Цитаты о гордости (372)

Нет никакой другой страсти, которая бы так истребляла все добродетели, лишала человека всякой праведности и святости и обнажала, как гордость. Гордость подобна главной и губительной болезни, которая не один член человека расслабляет, но все тело повреждает смертоносным расстройством и уже стоящих на верху добродетелей может подвергнуть жестокому падению и погубить.

От гордости происходит забвение согрешений, а память о них есть ходатай смиренномудрия. Гордость есть крайнее убожество души, которая мечтает о себе, что богата, и, находясь во тьме, думает, что она во свете.[…] Кто пленен гордостью, тому нужна помощь Самого Бога…

Гордыней же святой Исаак называет не то, когда в уме промелькнет гордостный помысел, и не то, если побеждается кто-либо ею по временам, ибо за одно, сказал он, невольное движение помысла Бог не казнит и не осуждает человека; даже если в какой-то момент и согласимся с помыслом, но тотчас же отринем страсть, – не обвиняет и не требует ответа Господь за таковое наше нерадение, но за то, когда ум человека принимает этот помысел за истину, как уместный и полезный ему, и не считает его жестоко ему вредящим.

Всех ваших поползновений причина и корень – гордость; отрасли ее: превозношение, о себе мнение, зазрение людей, уничижение и осуждение их. […] Всех наших зол причина – гордость, а всех благ ходатай – смирение!

Ты пишешь, что с прочими своими грехами помнишь беспредельную свою гордость и тщеславие, которые и суть причиной всех твоих скорбей и бедствий душевных и телесных, ибо Господь гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак. 4:6). Помня о беспредельной гордости своей, не красуйся ею, но сбрось с себя, как непотребную одежду, и старайся облечься в ризу смирения…

…Две гордости: первая гордость есть та, когда кто укоряет брата, когда осуждает и бесчестит его, как ничего незначащего, а себя считает выше его. Таковый, если не опомнится вскоре и не постарается исправиться, то мало-помалу будет приходить и во вторую гордость, так что возгордится и против Самого Бога, и подвиги и добродетели свои станет приписывать себе, а не Богу…

Как узнается гордый и чем исцеляется? Узнается потому, что домогается предпочтения. А исцеляется, если будет верить суду Сказавшего: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак.4:6). Впрочем, надо знать, что хотя убоится суда, произнесенного за гордость, однако не может исцелиться от этой страсти, если не оставит всех помышлений о предпочтении…

Ту гордыню, в которой они [бесы] стоят перед Богом, мы себе даже представить не можем. Мы не можем понять, с какой ненавистью относятся они к Бог […]. Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак.4:6). Почему не сказано, что Бог противится блудникам, или завистливым, или еще каким-либо, а сказано: именно гордым? Потому что бесовское это свойство. Гордый становится как бы уже сродни бесу.

Гордость есть причина первоначального падения и главное начало болезни. Гордость через Люцифера, низверженного за нее, вкравшись потом в первосозданного (Адама), произвела слабости и поводы ко всем порокам. Ибо когда он думал, что может приобрести славу божества свободою воли и своим старанием, то потерял и ту, которую получил по благодати Творца.

Писала ты, что по временам нападают на тебя помыслы гордые и самонадеянные, но в этом же письме, описывая душевное свое состояние, говоришь, что ты подобна разломанному зданию без окон и без дверей и т.д. Это самое и вспоминай, когда будут приходить гордые помыслы, и сама себе говори: «Разграбленной, разоренной чем гордиться?».

Гордость — великое зло. Лучше быть глупым, нежели гордым; у первого обнаруживается лишь глупость, как недостаток ума, а у последнего хуже — глупость вместе с неистовством. Глупый — зло для самого себя, а гордый и для других язва. Гордость рождается от глупости; нельзя быть высокоумным, не будучи глупым; кто слишком глуп, тот и горд.

Не возвышай выи (шеи), перстный, ибо многие, будучи святы и невещественны, были свержены с неба. Когда бес гордости утвердился в своих служителях, тогда, являясь им во сне или наяву, в образе светлого ангела, или мученика, преподает им откровение таинств, и как бы дар дарований, чтобы сии окаянные, прельстившись, совершенно лишились ума.

В большой семье бывает не без урода, но делать нечего, и это следует потерпеть. А иначе, когда все будут хороши, и возгордиться можно. Гордость же одна заменяет все пороки, как и одно смирение спасает человека. Волею-неволею будем смиряться, чтобы подобно евангельскому мытарю получить прощение грехов и милость Божию.

Смотрите же паче, не закрался бы […] помысел, что вы живете лучше и внимательнее других, и оный так опасен что, по маковому зерну ложась на сердце, не увидишь, как возрастет до исполинского фарисея и предаст совершенной гордыне и далее. А перед Богом лучше грешник с покаянием, нежели праведник с гордостью.

…Если будет тревожить тебя страсть самомнения, то скажи борющему тебя: «Иди от меня прочь, лукавый помысел. Что я за человек? И в какой преуспел я добродетели, […]? Святые камением побиени Быша, претрени Быша, искушены Быша, убийством меча умроша (Евр.11:37). […] Сам Владыка всяческих за нас претерпе Крест, о срамоте нерадив (Евр.12:2). А я, все время жизни своей проведя во грехах, какой дам ответ в день Суда?» — И тем отгонишь от себя высокоумие.

Удел несчастных горделивцев, преисполненных самомнения и плотского мудрования, — вечная смерть, смерть души, состоящая в решительном отчуждении от Бога, в усвоении себе ненависти к Богу и человечеству, той ненависти, которою заразил себя сатана и которую он сообщает всем вступившим в общение с ним.

Подобно тому, как сребролюбцы, чем больше приобретают, тем большего желают, так и гордые: чем большею пользуются честию, тем больше домогаются ее. Страсть их постепенно возрастает, — а это действительно <есть страсть>, — страсть же не знает предела, но прекращается только тогда, когда убьет того, кто одержим ею.

В человеческой гордости есть некая тёмная бесконечность. Завороженный ею человек считает, что всё может, ибо контроль совести прекращается, как только начинается господство гордыни. Гордыня начинает всячески вытеснять из души человека все здравые мерки истины и навязывает себя как верховное мерило.

Гордый человек в то время, как другие рассказывают о добродетелях какого-либо человека, лукаво боится, как бы этот человек не был выше его по добродетелям и не затмил его, ибо гордый ставит себя выше всех и не воображает найти такие же добродетели или лучшие в других людях. Беда для него совместничество других.

Как же можно потушить гордость? Нужно для этого познать Бога… когда познаем Его, от нас удалится всякая гордость. Подумай о геенне, подумай о тех, которые гораздо лучше тебя, подумай о том, насколько ты виновен пред Богом. Если подумаешь об этом, то скоро укротишь свой разум, скоро смиришь его.

Нет яда сильнее яда аспида и василиска, и нет зла, страшнее самолюбия. Исчадия же самолюбия – змеи летающие: самохваление в сердце, самоугождение, пресыщение, блуд, тщеславие, зависть и вершина всех зол – гордость, которая не только людей, но и ангелов свергла с небес и вместо света покрывает мраком.

В самом деле, нет ничего хуже наглой надменности. Она-то и делает нас напыщенными и в то же время раболепными, а потому в первом случае — смешными, а во втором — отвратительными, и таким образом производит зараз два противоположных порока — гордость и подлое ласкательство.

Естественно духу нашему возвышенное ощущение презрения к врагам демонам, но это ощущение извратилось: мы преклонили голову перед демонами, а превозносимся один над другим, уязвляем друг друга, каждый признавая себя праведнее ближнего. Гордостью нашей мы делаем Бога нашим врагом.

Если скрываешь свое поражение, то видно из сего, что ты надменен, величаясь собою в большей мере, нежели как позволяли бы и род твой, и сила твоя, и достоинство. Поэтому или приобрети скромный о себе образ мыслей, или все над тобою будут смеяться.

Гордым и самонадеянным помыслам о совершенстве противопоставляй крайнее смирение перед Богом и людьми, выставляя себе прямо на вид, что ты и устной молитве еще не научилась, и келейного правила не исполняешь. Откуда же вдруг явилось совершенство?

Где нет света, там тьма, а где нет смирения, там гордость покрывает тьмой все наше устроение. Из первых твоих строк вижу сознание, что за гордость попускаются тебе искушения и падения. Это истинно справедливо, в чем нас удостоверяют святые отцы, сами прошедшие путь сей.

Гордым нет места на небе – но во аде с бесами. Подумай об этом хорошенько. За осуждение, укорение, злопамятность и за гордость никто не будет наследником Царствия Божия, если не исправится таковой, то не миновать ему геенны огненной.

Тщеславные, гордые понятия, из которых составляется самомнение, разрушают в человеке тот духовный престол, на котором обыкновенно восседает Святой Дух, разрушают то единственное условие, которое привлекает к человеку милость Божию.

…Дело это не единого дня или месяца есть, но многого времени, произволения, подвига, труда и помощи Божией требуется к искоренению этого смертоносного корня [гордости], а по исторжении его и все ветви страстей иссохнут и отпадут.