Цитаты о церковных Таинствах (14)

Исповедь и причащение – два различных таинства, которые должны быть употребляемы, если можно так выразиться, как таковые, а не в условие одно другому. Древняя Церковь говорила об исповеди как о бане очищения, о причащении – как о пище.

Совершителем всякого таинства является Сам Господь Иисус Христос и Дух Святой. Человек никакими своими силами, даже при рукоположении в священство, даже при посвящении в епископство не получает власть над тварным миром, не может просто взять хлеб земли и сделать его частью Тела Христова или взять чашу вина и ее сделать частью Крови Христовой. Это может совершить только Сам Господь Иисус Христос.

Чем кто усерднее участвует во всех сих чинопоследованиях, тем сильнее и сильнее будет разгораться в нем искра благодати, пока не превратится в пламень, поглощающий весь состав его – душевный и телесный. Кто будет так действовать, у того никогда не истощатся силы, тот никогда не потеряет бодрости на пути и не впадет в беспечность.

Для того повелевается нам стоять благоговейно во время Божественного Таинства, чтобы мы воздвигли влачащиеся по земле помыслы, чтобы, сбросив с себя расслабление, происходящее от житейских дел, могли прямо поставить душу нашу перед Богом…

Поскольку эти два [Таинства] имеют то различие, что Крещение происходит один раз, а Божественное Причащение совершается постоянно и ежедневно, отсюда делается вывод, что в Божественном Причащении есть две необходимые вещи: во-первых, оно должно совершаться, а во-вторых, совершаться постоянно.

Христос заходит с апостолами, преломляет хлеб – и тут апостолы узнают Спасителя. Апостолы узнают Христа в Евхаристии. Это показывает, что, да, научение в Церкви очень важно, интеллектуальное знание очень важно, но, тем не менее, есть таинственное знание, которое важнее. Апостолы узнают Христа не из учения, а в Таинстве.

Дворкин А. Л., православный богословВсе цитаты автораИсточник

Когда в Животворящих Тайнах душа восприимет Господа твердою верою, тогда Господь проходит в одно мгновение и душу, как простое существо, и тело все, все суставы его, по причине наполнения душою всего тела и по причине всенаполняемости Божества.

В каждой частице тела и в каждой капле крови я принимаю Всецелого Христа и, таким образом, вижу сердечными очами, что Он в одно и то же время весь во всех частицах и каплях, сколько бы их ни было, до бесконечности.

Как в Иисусе Христе обитает вся полнота Божества телесно, так и в животворящих Тайнах Тела и Крови Его. В малом человеческом теле – вся полнота бесконечного, невместимого Божества, и в малом агнце, или хлебе, в каждой малейшей частице его – вся божественная полнота.