Цитаты о грехах (689)

Перетряхиваешь дорогие одежды, какие есть у тебя, чтобы предохранить их от моли; а грех, эту моль, которая точит душу, никогда не отрясаешь.

Какое оправдание и прощение будем иметь мы, когда, нисколько не помышляя о своих грехах, так старательно выведываем и расследуем чужие?

Когда какой-либо один смертный грех поразит душу человека, тогда все скопище грехов приступает к человеку, объявляет свое право на него.

Пришел грех, и все ниспровергнуто; низкопоклонники сделались судьями, льстецы — палачами, […] кто вчера целовал руку, тот сегодня — враг.

Кто терзается за свои грехи, тот избавляется от наказания за дела уже совершенные и в будущем становится безопаснее посредством этой скорби.

Дни спешат к окончанию своему, а грехи около меня, как камни преткновения. Уровняй для меня путь Твой, Господи, чтобы мог я идти по оному.

Безобразие дома состоит не в том, что в нем сосуды лежат в беспорядке, ложе не убрано, стены закопчены дымом, — а в грехах живущих в нем.

Допустив в себе начало порока, не говори: «Он не победит меня». Ибо насколько ты предался ему, настолько уже побежден им.

Не думай ни о каком грехе, что он маловажен: всякий грех есть нарушение закона Божия, противодействие воле Божией, попрание совести.

Мне и малые проступки кажутся достойными слез, потому что грех есть отчуждение от Бога. Как же могу стерпеть, когда утрачиваю Бога?

Всяк, делающий грех, ничем не отличается от людей, упивающихся и беснующихся, в том отношении, что не распознает свойства предметов.

Демонами делаются […] души живущих во грехах не потому, чтобы переменилось их существо, но потому, что воля их подражает злобе демонов.

Когда смертный грех, сокрушив человека, отступит от него, то оставляет после себя след и печать поражения, нанесенного человеку.

Тлетворные порождения греха действительно составляют род жаб, зарождающихся, как в грязи, в нечистом сердце человеческом.

Кто в начатках греха раскаивается, тот не дойдет до конца его; и кто о малых грехах не болезнует, тот чрез них впадет и в великие.

Грех разлучает человека с Богом, и благость Божия сожалеет о том, что гибнет ее образ, исполненный Божественной красоты.

Кто боится грехов, тот беспреткновенно совершит страшное шествие и во время мрака обретет свет пред собою и внутри себя.

Что грехи производят тление, – это видно прямо из того, что они делают людей срамными и слабосильными, и причиняют недуги.

Всякий грех, оставленный без покаяния, есть грех к смерти (1Ин.5:16), о котором если и святой помолится за другого, то не будет услышан.

Грех […] выдает грешника, когда никто не обличает его, осуждает, когда никто не обвиняет, и делает его боязливым и робким…

Если же мы обнажим грех исповедью, то сделаем его сухим троскотом, достойным того, чтобы пояден был очистительным огнем…

Часто грех, легкий по своему свойству, делается тяжким и непростительным оттого, что согрешающий осуждает другого.

Иные мазями умащают плоть свою, чтобы удивить других благоуханием, а грехи их смердят хуже трупов, брошенных на земле.

Другом греха делается тело, которое боится искушений, чтобы не дойти ему до крайности и не лишиться жизни своей.

Греховный навык производит в душе великое ослепление, делает людей безрассудными и потемняет светлое око ума.

Кто ведет жизнь по образу Законоположника и руководствуется заповедями Его, в том невозможно оставаться греху.

…Грех, хотя будет один и тот же, делается более тяжким, измеряемый, не по естеству, но по достоинству согрешившего.

Грех есть самый злой бес. И если его из себя выгонишь, то сделаешь более, нежели те, которые изгоняют тысячи бесов.

Грешить — зло; но еще тягчайшее зло — отпираться по совершении греха. Это в особенности и есть оружие диавола.

Грешить еще свойственно человеку; но коснеть во грехах – это уже не человеческое, а вполне сатанинское дело.

Грех тысячью рук обхватывает наши мысли, вторгается неожиданно и терзает все, подобно псам, кусающим внезапно.

Если грех еще здесь ввергает грешника в такой ужас, то какое мучение произведет в нем, когда предстанет он Судие?

Тот зрячий слепец, кто не видит, сколь пагубен его грех. Уметь открывать следы зверя — признак острого зрения.

Соделываемся грешниками не тогда, как сделаем грех, но когда не возненавидим его, и не раскаемся в нем.

Всенесчастный грех, как бы мертвенность и нечестивый питатель неукротимого пламени для любящих его.

Грех […] как яд какой, входя внутрь, разлагает душу и тело, и каждую часть души и тела, и тем губит человека.

Не чувствовать своих беззаконий и грешить без всякой о том скорби есть крайний предел порочности…

Тяжким давлением почитай греховные узы и невозвратное погружение в волнах греха до самой смерти.

Грех — бездна; иди дальше: находящийся вблизи, хотя находился бы в безопасности, боится и трясется.

Естество наше заражено грехом: уже естественно ему рождать из себя противоестественный грех.