Помыслы (405)

Помыслами хульными не смущайтесь, а только укоряйте себя в это время за горделивое расположение души и за осуждение других. Первые без последних не вменяются в грех.

Если придут хульные помыслы и осуждающие других, то укоряй себя в гордости и не обращай на них никакого внимания.

Надо говорить: приходят помыслы хульные против вас и осуждающие (если бывают помыслы против старицы или старца).

…Ничто так не угнетает и не возмущает душевного ока, как толпа житейских забот и рой пожеланий…

Что в церкви у вас разговаривают – не смущайся, а себя зазревай, ибо если ты, может быть, и не разговариваешь, зато постоянно праздномыслишь, а помыслы – те же слова.

Когда ты видишь женщину благообразную, со светлым взором, веселую, с блестящими щеками, с необыкновенной красотою в лице, воспламеняющую твои помыслы и возбуждающую пожелание, то представь, что предмет твоего удивления – земля, что воспламеняет тебя пепел – и душа твоя перестанет неистовствовать.

Тягчайшие брани помысла: блуд, уныние. Надо смиряться. Смирение привлекает помощь Божию. Растлевающее действие блудных помыслов от услаждения ими – надолго отступает благодать Божия, привлечь которую опять можно только покаянием искренним и воздержанием от этих помыслов.

…Против нечистых помыслов меч духовный употребляй – имя Божие. Покаяние надо приносить Господу; не должно и от духовного отца скрывать. Объявляемые струпы скоро исцелеют.

…Помысл, подвигнутый добрыми делами к превозношению, уничтожает приобретенное…

…Как некое лукавое родство (действует вместе), так и похоти наши и приражения (помыслов) действуют совокупно одни с другими, и каждый (похотный), укоснев в своем делателе, передает его своему ближнему (ближней похоти), так что (человек), привычкою сильно влекомый к первому, вторым уже и против воли может быть увлекаем.

…Ветер приводит море в волнение, а вспыльчивость волнует мысли в человеке…

Неприязнь и серчание дозволены только тогда, когда предметом их, — дурные помыслы и чувства.

…Пишешь о своей борьбе с сомнением и неверием. Брань неверия и сомнения относится к хульным помыслам и считается наравне с ними. Поэтому не огорчайся очень этой бранью, хотя она не легка, а тяжела. А лучше в благодушии старайся презирать вражеские помыслы сомнения и неверия, имея в виду одно: никого не судить и не осуждать. Святитель Дмитрий Ростовский пишет: «Перестанем судить и осуждать ближнего, и хульных помыслов не убоимся, равно помыслов неверия и сомнения».

А помысл отчаяния происходит от внушения гордого диавола, и когда не обретается в нас благоухание смирения, то и действует он ко вреду нашему, а смирение истребляет помыслы эти. Итак, памятью грехов своих приобретай смирение, а не смущение.

Тяжко не падение, а то, чтобы, упавши, лежать и уже не вставать, — то, чтобы, произвольно делая зло и пребывая в беспечности, помыслами отчаяния прикрывать слабость воли.

…Ты думаешь о себе, что ты живешь хорошо и лучше других, и не понимала, что это грех, того ради и попустилось тебе испытать наказание в хульных помыслах. Знай же вперед, что помысел о себе высокого мнения есть тяжкий грех пред Богом, а люди, им одержимые, не только не каются в нем, но и за грех не считают. Берегись же вперед сего злого корения!

Получивши же помощь или исправив, что благо, берегись помысла, хвалящего тебя, а других осуждающего. Это также сеть вражия, закликающая в высокоумие и все плоды добродетели отъемлющая.

Коль скоро начнут показываться помыслы, что вы хороши… знайте, что вы сбиваетесь с дороги…

Если ты будешь иметь огонь порочного пожелания, то представь огонь тамошнего мучения, и твой огонь погаснет.

…Должно сопротивляться лукавым помыслам, сколько есть у нас сил.

Помыслы смутные и влекущие в отчаяние приходят от диавола, который хочет нас ввергнуть в полное отчаяние, погубить, поскольку отчаяние – тяжкий грех. […] К этому тяжкому греху сатана хочет нас привести через помыслы смущения и отчаяния. И этому его лютому искушению мы должны противиться, и утверждаться в надежде на милосердие Божие, и от Него ожидать нашего спасения.

Если же, по причине порочности нашей, посеваются в нас лукавые помышления, то тотчас должно обращать их в добрые, и они не повредят вам, ибо если верить своим догадкам, то им и конца не будет, и они никогда не попустят душе быть мирною.

…Когда увидишь, что кто-нибудь, увлекаясь собственными соображениями, станет противоречить Божественному Писанию, устранись от него, как от безумного…

Если же ты, пребывая в келлии, рассеиваешься мыслями, укоряй себя во всем и повергни немощь твою перед Богом. Он поможет тебе и укрепит тебя преуспеть о Нём.

…Не можем преуспевать ни в соблюдении всякой […] заповеди, ни в самой любви к Богу и в любви к ближнему, блуждая мыслями туда и сюда.

Когда помысл склоняет тебя испытать или осудить твоего наставника, как от блуда, отскочи от оного…

Как огонь не может долго пробыть в воде, так и скверный помысл – в боголюбивом сердце. Поскольку всякий боголюбивый бывает и трудолюбив, произвольный же труд есть по естеству враг сласти.

Пока душа мечтает о земном, различные пожелания мира сего и суетные удовольствия, представляющиеся душе в помыслах, расслабляют силы ее.

Человеку в младых летах можно ли не гореть и не возмущаться от плотских помыслов? Но должно молиться Господу Богу, да потухнет искра порочных страстей при самом начале. Тогда не усилится в человеке пламень страстей.

Соизволение ценится как самое дело, потому что основа делу полагается произволением. И Господь сказал, что соизволение на помыслы сквернит человека (Мф.15:19).

Намерение уже есть дело, потому что в нем, как все производящем, водружено основание нашей свободы.

…Всю нравственную важность помыслы приобретают от нашего на них соизволения, которое и оценивается с точки зрения Божественной Правды как «самое дело»; ибо то, «что одобрило произволение, в том Бог требует отчета».

…Всегда намерение, когда оно исходит из добродетели, получает полный венец.

В одеянии своем люби бедные одежды, чтобы уничижить рождающиеся в тебе помышления, т. е. высокоумие сердца. Кто любит блеск, тот не может приобрести смиренных мыслей, потому что сердце внутренно отпечатлевается по подобию внешних образов.

Человек, далекий от всякого памятования о Боге, носит в сердце своем тревожимую лукавою памятию мысль против ближнего.

Не надо обращать внимания на помыслы смущающие, а лучше молитву стараться произносить. Смущение за утешением неразлучно следует, и надо сие потерпеть.

…Никогда не дозволял ему <удовольствию> овладевать мыслию. Ибо как скоро узнавал, что удовольствие, подобно какому-то зверю, подползает к моим чувствам; тотчас вступал с ним в борьбу, и встречал, говоря этому рабскому и неразумному веселию: «что сие твориши?» для чего расслабляешь мужество естества? для чего размягчаешь крепость мысли? для чего обессиливаешь бодрость души?»

Все мои беды происходят в невидимой моей мысли и в невидимом сердце моем, потому невидимый же нужен мне и Спаситель, ведущий сердца наша.

Главное – помыслов пресечение. Когда помыслы улеглись, прочее теряет силу […] пройти может, если мужественно вооружитесь. Ибо всякая победа над сим дает венец. Как врагу невыгодно доставлять венцы; то он и удаляется и не нападает.

Всего лучше гнушаться плотелюбивых помыслов, потому что и тело растлевают, и душу оскверняют.