516 цитат святителя Григория Богослова

После же Троицы – светозарные, невидимые Ангелы. Они свободно ходят окрест Великого Престола, потому что суть умы быстродвижимые, пламень и Божественные духи, скоро переносящиеся по воздуху. Они усердно служат высоким велениям. У них нет супружеств, ни скорбей, ни забот, ни страшного и преступного мятежа страстей. Их не разделяют друг от друга ни члены, ни обители. Все они единомысленны друг с другом, и каждый тождественен сам с собою. Одно естество, одна мысль, одна любовь окрест Великого Царя – Бога.

Когда брак есть собственно брак, и супружеский союз, и желание оставить после себе детей, тогда брак хорош, ибо умножает число благоугождающих Богу. Но когда он разжигает грубую плоть, обкладывает ее тернием и делается как бы путем к пороку, тогда и я скажу: лучше не жениться.

Первый <брак> есть закон, второй – снисхождение, третий – беззаконие. А кто преступает и сей предел, тот подобен свинье, и не много имеет примеров такого срама. Хотя закон дает развод по всякой вине, но Христос – не по всякой вине, а позволяет только разлучаться с прелюбодейцею, все же прочее повелевает переносить любомудренно, и прелюбодейцу отлучает потому, что она повреждает род.

Не будет для нас трудно с терпением переносить бедствия и стать выше многих во время скорби; если размыслим, что обещали мы Богу и на что надеялись. Богатства ли? Веселостей ли? […] Или противного сему: скорбей, злостраданий, тесноты, того, чтобы все переносить, все терпеть в упование на будущие блага? […] Нам причинили скорбь ненавистники? А мы соблюдем душу от раболепства перед страстями. Через сие одержим верх над оскорбившими.

Страдаю от болезни и радуюсь: не тому, что страдаю, но тому, что могу быть учителем в терпении для других. Ибо когда не могу сделать, чтобы не страдать, приобретаю страданием то, что переношу его, и благодарю как в радостях, так и в скорбях, будучи уверен, что все случающееся с нами, у Слова не без разумной причины, хотя нам и кажется, что нет такой причины.

Ты и в болезни весел, роскошествуешь, если только богат; чувствуешь, правда, зло, однако же есть у тебя и врачевство от болезни. А другой беден, но воздержен. И он втрое блажен, потому что нет у него ни зла, ни врачевства от зла.

Хотя вожделенны для нас и мир этот, и родная земля, и друзья, и сродники, и сверстники, и этот великий и славный храм, и отеческие праздники, и Таинства, и всё, в чём поставляем своё преимущество перед другими народами, однако же не вожделеннее Бога и страданий за доброе дело.

Если велико для Отца — ни от кого не происходить, то для Сына немаловажнее — происходить от такого Отца; потому что, как происшедший от Безвиновного, участвует Он в славе Безвиновного, но к сему присовокупляется и рождение, которое само по себе велико и досточтимо для умов не вовсе пресмыкающихся по земле и оземленевших.

К кому ни коснется солнечный луч, всякому приносит он свет; к чему ни примешается приятность благоухающего мира, всё то немедленно начинает благоухать. Но ни к солнцу, ни к миру не прикасаются никакие скверны. Так Бог, пришедший через чистую Матерь, не только Сам не осквернился во утробе, но и Её очистил. Так и умерши, сокрушил Он державу смерти, и не только Сам ничего не потерпел от смерти, но и её истребил.

Увенчайся тернием – суровостью жизни по Богу; облекись в багряную ризу, прими трость; пусть преклоняются пред тобой ругающиеся истине. Наконец, охотно распнись, умри и прими погребение со Христом, да с Ним и воскреснешь, и прославишься, и воцаришься, зря Бога во всем Его величии и Им зримый, – Бога в Троице поклоняемого и прославляемого.

Если бы <Господь> пребыл на Своей высоте, если бы не снисшел к немощи, если бы остался Тем, чем был, соблюдая Себя неприступным и непостижимым, то, может быть, немногие бы последовали за Ним, даже не знаю, последовали ли бы и немногие?

В сей день великий Христос воззван от мертвецов, к которым приложился. В сей день отразил Он жало смерти, сокрушил мрачные затворы унылого ада, даровал свободу душам. В сей день, воспрянув из гроба, явился Он людям, для которых родился, умер и возбужден из мертвых.

Вознесение на Крест за падение, желчь за вкушение, терновый венец за худое владычество, смерть за смерть, тьма для света, погребение за возвращение в землю, воскресение для воскресения. Все это было для нас Божиим некоторым детоводительством и врачеванием нашей немощи, возвращающим ветхого Адама туда, откуда он ниспал, и приводящим к древу жизни, от которого удалил нас плод древа познания, безвременно и неблагоразумно вкушенный.

Он родился, но и прежде был рожден: родился от жены, но и от Девы; родился человечески, рожден Божески, здесь без отца, но и там без матери; и все это есть знак Божества. Он носим был во чреве, но узнан Пророком, который сам был еще во чреве и взыграл пред Словом, для Которого получил бытие (Лк. 1: 44). Он был повит пеленами, но воскресши, сложил с себя гробные пелены. Положен был в яслях, но прославлен Ангелами, указан звездою, почтен поклонением волхвов… Он был искушаем как человек, но победил как Бог …

Что значит рождение Бога от Девы? Как сошлись воедино естества, столь далекие одно от другого? Это Тайна, но, как представляется мне, малым умом измеряющему превысшее ума: очистительный Дух снизошел на Деву, а Слово Само Себе создало в себе Человека…

Сын Божий благоволит стать и именоваться и сыном человеческим, не изменяя того, чем был (ибо сие неизменяемо), но приняв то, чем не был (ибо Он человеколюбив), чтобы Невместимому сделаться вместимым, вступив в общение с нами через посредствующую плоть, как через завесу; потому что рожденному и тленному естеству невозможно сносить чистого Его Божества.

Мы не отделяем в Нем человека от Божества, но учим, что Один и Тот же — прежде не человек, но Бог и Сын Единородный, предвечный, не имеющий ни тела, ни чего-либо телесного, а наконец и человек, восприятый для нашего спасения, подлежащий страданию по плоти, бесстрастный но Божеству, ограниченный по телу, неограниченный по духу; один и тот же — земной и небесный, видимый и умопредставляемый, вместимый и невместимый, чтобы всецелым человеком и Богом воссоздан был всецелый человек, падший под грех.

Ты своими страданиями восхитил человека отсюда, поставил в новую жизнь – вместо греховной свободную. Прежде многоскорбна была жизнь на земле и многоболезнен мир; земного царя окружил многочисленный народ, коварно похищенный у великого Царя. Но теперь Христос, освободив из-под власти ужасного греха, опять возводит нас к великому Царю и в лучший мир.

Христос, будучи Бог, Начальник жизни, превысший века, всегда всецелый образ бессмертного Отца, принял зрак раба, вкусил смерть, вторично сретил* жизнь, чтобы от рабства и от уз смерти избавить меня, возвращающегося к лучшей жизни.

*Сретил — встретил

Если оградишь себя печатью, обезопасишь свою будущность лучшим и самым действенным способом, ознаменовав душу и тело Миропомазанием и Духом, как древний Израиль ночной и охраняющей кровью первенцев и помазанием (Исх. 12:13), тогда что может с тобой случиться?

Что скажешь о тех, которые еще младенцы, не чувствуют ни вреда, ни благодати? Крестить ли нам и их? — Непременно, если настоит опасность. Ибо лучше без сознания освятиться, чем умереть незапечатленным и несовершенным.