливость, надо уничтожить ее причину, привязанность к тому, что человек боится потерять. Чтобы преодолеть боязливость, надо уничтожить пристрастия, любовь к телесному покою и наслаждениям.

Добрый страх, как заботливый страж, готов встрепенуться, если вы опасно подойдете к краю пропасти – но он вовсе не терзает вас, когда вы находитесь на правильном пути. Дурной страх преследует вас неотступно. Он воспрещает вам верить в прощение Божие и искажает образ Бога, представляя Его мелочным тираном, которому невозможно угодить. Этот страх может быть не просто нездоровым, но и прямо враждебным Богу.

Ничего не пугайтесь.
Во всех случаях бегите к Богу
в Таинствах Его.

Не бойся ничего. Внедряй в себя мысль, что во всем мире не происходит ни малейшего движения без ведома и соизволения Божия. Тем более с человеком, тем более с верующим и чтущим Его не происходит ничего ни доброго, ни злого без Бога.

Тягостнее бояться какого-либо горя, нежели на самом деле переносить его.

Когда нет веры во всемогущество Бога, в его безграничную милость, тогда к нам находит дорожку враг Божий и враг человеческий. Со своими страхованиями приступает он к нам, лишая нас спокойствия духа и мира. И выматывающий страх делает человека больным.

Кто творит грех, от того требует он страха, и тот должен перед ним трепетать и таить его, потому что грех – смертельный яд. Грех приносит с собой страх, и его хочется скрывать, как скоро совершен, потому что он не хочет обнаруживать себя, как гнусный и губительный.

Если ты сделался сильным в добродетели, а ненавистник добра возбуждает некоторых людей к притеснению тебя, то не приходи в робость и не изменяй благочестию из страха человеческого, ибо страшно впасть в руки Бога живого (Евр.10:31).

Нужно предаться воле Божией и признать себя достойным всякого человеческого и бесовского наведения, тогда страхование пройдет само собой. Оно ни от чего так не истребляется, как от глубокого сердечного сокрушения.

Покойников не бойся, ведь ни один не встал. Этот страх от врага душевного; твори молитву постоянно Иисусову: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную» и не бойся, преодолевай свой страх, и Бог тебе поможет.

Страх, бывающий при молитве, считай искушением от врага, который старается отвратить от молитвы всякого желающего молиться.

Ступайте смело, не бойтесь страхов, которыми пугает вас диавол, мешающий идти по узкому пути. Отгоните его Крестом Христовым, возведите очи свои горе́ – и увидите Самого Господа, Который идет вместе с вами и облегчает ваше иго.

Работающий за плату – наёмник; и кто удаляется греха по страху мучений, о себе же заботится.

Соблюдая закон, изгонишь вон страх, потому что всякий исполнитель законов – вне страха.

Напрасно человек страшится умирать в Боге, т.е. до конца посвящать себя и все свое Богу. Ему не надо пугаться, ни мнимой великости своих усилий и жертв на путях к Богу, ни своих слабостей и страхов на этих путях, как непереходимых бездн. Чрез все эти бездны переносится человек силой Божьей, когда это надо, для дела Божьего и человеческого дела в мире.

Чего только не боятся люди в мире! Жизнь современного человека, как и древнего, соткана из страхов, которые проносятся в его душе, как птицы, не всегда отражаясь на экране его сознания. Современный человек не знает всех своих страхов. Но если в его сердце нет полного, невозмутимого мира, – можно сказать без ошибки: страхи, эти дети его человеческих страстей, живут в его душевном доме.

Как страшится человек не найти Бога, так страшится он и найти Бога, увидеть своего Спасителя внутри себя и внутри другого человека. Страшится человек найти высшую человечность в себе и в брате.

Первый темный страх человека, есть боязнь увидеть Бога. Это – всемирное прятанье Адама (человечества) от близости Божьей. Наг есмь и скрылся… Так и по сей день человечество скрывается от Бога в своих делах, чувствах и желаниях.

Перестав беспечально пребывать в раю сладкого Божьего доверия и своего доверия к Богу, люди стали мучительно всего бояться и весь мир пугал собою. Люди наполнили землю непрочностью и бедственностью, в которой живут до сих пор, непрестанно призываемые в иную, высшую жизнь, но почти не откликающиеся на нее. Утонувший в земле человек, видит сейчас только черноту земли.

Когда на страх за тело приникнет страх за душу, тогда страх телесный изнемогает пред страхом душевным, как воск от силы пожигающего огня.

Тягостнее бояться какого-либо горя, нежели на самом деле переносить его.

Страх – как проявление ненадеяния на свои силы.