516 цитат святителя Григория Богослова

Глаз другое видит, а себя не видит, даже и другого не видит, если очень слеп. Посему надобно во всяком деле иметь советника. И руке нужна рука, и ноге — нога. Ежели следуешь советам добродетельных, то не стыдись, когда станут осмеивать тебя порочные.

Ум твой да стремится к цели, не носясь туда и сюда, подобно искателю побед, неукротимому коню, и не убегая вдаль от великой славы Христовой. Если же увлёк тебя злой Велиар*, и ум твой блуждает, то как можно скорее перемени направление и иди к цели прямым путём.

*Велиар — дьявол

Супружество или вовсе удаляется от Христа, по причине гибельных воспламенений плоти и всякого рода мирских забот, или слегка касается божественного. Как тот, кто видит на страницах вдвойне написанные буквы, не уловляет верно целого образа, хотя и желает, но одну часть объемлет, а другая убегает от слабого рассеявшегося зрения: так слаба и любовь, если разделена между миром и Христом.

Хотя супружество имеет земное начало, а безбрачная жизнь уневещивает Всецарю Христу, однако же бывает, что и девство низлагает на тяжелую землю, и супружеская жизнь приводит к небу. А потому, если бы стали винить один супружество, а другой девство, то оба сказали бы неправду.

Если же кто из усердия к добродетели презирает супружескую любовь; то пусть знает, что добродетель не чуждается сей любви. […] Потому что добрых не земля из себя породила, как это говорят о чудовищном племени исполинов, но все они – и порождение, и слава супружества.

Брак не бесчестен потому только, что девство честнее его. Я буду подражать Христу, чистому Невестоводителю и Жениху, Который чудодействует на браке и Своим присутствием доставляет честь супружеству. Да будет только брак чист и без примеси нечистых пожеланий.

Лучше быть великодушным и тем, что терпим, показать народу пример великодушия; ибо простой народ не столько убеждается словом, сколько делом – этим безмолвным увещеванием. Важным считаю наказать тех, которые нас обидели; говорю, важным, потому что и это полезно для исправления других; но гораздо выше и божественнее этого – терпеливо перенести обиду.

…Удивительно ли, что святые подвергаются страданиям? Сие нужно или для очищения даже малой нечистоты, или для испытания в добродетели и для искуса в любомудрии, или для назидания более немощных, чтобы из примера их научались терпению и не унывали в страданиях.

Все, что приходит к тебе неправедно, – огонь для тебя; оно губит с собою и то, к чему присовокуплено. Как не утоляет жажды морская вода, и любви – продолжительное зренье на любимый предмет, напротив того любовь воспламеняется вдвое: так для ненасытных приобретаемое ими делается отравой, которая непрестанно возбуждает в них пожеланье еще большего.

Здешние блага быстро протекают, даются на час и, подобно камешкам в игре, перекидываются с места на место, и переходят то к тем, то к другим; ничего здесь нельзя назвать своим, все или время отнимет, или зависть переведет в чужие руки.

Все быстро кружится и переходит и само себе противоборствует, так что более можно доверять ветру и написанному на воде, нежели благоденствию человеческому, потому что зависть полагает преграду счастью, а милосердие несчастью. И это, по моему рассуждению, премудро и удивительно, потому что скорбь не остается без утешения, а счастье без вразумления.

Золото изострило меч у людей; золото погубило ненасытимого плавателя в волнах весеннего потока; надежда получить золото разорила и меня – огромную и прекрасную гробницу. Для людей несправедливых – все ниже золота.

Одна для нас жизнь – стремиться к жизни, и одна смерть – грех, потому что он губит душу. Все же прочее, о чем иные думают много, есть сонное видение, играющее действительностью, и обманчивая мечта души. Если же так будем рассуждать, матерь моя, то не будем и о жизни думать высоко, и смертью огорчаться чрез меру. Что ужасного в том, что переселяемся мы отселе в жизнь истинную, избавившись превратностей, пучин, сетей, постыдного оброка и вместе с постоянными и непреходящими существами будем ликовствовать как малые светы окрест великого Света?