Любовь к Богу (312)

Любовь ко Христу – самый дивный, самый прекрасный цветок души нашей. У кого расцвел этот цветок, у того вечная радость. Чтобы найти этот цветок, трудятся подвижники, отрекаясь от всех благ мира, для этого цветка проливалась кровь святых мучеников.

Чтобы быть нам с Господом и чтобы Господь быль в нашей душе, мы должны знать прежде всего, что только смиренным Бог дает благодать (1Пет.5:5), на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Его взирает Он (Ис.66:2) и на милостивого, любящего ближних своих, простирает Свою милость (Мф.5:7). Он сам есть любовь (1Ин.4:16).

Проси у Господа Бога благодати исполнять как можно лучше Его святейшие заповеди, хотя бы они казались тебе весьма трудными. Исполнил какую-нибудь заповедь Божию, ожидай искушения, ибо любовь к Христу испытывается через преодоление препятствий.

Увенчайся тернием – суровостью жизни по Богу; облекись в багряную ризу, прими трость; пусть преклоняются пред тобой ругающиеся истине. Наконец, охотно распнись, умри и прими погребение со Христом, да с Ним и воскреснешь, и прославишься, и воцаришься, зря Бога во всем Его величии и Им зримый, – Бога в Троице поклоняемого и прославляемого.

Чтобы благоугодить Господу, нужно более всего заботиться, чтобы не осуждать других и вообще иметь снисходительное расположение к ближним.

Если мы любим Бога всем сердцем своим, то ни родителей, ни детей не должны предпочитать Богу.

У нас ладья учения не подвергается кораблекрушению, не разбивается, не тревожится, не обуревается, но, как в тихую пристань, стремится в души любящих Господа.

Любящий жалеет, когда любимого чем оскорбит сам, или от другого кого оскорбленным видит. Так, кто любит Христа, когда по немощи в чем согрешит, сокрушается, сожалеет, ругает себя, и со смирением и горячим исповеданием своего греха и уничижением и укорением самого себя припадает перед Ним нелицемерно, и сам себя осуждает достойным всякого наказания.

Ненависть за Бога гораздо лучше любви за Него; когда любят нас для Бога, то мы делаемся должниками Его за такую честь, а когда ненавидят нас, то Он сам делается должником, за которым остается наша награда.

Так называемые неверы сами по себе верят и, не желая в этом признаться, тоскуют о Боге. Только у немногих несчастных так уж загрязнилась душа, так осуетилась она, что потеряла способность стремиться к небу, тосковать о нем.

Похвала же о Господе бывает, когда человек добрые дела свои приписывает не себе самому, но Господу.

Любовь к Богу естественно горяча, и, когда нападет на кого (возгорится в ком) без меры, делает душу ту восторженною. Поэтому сердце ощутившего любовь сию не может вмещать и выносить ее, но, по мере качества нашедшей на него любви, усматривается в нем необычайное изменение.

Некто, увидев необыкновенную женскую красоту, весьма прославил о ней Творца, и от одного этого видения возгорел любовию к Богу и пролил источник слёз.

Но если будут нас гнать люди по горькой ревности, или если принуждают нас принять участие в делах, для нас чуждых, которые не благоугодны Богу, то побежим в другое место и возложим упование на Бога.

Таково свойство любви! Она непрестанно памятует о любимом: она непрестанно услаждается именем любимого. Имя Господа — паче всякого имени: оно источник услаждения, источник радости, источник жизни; оно – Дух; оно – животворит, изменяет, переплавляет, боготворит.

Что значит пребывать в любви ко Господу? Значит непрестанно памятовать о Нем, непрестанно пребывать в единении с Ним по духу.

Все то, что приводит нас к любви Божией и смирению, позволительно, но надобно знать нам свою меру и не увлекаться в высоту, а паче при страстном нашем устроении.

Мучеником бывает не тот только, кто, получив повеление (от мучителя) принести жертву (языческим богам), порешил лучше умереть, чем принести эту жертву; нет, мученичество, очевидно, есть и то, когда человек вообще соблюдает (ради Христа) что-либо такое, чем может навлечь на себя смерть.

Если мы бодрственны, то ни брак, ни воспитание детей, ни другое что не может воспрепятствовать нам в угождении Богу. Вот и он <Енох>, будучи одной с нами природы и живя тогда, когда еще не дан был закон, не поучало Писание… сам собою и по своему произволению так благоугодил <Богу>, что доселе еще жив и не вкусил смерти.

Мы должны любить ближнего не менее, как самих себя, по заповеди Господней: Возлюбиши… ближняго своего яко сам себе (Лк.10:27). Но не так, чтобы любовь к ближним, выходя из границ умеренности, отвлекала нас от исполнения первой и главной заповеди, то есть любви Божией, как о сем поучает Господь наш Иисус Христос: Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин; и иже любит сына или дщерь паче Мене, несть Мене достоин (Мф.10:37).

То есть блаженны те, которые сознательно содружились со Христом, пришедшим дать мир дальним и ближним, то есть праведным и грешным, примирить с Отцом Своим нас, врагов Его, и совокупить воедино разделенное между собою.

Хотя заповедь о любви к Богу столько возвышеннее заповеди о любви к образу Божию – человеку, сколько Бог возвышеннее Своего образа, однако заповедь о любви к ближнему служит основанием заповеди о любви к Богу. Кто не положил основания, тот тщетно трудится о построении здания: оно никак не может устоять, не имея основания. Любовию к ближнему мы входим в любовь к Богу.

Если образ Божий будет ввергнут в пламя страшное ада, и там я должен почитать его.

А главное для меня из всех благ то, чтобы жизнью моею прославлялось имя Божие.

Человек сотворен по образу и по подобию Божию, а грех, увлекая душу в страстные пожелания, исказил красоту образа. Но Бог, сотворивший человека, есть истинная жизнь; потому, кто утратил подобие Божие, тот утратил и общение с жизнью, а кто вне Бога, тому невозможно быть в блаженной жизни.

А соединиться с Ним возможно не иным чем, как крайнею сердечною любовию. Ибо и Евангельская грешная жена потому получила от Него великую грехопростительную милость и крепкое с Ним соединение, что много возлюбила (Лк.7:47). Ибо Он любит любящих Его, прилепляется к прилепляющимся к Нему, представляет Себя ищущим Его, и подает сладость – неоскудно насладиться любви Его.

Всякому истинному христианину нужно всегда помнить и никогда не забывать, что ему необходимо соединиться с Господом Спасителем всем существом своим, – надобно дать Ему (Господу) вселиться в уме и сердце нашем, необходимо начать жить Его пресвятою жизнию. – Он принял плоть нашу, а мы должны принять и плоть и всесвятый дух Его, – принять и хранить навсегда.

Вожделеть Бога – всегдашнее услаждение и просвещение, всегдашняя радость. Если всегда вожделеешь Его, всегда будет Он обитать в тебе.

А из сего открывается, что истинный боголюбец, расторгнув, преодолев и миновав все, что в мире почитается препятствием, объемлется единою божественною любовию.

Явный знак любви к Богу есть сердечная радость о Боге. Ибо что любим, о том и радуемся. Так и Божия любовь без радости быть не может. И сколько раз чувствует человек в сердце своём сладость любви Божией, столько раз радуется о Боге.

Совершенство христианства – в совершенной любви к ближнему. Совершенная любовь к ближнему – в любви к Богу, для которой нет совершенства, для которой нет окончания в преуспеянии.

Кто же муж совершенный? Кто в действительности любит Господа, и ближнего своего любит, как себя самого.

И хорошо сказал один из мужей богоносных, что, для верующего, любовь к Богу – достаточное утешение даже и при погибели души его. Ибо, говорит он, какой ущерб причинят скорби тому, кто ради будущих благ пренебрегает наслаждением и упокоением?

Бог есть Любовь. Только через Бога можно любить творение Божие, и самое отвратительное. Потому первая заповедь гласит: «Люби Господа Бога своего», и только затем: «Люби ближнего своего». Без любви к Богу всякая другая любовь нереальна и недолга. […] Даже самого себя человек не умеет любить, не имея любви к Богу. Только в Боге человек может любить себя как тварь Божию.

Как себялюбивый естественно ищет своей славы; так боголюбивый естественно ищет и любит славу Создателя своего. Душе боголюбивой, чувства Божия исполенной, свойственно, в исполнении всех творимых ею заповедей, искать единой славы Божией, относительно же себя – услаждаться смирением.

Истинная же любовь к Богу и ближнему познается, когда кто имеет следующие качества: не гордится, не завидует брату своему, но подражает добру, которое видит в другом, делая и сам то же; не ищет одежд красивых, а только потребных; не ропщет, не шутит и не смеется, и не спорит ни о чем, ни о большом, ни о малом; не насыщается не только яствами и сластями, но даже и водою, особенно в настоящие святые дни поста…

Мы далеки еще от любви Божией, и смиритесь в своем мудровании, прося всесильной Его помощи в искании Его. Вы прежде писывали, что любите Бога, но это происходило от непознания вами себя. Может быть, некоторое умиление или сердечная радость уже и казались вам любовию, но любовь к Богу противными искушается, и непременно надобно сразиться с тремя врагами нашими: миром, плотию и диаволом.

Нельзя работать Богу и мамоне (Мф.6:24), нельзя служить Богу и греху. Должен человек, по Евангелию, возлюбить Господа всею душею, всею крепостью, всем сердцем, всем помышлением своим (Мф.22:37; Мк.12:30; Лк.10:27), не отдавая греху ни одного чувства, ни единой способности своей душевной или телесной.

Если кто не возлюбит Бога от всей души и не покажет любви сей отвержением себя самого и всего мира, то не сподобится увидеть Его таинственно чрез откровение Духа Святого, не имеет Его и главою своею, но есть тело, […] лишенное жизни всех – Христа.

Есть вожделение (желание), свойственное нашему естеству, без которого любовь к Богу невозможна. Посему Даниил назван мужем желаний (Дан.9:23). Это вожделение враг превратил в страстные похотения, чтобы мы вожделевали всяких нечистот.