2 370 цитат преподобного Ефрема Сирина

Не впадай в отчаяние, не предавайся совершенной недеятельности, не печалься безутешно, видя свою вину, и не отлагай попечения о своем спасении. Господь твой милостив и благосерд, желает тебя видеть у дверей Своих, радуется, если приносишь покаяние, с радостью приемлет тебя.

Kающийся должен знать, где уязвлен. Потому и Бог, как Врач, говорит: Говори ты грехи твои, чтоб оправдаться (Ис.43:26). Не говори одного вместо другого, потому что нанесешь этим вред себе… Знаешь, согрешил ли ты, и душевный ли у тебя грех или плотский, как знаешь, так приноси и покаяние. Ибо для покаяния нет ничего невозможного: даже мертвую душу может оно живою представить Богу.

Не рассчитывай, что есть время для благочестия и есть время для беззакония. Так поступают лицедеи: они в обществе – люди добропорядочные, а на зрелище – бесчестные смехотворы… Но ты и на торжище будь таким же, каков в церквах, так же точен в делах, в помыслах, в поступках, в словах, как точен в исповеди.

Покаяние в жертву приносит согрешивших, но и опять оживотворяет их, умерщвляет, но и опять воскрешает из мертвых. Как же это? Слушай: берет оно грешных и делает их праведными. Вчера были мертвы – сегодня живы они для Бога покаянием, вчера были чужие, а сегодня свои Богу, вчера беззаконны, а сегодня святые.

Покаяние есть чудный хлеб Божий: Бог вкушает в нем исповедание совести, Он пьет в покаянии слезы умиления; в нем наслаждается благоуханною вонею – искренним чувством воздыханий, потому что они для Бога, как благоухающее вино.

Бог видел, что род человеческий возмущается врагом и к низложению его противопоставил покаяние. Враг убеждает согрешить, а покаяние готово принять согрешающего. Враг побуждает сделать беззаконие, а покаяние советует обратиться. Один нудит к отчаянию, а другое обещает надежду спасения.

Покаяние жнет, чего не сеяло. Тело сеет тление, а покаяние, и его пожиная, возводит до чистоты. Порок сеет страсти, а покаяние, исторгая их, посевает доблестное житие. Оно берет, чего не давало; это – благочестный собиратель роста, взыскивающий, чего не давал.

Сам Господь дает от Себя совет и увещевает здесь еще приготовлять себя; и если в чем согрешили и преткнулись, уврачуем это слезами, пока есть время на покаяние. Время покаяния коротко, Царствию же Небесному нет конца.

Мы ожидаем себе Царства и уготованных в нем благ без труда и прочих неприятностей в жизни. Кто же похвалит нас за такой образ мыслей? Если бы можно было получить Царство без скорбей, без искушений, без терпеливого подвига в прочих добродетелях, то для чего Бог попускал святым терпеть столько опасностей, искушений и тесноты, а не позволил всем жить в своеволии и роскоши?

Тот мудрец, кто прилежно наказывает плоть свою голодом и жаждой, чтобы приучить ее к деятельности, кто душу свою исправляет и упражняет чтением Священного Писания. Тот прекрасен духом и телом, кто очищает себя в этих двух горнилах; чем больше очищает он себя в них, тем паче усугубляется красота его.

Если главное в человеке – бессмертная душа, то нет неправды у Бога, что обратил человека к нетлению; и не делает Он принуждения сложной человеческой природе, а только побуждает силой привлекать к нетлению плоть, как рабу, растленную грехом.

Грех, находясь во плоти, властвует над умом и овладевает душой, подчиняя ее с помощью плоти. Грех употребляет плоть вместо управителя, через нее также обременяет и саму душу и делается как бы домоправителем ее, потому что дает дело и требует отчета в исполнении.

Грех приводится в дело соизволяющими на него, но между природой и грехом посредствуют навыки, и страсти суть нечто данное грехом и принятое природой; употребление этого есть подчинение души, а смущение ума – рабство.

Отними у меня, Господи, смех, и даруй мне плач и рыдание, которых требуешь Ты, Боже, от меня. Начало плача – познание себя самого. Да будет плач наш не по человеку и не для того, чтобы видели то люди, но – по Богу, Который знает сокровенное сердца, чтобы от Него получить нам ублажение.

Словеса Божии подобны врачевствам, пригодным для всякой болезни. По виду различны они между собой, но имеют взаимное сродство – свою целебную силу. Но мы словопрениями своими и в божественные учения вносим разность, из-за чего в устах наших противоречат они одно другому. В устах людей, любящих прения, и Божии словеса делаются противоречащими одно другому.

Если с чистым духовным оком читать Священное Писание и внимательно слушать словеса его, то всякий уразумеет сказанное в нем. В трепет и в ужас приводят слова, прочитанные нами в этой книге, содрогается от страха всякий, кто выслушивает их с разумом. Страшное определение, изреченное на нечестивых, заключается в них.

Смотри, чтобы когда хочешь читать, не прерывал тебя враг, наводя на тебя уныние и ввергая в рассеянность, и говоря: «Сделай сперва такое-то дело, так как оно невелико, а потом со спокойным духом будешь читать». Когда враг внушает это и придает усердие к рукоделию, значит, он наводит на эти мысли, чтобы отвлечь тебя от чтения.

Итак, старайся читать Божественные Писания и постоянно пребывать в молитвах. Ибо всякий раз, когда их посредством беседуешь ты с Богом, освящаются у тебя тело и душа. Зная это, старайся чаще упражняться в Писаниях. Если руки непраздны, молись умом.

Чтение Божественных Писаний приводит в собранность блуждающий ум и дарует ведение о Боге, ибо написано: Успокойтесь и познайте, что Я есть Бог (Пс.45:11). Слышишь, брат мой, что с чистым сердцем упражняющийся в чтении Божественных Писаний приобретает ведение Бога.

Если хочешь преодолеть безвременную печаль, никогда не печалься о чем-либо временном; но если тебя язвят словом, или беспокоят, или бесчестят, не печалься, а радуйся. Тогда только печалься, когда согрешишь, но и в этом случае соблюдай меру, чтобы не впасть в отчаяние и не погибнуть.

Пойдем путем узким и тесным, любя сокрушение сердца, чтобы пребывало в нас памятование смерти и чтобы освободиться нам от осуждения… Заглянем в могилу и увидим тайны нашего естества – кучу лежащих одна на другой костей, черепа, обнаженные от плоти, и прочие кости. Смотря на них, увидим себя самих.

Горе тебе, душа, что не выносишь никакой скорби, причиняемой тебе братом, ни даже жестокого слова, но тотчас вступаешь в противоречие и сопротивление, а за это теряешь венец терпения и кротости и будешь навеки осуждена с памятозлобивыми.