Цитаты о грехах (684)

Грех, когда зарождается, имеет какой-никакой стыд; но когда совершен, делает творящих его более бесстыдными.

Не согрешать бесчувственно, но замечать и сознавать прегрешения уже немало, [это] есть начало пути, ведущего к исправлению и к перемене на лучшее.

Если бы наша жизнь была длиной всего в одну минуту, и тогда мы не могли бы не грешить Богу, поскольку в беззакониях мы зачаты и в грехах родились.

Огромная разница, совершит ли один и тот же грех царь, или архиерей, или священник, или монах, или последний мирянин. Епитимия за один и тот же грех возрастает или уменьшается в зависимости от того, большей или меньшей властью обладает лицо. Если большей, то и осуждение будет большим.

Вначале грех мал, как муравей, он существует только в уме, но потом, если мы не убьём его противлением ему, исповедью и молитвой, он станет сильным как лев.

[Грехи, творимые] в ведении, суть те, которые обличаются твоей собственной совестью, [которая упрекает тебя], что ты дурно поступаешь; а [совершаемые] в неведении суть те, при осуществлении которых ты считаешь, что поступаешь хорошо, хотя они [на самом деле являются] лукавыми [деяниями].

Диавол никого не понуждает, но только тайно засевает [в нас] семена [зла]. Порочный же навык понуждает человека [ко злу и делает] так, что он становится все более и более лукавым и [даже в своей греховности] более сильным, чем [сам] диавол. Поэтому следует [все грехи] вменять в вину самому себе.

Каждый судится в соответствии с ведением и разумением, [полученными им]: одни судятся начиная с двенадцатилетнего возраста, а другие – с более старшего.

Упраздняя Свое высказывание о том, что переходят грехи отцов на чада (Втор. 5:9; Исх. 20:5), говорит через пророка, что дети не умирают за грехи своих отцов (Втор. 24:16)…

Видеть невидимые, но подлинные грехи иногда препятствуют человеку видимые, но мнимые добродетели.

Грех лишает душу мира, ум – света, тело – нетления, землю – благословения, всякую тварь – всякой доброты. Он начинает тем, что вселяет ад в человека и оканчивает тем, что человек во ад вселяется.

Грех, как отлучение от Бога есть вместе и отчуждение от жизни Божией и, следовательно, раньше или позже – смерть. Для существа телесного, разрушимого – временная, а для духовного, неразрушимого – вечная, потому что кроме Бога нет и никогда не будет другого источника жизни. Таким образом, грех и смерть ручаются в мире друг за друга, что они тут.

Никто из нас собственными силами не может избежать обходов и козней лукавого, но только непобедимой силою Христовою. Потому опасно заблуждаются, мечтающие совершаемыми ими подвигами и силою воли своей упразднить грех, упраздняемый одной благодатью Божией.

Душа чрез грех выступает из своего естественного чина, и, дичая от сего и исполняясь терниями сластей греховных, делается жилищем страшных зверей, по сказанному: «там почиют онокентавры, там вгнездится еж и бесы встретятся с онокентаврами» (Ис. 34: 14. 15), – кои суть различные страсти греховные.

Две причины для греха осаждают душу. Одна из них внешняя, а другая – внутренняя. Внешняя связана с заботой «века сего», с потребностью в телесном отдыхе. Внутренняя же движет страстями, препятствующими добродетелям. Душа человека не ощущает внутренних причин страстей, если не освободится от внешнего порабощения им.

Грех – это «жало смерти» (1Кор. 15:56), разрушитель всечеловеческого счастья, подоснова осуждения и погибели, сокрушитель всякой гармонии, всякого порядка и благолепия, истребление достоинства, чести и величия того, что Создатель сотворил весь­ма добрым (Быт. 1:31).

Отказ вести добродетельную жизнь считается провинностью. Итак, кто разумеет делать добро и не делает, тому грех.

Борьба верующих с грехом – это борьба против той силы, которая разбивает вдребезги в человеке ощущение единства между человеком и Богом, между временем и вечностью и в целом разрушает чувство всеобщего единства, чувство всеединства.

Грех – это палач, умерщвляющий человека, потому что отделяет его от единственной Саможизни и Бессмертия – Бога, от Источника вечности. Всякий грех и греховность является причиной человеческого падения.

Грех, как безбожная и безумная сила, делает и человека безумным и безбожным, не имеющим ни цели, ни смысла. Грех – это то, что нарушило существовавшее ранее в человеке единство настоящего времени и вечности и создало непроходимую бездну между временем и вечностью, куда постоянно погружаются наши мысль и чувство.

Грех есть промах, заключающийся в неточности какого-либо действия человека.

Не указывайте […] на тех грешников, которые, сколько ни предаются беззакониям, все наслаждаются здоровьем: грехи не всегда скоро и не во всех производят явную болезнь, но всегда расстроивают силы человека, и рано или поздно это постоянно увеличивающееся расстройство может окончиться такими недугами, каких и не ожидают, – что нередко повторяется пред нашими глазами.

Во грехе прародительском мы зачинаемся и раждаемся, с семенами болезней являемся в мир; а потом, когда начинаем сами грешить, мы развиваем эти семена более и более и вкушаем от них горькие плоды.

Что такое грех? Это есть неповиновение, противление воле Создателя, есть нарушение нравственного закона, положенного в нашей природе, есть уклонение нашей души, разумно-свободной, от ея высокого назначения. Значит, грех есть действие противоестественное.

У греха есть несчастное свойство: увлекать с собою других.

Пусть иной лично не допускает кощунства и не умеет кощунствовать: но улыбаться с другими, когда кто язвительно осмеивает священные предметы; но с приятностью принимать у себя гостем веселого кощунника; но просить и убеждать, чтоб кощунник позабавил собрание, чтоб представил чтение или пение какого-либо духовного лица, чтоб пародировал какую-либо службу церковную – все это, с одной стороны, не прямое ли участие в кощунстве…

Что сказать о вменяемости богохульства? Это грех чудовищный. Он выражает какую-то ненависть к Богу и святым, показывает отсутствие всякой веры. Первым показателем его был дьявол.

Каким еще образом мы участвуем в чужих грехах?
Ответ. Когда подаем другим повод грешить, или каким-либо соблазном, влекущим ко греху, или соизволением, или непристойными словами, или выхвалением порока, или порицанием добрых дел. Сюда также может быть причислен тот, кто с намерением приводит другого во гнев, или не противится по силам стремлению порока, или не наставляет согласно с обязанностию своею: каждый из таковых делается участником чужого греха.

Мы участвуем в чужих грехах тогда, когда поощряем кого-нибудь ко греху, особенно такого человека, который кроме нас нигде не может обрести для себя помощи, и всю свою надежду на нас возлагает.

Грех несмертный, называемый некоторыми простительным, есть тот, которого ни один человек избежать не может, выключая Христа и Деву Марию. Но сей грех не лишает нас благодати Божией и не подвергает вечной смерти. О сем грехе Писание говорит: «Аще речем, яко греха не имамы, себе прельщаем, и истины несть в нас» (1Ин. 1: 8). Таковым грехам нет числа…

Какие суть главнейшие грехи смертные?
Ответ. Следующие: гордость, любостяжание, блуд, зависть, чревоугождение, злопамятование и беспечность.

Смертный грех делает человек тогда, когда движимый беспорядочным пожеланием производит какое-нибудь дело, запрещенное ясною заповедию Божиею, или когда не исполняет самохотно и самопроизвольно повелений Божиих, от чего хладеет любовь к Богу и ближнему.

Грех сам по себе не существует; поскольку он не сотворен Богом. Посему невозможно определить, в чем он состоит. При всем том можем сказать, что грех есть необузданная воля человека и диавола.

Истоки греха заключаются в тайне свободы.

Никому не хочется быть пойманным за руку с поличным. Поэтому когда грех выходит наружу, начинается драма, его пытаются прикрыть. В этот момент есть риск полностью отдаться греху. Пока твой грех известен только тебе, ты еще можешь его скрыть. Но если он известен многим, ты уже не можешь выдавать себя за праведника.

На языке богословия грех – это помрачение ума. Когда ум бежит из сердца, он более не имеет памяти Божией. Он распыляется через чувства на окружающее, и тогда совершаются грехи. Поскольку это распыление происходит через дела, то и такие дела называются грехом. Грех начинается с так называемого сосложения и проходит этапы желания, действия и страсти.

Греховный опыт, при всей его негативности, если мы делаем правильные выводы из своих собственных падений, может научить нас большему целомудрию и вниманию к себе и обезопасить нас от других возможных падений.

Грех – страшнее любого гексогена, он взрывает и разрывает на части национальную душу, распыляет и сжигает ее.

От каждого греховного поступка веет могилой. Грех – суицидален, он и «влечет» к себе как некая предрасположенность к самоуничтожению и саморазрушению.

Любой убийца убивает, прежде всего, самого себя, свою бессмертную душу. Грех легче остановить, когда он еще в зачаточном, младенческом (мысленном) состоянии, как некая склонность, – и здесь надо начинать борьбу с ним.