Плач (235)

Лице тела и души должно умывать слезами: они тогда появятся на глазах молящегося и постящегося, когда сердце его преисполнится милости к ближним, сострадания ко всему человечеству без исключений.

Кто о грехе ближнего источил горячие слезы, тот исцелил себя самого тем, что оплакивал брата.

Тот скорбит и плачет, если ему худо в этом веке, кому не может быть хорошо после этого века, кто здесь исчерпывает все наслаждения жизни, для кого здесь оканчивается всякое утешение…

Ныне время плакать; а время смеяться предоставлено в уповании; потому что настоящая печаль соделается матерью ожидаемого веселия.

Земля – страна плача; небо – страна веселия. Небесное веселие вырастает от семян, поспеваемых на земле. Эти семена – молитва и слезы.

Чтобы нам легко провести настоящую жизнь, свергнуть все грехи, какие мы навлекли на себя, и с дерзновением предстать пред Престолом Христовым, будем постоянно приготовлять себе это врачевство, составляя его из слез усердия, постоянства и терпения.

Великое орудие имеет на врагов тот, кто в молитве держит плач сокрушенный, чтоб не впасть в самомнение от радости, подаваемой молитвою. Хранящий эту радосто-печаль избегнет всякого вреда.

Растения восстановляют свои силы, т. е. во время ночи; тогда особенно и душа еще более их принимает в себя росу. Что днем попаляется солнцем, то освежается ночью. Ночные слезы лучше всякой росы нисходят и на пожелания, и на всякое пламенное разжжение, и не попускают потерпеть ничего вредного. Если она не будет питаться этою росою, то будет сжигаться во время дня.

При упражнении же молитвою Иисусовою, и вообще молитвою, вполне и со всею верностью предохраняет вид смирения, называемый «плачем».

Ум молится словами: сердце молится плачем. Не восплачет сердце, если не умилится от слов молитвы: не стяжет ум внимательной молитвы, если сердце не будет содействовать и вспомоществовать ему плачем.

Плач, источающий непрестанные слезы. […] Чудо неизъяснимое! Текут слезы вещественные из очей вещественных и омывают душу невещественную от скверн греховных; падают на землю, но низвергают демонов и освобождают душу от невидимых уз греха. О, слезы! вы, источаясь от действия Божественного просвещения, отверзаете самое Небо и низводите Божественное утешение.

Много причин, из-за чего люди плачут. И у каждого плачущего есть своя причина плача. Плачь и ты, христианин! Так как и ты живешь в юдоли плачевной, имеешь и ты много причин, по которым должен плакать. Плачь, пока время не ушло, пока полезны слезы. Плачь – да не будешь вечно плакать. Плачь – и утешишься. …Блаженны плачущие, ибо они утешатся (Мф.5:4).

Прежде плача и слёз, – никто да не прельщает нас пустыми словами, и сами себя да не прельщаем, – нет в нас покаяния, ни истинного намерения перемениться, ни страха Божия в сердцах наших; ни сознали мы себя ещё виновными и не осудили, и душа наша не была ещё в чувстве будущего суда и вечных мук.

Слышал я, что слезы очей приятнее Тебе, Господи, чем золото, серебро и драгоценные камни. Прими же. Господи, слезы очей моих, да благоугодны будут Тебе слова моления моего и по щедротам благости Твоей прости мне долги мои.

Когда же дар слезный усилится в нас Божиею милостью, тогда укрощается внутренняя борьба, утихают помыслы, начинает действовать в особенном развитии умная молитва или молитва духа, насыщая и увеселяя внутреннего человека.

Свойство преуспевающих […] в блаженном плаче есть воздержание и молчание уст; преуспевших – безгневие и непамятозлобие; а совершенных – смиренномудрие, жажда бесчестий, произвольная алчба невольных скорбей, неосуждение согрешающих, милосердие превыше силы.

Одно ощущение из всех ощущений сердца, в его состоянии падения, может быть употреблено в невидимом Богослужении: печаль о грехах, о греховности, о падении, о погибели своей, называемая плачем, покаянием, сокрушением духа.

Проливший Свои священные слезы о Иерусалиме, который упорно отвергал снисшедшее ему от Бога спасение и слепо стремился к гибели, возрадуется твоим слезам, которые ты проливаешь, желая стяжать спасение.

При страшной скудости нашего времени в наставниках истинной молитвы, изберем себе в руководители и наставники плач. Он и научит молитве, и охранит от самообольщения.

Пока не приимет человек сего дарования <слез>, совершается дело его еще во внешнем только человеке, и еще вовсе не ощутил он действенности тайн духовного человека.

Отдайся же безотчетно в волю Создателя, принеси Ему один младенческий плач, принеси Ему молчащее сердце, готовое последовать Его воле и напечатлеваться Его волей.

Глубокий плач, плач духа человеческого, подвигнутого к плачу Духом Божиим, есть неотъемлемый спутник сердечной молитвы…

Отгоняй (адского) пса, который приходит во время глубочайшего плача, и представляет тебе Бога неумолимым и немилосердным.

Делание плача, будучи неразлучно с деланием молитвы, требует тех же условий для преуспеяния, в каких нуждается и молитва.

Когда ум совершенно бывает в сем мире, тогда совершенно лишается он сих слез. И это есть признак, что человек погребен в страстях.

Пусть кающиеся, подобно блуднице, принесут Богу несколько слез; они получат от Него оставление всех своих долгов.

Есть и греховные слезы. Греховными слезами называются слезы, проливаемые по греховным побуждениям.

Скорби и болезни покаяния заключают в себе семя утешения и исцеления. Это таинство открывается плачем.

Тот плачущий, кто, по упованию будущих благ, все дни жизни своей проводит в алчбе и жажде.

Даже и тот еще не достиг совершенства плача, кто плачет, о чем хочет, но кто плачет, как Бог хочет.

Изгони из сердца попечения суетные и пристрастия, – и явится в сердце плач сам собою.

Святые и чистые слезы по Богу всегда омывают душу от грехов, очищают ее от беззаконий.

Угодно Небесному Врачу, чтобы каждый собственными своими слезами врачевал себя и спасался.

В слезах таинственно живет утешение и в плаче – радость.

Наполните очи свои слезами, и вскоре отверзутся очи сердца вашего.

Оттого угнетают нас враги наши, что мы не познали своих немощей, как должно, и не возлюбили плача в разуме…

Для смертных и для душ очернившихся самое лучшее врачевство — слёзы, обгоревший пепел и безопасное на земле вретище.

Не плач происходит от слез, а слезы от плача. Если человек, находясь среди других, отсекает свою волю и не обращает внимания на чужие грехи, то приобретает плач. Помыслы, собираясь в сердце таким образом, рождают в сердце печаль (2Кор.7:10), а печаль эта – слезы.

Как скорбен день грешника, любезные и дорогие мои братия! Никакие уста, никакой язык не в состоянии выразить, какой суд ожидает его. Но если пробудится он, обратит взор на самого себя и с воздыханиями, скорбя и болезнуя, станет плакать, то насладится блаженством в чертоге радости и не подвергнется осуждению.

Когда же делание плача соединяется с исполнением заповедей Божиих, тогда оно омывает, – о чудо! – и очищает душу от всякой скверны и изгоняет из нее всякую страсть и всякую похоть плотскую и мирскую.