Православные цитаты – страница 470

Хотя и нельзя не иметь попечение человеку, живущему в мире, о деле, о детках и о общественных обязанностях, но все сие входит в сердце наше с желанием подражать миру в житейских положениях, от чего и мятемся.

Когда кто молится с ведением, то не позволяет скитаться помыслам, а разумеет, кто он. Кому предстоит и с Кем беседует; такая молитва приближает его к Богу, тогда и враг сильно страждет, как пораженный стрелой в сердце. Душа по благодати более и более преуспевает, а враг бежит, как прах пред лицом ветра.

Надо и трудиться, но знать меру, считаться со здоровьем, а то можно уподобиться ведь и самоубийцам. Мы должны быть страстеубийцами, а не телоубийцами, последнее может быть вменено и в самоубийство, если делаем по страсти через силы.

Истинная любовь состоит в том, чтобы друга любить в Боге и врага любить ради Бога. Кто не имеет этой любви, тот теряет всякое благо, которое имеет, лишается полученного им таланта и, по определению Господню, отсылается во тьму кромешную. Ибо в наказание падает во тьму внешнюю тот, кто из-за своей виновности добровольно впал во тьму внутреннюю.

Законнейшим называется тот подвиг, который движущей силой имеет совершенное послушание, послушание нелюбопытствующее и слепое, согласно святым отцам. Такой подвиг является самым совершенным и самым безопасным. И это потому, что послушание содержит в себе смирение, а где смирение – там законность и безопасность.

архим. Ефрем Филофейский • Все цитаты автора • Источник

Поставь, с одной стороны – закон Божий, а с другой – собственную жизнь, и смотри, в чем они сходны и в чем несходны. Бери ты свое дело и подводи его под закон, чтобы видеть, законно ли оно; или бери закон и смотри, осуществлен ли он в твоей жизни. Чтобы ничего не опустить в сем важном деле, держись в нем какого-либо порядка. Сядь и припомни все обязанности твои в отношении к Богу, ближнему и к самому себе и потом просмотри свою жизнь по всем сим отношениям.

Подлиннорелигиозная жизнь человека всегда была и является подсознательным и сознательным раскрытием в человеке истины его великой недостаточности и неполноты пред Божественным Бытием. И религия прежде всего есть правдивое, горячее признание необходимости восполнения своей жизни благом высшим и абсолютным.

Кто бы ни взялся за устройство нашей жизни и как бы талантливо он это ни делал, мы непременно испортим всякую жизнь, если не переменимся сами и не будем работать над своим духовным совершенствованием. Из плохого материала всегда получится плохая постройка.

Быв вынуждены<по болезни>употреблять пищу в неразрешенные дни, вы оную принимайте как лекарство, а не произвольно за сластолюбие, а принужденно во врачевство, и при исповеди непременно должны исповедать духовнику и принять от него разрешение и быть спокойными.

Ибо не так радуется Бог иной добродетели, как тому, когда, испытывая какое-либо страдание, человек с благодарностью претерпевает его до конца Бога ради и Царствия ради Небесного, не оставляя молитвы. Ибо страдания приходят на краткое время и вновь отступают от нас.

священноинок Дорофей • Все цитаты автора • Источник

Он <Христос> есть самый Источник, самый Корень всех благ — самосущая Жизнь, самобытный Свет, самосовершенная Истина. Он не удерживает обилия благ в Себе Самом, но изливает его на всех других […]. Всегда источая и всем сообщая эти блага, остается в том же совершенстве.

Душа наша невидима и не может успокаиваться одними внешними обстоятельствами, а требует к своему умиротворению средств внутренних и духовных, на которые указывает боговдохновенный пророк Давид, глаголя: Мир велик у любящих закон Твой, и нет им преткновения (Пс. 118:165). Слова эти показывают, что нужно прежде возлюбить закон Божий…

Случающаяся с вами тоска, полагаю, есть духовный крест, который надобно принимать с смирением, благодарением и терпением; оным очищаются наши неисправности, грехи и немощи, и приходим даже в познание и тех, кои мы ни за что считали, a они-то и причиною бывают такой тягости.

Ересь есть грех, совершаемый преимущественно в уме. Грех этот, будучи принят умом, сообщается духу, разливается на тело, оскверняет самое тело ваше, имеющее способность принимать освящение от общения с Божественною благодатью и способность оскверняться.

В обращении с разными людьми нужно установить известный такт и не кривляться на разные манеры, но быть со всяким самостоятельным. Особенно это требуется от священника, который в обращении должен быть идеалом для всех – радушен, прост, но без всякого унижения.

Надобно делать дела, которые идут в руки в том кругу и обстановке, где протекает наша жизнь. И надо верить, что именно они есть наше настоящее дело, больше которого от нас и не требуется. Не правильно думать, будто бы для неба надо предпринимать большие и громкие дела. Совсем нет. Надобно только их делать по заповедям Божиим. Что же именно? Ничего особенного, а только то, что всякому представляется по обстоятельствам его жизни, чего требуют частные случаи, с нами встречающиеся.

Вглядываясь в Евангелие, смотрясь в это зеркало на себя, мы можем мало-помалу узнавать наши недостатки, малопомалу выбрасывать из себя понятия и свойства ветхости нашей, заменять их мыслями и свойствами евангельскими, Христовыми. В этом состоит задача, урок, который должен разрешить, выполнить христианин во время земной жизни своей.

Что нужно сделать, чтобы стяжать и сохранить благодать? Прежде всего, надо очистить душу покаянием и исповедью, как бы соскребать железной щеткой ржавчину, въевшуюся в металл. Надо положить контроль ума и воли над пятью органами чувств, особенно над зрением и слухом. Надо следить, чтобы грех не проникал в душу через чтение страстных книг, пустые беседы, зрелища и картины разврата.

Если мы здесь на земле чувствуем необходимость поговорить друг с другом или позаботиться о другом человеке, то подумайте, какую же потребность имеют мертвые в общении с нами! Наши умершие всегда просят, чтобы мы к ним устремляли свой ум, свои молитвы. Наши умершие живы и всегда следят за тем, поминаем мы их или нет.

Дело в том, что Бог спасает только предопределённых к спасению. Но предопределение зависит не от Бога, а от людей. Кого Бог предузнал, тех и предопределил. Кого предопределил, тех и призвал, кого призвал, тех оправдал, кого оправдал, тех и прославил.

Бог – Отец наш. Уже одно имя – отец – может и должно во всяком возбудить любовь к Богу: как сынам отца не любить и не почитать? Если Бог Отец наш, то и любит нас, и наш промыслитель, хранитель, питатель, и прочее.

Христианский храм: все иконы, все предметы здесь устроены так, чтоб они символически отражали в себе, напоминали и изображали это премудрое и преславное Домостроительство Божие. Оттого в храме православном все – как одна величественная музыка, как одна стройная, мелодичная многоголосная песня, поемая всем собором.

Если слово отнять у людей, то вся жизнь превратится в пустыню. Но человек может неправильно пользоваться ценным даром: он часто направляет слово на разрушение, а не на созидание жизни. Смерть и жизнь во власти языка.

Пьянство более тяжко, чем обжорство, и особенно воспрещается Божественным Писанием. И преступно им тщеславиться, как некоторые мыслящие по-мирски похваляются своим опьянением. Ибо пьянство производит не что иное, как исступление ума и бедность.

В религиозной жизни, особенно в наших молитвенных правилах, мы всегда должны стараться испрашивать благословения у более духовно зрелых людей, так как многие, накладывая на себя строгие молитвенные правила, впадали в уныние и даже совсем прекращали молиться. Нельзя от всех требовать строгого соблюдения всякого молитвенного правила.