Православные цитаты – страница 386

Что сказать о изящном воспитании – о образовании детей приятными искусствами? В пользу сей отрасли воспитания можно сказать; церковное пение – вот приложение приятного искусства к воспитанию, достойное похвалы и поощрения. Упражнение в пении церковном и близких к оному песнопениям духовного и нравственного содержания путем удовольствия ведет к пользе; оно умягчает сердце, но не изнеживает, как иные роды пения, возбуждает и питает возвышенные чувствования, а не страсти; занимая невинную душу, не только не уменьшает ее невинности, но и освящает оную.

Молитва Господня, хотя она так проста и употребляется так часто, – большая проблема и трудная молитва. Это единственная молитва, которую дал Господь. В каком-то смысле это не только молитва, но и путь жизни, изложенный в форме молитвы: это образ постепенного восхождения души от рабства к свободе.

Естественные помыслы просты, они обращаются в пре­делах нужды и долга и имеют цель исполнить заповедь Божию, когда и душа и совесть оста­ются спокойными. Таково естественное движение помыслов. Если помысел чужой и, следовательно, лукавый, тогда он неоднозначен и не прост. То есть он располагается между мыслью и страстью и при своем появлении тут же производит в душе внимающего некое беспокойство.

Когда от осуждения предохраняться начнем, то благодать Божия неотступно при нас пребудет и нечувствительно будет утверждать нас и охранять: невидимо отражать бесовские действия и мечтания, а внутри нас укреплять силы душевные, и действие молитвы воскрылять, и память смертную напоминать, и будущие мздовоздания, и вечные муки.

Вне семьи не должно быть половой жизни, потому что тогда она будет неправильной, искажающей нашу природу и нарушающей гармонию жизни. По этой причине путь чистоты до брака не есть только требование морали, но он диктуется самой природой человека. Добрачная половая жизнь есть просто одностороннее и потому извращенное выражение пола и грозит опустошением души и искажением ее внутреннего строя.

Разумное естество, обладающее свободой, является способным к изменению как к лучшему, так и к худшему, по своей воле и само по себе. Если держится воли Божией, то, благодаря ей, непрестанно совершает прогресс, изменение и простирание к лучшему; если же противится воле Божией, то справедливо подпадает тому, что Он его оставляет, и оно бедственно падает в худшее состояние.

Чего только не исцеляет пост. Какого душевного недуга не уничтожает. Изгоняя пресыщение и надменность, он обновляет сердце, уничтожая роскошь, подавляет пыл гнева, утишает жестокую ненависть, снимает бремя вожделений, уничтожает горячку страстей, изгоняет надменное тщеславие, отгоняет бессонные заботы, снимает пелену с глаз, очищает душевные и телесные чувства, так как этот художник получил силу лечения свыше…

Аромат благовонен и сам по себе, по своему свойству, а когда бросишь его на огонь, тогда он обнаруживает всю свою приятность: так и Божественное Писание весьма приятно и само по себе, а когда оно проникнет в нашу душу, как бы попав в кадильницу, тогда наполняет весь дом благовонием.

Господь во всех наших делах […] всегда взирает на цель нашу; и потому все, что чуждо пристрастия и всякой нечистоты, и делается единственно для Бога, […] вменится нам во благое, хотя бы оно и не совсем было благо.

Бывает, что кто сегодня богат, наутро нищ; кто ныне ездит на колеснице, наутро заключается в темнице; кого вчера хвалили, сегодня ругают; кому поклонялись, того попирают. И едва ли найдется, кто бы в одном постоянном счастье до конца жизни своей дошел. Зачем же за такой суетой гоняться, которая, как дым, ненадолго является и исчезает?

Скажешь, для чего просить у Бога? Для твоей пользы, чтобы ты знал, от кого всегда все получаешь. А лживое непостоянное сердце наше всегда готово твердить нам, что мы все имеем от себя, от своего благоприобретения, от своих сил.

Творца и Спасителя, оплевывают и бьют, а Он кротко и молчаливо все переносит. Есть ли оправдание тебе, который на всякое оскорбление отвечает оскорблением? На зло – злом? Кто проклинает клянущих и ненавидит ненавидящих? Отвечая злом на зло, ты плюешь в Господа Христа; ненавидя тех, кто ненавидит тебя, ты бьешь и мучаешь Христа; отвечая оскорблением на оскорбление, ты позоришь Господа Иисуса, ибо Он так не поступал.

Настоящая жизнь есть время подвигов, время скорбей и потов, – не таких подвигов, скорбей и потов, которые назвал бы кто часовыми и вообще кратковременными, а денно-ночных, долговременных и до конца жизни не престающих.

Молитва имеет разные степени. Сначала она есть только молитвословная молитва; но вместе с нею должна идти, ею разогреваться и поддерживаться молитва ума сердца. Умно-сердечная молитва получает за тем самостоятельность и является то делательною, напрягаемою своими усилиями, то самодвижною, находящею.

Справедливо, чтобы приучалась к молитве здесь для того, чтобы славословить Бога в вечности. И понуждай себя к молитве, особенно к Иисусовой, произнося ее на всяком месте со вниманием и с чувством покаяния.

Путь общежития является для нас путем царским. Но нужно помнить, что, идя вместе с другими, каждый идет своим путем, у каждого свои немощи и свои недостатки, и мы, при помощи своих духовных отцов и наставлений святоотеческих должны избрать себе путь, соответствующий нашим качествам.

Покаяние – корень благочестия. Покаемся же и своим покаянием склоним Бога к тому, чтобы Он и положил конец войнам, и укротил варваров, и прекратил вражеские мятежи, и дал нам наслаждение всеми благами. Сильно умилостивляет Бога покаяние, если кто, искренно раскаиваясь, обращается к Нему.

Не может ум победить демонское мечтание сам токмо собою: да не дерзает на сие никогда. Ибо хитры будучи враги наши, притворяются побежденными, замышляя низложить борца отъинуды, – чрез тщеславие; при призывании же имени Иисусова и минуты постоять и злокознствовать против тебя не стерпят.

Человек является существом двух миров: тому, что вверху, у него родственна душа, а тому, что внизу, тело. Он связывает с собою эти два мира, служит как бы мостом между ними, имея одного общего с ними Творца, создавшего и небесное, и земное; как дева, душа его заключена в его теле. И так как природа его двойственна, то двоякого рода и ее требования.

Когда же должны мы каяться? Всегда. Как грешим мы не раз только или два и не в одно какое-либо время или час, a многократно и на всякое время, и на всякий час, или почти всегда и непрестанно, так непрестанно и всегда должны каяться. Лишь только увидим себя во грехе, лишь только почувствуем, что мы согрешили, хотя бы делом, хотя бы словом, хотя бы мыслию, тотчас должны приносить покаяние Богу.

Праздность для многих служит причиною многого худого, бездействием как умножая обычные уже пороки, так научая тем, которые пока не были еще обычными. Она – нововводительница и имеет великую способность обучать новым порокам.