Промысл Божий (474)

Жизнь есть соединение и сочетание ума <духа>, души и тела, а смерть есть не погибель этих сочетанных <частей>, а расторжение их союза; все это Бог хранит и по расторжении.

Много, очень много случится перенести человеку с продолжением времени. Но что ни посылает правящий нашей жизнью Бог, все это сносно.

Не здесь обещал нам Бог даровать покой и Царство Свое, ибо век сей назначил быть для нас училищем, местом искуса и подвига…

Будем устроять свою жизнь, как постоянно имеющие пред собою недремлющее Око, видящее сокровенные наши помышления…

Бог […] устроил жизнь нашу трудной и тяжкой, чтобы мы, будучи теснимы здешними скорбями, возжелали будущих благ.

Бог, попуская нам искушения и предавая нас диаволу, не престает промышлять о нас; наказуя, не престает благодетельствовать нам.

Бог, взирая с высоты Божеского совершенства на преткновения человеческие, попускает эти преткновения, попускает их как противоядие, которыми изгоняется самый смертоносный яд.

К чему клонится каждое событие в мире, почему у одного жизнь продолжается до отдаленной старости, а другой столько времени пользуется жизнью, чтобы вздохнуть раз воздухом и тотчас перестать жить. Ежели ничего нет в мире без Бога, все же зависит от Божиего произволения, а Божество премудро и промыслительно: то, конечно, и сему есть разумная причина, заключающая в себе признаки Божией премудрости и вместе промыслительной попечительности.

Не по гневу Твоему, Господи, страждем мы, и не по ярости Твоей оканчивается и проходит жизнь наша, и остаемся мы ни с чем. Смертный предел полагается нам ради грехов наших для того, чтобы не грешили мы более.

Когда отходит Господь, пытая душу, то, когда она закричит, Он скоро ворочается. А когда отходит, наказывая, то не скоро, пока не сознает душа греха, и не раскается, и не оплачет, и епитимий не понесет.

Не только грешники, но и ревностные подвижники, держащиеся добродетели, нередко бывают оставляемы Богом, чтобы научились терпению и твердости, избежав гордости.

Не только того, что не в нашей силе […], но и того, что в нашей силе не возможем мы привести к совершенному окончанию, если не снизойдет к нам великая помощь от Божественного Промысла. Снизойдет же она непременно к тем, которые без уклончивости привнесут от себя все от них зависящее, и не опустят ничего служащего к тому. Ибо помощь сия, побуждающая даже нехотящих, тех, которые хотят и все делают, и употребляют все средства, непременно возведет на самый верх преуспеяния.

Получаем ли скорее или медленнее, пребудем благодарными Господу, потому что все, что ни делает Владыка, домостроительствует ради нашего спасения; только мы да не будем из малодушия прекращать прошения.

Никогда, дитя мое, нельзя надеяться на человека. Это великая и роковая ошибка. Без определения на то Божия не защитит и не утешит человек. Бессилен человек без Божией помощи.

Не беспокойся много об устройстве своей судьбы. Имей только неуклонное желание спасения и, предоставив Богу, жди Его помощи, пока не придет время.

Тогда Господь начинает являть свою силу, когда увидит, что все человеческие средства к поданию помощи нуждающемуся в ней человеку истощены.

От Бога ничто не утаено, все Он видит. И молитву всякую слышит, а исполняет ее не по нашему желанию, а как нам спасительно.

Когда даст Бог, ничего не сделает зависть; а когда не даст, не поможет никакой труд.

Бог не станет делать, пока не увидит болезненного труда собственно нашего.

Все, что ни бывает, по Божьему святому промыслу бывает. Доброе и худое, жизнь и смерть, бедность и богатство от Господа (Сир.11:14). Итак, этим должно довольствоваться и укреплять себя в терпении, что все от Господа происходит, и так святой Его воле предаваться […]. Ибо от Бога, как Благого и Источника благ, ничего произойти не может, кроме добра. И хотя плотскому нашему рассуждению бедствие кажется злом, но, поскольку от Бога благого посылается ради пользы нашей, то это есть благо, и оно хочет сделать нас духовно благополучными.

И так справедливо можем сказать, по нашему образу представления, что предведение по порядку предшествует в Боге, за ним следует предопределение, а после – за сотворением промысл о сотворенном. Сему Апостол ясно нас учит, говоря: ихже предуведе, тех и предустави: а ихже предустави, тех и призва: а ихже призва, сих и оправда: а ихже оправда, сих и прослави (Рим.8:29,30).

В некоторых случаях Бог попускает святому человеку тяжко страдать, дабы не отпал святой от правой совести или не впал он в гордость по причине данных ему силы и благодати.

Предведение, Предопределение и Промысл различаются в Боге по своим действиям. Промысл относится к вещам сотворенным. […] Предведение есть одно ведение будущего, без определения его в частности, то есть оно не определяет существования той или другой вещи. А предопределение есть определение частное, то есть оно и определяет, что должно быть. Но определяет только добро, а не зло, ибо если бы оно определяло и зло, то это было бы противно естественному свойству Божию – благости.

От Бога посылаются беды и напасти на нас; но и в сем удивительная благость показуется. Бог чрез слово Свое всех призывает к покаянию, как о том на премногих Святаго Писания местах читаем и в церквах слышим; но, когда люди не обращаются и не творят покаяния, посылает на них напасти, да теми подвигнутся к покаянию, и взыщут Его.

Мы должны веровать, что есть Бог Творец и Создатель всех существ; ибо как могла бы и существовать Вселенная, если бы кто не осуществил ее и не привел в стройный состав? Должны веровать, что есть Промысл, все содержащий и все связывающий в мире; […] иначе, Мир, носимый случаем, как вихрем корабль, должен бы был, по причине беспорядочных движений вещества, мгновенно разрушиться, рассыпаться и возвратиться в первоначальный хаос и неустройство.

Все промышление, и даже большую часть его показать было бы нелегко: так оно бесконечно и неизреченно, проявляется в малом и великом, в видимом и невидимом.

Всякое сотворенное естество, и видимое, и умопредставляемое, для поддержания своего имеет нужду в Божием попечении.

Что горсть песку, брошенная в великое море, то же грехопадение всякой плоти в сравнении с Промыслом и Божией милостью.

Всеблагий Промысл Божий всегда устрояет о нас то, что для нас полезнее. Мы же по неведению часто стремимся к противному. Убийца искони грозил убийством, но сказано, что не пришел еще час сей. Един Господь ведает, как попустится ему устроить это злодейство или совсем не попустится. Мученики, предаваясь воле Божией, одни умирали мученической кончиной, а другие по воле Божией просто умирали в темнице. Предадимся и мы воле Божией и всеблагому Промыслу Господа, да устроит о нас благое и спасительное, якоже весть и якоже будет Ему благоугодно.

Гордость человеческая говорит: мы сделаем, мы достигнем, и начинаем строить башню Вавилонскую, требуем от Бога отчета в Его действиях, желаем быть распорядителями вселенной, мечтаем о заоблачных престолах, – но никто и ничто не повинуется ей, и бессилие человека доказывается со всею очевидностью горьким опытом. Наблюдая опыт сей из истории и древних, давно минувших дней и современных, прихожу к заключению, что непостижимы для нас пути Промысла Божия, не можем мы их понять, а потому необходимо со всем смирением предаваться воле Божией.

Как глина принимает всякий вид, какой дают ей руки обделывающего ее, так и человеку должно поступать сообразно с тем, что повелевает Бог, и принимать с благодарностью все, что Он посылает, нисколько не противореча и не усиливаясь дознать <причину этого>; потому что это непостижимо не для одних нас, но и для мужей святых и дивных, живших прежде нас.

Веруя в пекущийся обо мне Промысл Божий, боюсь направлять по своему смышлению свою жизнь, ибо наблюдал, как своя воля приносит человекам скорби и трудности… Да будет же воля Божия, благая и совершенная! Ей вручаю себя, и всю жизнь, и всех. Принятие воли Божией мир приносит сердцу моему.

Судьбы Божии – всемогущее действие во вселенной всесовершенного Бога, Единого, в точном смысле. Духа, наполняющего вселенную и все, что за пределами вселенной, не объемлемого вселенной.

Судьбы Божии – все, совершающееся во вселенной. Все совершается вследствие суда и определения Божиих.

Возмущается дух наш против судеб и попущений Божиих? Оттого, что мы не почтили Бога как Бога; оттого, что мы не покорились Богу как Богу; оттого, что мы не дали себе должного места пред Богом; от нашей гордости, от нашей слепоты.

На Бога возложим […] все попечение наше о себе, все наши печали, всю нашу надежду.

Открыв чрез естество и тварь познание добродетели, <Бог> приставил Ангелов-хранителей; воздвиг для руководства отцов и пророков; явил знамения и чудеса, ведущие к вере; дал нам писаный Закон […]. Наконец, после того, как мы все оставили без внимания […], Он Самого Себя отдал за нас, истощив богатство Своего Божества в нашу худость, восприяв наше естество и став Человеком, как мы, благоволил стать нашим Учителем; и Сам учит нас о величии Его человеколюбия…

Иное есть Промысл Божий; иное — Божия помощь; иное — хранение; иное — милость Божия; и иное — утешение. Промысл Божий простирается на всякую тварь. Помощь Божия подается только верным. Хранение Божие бывает над такими верными, которые поистине верны. Милости Божией сподобляются работающие Богу; а утешения — любящие Его.

Владыка всего, являя могущество силы Своей, часто попускает многоразличные затруднения в делах для того, чтобы, приведши в исполнение Свои намерения, открыть величие Своего всемогущества.

Вижу здания и заключаю о здателе, вижу мир и познаю Промысл.