Толкование на 2-е послание к Фессалоникийцам (цитаты) (21)

Подобно тому, как сребролюбцы, чем больше приобретают, тем большего желают, так и гордые: чем большею пользуются честию, тем больше домогаются ее. Страсть их постепенно возрастает, — а это действительно <есть страсть>, — страсть же не знает предела, но прекращается только тогда, когда убьет того, кто одержим ею.

Как же можно потушить гордость? Нужно для этого познать Бога… когда познаем Его, от нас удалится всякая гордость. Подумай о геенне, подумай о тех, которые гораздо лучше тебя, подумай о том, насколько ты виновен пред Богом. Если подумаешь об этом, то скоро укротишь свой разум, скоро смиришь его.

Но как началом гордости может быть незнание Бога? Очень просто. Кто знает Бога так, как нужно знать, кто знает, до какой степени Сын Божий смирил Себя, тот не превозносится, а кто не знает этого, тот превозносится.

Гордость есть начало греха. С нее и начинается всякий грех и в ней находит свою опору. Сколько бы мы ни совершили добрых дел, этот порок не позволяет им укрепиться в нас и неразлучно с нами пребывать, но, подобно какому-либо корню, препятствует им оставаться в нас не­поколебимыми.

Богатство есть терние, которое вовсе не приносит плода, видом безобразно, неприятно в употреблении, уязвляет того, кто дотрагивается до него, и не только само не приносит плодов, но препятствует и развивающимся (растениям) приносить их.

Если бы мы постоянно помышляли о геенне, то не скоро низринулись бы в нее. Для этого-то Бог и угрожает наказанием. Если бы размышление о геенне не приносило нам великой пользы, то Бог и не угрожал бы ею, но так как память о ней может способствовать надлежащему исполнению великих дел, то Он, как бы некоторое спасительное лекарство, посеял в наших душах грозную мысль о ней.

От гордости происходит презриние к бедным, страсть к деньгам, властолюбие и славолюбие. Гор­дый человек расположен мстить за обиды. Гордый не может равнодушно переносить обиды ни от высших, ни от низших; а кто не переносит спокойно обиды, тот не в состоянии переносить и несчастие.

Душа наша подобна воску. Если будешь вести холодные речи, то сделаешь ее твердою и жесткою, а если пламенные, то умягчишь ее. А умягчивши, можешь дать ей такой вид, какой будет тебе угодно, и начертать на ней Царский Образ.