Цитаты о земной жизни (555)

Большая ошибка и немощь – много заботиться, чтобы продлить нашу жизнь, однако жизнь и смерть в руках Божиих, и Господь сказал: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф.6:33). Вот наша забота и стремление должны быть, чтобы жить по заповедям Его и очистить сердце от страстей.

прп. Иоанн Валаамский (Алексеев), схиигумен • Все цитаты автора • Источник

Пока наш душевный кораблик плавает в житейском море, всегда будет подвергаться переменным погодам: то дождь, то вёдро; а иногда сильная буря подымется, того и гляди, что выбросит на луду [подводный камень] или на берег; иначе и быть не может в сей юдоли плачевной (Пс.83:7); только в будущей жизни будет без перемен.

прп. Иоанн Валаамский (Алексеев), схиигумен • Все цитаты автора • Источник

Что есть жизнь наша? Это совокупность бесчисленных и разнородных явлений, кои, подобно одушевленным теням, движутся вокруг нашего сознания, поражают чувства, занимают воображение, питают рассудок, радуют или печалят сердце, и вскоре исчезают, оставляя слабый след в памяти. Все мы – зрители и участники сего зрелища, но еще ни один мудрец не открыл, как оно происходит.

Сокрушительным бурям и треволнениям […] подлежат преимущественно те, кои всегда остаются на поверхности вещей и событий, и не знают драгоценного искусства -скрываться на это время во глубину веры и упования, во глубину Промысла и любви Божией, где кончается несчастная зависимость человека от внешних перемен и превращений.

Не будем прилепляться много к настоящему нашему земному образу бытия, потому что он не только дан на время, и притом весьма краткое, но и во многом противоположен нашему образу бытия будущему, так что прилепившийся к нему, по тому самому, не скоро и не удобно может сродниться с образом бытия высшим.

Вся наша жизнь должна быть проводима в заботах о вечном спасении. В сравнении с жизнью будущей, имеющей продолжаться бесконечно, она есть едва приметная минута. Но от этой минуты, от того, как мы ее употребим, зависит вечная наша судьба, блаженство или погибель.

О, жестока любовь к миру сему, ибо угашает любовь к Богу. Сладость мира сего угашает сладость Божию – духовную и молитвенную. Радость мира сего угашает радость грядущую. Украшения и удобства мира сего угашают и отстраняют красоту и покой будущего века, противостоя друг другу.

священноинок Дорофей • Все цитаты автора • Источник

Главное, что есть у человека, — это то, что мы сотворены по образу Божиему, мы несем на себе отпечаток Иисуса Христа, отпечаток Его личности. И именно поэтому мы с вами устремлены к Вечности изначально. Поэтому-то человек не может ничем насытиться на Земле. Если бы он был только земным, он бы насытился земным. Но человек никогда ничем не может быть удовлетворен.

Не будем заботиться о временном, чтобы приобрести вечное. Пробежим мимо мира, чтобы достичь Творца мира. Оставим не наше, чтобы нашим насладиться, ибо образ мира сего проходит, словно сон (1Кор. 7:31), и если и пользуемся чем-то в этом мире, то пусть будем, как не пользующиеся (1Кор. 7:31).

Земная жизнь – бессмыслица, когда ее делают самоцелью. Если хотят выжать из нее, как из гроздей винограда вино, напиток наслаждения, то она превращается в горькую чашу полыни. Страсть – мед, смешанный с ядом. Счастье на земле – тень, которую нельзя догнать: человек бежит за собственной тенью, а она убегает от него. Но если смотреть на жизнь как на путь к вечности, тогда она открывается душе как великий дар.

Здесь, на земле, определяется, с кем душа – с Богом или с диаволом. Там, в вечности, уже не определение, а осуществление, поэтому так ценна земная жизнь, так дорого каждое ее мгновение, которое может быть ступенью лестницы, ведущей ввысь, к духовным небесам, или вниз, в бездну, поистине не имеющую дна.

На земле нет счастья; еще никто не находил его в море этого мира. Здесь все страдают: некоторые острой болью, а большинство тупой безысходностью. Единственно были счастливы те, кто могли уйти от внешнего в себя, но и здесь они вступали в жестокую борьбу со своими страстями и с духами ада, которые встречают человека на этом пути.

Есть два вида душевного спокойствия. Первый вид – это стараться жить по воле Божией, открытой в евангельских заповедях. Это спокойствие мира и отрады. Есть еще другое, страшное спокойствие, когда человек убивает свою совесть, оправдывает свой грех, производит над собой анестезию наркотиком вседозволенности. Такое спокойствие – это спокойствие смерти.

С начала мира люди умирают, с начала мира известно, что все земное непрочно, проходит, тлеет, и все-таки с какой-то слепой жадностью люди ставят все, что имеют, все силы своей души на эту карту, которая наверно будет бита, несут свои сокровища в банк, который наверно лопнет.

Знай, что в сем мире ничего не бывает постоянного. Гляди на улицу: утром был дождь, а в полдень ясно, а к вечеру опять холодно. То ветер, то тихо, то гроза, то жара; – так и в нашей жизни: всегда будь готова следовать воле Божией, нравится ли то нам или нет.

Заботиться о пропитании и жизни надо, но нельзя, чтобы эти мысли были у нас на первом месте, чтобы мы только и думали о том, как сделать побольше запасов? Как я буду жить? Не нужно этим забивать голову, а, может, сегодня твою душу Господь заберет? И будут все твои заботы излишни. Наши заботы не должны заслонять самого главного – молитв, размышлений о Боге, о спасении души.