Надгробные песнопения (цитаты) (97)

Восприял некогда Спаситель наш детей на руки Свои, благословляя их перед сонмами* народа, а тем показал, что любит Он детство, потому что чисто оно и далеко от всякой скверны. Благословен Вселяющий детей в чертоге Своем!

*Сонм — толпа, сбор, собрание

Залогом у Тебя да будут дети сии, да вкушают они блаженство горе (вверху) на небесах, да предстоят там молитвенниками за всех нас, потому что детская молитва чиста. Благословен Дарующий детям блаженство в чертоге Своем!

По гласу Сына распадутся гробы, восстанут мертвые и воспоют хвалу. Новое солнце воссияет над умершими, и из гробов своих вознесут они хвалу Христу. Христос, снисходивший для нашего искупления, придет и для нашего Воскресения.

В великий день обновления воскреснут все, – и добрые, и злые вместе. Для всех одинаково воскресение, потому что восстанут все в одно время. Но различно воздаяние, потому что каждому воздано будет по правде. Не всем (будет) равное воздаяние, как (хотя) для всех равно воскресение, но каждый приходит и поселяется в той стране, какую сам для себя уготовил.

Не одинаковы роды геенских мучений: одних ввергают в преисподнюю, других отводят во тьму. Иные остаются вне врат; другие осуждаются собственной своей совестью; одни ввергаются в узы, другие горят в пламени. У одних связаны руки, другие скованы по ногам; одних пожирает червь, другие гибнут в глубине бездны; иных не приемлет Отец, других не исповедует Сын.

Как горьки слезы при смерти дитяти! Как тяжко матери, когда лишается она грудного младенца! Возрасти его, Господи, в чертоге Твоем! Этот день возбуждает в родителях скорбь об утрате детей, потому что смерть сокрушает опору их старости. Ты, Господи, подкрепи их!

Близко время разлучения, в которое каждый пойдет в жилище свое; и ты шествуешь тем же путем гроба, какой ожидает весь наш род. Не скорби о том, что разлучился с возлюбленным сонмом братии своих; не сокрушайся о том, что лишился услуги обложенных плотью. Не самовластно пояла (взяла) тебя смерть, которая дает упокоение членам твоим, – исполнено повеление Господа твоего. Господь послал смерть, – и она пояла тебя у нас.

Там, за гробом, – весы правды; там не различаются ни степени, ни достоинства. Ни у царей нет венцов, ни у судей – их отличий; судии осуждаются, а осужденные ими – во славе. Богатые просят себе воды, а убогие избыточествуют всеми благами; славные земли – во пламени, а униженные здесь – в чертоге света. Во пламени – облекавшийся в шелковые ризы, а в Царстве – облекавшийся во вретище.

Каждому определено свое, по мере того, что сделано им. Нет правды — остаться там в презрении добрым. Ни с чем не сообразно — покоиться там нечестивым; неприлично — и ограбленным, и ограбившим мучиться вместе.

Ни свет там не омрачится, ни тьма там не озарится. Не прекратятся тамошние хвалы и не умолкнет тамошний плач. Ни блаженство тамошнее не оскудеет; ни посрамление тамошнее не кончится. Там свет объемлет праведных, и пламень — нечестивых. Там жажда и голод — роскошным; блаженство и жизнь — постникам; огненный меч — нечестивым; и светлая риза — победителям.

Ничто не избавляет от смерти; ничто не спасает от гроба. Не спасут ни братья, ни родители, ни дети, ни сын, ни знатный дом, ни славный род, ни друг, ни возлюбленный. […] Нет пользы умершему ни в слезах, ни в сердечной печали, ни в скорби, ни в воплях; ему сопутствуют дела его, деяния его сопровождают его. Только молитвы и милостыни идут с ним, сопровождают его; только вера в истинное учение, как всеоружие, прикрывает его собою.

Приидите, смертные, обратим внимание на род наш, который истребляет и губит рука человекоубийцы — смерти, и у Господа нашего будем просить щедрот, пока мы еще здесь — в стране кающихся, потому что там нет уже места покаянию.

Нет плача в чертоге праведных; там нет воздыханий; там непрестанно песнопения, хвалы и вечное радование. В пристани смерти праведные упокоеваются от утомительных страданий; смерть возводит их к обетованиям горнего Царства.

Увидел и приметил я теперь, возлюбленные, что смерть образ Божией правды, потому что похищает всех равно. Не стыдится ни царя, ни великого, ни малого […]. Как правда, в день воздаяния, не смотрит на лица, так и смерть, в день кончины, не щадит никого. […] Сгнетает она высокорослых, сильных и гордых, заставляет, наклонясь, входить в тесную дверь гроба, в котором заключает их.

Скончавшиеся во Христе не умерли, но почивают.
Близко время разлучения, в которое каждый пойдет в жилище свое; и ты шествуешь тем же путем гроба, какой ожидает весь наш род.
Не скорби о том, что разлучился с возлюбленным сонмом братии своих; не сокрушайся о том, что лишился услуги обложенных плотью. Не самовластно пояла (взяла) тебя смерть, которая дает упокоение членам твоим, – исполнено повеление Господа твоего.

Всем равно не избежать дня смерти, но особенно горек и тяжел он в юности. Ты, Господи, утешь меня! Этот день разлучает жениха и невесту, и веселые песни пременяются им в плач. Сподоби их, Господи, быть на брачной Твоей вечери.

И грех, и смерть отъял от смертных Господь всяческих, и род человеческий не работает уже державе смерти. И вот, доказательство этому представлено на земле во святых, а вечность подтвердит сие покоем, исполненным блаженства.

Телесный только сотлевает покров, обветшав от болезней, а душа, как она есть, навсегда остается живой и нетленной… Душа <умерших> живет и мыслит; Творец блюдет ее в Едеме, а тело их хранится в земле; до возвращения вверено оно ей, как залог.