Цитаты о смирении (579)

Смирение, если говорить о русском слове, начинается с момента, когда мы вступаем в состояние внутреннего мира: мира с Богом, мира с совестью и мира с теми людьми, чей суд отображает Божий суд; это примиренность. Одновременно, это примиренность со всеми обстоятельствами жизни, состояние человека, который все, что ни случается, принимает от руки Божией.

Ложное смирение – одна из самых разрушительных вещей; оно ведет к отрицанию в себе того добра, которое есть, и это просто несправедливо по отношению к Богу. Господь нам дает и ум, и сердце, и волю добрую, и обстоятельства, и людей, которым можно сделать добро; и надо его делать с сознанием, что это – добро, но что это не наше, а Божие, что нам это дано.

У нас должна быть война за смирение, по Заповеди Спасителя: «…Научитеся от Меие, яко кроток есмь и смирен сердцем; и обрящете покой душам вашим» (Мф.11:29). Отсюда следует, что нужно стараться не видеть своих «достоинств» и никогда не думать, что «я нечто не маловажное», ибо такое самоценение есть явная прелесть бесовская.

схиигумен ПарфенийВсе цитаты автораИсточник

“Смирение” по-русски это состояние примиренности, когда человек примирился с волей Божией, то есть отдался ей неограниченно, полностью, радостно, и говорит: “Делай со мной, Господи, что хочешь!” – но в результате примирился и со всеми обстоятельствами собственной жизни: всё – дар Божий, и доброе, и страшное.

Смирение, которое есть основание всем заповедям Евангельским, так необходимо для спасения, как дыхание для жизни: как без дыхания нельзя жить, так без смирения невозможно спастись. Различным образом спасались святые Божии, но без смирения никто из них не был спасен, да и невозможно это.

Что такое смиренномудрие, и как оное приобрести нам?
Ответ. Смиренномудрие, по определению Апостола, состоит в том, чтобы всех почитать превосходнейшими себя самого (Римл.12: 10). Приобретает же оное человек, если, во-первых, будет помнить заповедь Господа, сказавшего: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Матф.11: 29), что Господь во многих случаях и многими способами показал и преподал, а также будет верить Его обетованию, что «унижающий себя возвысится» (Лук. 14: 11), сверх же того будет равно во всяком деле и непрерывно прилагать попечение к упражнениям в смиренномудрии и приучать себя к ним.

Так стремись к смиренномудрию, как любитель его; возлюби смиренномудрие, и прославит тебя. Таким образом прекрасно будешь восходить к истинной славе – к славе у Ангелов, к славе пред Богом; Христос признает тебя пред Ангелами учеником Своим, и прославит тебя, если будешь подражателем Его смиренномудрия.

Будем смиренными, чтобы нам сделаться высокими: «кто унижает себя, – говорит [Господь], – тот возвысится» (Мф. 23:12). Не таков человек надменный; напротив, он ничтожнее всех; и пузырь надувается, но пуста полнота его; оттого таких людей мы и называем надутыми.

Смиренный угоден и приятен всем, живет в постоянном мире и не имеет никакой причины ко вражде. Будешь ли оскорблять его, порицать и говорить ему что бы то ни было, он станет молчать и переносить с кротостью и будет иметь такой мир со всеми, какого и выразить невозможно, а вместе с тем – и с Богом.

В Божественном Писании указывается много видов смирения: иногда этим именем называется кротость духа: «научитесь, – говорит, например, Христос, – от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мф. 11:29); иногда – смирение, происходящее от наказания, посылаемого для нашего исправления, почему Давид говорит: благо мне, что Ты смирил меня (Пс. 118:71); иногда – смирение, происходящее от наказания муками, вследствие которого наказанный становится достойным позора, как, например, когда говорится о диаволе: Ты смирил, как раненного, гордого (Пс. 88:11).

Если же кто скажет, что лучше живущим добродетельно надмеваться, чем впадающим в грехи смиряться, тот далеко не знает ни вреда гордости, ни пользы смирения. Знай ясно, что человек, с гордостью живущий добродетельно, – если только вообще это значит жить добродетельно, – неожиданно может впасть в полную погибель.

Размыслим о нашей природе, подумаем о своих грехах, познаем, кто мы, и это будет нам достаточным поводом для смирения во всем. Поистине, тот больше всего знает себя, кто считает себя за ничто. Ничто так не любезно Богу, как считать себя в числе последних.

Для того Бог создал нас из двух сущностей, чтобы, когда ты вознесешься гордыней, тебя смирила бы и удержала низость плоти, а когда помыслишь что-либо низкое и недостойное данной тебе от Бога чести, благородство души возвело бы тебя до соревнования небесным силам.

Нет, подлинно нет ни одной нашей добродетели, которая могла бы устоять без смирения; назовешь ли ты целомудрие, или девство, или презрение к деньгам, или что угодно другое, все нечисто, скверно и гнусно, если нет смиренномудрия.

Да благодушествуют страстные смирившиеся. Ибо если они и во все ямы впадали, и во всех сетях увязали, и всяким недугом вознедуговали; но по выздоровлении бывают для всех светилами и врачами, путеводителями и наставниками, объявляя свойства и виды каждого недуга и своей опытностью спасая близких к падению.

Кто просит от Бога меньше того, чего он достоин, тот, конечно, получит более, нежели чего стоит. Об истине сего свидетельствует мытарь, просивший отпущения грехов и получивший оправдание. Разбойник также просил только, чтобы Господь помянул его в Царствии Своем, но он первый получил весь рай в наследие.

Чтобы нас и нежелающих смириться побудить к сей добродетели, Господь промыслом Своим устроил то, что никто язв своих не видит так хорошо, как видит их ближний; и потому мы обязаны не себе приписывать исцеление наше, но ближнему, и Богу воздавать благодарение о здравии.

Многие получили спасение без порицаний и осияний, без знамений чудес; но без смирения никто не внидет в небесный чертог. Ибо хранитель первых (дарований) есть второе (смирение); но часто, в легкомысленных людях, через первое истребляется второе.

Не нам, Господи, не нам, – сказал некто в чувстве души, – но имени Твоему даждь славу (Пс.113:9); ибо он знал, что естество человеческое не может принимать похвалу безвредно. У Тебе похвала моя, в Церкви велицей (Пс.21:26) в будущем веке: а прежде того не могу принимать ее безопасно.

Если хотим достигнуть добродетели смиренномудрия, да не престанем самих себя испытывать и истязывать; и если в истинном чувстве души будем думать, что каждый ближний наш превосходнее нас, то милость Божия недалека от нас.

Кто с добродетелью смирения сочетался браком, тот кроток, тих, удобоумилен, милосерд, наипаче же мирен, радостен, благопокорлив, беспечален, бодр, неленостен, и – что много говорить? – бесстрастен, потому что «во смирении нашем помяну ны Господь, и избавил ны есть от врагов наших» (Пс. 135: 23–24), – от страстей и скверн наших.

Когда начнет в нас процветать святое смирение, тогда начнем мы презирать всякую похвалу и славу человеческую. Когда же оно созреет, тогда не только за ничто станем мы почитать свои добрые дела, но и вменять их в мерзость, думая, что мы ежедневно прилагаем к бремени грехов своих неведомым для нас расточением добродетелей

Да не престанем сами себя испытывать и сравнивать житие наше с житием прежде нас бывших Св. Отцов и светил; и найдем, что мы и шагу еще не сделали, чтобы идти по следам жизни сих великих мужей, – даже обета своего не исполнили как должно, но пребываем еще в мирском устроении.