Страсти (356)

Похотения никто не сможет вырвать из вас, но разум может позволить себе не порабощаться похотению.

Наглость подобна великому зною, от которого, не вынося его жара, бегут люди; и прибегают [они] в тень, чтобы прохладиться, это есть бездерзновенность и вежливость.

Страсть создает себе идола, плененный страстью теряет ощущение реальности в восприятии ее предмета – другого человека, начинает приписывать этому человеку несвойственные ему совершенства. Поэтому можно сказать, что страсть всегда слепа, всегда обманывает. Будучи слепой сама, она ослепляет ум, и оба слепца попадают в одну яму.

Живот чревоугодника и сердце сребролюбца никогда не скажут – довольно.

«Пустыня усыпляет страсти». Но от человека требуется искоренить их (Ис. Сир. т. II) – вот преимущество жизни в миру: она открывает нам, через встречи и столкновения с людьми и обстоятельствами, наши страсти, наши греховныя склонности.

Страсть делает глупым даже умного человека.

Страсти неестественны нам, но душа, по сластолюбию уклонившись от добродетелей, водворяет в себе страсти и укрепляет их против себя.

Не следует желать избавиться от страсти для того, чтобы избежать происходящей от неё скорби, но причиной такого желания должна быть совершенная ненависть к самой страсти, как сказано: полною ненавистью ненавижу их: враги они мне (Пс. 138: 22).

Всегда отсекайте страсти, пока они еще молоды, прежде нежели они вкоренятся и укрепятся в вас и станут удручать вас, ибо тогда придется много пострадать от них; потому что иное дело вырвать малую былинку, и иное искоренить большое дерево.

Страсти борют иногда и в 30, и в 40, и в 50, и в 60, и в 70 лет. Чистота и бесстрастие даются не по летам (седина есть мудрость человекам), а по смирению.

Любую страсть, живущую в нас можно исторгнуть. Самое главное – надо возненавидеть этот грех. Это во-первых. А во-вторых, надо придти на исповедь и перед Лицом Господним в присутствии священника покаяться. Во время исповеди Господь дает силу на борьбу с грехом. Человек, уходя с исповеди, чувствует внутри себя преграду и отвращение от этого греха. Надо только не расслабляться, а постоянно себя поддерживать молитвой, постом.

Безопаснее для человека быть рабом другого человека, нежели быть в рабстве греховной страсти.

Основных страстей восемь: 1) чревоугодие, 2) срамная похоть (блуд), 3) сребролюбие, 4) печаль, 5) гнев, 6) уныние, 7) тщеславие, 8) гордость. Проявления всех этих страстей часто именуются у нас мелкими грехами, и потому не обращают на них внимания. Если человек не замечает их и не борется с этим ядом своих страстей, тогда они более и более крепнут в нем, отравляют его душу и незаметно, или даже открыто ведут его к верной гибели. Необходимо следить за движением страстей в себе, бороться с ними и просить у Господа благодатной помощи к преодолению их.

Если Богу отказываем мы в повиновении ради пристрастия к чему, то предмет пристрастия нашего дороже нам Бога. Если дороже Бога, то и бог наш, ибо то и бог сердца, что дороже ему всего. Стало, у нас бог – то, что не есть Бог, и мы идолопоклонники… Мало ли это?

Какая страсть не болезненна? Гнев жжет; зависть сушит; похоть расслабляет; скупость есть и спать не дает; гордость оскорбленная убийственно снедает сердце; и всякая другая страсть: ненависть, подозрительность, сварливость, человекоугодие, пристрастие к вещам и лицам – свое причиняет нам терзание; так что жить в страстях то же, что ходить по ножам или угольям босыми ногами или быть в положении человека, у которого змии сосут сердце.

Заблуждается тот, кто считает себя способным познать истину, продолжая жить нечестиво. А нечестие – это любить мир сей и почитать великим то, что возникает и исчезает, вожделеть и трудиться ради приобретения этого, радоваться при его изобилии, бояться его потери и сокрушаться при его исчезновении.

Увещеваю тех, которыми еще не овладела страсть, не предаваться ей, потому что легче воздержаться, нежели, предавшись, освободиться от нее; а тем, в которых она поселилась и произвела вред, обещаю надежду совершенного исцеления благодатью Божией, если они захотят принять врачевание.

Не во всякое ведь время все страсти действуют в нас; но в раннем возрасте обыкновенно бывает больше неразумия и малодушия, в последующем сильнее действует похоть, а далее, в следующем возрасте – любостяжание.

Когда живы страсти, нам невозможно жить, но необходимо должно погибнуть. Если не успеем умертвить их здесь, то они умертвят нас там.

Предавшийся страсти носит в душе своей бесчисленные войны, брани и смятения, находится в страхе и беспокойстве и не может быть в хорошем расположении духа ни на малейшее время.

Итак, не хвались постоянно своими добрыми делами, чтобы кто-нибудь не лишил тебя их, чтобы с тобою не случилось того же, что было с фарисеем, который носил их на языке своем, откуда и похитил их дьявол.

Ведь бывают различные виды идолопоклонства: один почитает своим господином маммону, другой признает богом чрево, а третий – грубейшую страсть. Но ты [говоришь] не приносишь им в жертву волов, как язычники? Правда. За то ты – что гораздо хуже – закалаешь им в жертву свою душу.

Как любостяжательным мы называем того, кто хочет присвоить чужое и не довольствуется своим, так и надменным называем того, кто требует себе от ближнего больше, чем сколько ему следует, кто себя считает достойным всякой чести, а другого бесчестит. А это бывает не от чего другого, как от неправды.

Радующийся падению другого радуется победе диавольской.

Страсти происходят не от природы, а от желаний.

Бог не есть творец зла; потому заблуждаются те, которые говорят, что некоторые из страстей естественны душе, не разумея того, что мы сами свои природные свойства к добру превратили в страсти. По естеству, например, имеем мы семя для чадородия, а мы употребляем оное в беззаконное сладострастие; по естеству есть в нас и гнев, но на древнего оного змия, а мы употребляем оный против ближнего…

Кто низложил первые три из главных страстей (тщеславие, сребролюбие, чревоугодие), тот низложил вместе и пять последних (блуд, гнев, печаль, уныние, гордость); но кто нерадит о низложении первых, тот ни одной не победит.

Устранившись мира, не прикасайся к нему; ибо страсти удобно опять возвращаются.

Смелость твоя да не подавляет скромности; боязнь твоя да не превозмогает над отважностью, пренебрежение да не уничтожает в тебе страха; мечтательность да не разлучает тебя с обществом, а парение мыслей да не уязвляет душу твою.

Горе тебе, душа, что пребываешь бесчувственной в настоящей жизни, каждый день предаваясь роскоши, смеху, рассеянности и живя распутно; в будущем веке будешь плакать, подобно богачу, мучимая во пламени вечного огня.

Нерадение увеличивает безбоязненность; следствием того и другого бывает навык; а навыкшие худому с трудом оставляют его, потому что всегда за этим следует повреждение духовного плода.

Что такое высокоумие? Превозноситься – значит почти то же, что укорять Бога собственными своими заслугами. Так и в человеческом быту, если кто-то даст ближнему дар, но начнет над ним превозноситься, то милости его обратятся в ничто, и истребит он приязнь в ближнем.

Человек невежливый подсматривает за своим соседом, а кто ходит во свете, тот не останавливается мыслью на худом.

Держи себя на свободе бесстрастия: и тебе будет всегда хорошо. Страсти выгоняют из сердца Христа и Духа Святого. Поэтому, всеми силами нужно стараться не допускать их в сердце.

…Страсти уносят мир и здоровье из сердца. Не увлекайся же ими и мужественно отражай первые их натиски. Не допускай возгореться в себе разрушительному огню их: он иссушит и сожжет тебя.

Тебя борют страсти и от твоего неумения бороться с ними они побеждают тебя и показывают тебя в нехорошем виде. Умудряйся всю жизнь побеждать их и не забывай, что и других также борют страсти и выставляют их напоказ людям в неблагоприятном виде. Поэтому имей снисхождение к немощи человеческой, зная, что все мы ходим среди сетей.

Примечай за собой в негодовании на кого-либо, кажущемся тебе справедливым, не действуют ли твои страсти: самолюбие, гордость, ненависть, зависть и др. Страсти прикрываются часто, как личина, видом истины.

Человек, когда он в благодати безмолвия и в теплоте воздержания, тогда действительно бывает в покое от многих страстей; если же входит в мирские дела, то видит тогда, как восстает каждая страсть, подъемлет главу свою, особливо если ощутит воню покоя.

Есть страсти, которые душе показывают только скорби: нерадение, уныние, печаль не нападают приражением помыслов и услаждением, но только налагают на душу тяжесть. Крепость же души изведывается в победе над страстями, ведущими брань приражением помыслов.

Смущение. Девица, встречаясь с любимым ею человеком, смущается; ненавидящий при встрече с ненавидимым – смущается; завистник – смущается; вообще преданный какой-либо страсти непременно смущается внутренно. Отчего? Оттого, что преданный страсти человек соединяется с диаволом, а он чужд всякого мира.