Цитаты о Молитвенном труде (375)

«Многословие» в молитве хотя бы тем уже хорошо, что наше сознание дольше привязано к святым словам. Если при этом нет даже полной погруженности в смысл произносимых слов, а только отвлечение от пустяков, суеты, забот, нечистых мыслей, и то это очень много. А если к этому – переживание хоть 1/100 читаемого, то душа приобретает эти неисчислимые сокровища.

священник Александр ЕльчаниновВсе цитаты автораИсточник

Еще, помнится, писала ты, что затрудняешься исполнением молитвы и чтений, так как не одна в комнате. В таком случае оставь обрядовый чин, наприм., читать перед св. иконами, со све­чей и проч., а делай проще: или ходя, читай и молись, или уткнувшись в уголок или где в передней.

прп. Анатолий Оптинский (Зерцалов)Все цитаты автораИсточник

В молитве, однако, мы имеем дело и с реальностью греха и зла – в нас самих и в мире вокруг нас. Силы противления, дремавшие, когда мы спокойно плыли по течению, начинают яростно восставать, когда мы пытаемся обратиться к Богу. Такое простое, казалось бы, дело, как потратить несколько минут на молитву, может оказаться невероятно тяжелым – как будто мы пытаемся вылезти из-под завалов, а нас еще хватают за ноги.

С. Л. Худиев, православный апологетВсе цитаты автораИсточник

Молитва не есть дело одиночек, даже если человек молится один в глубине пустыни. Молитва всегда вводит нас в общение с Церковью и она всегда есть дело Церкви. Молясь, мы присоединяемся к общему току молитв, восходящих от земли к небу; к тем, кто молится сейчас, к тем, кто молился до этого, в прошедшие века, и к тем, кто еще будет молиться.

С. Л. Худиев, православный апологетВсе цитаты автораИсточник

Молясь, мы сталкиваемся с сопротивлением духовных сил зла, которые из всех сил стремятся удержать нас от молитвы. Иногда мы молимся с огромным трудом, как будто карабкаясь вверх по крутому склону, но именно такая, «трудническая», как её называют, молитва особенно важна и приносит особенно много плодов.

С. Л. Худиев, православный апологетВсе цитаты автораИсточник

Часто в нашей жизни бывает такое: читаем вечерние молитвы, и вдруг звонок (по телефону или в дверь). Как нам быть? Конечно, мы должны сразу откликнуться на звонок, оставив молитву. Выяснили все с человеком и снова продолжаем молитву с того места, где закончили.

архим. Амвросий ЮрасовВсе цитаты автораИсточник

Принесем в своей молитве количество, если мы не в состоянии принести качество. Конечно, лучше произнести только два слова “Отче наш…” со всей глубиной их понимания, чем повторить Молитву Господню двенадцать раз; но именно к этому мы и бываем иногда неспособны. “Количественная” молитва не означает, что надо произносить больше слов, чем обычно; это означает – сохранять свое обычное молитвенное правило, приняв тот факт, что это всего лишь известное количество повторяемых слов и ничего больше.

Недостаточно, устроясь удобно в кресле, сказать: “Вот, я приступаю к богопоклонению, перед лицом Божиим”. Мы должны понять, что если бы Христос стоял перед нами, мы держали бы себя иначе, и должны научиться держаться в присутствии невидимого Господа, как держались бы в присутствии Господа, ставшего для нас видимым.

Заучивать молитвы надобно не столько памятию, сколько умом и сердцем. Надобно войти в дух молитвы, исчерпать подаваемые ею мысли, усвоить их и прочувствовать: так, чтобы, когда станете читать заученную молитву на память, мысль и чувство шли вперед, а за ними – слова молитвы.

Люди слышат только звук голоса, а Бог прежде этого слышит внутренний вопль. Так можно быть услышанным, не произнося слов; и ходя по площади, можно молиться мысленно с великим усердием; и сидя с друзьями, и делая что бы то ни было, призывать Бога с великим воплем – разумею внутренний вопль, – не делая его известным ни для кого из присутствующих.

Трудно ночью встать на молитву. Но вникните утром, – если не можете дома, то хотя бы когда идете к месту работы своей, и мысль ваша свободна, – вникните в «Отче наш», и пусть в сердце вашем отзовутся все слова этой краткой молитвы. И на ночь, перекрестясь, предайте себя от всего сердца в руки Небесного Отца… Это совсем легко…

Медленно или скоро нужно молиться Богу дома келейно? Чтобы молитва была живее, энергичнее, лучше, кажется, молиться сердцем с поспешностию, но притом так, чтобы чувствовалась сердцем сила каждого слова, то есть чтоб молитва была теплотою умиления, благодарения, славословия. Но, если сердце тупо или холодно, в таком случае – разогреть его медленною, напряженною устною молитвою.

Молящемуся должно молиться так, чтобы, всецело сосредоточившись и напрягши ум, призывать Бога со скорбной душой, не умножая слов и не распространяясь в молитве, а произнося немногие и простые слова, потому что не от множества слов, а от трезвости души зависит услышание.

Для жжения пред Господом во время молитвы не жалей свечи восковой: помни, что ты жжешь ее пред Живущим во свете неприступном и тебя от света Своего просвещающим. Твоя свечка как бы жертва всесожжения Господу; да будет же она дар Богу от совершенного сердца. Да напоминает она тебе, что ты и сам должен быть светильником горящим и светящим.

Не жалей себя для сердечной молитвы даже тогда, когда ты весь день провел в трудах. Не вознеради нимало на св. молитве, всю скажи Господу от сердца, виждь – она дело Божие. Взялся за гуж, не говори, что не дюж; «возложив руку на рало, не зри вспять» (Лк. 9:62). Допустивши молитву нерадивую, не от всего сердца, не заснешь (если на ночь молитва), пока не выплачешь своего греха перед Богом.

У людей, мало молящихся, слабо сердце; и вот, когда они хотят молиться, сердце их расслабляется и расслабляет их руки, тело и мысли, и трудно им молиться. Надо преодолеть себя: постараться молиться всем сердцем, потому что хорошо, легко молиться всем сердцем.

Для чего нужна продолжительная молитва? Для того, чтобы продолжительностью усердной молитвы разогреть наши хладные в продолжительной суете закаленные сердца. Ибо странно думать, тем более требовать, чтобы заматоревшее в суете житейской сердце могло вскоре проникнуться теплотой веры и любви к Богу во время молитвы. Нет, для этого нужен труд и труд, время и время.

На молитве нужно искреннее сожаление о своих грехах и искреннее раскаяние – перечисляя грехи, в молитвах означенные, говорить их, чувствуя сердцем как бы собственные. – Еще нужно пламенное желание не согрешать теми же грехами впредь.

Иногда человек молится, по-видимому, усердно, но молитва его не приносит ему плодов покоя и радости сердца о Дусе Святе. Отчего? Оттого, что, молясь по готовым молитвам, он не каялся искренно в тех грехах, которые он учинил в тот день, которыми осквернил свое сердце, этот храм Христов, и коими прогневал Господа. Но вспомни он о них да раскайся, со всею искренностью осудив себя беспристрастно – и тотчас водворится в сердце «мир… превосходяй всяк ум» (Флп. 4: 7).

Просишь ли чего у Бога, веруй, что будет, сделается по твоему прошению, как Богу будет угодно; читаешь слово Божие – веруй, что все, что в нем говорится, было, есть и будет, и сделалось, делается и сделается. Так и говори, так читай, так молись. Великая вещь слово!

Молись всегда горящим сердцем, а для этого никогда не объедайся и не упивайся. Помни, с кем беседуешь! Люди забывают пречасто, с кем они беседуют на молитве, кто свидетель их молитвы. Они забывают, что беседуют с Бодрым и Всевидящим, что беседе их с Богом внимают все Силы небесные и св. Божии человеки.

На молитве стой с трепетом, как осужденный преступник стоит пред судиею, чтобы тебе и внешним видом и внутренним устроением угасить гнев Праведного Судии: ибо Он не может презреть душу-вдовицу, предстоящую Ему с болезненным чувством и утруждающую Неутруждаемого.

Если во время молитвы что-нибудь или посредством очей, или по другой какой причине рассеивает ум твой, то знай, что это – дело врага. И не спеши оканчивать молитву свою, но, осудив самого себя, снова собери ум свой и молись уже с ведением, чтобы знать тебе, о чем просишь ты Бога и для чего просишь Его, чтобы не говорить тебе напрасно лишнего и не многословить.

Бог часто посылает благодатную теплоту веры и любви в сердце в самом конце молитвы. Поэтому надобно иметь терпение не отчаиваться в силе молитвы в начале и в средине ее, но спокойно продолжать ее до конца, молитися и не стужати си (Лк. 18:1). «Толцыте и отверзется вам» (Мф.7:7).

Если при молитве не имеешь должного внимания, то этим не смущайся. Бог даст внимание в свое время тому, кто постоянством в упражнении молитвой и в понуждении себя ко вниманию докажет, что он действительно желает молиться со вниманием.

В молитвенном подвиге будь свободен. Поступай, как привык поступать; вкушай то, что тебе по вкусу, что тебя питает, удовлетворяет. Не гоняйся за количеством молитвословий, а за качеством их, т.е. чтобы они произносимы были со вниманием и страхом Божиим. Дальнейшее покажут время и состояние души твоей.

Ты не требуй от ума твоего при молитве превышающего силы его, например нерушимой полной нерассеянности. Показывай мысленно немощь и ветхость твою Богу, говоря: «Господи! Ты видишь всю ветхость мою!», и, терпя, терпи великодушно немощь ума твоего.

Странное дело! – из любопытства читаешь охотно, а когда надобно молиться самым делом, тогда нет охоты и надо нудить себя. Таковы для нас все молитвы, все богослужения, Таинства. Без труда не даются Божии дары! Враг везде запинает!

Воздеяние рук много способствует живости и искренности молитвы. Смотрите, как Божия Матерь и святые Божии пишутся: они пишутся или с воздетыми обеими руками, или с одною. От человека с воздетыми молитвенно руками бежат демоны.

Внешние знаки молитвы в Святом Писании можно найти следующие:
1. коленопреклонение (3Цар. 8: 54; Деян. 7:60; Еф. 3: 14);
2. воздеяние рук (Исх. 9:22–23, 29, 33; 1Тим. 2: 8; Пс. 142: 6);
3. возведение очей на небо (Ин. 11: 41; 17: 1; Пс. 120: 1; 122: 1–2 и проч.).

Молитва может быть без голоса и внешних слов, умом и сердцем творимая, и она действительна. Но внешняя молитва, из одних слов состоящая, не есть истинная молитва, но только голос без разума. Так тогда бывает, когда человек читает молитву, но об ином думает.