Божественная любовь (185)

Отец Небесный равно благотворит и праведным, и неправедным, и добрым, и злым, – потому что Он благ и есть Благо, и всякое действие Божие есть благодеяние и благодать. И уже дело грешника, что он опаляется любовию Божией, как гневом…

Как огонь всегда горяч и всегда греет, как свет всегда свет и светит, как мед всегда сладок и услаждает, так Бог всегда и непрестанно благ и всегда благотворит. И как огонь не может не согревать, и свет не может не просвещать, и мед не может не услаждать, так и Бог не может не благотворить. Потому что естество Его такое, чтобы благотворить.

Забывшие Бога люди! Поймите, что в Боге – наше счастье и радость, что с Богом и благополучие в делах мирских: если будет Божие благословение на делах наших, то они станут успешны. Ведь Господь есть любвеобильнейший Отец наш Небесный, всюду расточающий неисчислимые блага и обещающий дать все, о чем попросим Его с верою.

Человеколюбию Господа Христа нет предела. Ибо для того, чтобы нам, людям получить вечную жизнь, в Нем пребывающую, и жить Им, от нас не требуется ни ученость, ни слава, ни богатство, ни что-то иное, чего нет у некоторых из нас, но только то, что каждый из нас может иметь. Что же это? Вера в Господа Христа.

По-настоящему мы не можем указать истинной причины сотворения мира. Ничто не предшествовало Богу, и ничто не понуждало Его сотворить мир. Однако, наблюдая всюду в творении следы Божественной Благости: «Благ Господь ко всем, и щедроты Его на всех делах Его» (Пс.144:9), – мы говорим, что Его Благость, или любовь, явилась причиной сотворения мира.

Будучи всеблаженным, Бог открывает Себя и вовне существом всеблагим и любящим, дарует тварям столько благ, сколько нужно для их блаженства, сколько они могут принять по природе и состоянию. Творение мира и все промыслительные о нем действия суть проявления благости Божией.

Бог расположен к человечеству паче всякой твари в двух отношениях: во-первых потому что [человек] есть произведение Его собственных рук и предызображение Его Домостроительства, будучи, как и Христос, незримым и зримым, смертным и бессмертным живым существом; а во-вторых, потому что [Христос] стал человеком, сродным и единосущным, единоплеменным и едино видным с нами.

Ни одна мать не посадит в тюрьму и не убьёт своего родного сына, каков бы он ни был злой и непочтительный. Бог же любит людей больше самой нежной матери и посему ищет не погибели кощунников, а покаяния и исправления их.

Самая высочайшая любовь Бога к человеку в состоянии его падения открывается в том, что Господь, находя его грешником, погибшим от своеволия, хощет спасти его, и действительно спасает средствами Божественной премудрости Своей, изводя его из состояния греха и смерти в состояние святости и жизни вечной.

Где любовь Божия, делание мысленных дел и причастие непреступного света, там мир душевных сил, очищение ума и вселение Святыя Троицы. Так говорит Господь: «любяй Мя, Слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему придем и обитель у него сотворим» (Ин. 14:23).

У каждого верующего человека есть много врагов, иногда мы даже удивляемся: кажется, они давно должны были бы унич­тожить нас! Но если они этого еще не сделали, то только лишь потому, что Господь заграждал разинутые пасти, которые стре­мились пожрать детей Божиих; Господь заботится о Своих.

Разве ты не знаешь, что в каждом случае Иисус бывает исцелением всякой нужды? То есть: пищей голодному, водой жаждущему, здоровьем больному, одеждой нагому, голосом для поющих, извещением для молящегося, всем для всех во спасение.

Пусть все узнают, как тяжка вина грешника перед Богом, когда для заглаждения ее потребовалась столь безмерной цены жертва, как уничижение Сына Божия, нас ради человек приявшего зрак раба и в сем уничиженном состоянии потерпевшего за нас крестную умилостивительную смерть.

Любовь Бога николиже отпадает; она не прекращается и тогда, когда ты страдаешь, но проявляется при этом еще с большей силой; от Его духа исходит Тот Дух-Утешитель, Который вселяется в сердце наше и наполняет его радостью и миром.