Итак, невозможно, чтобы люди, преданные добродетели, от всех слышали о себе хорошее; невозможно также, чтобы человек, заботящийся о добродетели, не имел многих врагов: добрая у всех слава служила бы величайшим доказательством, что добродетели не придается большего значения.
Комментировать