Божественная любовь (117)

Если будет благоволить к нам Бог – тогда все будет для нас удобно и легко, и ничто не сможет опечалить нас в настоящей жизни, хотя бы и казалось что-нибудь прискорбным. Таков преизбыток Его могущества, что Он, когда благоволит, обращает и самые печали в радости.

В душе благочестивого, богобоящегося человека происходит невидимо духовное общение с Богом. Как отец или как строгий наставник, Господь Бог то одобряет, то осуждает наши мысли, желания и намерения; то говорит, что это – хорошо, а это худо, и за добро награждает, а за зло наказывает: и все это так явно для души – тут же на месте.

Если Он увидит, что мы обращаемся к добру, делаемся скромны и вообще полагаем хотя некоторое начало добродетельной жизни, то и со Своей стороны оказывает нам помощь, соделывая для нас все легким и удобным и не давая нам даже почувствовать тяжести подвигов добродетели.

Если же тот, кто видит любимого, или даже только вспоминает о нем, становится бодр душою и высок мыслью, и, услаждаясь воспоминанием, все переносит легко, то имеющий в мыслях Того, Кто благоволил воистину возлюбить нас, и помнящий о Нем, почувствует ли когда-либо какую-нибудь печаль или убоится ли чего-нибудь страшного и опасного? Конечно, никогда!

Как отрадно быть уверенным в том, что есть Существо, которое любит меня искреннейше, горячайше, больше, чем кто-либо и все вместе на свете – до того, что дает мне ежедневно есть плоть Свою и пить кровь Свою.

Любовь Божия умерщвляет любовь плотскую, душевную. Она – Дух. Она пребывает в тонком холоде, всегда ровная, как в Евангелии, но научает уязвленного ею полагать душу за ближнего своего. Ибо ощущение этой любви сладостнее ощущения жизни.

Если отца лишаешься – имеешь Отца Бога, от Которого духовно родился. Он как об отце твоем промышлял, так и о тебе промышляет. Если без матери остаешься сиротой – имеешь также вместо матери того же Бога, Который есть Отец сирот (Пс. 67: 6).

…Не скорби о том, что мир тебя ненавидит. Христос несравненно больше и лучше всего мира, и любовь Его слаще всего мира. Кого Христос любит и милует, тому ненависть и злоба этого мира ничем не вредит. Только смотри, чтобы ты Христов был.

Сладка Божия любовь, утешительна и радостна, и к вечной радости и сладости ведет. Лучше, и несравненно лучше, быть любимым одним Богом, чем всем миром. Я желаю и выбираю это. Пусть меня весь мир ненавидит, если хочет, и делает мне, что хочет, только бы один Бог любил и по милости Своей хранил меня.

Он [Господь] тебя питает, одевает, солнцу над тобой повелевает сиять, дождь подает, Ангела Своего тебе приставил, души и тела твоего Хранителя, согрешающим тебя видит и терпит, ожидая твоего покаяния, от всяких вредных и смертоносных напастей невидимо сохраняет тебя.

Бог, поскольку любит человека, соединился с человеком, и человеком стал, и все немощи, болезни, бедствия человеческие на Себя взял, чтобы таким образом в благополучие человека привести. Так человек, когда Бога любит, с Богом соединен, Божественным, а не плотским, Духом Божиим преисполнен, Духом Божиим водится.

Учимся уповать на благость Божию, ибо Он везде с нами. И как солнце, ясно сияющее, везде с человеком есть, освещает и согревает его, где бы он ни был, и в благоденствии или злополучии, так и благость и человеколюбие Божие везде с нами и никогда не отступает от нас, но всегда согревает и сохраняет нас, находимся мы в доме нашем и на пути, в своей стороне или чужой, пребываем в благополучии или злополучии, в здравии или болезни, в печали или радости.

Бог, будучи Благ и желая благодетельствовать, по благости Своей сотворил дьявола и человека в добром состоянии, так как Он не хочет беззакония и ненавидит его, дьявол же и человек сотворили грех по своему добровольному хотению. Если же Бог попустил и не воспрепятствовал согрешить как дьяволу, так и человеку, то это потому, что Бог не делает насилия над свободной волей.

От разума и познания рождается вера, от веры же хранение заповедей Божиих, от хранения же заповедей Божиих упование на Бога, от упования же на Бога – Божественная любовь; когда же это умножается, бывает совершенное единение с Богом и исполнение закона и пророков.

В Иисусе Христе, Сыне Своем, Бог показал любовь, «которая превосходит всякий разум». Тот, через Кого Святая Троица сотворила мир, явился в образе человеческом, дабы явить человечеству любовь Святой Троицы, дотоле неведомую миру. Как же Он явился? Так, как только великая любовь не стыдится явиться ради спасения возлюбленного: в уничижении, в служении, в страдании и, наконец, в великой жертвенности.

Любовь Божия к человеку предвосхищает любовь человека к Богу. Кто знает, любил бы ребенок мать, если бы прежде не ощутил ее любви к себе? Так и человек не может возжечь в себе любовь к Богу, пока не испытает на себе неистощимой любви Божией.

Истинным признаком истинной любви Божией является еще и то, что Бога следует любить только ради Самого Бога, а не ради себя, то есть не ради своей личности, своей прибыли, и не ради того воздаяния, которое описал апостол, говоря: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1Кор. 2:9).

Любовь Божия, будучи сама по себе столь сладкой, превосходя все вещественные и умные сладости (ибо Бог есть весь желание, весь сладость), нескоро кажется сладкой для человеческого сердца, а некоторым она и всегда кажется горькой, и получается то, что один и тот же Бог и сладок, и горек: для одного сладок, а для другого горек.

Всякая плотская красота – это тень, всякое благолепие – роса утренняя, всякая плоть – трава, всякая слава человеческая, как цвет в поле: иссушается трава, и цвет ее отпадает (Иак. 1:10–11); только одно слово Господне и Божественная Его любовь пребывают вовеки.