Схимонах Иосиф Ватопедский - 208 цитат

Когда нас начинает беспо­коить какая-либо страсть или оказывать воздействие какое-либо сильное пожелание – от самых низших телесных движений до самых высших душевных, – тогда мы должны пре­доставить им возможность найти свое отражение в зеркале жизни Господа нашего: если они соответствуют Его облику, то и мы можем поступить в соответствии с ними, если же нет, то и мы не должны им следовать.

Лю­бовь не имеет ничего своего, и, однако же, все принадлежит ей: она ничего не имеет, и всем обладает. Она распространяется до бесконечности, минует границы пространства и времени. Она хочет всех покрыть, всех оправдать, всех освободить, всех успокоить, взять всеобщие боль и слезы на свой собственный счет – ей достаточно того, чтобы другие перестали испы­тывать боль, страх и несчастья.

Гнев – главный признак отсутствия любви, доказательство отсутствия христианского сознания или даже человеческого разума, и признак господства в человеке мрачной страсти, источающей­ся из глубины «мертвой» для Бога души, которая умерла еще прежде своего исхода из тела.

Страсть гнева является постоянной и всесторонней, не оставаясь лишь в той душе, которой она обладает, но выплескивается наружу, в окружающую среду, так что ее зловоние отравляет и других. Этот палящий ветер раздражительности, который не только сжигает и опустошает все, что попадется на его пути, но и препятствует всему, что еще толь­ко собирается произрасти, может быть остановлен и успокоен только любезным и кротким нравом, потому что любовь «не раздражается».

Современное светское общество, привыкшее лицемерить, всячески оправдывает и по­крывает взрывы раздражительности и гнева, пытаясь объяснить это естественными причи­нами: так, говорят, что тот или иной человек «нервный», «своеобразный», «впечатлитель­ный» и т. п., не желая признать присутствия гнева как душевной страсти, как энергии, дейст­вующей против природы, как уродливого искажения человеческой разумности.

Кротость – весьма желанная добродетель! Это опреде­ленный вид приветливости, делающей приятной нашу жизнь, по которой все мы тоскуем, потому что хотим, чтобы наша жизнь в обществе других людей была сносной и приемлемой.

Любовь «не превозносится». Эта сторона любви обращена к смиренномудрию, зна­чение которого огромно и имеет в себе нечто таинственное: оно ничтожно по своему внеш­нему облику и велико в своей сущности. Смиренномудрие – средоточие мудрости, достоин­ства, величия, всего высокого и прекрасного, что находится в природе разумных созданий.

Любовь «милосердствует». Что иное есть добросердечность, как не любовь на деле? Один беглый взгляд на жизненный путь нашего Христа убедит нас в том, что вся Его жизнь была сплошным милосердием. Ничто Его больше не занимало, кроме того, чтобы облагоде­тельствовать и спасти людей.

Любовь «долготерпит». Насколько прекрасно, когда кто-то долготерпелив! «Долго­терпелив муж мног в разуме», – говорит Священное Писание (Притч. 14:29). Он не смущается, не меняется к худшему, если с ним поступают несправедливо и враждебно; он с терпением и любовью переносит вспышки гнева и злобы других. Он все переносит, потому что все из­меряет любовью.

Узкий путь христианской этики ведет к стяжанию страха Божия, а страх становится руководителем человека ко всему тому, что способствует «чувству Бога»; он ведет к тем великим добродетелям, которые вы­ражаются в отсутствии самооценки, в самоукорении и претерпевании всякого искушения.

Смирение есть дар Святого Духа, а не только человеческое дос­тижение. Оно даруется тем, кто его желает, кто стремится к нему и с усердием возделывает те качества, которые направляют к стяжанию этого блага.

Смиренный человек кроток, тих, спокоен, неизменен в добродетели, неподвижен на зло, не подвержен влиянию случая или угрозы. Он непрестанно живет в недрах веры, как детеныш в объятиях матери-Благодати. Он никогда не живет ради себя самого, так как забыл себя. Он вместился в других: стал всем для всех, чтобы всех утешать.

Признаки отсутствия смирения – это неуверенность, страх, подозритель­ность, нужда и, как следствие, беззаконное возбуждение всех видов и форм неправды и за­блуждения относительно спасения и собственной безопасности.

Смирение входит во все и само все в себя вмещает, оно не имеет страха, смущения, не ищет ничего и, следовательно, не производит движения. Наш Иисус, будучи Истиной как она есть, Жизнью и Любовью, поистине и смирен, так как это свойство – общая характерная особенность Его личности. Смирение в полной мере переносится и на тех, кто следует за Господом, в силу их сопричастности Ему.

Начало познания Бога заключается в от­кровении Самого Бога Его творению, которое происходит без принуждения и ограничения. Когда человек отзовется добровольно и всецело на этот призыв, Господь увеличивает Свое присутствие в человеке через действия божественной Благодати, пока в душе принявшего посещение от Бога не родится несомненная вера.

Немощные, которые не познали любовь Божию, совершают послушание из страха перед наказаниями и вообще суда Господня. Стоя­щие выше предпочитают послушание из-за награды и выгоды, ожидая воздаяния, согласно обетованию. Совершенство же проявляется в том, когда послушание имеет свои мотивы и основания в божественной любви.

Своей энергией и силой послушание избавляет человека от духовного вакуума индиви­дуализма и замкнутости на своем «я». Оно вводит его в широту и высоту всеединства любви, туда, где «всяческая и во всех Христос» (Кол. 3:11).

В общественной среде послушание Богу осуществляется через закон и заповеди. Так объяснял и Честной Иоанн Предтеча, проповедуя народу о покаянии. Способ общения в по­слушании предполагает перенос личности ближнего в свое сердце через практическое осу­ществление любви, распознавание воли своего брата и исполнение ее как своей собственной воли.

Послушание служит причиной божественных откровений человеку и является в то же время их проводником. Это давно известно и от наших Отцов. Поэтому-то Господь и говорит нам: «Аще любите Мя, заповеди Моя соблюдите, и Аз умолю Отца, и иного Утешителя даст вам, да будет с вами в век» (Ин. 14: 15–16). Это как раз характеризует по­слушание как «проводника» Благодати, потому что в нем начинается и в нем заканчивается все таинство нашего возвращения к Богу и воскресения.

Среди заповедей и требований Бога послушание нахо­дится на первом месте и никак не может быть отнесено к увещательным напоминаниям нравственного закона, установленного на основе принципов разумного поведения.

Доб­родетель есть одновременно и точка покоя и динамическое состояние человека, в силу его сопричастности Всеблагому Богу через Его Благодать, тогда только те и называются свобод­ными, кто облагодатствован через свою сопричастность Богу, а живущие и пребывающие вдали от Него остаются рабами рабов!

Бог не дает людям ограниченный нравственный закон, чтобы стать вершителем их судеб. Напротив, че­рез практическое послушание нравственным установлениям закона Он направляет к гармо­нии подорванную первую веру людей и возвращает их к послушанию возлюбленному Богу и Отцу.

Строгость в хранении и соблюдении заповедей, если совершается по закону буквы, а не по разумению духа, часто бывает самоцелью и лож­но выдается за объективную ценность, которая, однако, чужда закону Духа Жизни (Рим. 8: 2), в котором состоит наша главная цель.

Сладчайшее Имя Господа нашего Иисуса Христа, часто повторяемое нами, наносит поражение противоборствующим силам, которые через члены нашего ветхого человека понуждают нас к греху. Со временем же это божественное Имя дарует нашему душевному миру причастие Силы и Благодати Спасителя нашего.

Плоды молитвы, начиная от самых первых шагов и на всем протяжении ее действия, так сладостны, так богаты, так душеполезны, что восполняют все недостатки, ис­правляют все затруднения и удовлетворяют любые нужды каждого человека.

Стучите, просите и ищите всегда милости Божией через эту односложную маленькую молитовку, во всякое время, на всяком месте и во всякой вещи, и не оскудеет повод в покро­ве и спасении вашем со стороны всеспасительного Промысла Божия, Который утешит вас.

И пусть никто не разочаровывается в добром делании этой односложной молитвы Господа нашего Иисуса, где бы и в каких бы обстоятельствах он ни находился, независимо от возраста и пола, и пусть всякий будет уверен, что получит от этого труда большую пользу.

Стяжание божественной Благодати не магия и не йога; также это и не какой-либо другой вид основанного на эстетическом и мечтатель­ном ощущении зрелища, но божественное откровение, поселение Благодати в душе и личная встреча Бога с человеком. Бог подает Свою Благодать, а человек принимает ее, если полно­стью поверит и подчинится воле Божией, а также, как следствие этого, если отречется и от­вратится от всякого зла.

В начале молитвенного труда ум не может долго удерживаться на одном предмете, так как мы грешны и имеем столько страстей, лишающих нас постоянной поддержки и действия божественной Благодати. В таком положении требу­ется усердное призывание в молитве Господа Иисуса, до тех пор, пока добрый навык не во­зобладает в нас и не ослабит тяжелый труд, который мы предприняли.

Короткая Иисусова молитва содержит глубокий богословский смысл, и ее воспроизве­дение дает извещение свыше каждому верующему, ищущему милости Божией, поэтому эта молитва справедливо утверждена в качестве главнейшей частной молитвы христиан.

Нужно признать, что раньше Отцы наши много времени посвящали псалмам Давида и многие знали наизусть всю Псалтирь, так как она была основным богослужением. От древ­них Отцов Церковь переняла обычай заполнять часы дневных и ночных служб многими псалмами.