Власть священника и диакона не зависит от личной святости, хотя они особенно призваны Богом к совершенству. Как провод, если он не порван, передает сигнал, сколько бы грязи на нем ни налипло, так и священник может совершать священнодействия до тех пор, пока Церковь не лишила его этого права. Таинства и богослужение Церкви основаны не на праведности человека, всегда несовершенной, но на Божией благодати.
Комментировать