Творения (цитаты) (1120)

Если сверх меры будешь утруждать тело, то и в этом случае обращается оно в тягость душе, которой овладевают робость и уныние, и делается она раздражительной и ленивой к песнословию, и к молитве, и к благому послушанию. Поэтому, держась прекрасной меры и веса, управляй собой.

Поскольку дух твой есть храм, то не допускай в него никакой нечистоты. […] Собери и выбрось из него весь сор, т. е. гнусные наклонности и привычки; как цветами усыпь храм твой добрыми делами, вместо роз и лилий укрась его молитвою.

Кто приближается к мертвецу, тот, видя совершаемый над ним плач, сам сокрушается духом и плачет с плачущими. А когда умирает душа от греха, — плач о ней доходит до неба, и Небесные Силы сетуют, скорбит и Сам Бог; посему, кто радуется при этом и не плачет о душе своей, тот подлинно человек погибший, он не знает, что есть у него душа.

…Если внешний человек и наряден, но жилище души осквернено, то красота его не замедлит повредиться. А если приобретешь душевную красоту, то из этой красоты и из этого света излиется нечто и на внешнего человека, и такая красота бывает постоянна.

Когда ум занят любовью к Богу и памятованием о Нем, это – смерть и поражение лукавому, какие только можем нанести своей тщательностью. Отсюда может произойти и чистая любовь к брату, а равно истинная простота, и кротость, и смирение, и искренность, и доброта, и молитва, и совершенное последование святым заповедям.

Если кто вознерадит о первой и великой заповеди – о любви к Богу, которая при Божией силе образуется в нас из внутреннего расположения, доброй совести и здравых мыслей о Боге, но вознамерится же иметь попечение о втором, внешнем только служении, то невозможно, чтобы он был в состоянии исполнить сие служение чисто и здраво.

На этом пока всё.