Страсти (343)

Основных страстей восемь: 1) чревоугодие, 2) срамная похоть (блуд), 3) сребролюбие, 4) печаль, 5) гнев, 6) уныние, 7) тщеславие, 8) гордость. Проявления всех этих страстей часто именуются у нас мелкими грехами, и потому не обращают на них внимания. Если человек не замечает их и не борется с этим ядом своих страстей, тогда они более и более крепнут в нем, отравляют его душу и незаметно, или даже открыто ведут его к верной гибели. Необходимо следить за движением страстей в себе, бороться с ними и просить у Господа благодатной помощи к преодолению их.

Если Богу отказываем мы в повиновении ради пристрастия к чему, то предмет пристрастия нашего дороже нам Бога. Если дороже Бога, то и бог наш, ибо то и бог сердца, что дороже ему всего. Стало, у нас бог – то, что не есть Бог, и мы идолопоклонники… Мало ли это?

Какая страсть не болезненна? Гнев жжет; зависть сушит; похоть расслабляет; скупость есть и спать не дает; гордость оскорбленная убийственно снедает сердце; и всякая другая страсть: ненависть, подозрительность, сварливость, человекоугодие, пристрастие к вещам и лицам – свое причиняет нам терзание; так что жить в страстях то же, что ходить по ножам или угольям босыми ногами или быть в положении человека, у которого змии сосут сердце.

Заблуждается тот, кто считает себя способным познать истину, продолжая жить нечестиво. А нечестие – это любить мир сей и почитать великим то, что возникает и исчезает, вожделеть и трудиться ради приобретения этого, радоваться при его изобилии, бояться его потери и сокрушаться при его исчезновении.

Увещеваю тех, которыми еще не овладела страсть, не предаваться ей, потому что легче воздержаться, нежели, предавшись, освободиться от нее; а тем, в которых она поселилась и произвела вред, обещаю надежду совершенного исцеления благодатью Божией, если они захотят принять врачевание.

Не во всякое ведь время все страсти действуют в нас; но в раннем возрасте обыкновенно бывает больше неразумия и малодушия, в последующем сильнее действует похоть, а далее, в следующем возрасте – любостяжание.

Когда живы страсти, нам невозможно жить, но необходимо должно погибнуть. Если не успеем умертвить их здесь, то они умертвят нас там.

Предавшийся страсти носит в душе своей бесчисленные войны, брани и смятения, находится в страхе и беспокойстве и не может быть в хорошем расположении духа ни на малейшее время.

Итак, не хвались постоянно своими добрыми делами, чтобы кто-нибудь не лишил тебя их, чтобы с тобою не случилось того же, что было с фарисеем, который носил их на языке своем, откуда и похитил их дьявол.

Ведь бывают различные виды идолопоклонства: один почитает своим господином маммону, другой признает богом чрево, а третий – грубейшую страсть. Но ты [говоришь] не приносишь им в жертву волов, как язычники? Правда. За то ты – что гораздо хуже – закалаешь им в жертву свою душу.

Как любостяжательным мы называем того, кто хочет присвоить чужое и не довольствуется своим, так и надменным называем того, кто требует себе от ближнего больше, чем сколько ему следует, кто себя считает достойным всякой чести, а другого бесчестит. А это бывает не от чего другого, как от неправды.

Радующийся падению другого радуется победе диавольской.

Страсти происходят не от природы, а от желаний.

Бог не есть творец зла; потому заблуждаются те, которые говорят, что некоторые из страстей естественны душе, не разумея того, что мы сами свои природные свойства к добру превратили в страсти. По естеству, например, имеем мы семя для чадородия, а мы употребляем оное в беззаконное сладострастие; по естеству есть в нас и гнев, но на древнего оного змия, а мы употребляем оный против ближнего…

Кто низложил первые три из главных страстей (тщеславие, сребролюбие, чревоугодие), тот низложил вместе и пять последних (блуд, гнев, печаль, уныние, гордость); но кто нерадит о низложении первых, тот ни одной не победит.

Устранившись мира, не прикасайся к нему; ибо страсти удобно опять возвращаются.

Смелость твоя да не подавляет скромности; боязнь твоя да не превозмогает над отважностью, пренебрежение да не уничтожает в тебе страха; мечтательность да не разлучает тебя с обществом, а парение мыслей да не уязвляет душу твою.

Горе тебе, душа, что пребываешь бесчувственной в настоящей жизни, каждый день предаваясь роскоши, смеху, рассеянности и живя распутно; в будущем веке будешь плакать, подобно богачу, мучимая во пламени вечного огня.

Нерадение увеличивает безбоязненность; следствием того и другого бывает навык; а навыкшие худому с трудом оставляют его, потому что всегда за этим следует повреждение духовного плода.

Что такое высокоумие? Превозноситься – значит почти то же, что укорять Бога собственными своими заслугами. Так и в человеческом быту, если кто-то даст ближнему дар, но начнет над ним превозноситься, то милости его обратятся в ничто, и истребит он приязнь в ближнем.

Человек невежливый подсматривает за своим соседом, а кто ходит во свете, тот не останавливается мыслью на худом.

Держи себя на свободе бесстрастия: и тебе будет всегда хорошо. Страсти выгоняют из сердца Христа и Духа Святого. Поэтому, всеми силами нужно стараться не допускать их в сердце.

…Страсти уносят мир и здоровье из сердца. Не увлекайся же ими и мужественно отражай первые их натиски. Не допускай возгореться в себе разрушительному огню их: он иссушит и сожжет тебя.

Тебя борют страсти и от твоего неумения бороться с ними они побеждают тебя и показывают тебя в нехорошем виде. Умудряйся всю жизнь побеждать их и не забывай, что и других также борют страсти и выставляют их напоказ людям в неблагоприятном виде. Поэтому имей снисхождение к немощи человеческой, зная, что все мы ходим среди сетей.

Примечай за собой в негодовании на кого-либо, кажущемся тебе справедливым, не действуют ли твои страсти: самолюбие, гордость, ненависть, зависть и др. Страсти прикрываются часто, как личина, видом истины.

Человек, когда он в благодати безмолвия и в теплоте воздержания, тогда действительно бывает в покое от многих страстей; если же входит в мирские дела, то видит тогда, как восстает каждая страсть, подъемлет главу свою, особливо если ощутит воню покоя.

Есть страсти, которые душе показывают только скорби: нерадение, уныние, печаль не нападают приражением помыслов и услаждением, но только налагают на душу тяжесть. Крепость же души изведывается в победе над страстями, ведущими брань приражением помыслов.

Смущение. Девица, встречаясь с любимым ею человеком, смущается; ненавидящий при встрече с ненавидимым – смущается; завистник – смущается; вообще преданный какой-либо страсти непременно смущается внутренно. Отчего? Оттого, что преданный страсти человек соединяется с диаволом, а он чужд всякого мира.

Все страсти вращаются около вещественного, тленного, суетного, преходящего, и потому они очевидно прелесть диавольская, чуждая всякой истины. Не обращай на них нимало внимания, то есть не сочувствуй, – и не получишь от них греховного вреда.

Знай, что когда в сердце твоем беспокоят тебя сомнения, неверие, гордость, скупость, зависть, ненависть и другие страсти, тогда умный дом души твоей полон бесов; скорее плачь о грехах своих пред Владыкою, чтобы Он благоволил манием Своим изгнать их из твоего сердца.

Как при действии страстей я не могу увериться сердечно, почему страсть нелепа и не должна владеть мною, но после страсти я совершенно ясно вижу сердцем, что страсть – нелепа и смешна…

Замечайте: если не в мыслях, то в сердце враг часто усиливается хулить имя Вседержавного Бога. В чем сердечная хула на Бога? – Сомнение, неверие, уныние, нетерпение Божиих наказаний и ропот, все страсти.

Общее у всех окаянство; внутри нас зло кроется: враги наши в домах наших – страсти наши.

Ибо страсть подобна псу. Как пес бежит за нами и гонит нас, когда от него убегаем, а когда против него стоим и гоним его, бежит от нас, так и страсть гонит того, кто ей поддается и слушает ее; уступает же тому, кто противится ей.

Дивное дело! Когда омрачает душу нашу какая-либо страсть, мы теряем веру и чувство вездеприсутствия Божия!

Лесть, ложь, лукавство – пороки сродные, и также диаволу собственны, ибо диавол есть отец лжи и лукавства (Ин. 8:44). Этому обучает и служителей своих, людей, которые волю его злую и нравы в себе изображают. Эти пороки теми людьми обладают, которые одно языком говорят и другое на сердце имеют.

Злоба есть закоснелый и застарелый гнев. Гнев, если вскоре не укротится, обращается в злобу. Поэтому апостол нас увещевает и научает в самом начале и сразу отлагать гнев: солнце да не зайдет во гневе вашем; и не давайте места диаволу (Еф. 4:26–27).

Чего только зависть и злоба ни делают. Ничем им благочестивая душа угодить не может, все им неприятно, что ни делает. Там изобретают порок, где порока нет. То порочат и хулят, что похвалы достойно.

Двоедушие или двоесердечие бывает в том человеке, который языком одно говорит, а мыслит другое. Такого обыкновенно называют все двоедушным или по-другому назвать можно льстецом, обманщиком и лукавым; противоположная же этому пороку добродетель – простосердечие.

Высокоумие показывает себя выставлением своих добрых дел, презрением и уничтожением других и осуждением их и себя самого возношением больше прочих. Оно фарисейские слова хотя внешне и не произносит, однако внутри сердца своего говорит: я не таков, как прочие люди (Лк. 18: 11).