Ропот (28)

Лежит распятый Христос перед нами, а мы жалуемся, что кто-то нам что-то сказал. Что в тебя, гвоздь, что ли, забили? Не можешь потерпеть такую малость, что тебе там кто-то что-то сказал? Вообще тогда на что ты годен? И так во всем: постоянно каждым своим помыслом, жестом, каждым своим делом, каждой мыслью мы отрекаемся.

Все пути Божьи ведут к добрым и спасительным целям и судьбы наши составляют предмет высочайшего смотрения Божия. Итак, что значит роптать на судьбу свою? Значит роптать на самого Бога; и это не постыднейшее ли богохульство! Довольствуйся лучше всем, что пришлось и приходится на твою долю. Иначе ты будешь метать к небу каменья, которые будет падать на твою же голову.

Когда ропщем, мы ставим свои желания выше воли Божией и тем самым фактически восстаём на Бога. Это грех, близкий сатанинскому, поэтому святые отцы так строго предостерегают против ропота.

Когда наши желания не исполняются, мы раздражаемся, обвиняем ближних, себя укоряем ни за что или за какие-то мелкие внешние оплошности. Бывает, даже ропщем на Бога. Но вдумаемся: если наше желание действительно благо, а всеблагой Бог его не исполняет, значит, Он уготовил нам нечто лучшее. Есть за что благодарить, а не роптать.

Никогда не ропщи, не говори: зачем мне дали это трудное дело. Знай твердо, что сила Божия и в немощах совершается. Ропот оскорбляет любовь Божию. От тебя потребуется только то, что ты в силах сделать; а что не по твоим силам, за то ни люди, ни Бог с тебя не взыщут.

Чем же, однако, можем мы удержать себя от ропота на Бога или на святых в каком-либо горе? – Такой мыслью, что, чем больше наше несчастье, тем менее должны мы судить о нем, – полезно или вредно оно для нас, – судить так по настоящей только жизни; нужно смотреть на это несчастье в связи с будущей нашей жизнью.

Роптать по будто бы благовидному предлогу или без предлога к скверным вещам относится. Ибо жизнь правая и благоприятная Богу принадлежит неропщущим и благодарным. Неропщущий словно вода прозрачная, а ропотник – мутная и возмущенная.

При скорбях не роптать и не спорить с Богом нужно, а с благодарностью к Нему молиться. Господь не так, как люди; люди, если что-либо от кого потерпят, стараются отплатить, но Господь и в скорбях старается нас исправить. Если бы мы знали, как терпят другие, то не роптали бы.

Всякий осуждается за собственный свой грех, и роптавшие-за ропот. Но часто ропщут каждый по своей особенной причине: одни-потому, что не достало у них нужного к питанию, как жадные и обоготворяющие чрево; другие-потому, что получили равную с последними плату, и тем обнаруживают в себе зависть, которая в союзе с убийством, а иные ропщут и по чему либо другому.

Зачем ты ропщешь, человек, и извергаешь хулы, если подвергнешься когда-нибудь неожиданному несчастью? Разве ты сделаешь легче страдание, если будешь хулить? Наоборот, ты усилишь его и сделаешь скорбь гораздо более тяжкой.

Берегись роптать и на людей за неисполнение каких-либо твоих требований или по другим каким причинам. Что ни посылается к нашему терпению, все это попущается Промыслом Божиим к нашей душевной пользе, если только сами не повредим сего нашим неблагоразумием…

Надобно без ропота принимать, куда ни будет повернуто кормило, которым Бог изводит меня из борьбы и жизни, пока не взойду в тихую пристань.

Только опасайтесь ропота и малодушия, ибо через них те же самые скорби тяжелее бывают.

Особенно остерегайся ропота, на кого бы то ни было. Ропот хуже и вреднее всего. Полезнее и покойнее винить во всем и за все себя, а не других. Особенно же должно остерегаться ропота на Промысл Божий, чрез Матерь Божию все благое и душеполезное нам устрояющий. Только мы, человеки, по малодушию своему, часто безумно мятемся и безрассудно скорбим за устрояемую нам пользу душевную.

У ропотника всегда готов предлог. Если приказано ему заняться делом, он ропщет; а вскоре развращает и других. «И это на что, — говорит он, — и другое к чему? И пользы нет в этом деле».

Ропотник и ленив; он умеет наушничать, знает, как сплести речь; он изворотлив и многоизобретателен, и никто не превзойдет его в многословии; он всегда клевещет одному на другого.

Ропотник […], когда дают ему приказание, противоречит, к делу негоден; в таком человеке нет даже и доброго расположения: потому что он ленив, и лень неразлучна с ропотом.

Но признающий себя грешником, и вместе с тем ропщущий и вопиющий с креста своего, доказывает тем, что он поверхностным сознанием греха лишь льстит себе, обманывает себя.

Тяжел, несносен ропот; он близок к хуле […]. Ропот — это неблагодарность. Ропщущий неблагодарен Богу; а не благодарный Богу подлинно есть и хульник.

Ропот свойствен рабам непризнательным и бесчувственным […], какой сын ропщет, трудясь на пользу отца и трудясь для самого себя?

Ропот на посланную скорбь, ропот на Бога, пославшего скорбь, уничтожает божественную цель скорби: лишает спасения, подвергает вечной муке.

Но достоин проклятия и жалок тот, кто не приобрел послушания, но предается ропоту.

Всякое дело ропотника не стоит одобрения, и негодно и чуждо всякой добродетели.

Господь сносит всякие немощи человеческие, не терпит же человека всегда ропщущего и не оставляет без вразумления.

Ропот на Бога бывает наиболее от людей горделивых или неразумных.

Все грехи человеческие терпит Бог, а ропота не оставляет без наказания.

Не позволим себе зловредного ропота, в особенности не позволим себе душепагубной хулы, которые часто слышатся из уст ослепленного, ожесточенного грешника, терзающегося и бьющегося на кресте своем, тщетно порывающегося избавиться от креста. При ропоте и хуле крест делается невыносимой тяжестью, увлекающею в ад распятого на нём.

Ропот и негодование при скорбях и напастях есть отречение от креста.