Православные цитаты – страница 587

Не тревожься возстающими страстями: старайся по возможности противиться им; человек, доколе на земле и облечен в бренное тело, дотоле подвержен изменениям; то чувствует сердечный мир и спокойствие, не возмущаемое никакою страстию, то находится в обуревании страстей.

Всякий человек есть как дерево, у которого изнутри, из сердца исходят, как отрасли и сучки, помышления злые […]. Как садовник обрезает дерево и исходящие из него сучки негодные и отростки, чтобы они, когда вырастут, самого дерева не повредили, так подобает всякому христианину обрезывать сердце свое и обрезывать помышления злые, как только начнут из сердца исходить и показываться, чтобы, возрастая, не повредили внутреннего духовного человека.

Хочешь ли уповать на богатство свое, спроси того евангельского богача, который говорил душе своей: «душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?» (Лк.12:19–20). Хочешь ли сделать что-либо злое, греховное, прогневляющее Бога, спроси грешников, которые содержатся в аду и осуждены на вечные муки. Что они скажут тебе? Посоветуют ли тебе прогневать Бога?

Трезвение подобно лествице Иакова, на верху которой возседит Бог, и по которой ходят Ангелы. Он исторгает из нас всякое зло, отсекает многословие, злословие, оклеветание, и весь список чувственных пороков не допуская, чтоб из-за них хотя на короткое время умалялась или прекращалась собственная его сладость.

Как, видя врага, находящего на город, затворяем врата и со всяким опасением охраняем город, чтобы войдя не разорил города и нас бы не погубил, или в плен не отвел, так, чувствуя к нам приход душевного врага через […] злые помыслы, должно затворять дома душ наших, укреплять и тщательно хранить, дабы внутрь не ворвался и не разорил душевного дома, – что бывает страхом Божиим и усердною молитвою.

Один способ трезвения есть – смотреть неопустительно за мечтанием, или за прилогом; ибо без мечтания сатана не может строить помыслов и представлять их уму к его прельщению ложными призраками. Другой – иметь сердце глубоко всегда молчащее, и от всякого помысла безмолвствующее, и молиться. Иной – призывать Господа Иисуса Христа на помощь – непрестанно, в смирении. Иной еще – иметь в душе непрестанное памятование о смерти.

Некоторый старец подвижник жил в пещере и имел такое трезвение, что всегда, на всяком месте даже вне келлии, часто поверял ум свой, говоря: «Что, где мы?» Если находил он ум свой в славословии Бога и молитве, то говорил: «Хорошо, хорошо». Если же находил его занимающимся каким-либо посторонним предметом, то укорял, говоря: «Возвратись немедленно на дело свое». И следующее всегда говаривал себе этот старец: «Близок час отшествия моего, но еще не вижу в себе ничего доброго».

Каждый из нас пусть рассматривает […] в каком он находится устроении. Добровольно ли он действует по страсти и удовлетворяет ей? Или, не желая действовать по ней, побеждается ею? Или действует по страсти, увлекаясь привычкою, и, сделав это, скорбит и кается, что так поступил? Или подвизается разумно остановить страсть? […] Каждый пусть узнает, где он находится, на каком поприще.

Друзей твоих предварительно подвергай испытанию, и не своди со всеми близкого знакомства. Если заведешь обширное знакомство, – не доверяй всем: потому что мир всквашен на лукавстве. В друга себе избери одного брата, боящегося Господа, и прилепись к Богу, как сын к отцу, потому что все человеки, за исключением немногих, предались лукавству; земля преисполнилась суетности, попечений и скорбей.

Настоятель скита пошел однажды к Александрийскому архиепископу. Когда он возвратился в скит, братия спросили его: «Что – город?» Он сказал им: «Поверьте мне, братия, что кроме епископа я не видал там ни одного человека». Услышав это, они удивились и сказали: «Что же сделалось, думаешь, с прочим множеством народа?» Пресвитер вывел их из недоумения, сказав следующее: «Я понудил себя не взглянуть ни на одного человека». Братия получили назидание от этих слов, которыми изображалось особенное хранение очей.

Желающий спастись должен так устроить себя, чтобы он мог сохранять внимание к себе не только в уединении, но и при любой рассеянности, в которую он иногда против воли вовлекается обстоятельствами. Страх Божий пусть превозможет на весах сердца все прочие ощущения, тогда легко будет сохранять внимание к себе…

Господь заповедал нам нести крест. […] Значение (этой заповеди) заключается в том, чтобы ум непрестанно бодрствовал и пребывал в добродетели. Восшедший на такой крест да не сходит с него, то есть да пребывает в постоянном воздержании от страстей. Постоянно воздерживающийся от страстей умерщвляет их в свое время. Тогда ум воскресает в состояние непобедимости

прп. авва Исайя (Скитский), отшельник • Все цитаты автора • Источник

Как невозможно жить настоящею жизнью без пищи и пития: так без хранения ума и чистоты сердца, что есть и называется трезвение, невозможно душе достигнуть чего-либо духовного и Богу угодного, или избавиться от мысленного греха, хотя бы кто страхом мук и нудил себя не грешить (делом).

Брат попросил наставления у аввы Пимена. Старец сказал ему: «Доколе котел разогрет горящим под ним огнем – дотоле не дерзает прикасаться к нему ни муха, ни какое другое насекомое. Когда же котел остынет – тогда свободно садятся на него все гады. Подобное этому совершается и с иноком: доколе инок пребывает в духовном делании – дотоле враг не находит возможности победить его».

…Соблазн […] двояким образом происходит: во-первых, развращающим и противным слову Божию учением […]; во-вторых, подает соблазн и тот, который противно слову Божию живет и развращенно с братией своей обходится. Ибо как добрый, так и злой пример одного ударяет в сердце, другого через слух или зрение; добрый к добру, а злой к злу побуждает видящего или слышащего.

Беги от душевредных слов, не желай слышать их. Смотри же, чтоб, убегая телом, не сохранить тайного желания знать, что намеревался сказать тебе начавший говорить неполезное. Беги бегством решительным, чтоб тотчас забыть и то, что успел выслушать.

…Если подвижник останется на жительство в таком месте, в котором живут нерадивые, то он лишится возможности преуспевать, неприметным образом нисходя к образу жизни, которым окружен. Крепость подвижника заключается в постоянном усилии не ослабить подвиг. Если же ленивый будет жить с подвижником, то преуспеет; если же не преуспеет, то, по крайней мере, не низойдет к большему нерадению.

Не так пагубно самому согрешать, как ввести в грех других […]. Потому, видя, что другие грешат, не только не будем подталкивать их на грех, но постараемся извлечь их из бездны порока, чтобы за гибель других нам самим не подвергнуться казни.

Ни одной части души твоей, ни одного члена тела твоего не оставляй не надзираемыми. Ибо таким образом ты и снизу искушающих духов пребудешь победителем, и свыше испытующему сердца и утробы, предварительно сам испытав их, неиспытно предстоять будешь с дерзновением.

Соблазны […] пробуждают людей от усыпления, делают их осмотрительными и проницательными, и не только того, кто хранит себя от них, но и падшего скоро восстанавливают; они учат его осторожности и делают неуловимым.