Цитаты о гордости (372)

Разумом ли и премудростью гордиться захочешь, но Бог дал их тебе; силой ли и красотой плоти, но Бог все устроил; имением ли и богатством, но Бог все даровал; благородством ли, но все мы земля и пепел; величием ли сана, но Бог содержит все; поступком ли каким-либо добродетельным, но Бог помог, и устроил, и укрепил. Все Божие, а не наше…

Что всуе гордишься, человек, в тленной плоти? Ибо ничего достойного гордости и возношения не обретешь в себе: от земли взят ты, в землю же снова пойдешь (Быт. 3:19). Из ничего сотворен ты и не ведаешь, куда снова обратишься и какую участь получишь.

Не возносись сердцем в гордости своей и не величайся человеческим почитанием, считая себя великим, а все это вменяй как бы за сонные мечтания. Ибо непостоянно почитание человеческое, но весьма превратно…

Мерзость пред Господом всякий надменный сердцем (Притч. 16:5). Таковой породит не плод веселья, но терние скорби, ибо гордый, с одной стороны, других колет до слез или до крови, опечаливая, преследуя и мучая, с другой же стороны, сам скоро падает в терния бедствий и скорбей. Бог гордым противится (Иак. 4:6), а где Господь, что там может устоять?

…Высокомерные несчастнее и помешанных в уме, и глупых по природе; они возбуждают смех, подобно последним, и неприятны, подобно первым, и хотя столько же расстроены в уме, как помешанные, но не возбуждают столько сожаления, как те; они безумствуют, как и глупцы, но не заслуживают оправдания, как те, а внушают только одно отвращение.

Быть глупым по природе не составляет вины, а сделаться глупым, имея разум, неизвинительно и влечет за собою большое наказание. Таковы те, которые но причине своей мудрости много о себе думают и впадают в крайнее высокомерие. Ничто ведь так не делает глупым, как кичливость.

Мы чувствуем за собой долги пред Богом, то и должны не бегать нареканий, выговоров и оскорблений: ими не только долг заплатится, но и исцелится великая душевная болезнь – гордость – приложением сих пластырей с Божиею помощию.

Гордый человек, в то время как другие рассказывают о добродетелях какого-либо человека, лукаво боится, как бы этот человек не был выше его по добродетелям и не затмил его, ибо гордый ставит себя выше всех и не воображает найти такие же добродетели или лучшие в других людях.

Самолюбие и гордость наша обнаруживаются особенно в нетерпении и раздражительности, когда кто-нибудь из нас не терпит малейшей неприятности, причиненной нам другими намеренно или даже ненамеренно, или препятствия, законно или незаконно, намеренно или ненамеренно противопоставляемого нам людьми или окружающими нас предметами.

Это зло <гордость и высокомерие> везде несносно, но особенно в женском поле. Жена, исполненная высокомерия, будучи более легкомысленною и неразумною, легко развращается, утопает, терпит кораблекрушение от всякого бурного дуновения, так как гордость и высокомерие потопляет её.

Стыдно тщеславиться чужими украшениями, и крайнее безумство – гордиться Божиими дарованиями. Превозносись только теми добродетелями, которые ты совершил прежде рождения твоего; а те, которые ты исполнил после рождения, даровал тебе Бог, как и самое рождение.

По гордости своей мы никому не хотим подчиниться, даже тому, кому обязаны: не покоряемся родителям, которые воспитывают нас, не выполняем приказания начальства, с трудом подчиняемся даже общему правилу гражданского общежития. Что нам все авторитеты, мы только свое мнение считаем верным, всегда хотим настоять на своем.

Начало гордости – корень тщеславия; средина – уничижение ближнего, бесстыдное проповедание своих трудов, самохвальство в сердце, ненависть обличения; а конец – отвержение Божией помощи, упование на свое тщание*, бесовский нрав.

* тщание — усередие, старание

… Плотская гордость […] безрассудно не имеет терпения, чужда любви, дерзка в нанесении оскорблений, а в перенесении их малодушна, к повиновению неспособна, […] к принятию увещевания непреклонна, для отсечения своей воли слаба, для подчинения другим весьма неподатлива, всегда настаивает на своем мнении, а другому уступить никак не хочет …

… Плотская гордость отличается следующими признаками: сперва бывает в разговоре ее крикливость, в молчании – досада, в веселье – громкий, разливающийся смех, в печали – неразумная скорбь, в ответе – строптивость, в речи – легкомысленность, […] во всем доверяет больше своему мнению, нежели суждению старцев.

Чем выше подбросить предмет, тем с большей силой земное притяжение его тянет вниз, он ударяется о землю и рассыпается (естественный закон). Чем больше человек возносится, тем сильнее будет его духовное падение и соответственно высоте своей гордости он сокрушится.

… Когда гордость овладеет несчастной душою, то как самый жестокий тиран, взяв высокую крепость добродетелей, весь город до основания разрушает и разоряет. Высокие стены святости сравняв с землею пороков, потом не оставляет покоренной душе никакого вида свободы.

Если бы мы постоянно вспоминали о грехах своих, то ничто из предметов внешних не могло бы возбудить в нас гордость, ни богатство, ни могущество, ни власть, ни слава; когда бы даже мы сидели на царском седалище, и тогда плакали бы горько.