Цитаты о добре, добродетелях (922)

Кто упражняется в добре из каких-нибудь интересов, тот нетверд в добродетели, ибо цель изменится, и он оставит доброе дело […]. Но кто чтит и любит добро ради самого добра, тот, поскольку любит нечто постоянное и расположение к добру имеет постоянное.

Одно только утвердившееся в нас рачение о добродетели есть нечто твердое и состоятельное. Ибо кто преуспел в чем либо высоком, например: в целомудрии, или в скромности, или в благочестии пред Богом, или в другом каком из возвышенных и евангельских учений, тот при каждом преспеянии имеет не мимолетное и неустойчивое, но непоколебимое, во все продолжение жизни пребывающее и продолжающееся веселье.

В деле стяжания добродетелей необходимо действовать так, чтобы всегда простираться вперед (Флп.3:13), если желаем скоро и успешно достигнуть предположенной нами цели. Ибо как только остановимся, хоть на короткое время, тотчас подадимся назад, потому что за этим пресечением добрых деяний по нерадению и послаблению себе, страсти […] тотчас подымут голову.

Трудившиеся над исследованием учения о добродетели говорили, что одни добродетели составляются из умозрений, а другие неумозрительны: так благоразумие составляется из умозрений при рассуждении о добре и зле; целомудрие — из умозрений о том, что должно избирать и чего избегать; справедливость — из умозрений об усвояемом и неусвояемом; мужество — из умозрений о страшном и нестрашном.

Всякое доброе дело, бывающее по заповеди Божией, называется добродетелью. […] Делать добрые дела и сеять семена добродетелей с трудом и подвигом есть наше дело, но чтобы Бог оросил сие дождем благодати Своей и Своего человеколюбия, и сделал бесплодную землю сердца нашего плодоносного, сие есть дар и милость единого Бога.

Во всяком почти собрании много бывает речей о добродетели, но мало у многих о ней заботы, много же у небольшого только числа. По крайней мере, все, не только любители добродетели, но и враги её, прославляют её. Таково благолепие добродетели! А порок и враги, и любители порицают. Такова его гнусность!

Добродетель имеет не только награду, […] но и венец, и громкую славу. […] Если ты в подлинном смысле будешь любителем добродетели, то узнаешь, что и без воздаяния добродетель сама по себе есть награда, венец и украшение, имея воздаяние в себе самой.

Подобает убо* тем, кои предают себя стяжанию добродетелей, ни славы не желать, ни собеседования со многими не искать, […] ни многословить […]. Должно всегда упражнять ум в соблюдении святых заповедей и в глубоком памятовании славы Господа.

* убо — впрочем, следовательно

блж. Диадох, еп. Фотики • Все цитаты автора • Источник

Существуют четыре родовые добродетели, а именно: мужество, благоразумие, целомудрие и справедливость; от них же рождаются […] душевные добродетели, […] а также […] влечение к будущим бессмертным благам, желание Царства Божия, вожделение всыновления.

Для стяжания добродетелей требуется душа мужественная и великая, и воля не какая-нибудь слабая и вялая, но решительная и сильная, с верным предзрением* многих препятствий и тяжелых трудов и с готовностью все их поднять и перенести. В основе таких расположений должны лежать крепкое возлюбление каждой добродетели и всей добродетельной жизни, и пламенная о том ревность.

*предзрением — предвидением

Пока умом совершенно не выйдем из обычного прилепления к существу нас самих и ко всему, что после Бога, мы не приобретем неизменности в добродетели. […] Ибо не исшедши из себя и из всего, что возможно помыслить, и не установив себя в молчании, которое превыше мышления, ум не может быть свободен от изменяемости, (свойственной) всему.

Что сделано доброго по естественному влечению, то не заслуживает одобрения, а что сделано по свободному произволению, то похвально. Какая честь огню, что он жжет? Жечь — природное его свойство. […] Солнцу, что оно светит? Оно светит и поневоле. Покажи мне, что желаешь добра. А сие покажешь, если, будучи плотским, сделаешься духовным; […] если ты, рожденный низким, окажешься небесным, если ты, связанный плотью, явишься выше плоти.

В подлинном смысле блажен […] кто ищет добродетели, ходит за ней, и рачительно разведывает, что такое добродетель, чтобы чрез нее приблизиться к Богу и мысленно сопребывать с Ним; ибо вот в собственном смысле благоразумие, мужество, мудрость, неложное знание, неотъемлемое богатство — деятельною добродетелью возводиться к созерцанию Сотворшего.

…Советую вам слова «богомудро, целомудро, преподобно и праведно» приложить к четырем главным духовно-нравственным добродетелям, к совершению которых […] должны быть направлены четыре начальнейшие силы ума человеческого: разум, остроумие, постижение и твердомыслие. Добродетели эти – мудрость, целомудрие, мужество и правда, которыми человек должен ограждаться, чтобы отразить и победить три главные страсти: сластолюбие, славолюбие и сребролюбие. При отражении каждой из сих трех страстей потребно иметь и богомудрый разум, и великое твердомыслие…

Ничто не равно добродетели, не потому только, что она несравнимым превосходством превышает все прочее, но и потому, что и неправильное делает правильным, и неравное уравнивает. Ибо и в нищете не унижается, но и в рабстве не терпит служений несвободных, и в бесславии не скрывается, но и в богатстве не гордится, и в начальстве не превозносится, а, на все это налагая свое умение, подчиняет сие правилу и приводит в стройность, не сама следует тому или другому, но все заставляет последовать своему искусству.

Стремящиеся к добродетельной и боголюбивой жизни ревнуют о добродетелях душевных, как о таком стяжании, которое составляет неотъемлемую их собственность и вечное утешение. Привременным же пользуются они лишь столько, сколько и как дает и хочет Бог, употребляя его с веселием и всяким благодарением, хотя бы то было и очень умеренно. Ибо богатый стол питает тела, как вещественное, а познание Бога, воздержание, благость, благотворение, благочестие и кротость обоживают* душу.

* обоживают — объединяют с Богом

Сколько добродетелей, столько же надлежит представлять себе и источников очистительных вод, от которых очи непрестанно делают самих себя чище: например, целомудрие есть источник очистительной воды, другой такой же источник — смиренномудрие, истина, правда, мужество, вожделение добра, отчуждение от зла.

Не должно говорить, что невозможно человеку проводить добродетельную жизнь, но что это не легко. И точно, не для всякого без различия удободостижимо это, но только те из людей приобщаются добродетельной жизни, которые благочестивы и имеют боголюбивый ум.

Надобно […] отогнать тот помысел, будто если мы не успеем наперед запасти добрых дел в мере, равной совершенным после них грехам, то ничто не удержит нас от сильного и полного падения. Напротив, добрые дела суть как бы крепкие латы, которые не попускают острой и губительной стреле сделать свое дело, но, быв сами рассечены ею, защищают тело от великой опасности. Посему отходящий туда со множеством и добрых, и злых дел получит некоторое облегчение и в наказании, и тамошних муках.

Кто упражняется в добродетели, тот имеет светлый венец. А кто преуспевает, не признавая себя преуспевшим, за это самое расположение имеет еще более светлый венец. […] Посему, кто хочет преуспеяния свои сделать великими, тот да не признает их великими, и тогда будут они велики.

Если бы из чувственной снеди, принимаемой в пищу, ничто не извергалось по излишеству, но всецело принималось в прибавление телесного роста; то тела достигали бы великого роста, потому что величину их приращала бы собою ежедневная пища: так и […] всякая добродетель, поскольку, будучи вкушаема, как духовная снедь*, не извергается, то причащающихся делает всегда более и более от нее рослыми, непрестанно возращая* их величину своим прибавлением.

* снедь — еда

* возращая — выращивая, увеличивая

Времени, сколько нужно упражняться в добродетели, чтобы установиться в ней, определить нельзя умозрительно. Это пусть уже всякий сам для себя полагает, судя по своему состоянию, своим обстоятельствам и своим успехам в духовной жизни, особенно же по рассуждению своего старца или духовного отца, руководящего его. Впрочем, у кого ревность о преуспеянии жива и он не останавливается ни пред какими трудностями и средствами, у того скоро обнаружится явно не малый успех.

Пока кто думает, что услуживает чем-либо Богу, до тех пор знай, что не положил еще он начала вступлению своему на путь спасения. Таковой, […] пусть пост и молитвы деет, пусть творит милостыни, другие добрые дела, пусть проповедует слово Божие и учит истине, никогда не будет иметь части с Богом. Ибо кто делает такие добрые дела, тот должен делать их для того, чтобы обрести милость у Бога, а не для того, чтобы услужить Богу.

Воздержание, незлобие, целомудрие, твердость, терпение и подобные им великие добродетели, как бы силы (ратные), получили мы от Бога, чтоб они сопротивлялись и противостояли встречающимся с нами прискорбностям и помогали нам во время их: так что если мы будем упражнять сии силы и иметь их всегда наготове, то ничто из случающегося с нами не будет для нас тягостно, или болезненно, или гибельно и несносно, ибо все то будет преодолеваемо сущими* в нас добродетелями.

* сущими — существующими

Созидается же дом душевный из разновидных камней добродетелей и исполнения заповедей. А всуе трудится тот, кто подвизается в одном телесном делании, а о душевных добродетелях небрежет и потому не имеет Господа содействующим в созидании дома душевного, ради веры, надежды и любви трудящегося. И всуе хранят град благочестия и добродетелей те, кому Сам Господь ради их смиренномудрия не сохранит оный непоколебимым от духов гордости благодатью Святаго Духа.

 

 

Для приступающего по обращении снова к добру, если жизнь его была изъязвлена тысячами прегрешений, скопление злых дел кажется подобным тысяче лет; но как скоро он обратился, Бог ни во что ему не вменяет сего; потому что Божие око взирает всегда на настоящее, не вменяет же прошедшего; напротив того, признается сие у Бога за один день или за часть ночи, которые прошли и миновались. Порочный же поступок в настоящем, хотя согрешающими ставится он в ничто, пред очами Божиими то же, что множество лет.

В нас ведь Господь положил все добродетели. Они тотчас и просятся наружу, как только мы бываем в таком настроении, о коем есть поговорка: «Ныне он в духе», это то же, что готов на все доброе. А потом поднимется что-то внутри, налетает нечто совне. И человек бывает неузнаваем. Но и это можно стряхнуть, как какую накидку. Когда живо и сильно ревнование о своем спасении, блюдите сию драгоценность, ибо она дороже всего мира.

Приобретение добродетели, в ком однажды твердо она укоренилась, ни временем не меряется, ни сытостью не ограничивается, но живущим добродетельно всегда доставляет чистое, живое, сильное ощущение собственных своих благ. Почему алчущим* сего Бог Слово обещает удовлетворение алчбы, такое удовлетворение, которое сытостью воспаляет, а не угашает, желание.

* алчущим — голодающим, страстно желающим

Кто приобрел этот непреоборимым жезл добродетели, – жезл уничтожающий жезлы ухищренные, неким путем и последовательно восходит к большим чудесам. Чудотворение же не с целью изумить слышащих совершается, но имеет в виду пользу спасаемых; потому что чудесами добродетели истребляется враждебное для них, и умножается им соплеменное.