Православные цитаты – страница 296

Желающие получить какой-либо плод от того, что прочитывается, не должны оставлять без внимания ни одного слова. Потому-то и заповедано нам исследовать Писания (Ин. 5:39), что многое, что с первого взгляда представляется простым, заключает в себе глубокий сокровенный смысл.

«Любовь никогда не перестает» […]. Все дары даются на время для нуждающегося; после распоряжения (для которого даются) они, без сомнения, тотчас прекратятся. А любовь никаким временем не будет прервана, ибо не только в настоящем мире действует в нас с пользою, но и в будущем, после отложения плоти телесной, она будет пребывать гораздо действеннее.

Суть духовной жизни составляют: готовность и усердие работать Господу, ревность угождать Богу, решимость посвятить себя на служение Богу точным исполнением Его заповедей. Слова здесь различные, а дело одно.

Незаменимое чтение, которое так благотворно действует на душу, представляют собой Жития святых, особенно на славянском языке. В настоящее время славянский язык не всегда понимают, а между тем он несравненно красивее и богаче русского. Один знаток его, сравнивая славянский язык с русским, говорил, что между ними такая же разница, как между дворцом и трактиром…

Надо быть честными перед Богом, потому что это человека можно обмануть, а Бога – нет. Бог видит наше сердце, Он знает нас насквозь, знает все наши желания, все наши мысли, все чувства; мы совершенно открыты перед Ним. И Господь смотрит, куда наше сердце устремляется, к земле или к Небу…

Утрачивающие благодать терпят это за неверие и беспечность и вновь находят её [то есть благодать] посредством веры и усердного искания. С помощью этих [последних] они [нравственно] всегда подвигаются вперёд. От противоположных же им [неверия и беспечности] возвращаются назад совершенно.

Беспредельный, неприступный и несозданный Бог, по беспредельной и недомыслимой благости Своей, оплототворил […] Себя, и так сказать, как бы умалился в неприступной славе, чтобы можно ему было войти в единение с видимыми своими тварями, разумею же души святых и Ангелов, и возмогли они быть причастными жизни Божества.

Заповедь о любви к ближнему имеет такое восхождение: 1) не начинать; 2) не воздавать за обиду, 3) оставаться спокойным, терпя обиду от другого; 4) предавать себя на злострадание; 5) отдавать более, нежели сколько хочет взять; 6) не питать ненависти: 7) любить даже обидчика; 8) благодетельствовать ему; 9) молиться Богу о нем.

Сила любви есть духовная, а не телесная, и потому, хотя тело побеждается, ранится, мучится и умерщвляется, но любовь побежденной быть не может, а наоборот, тем более показывает свою силу и крепость, чем более претерпевает и страждет.

Мы видим многих преступников, которые могут украсть да еще возрадоваться похищенному: человек этим живет – у кого-то утянуть что-то, и его совесть не беспокоит. Многие так привыкли к этому, что дома не могут одни находиться – идут в толпу, в магазин, воруют, да еще и поругаются с кем-то; поругались – вроде бы и хорошо стало… В таком человеке совесть спит, в нем живут бесы.

Теоретическое чтение Евангелия у себя дома за столом, и даже изучение Евангелия в каком-либо училище, может служить драгоценным пособием, но только пособием к слушанию Евангелия в церкви и не может заменить церковной проповеди Евангелия, потому что Церковь дает не только знания, но и силы для осуществления этих знаний в жизни.

Жизнь всегда можно начать сначала. И нет такого грешника, которого бы не простил Господь. А возраст… Какое же он имеет отношение к вопросу о духовной жизни? Разве не в каждый возраст человек одинаково близок к смерти? И разве погибнуть духовно нельзя в юности и спастись в старости?

Христианин может и должен совершать присягу, когда ее требует от него особенная важность известного дела, что определяется у нас самым законом, и его клятва будет не только не противна Богу, но и угодна Ему, как дело благочестия, если он будет произносить ее как должно.

Он [руководитель духовный] – так как никогда не увлекается сладостью страстей наших и не чувствует самолюбия, которое обладает нашей душой, – имеет спокойный ум в рассуждении нас, понуждает нас ежедневно, со вниманием и весьма умеренно и так ведет нас путем спасения.

Священное Писание говорит, что добрая жена – это дар мужу, а злая жена – наказание мужу. Если жена стала злой, это значит, что душа ее наполнилась демоническими силами, потому что она в церковь не ходит, не молится, не кается, в такой душе Бога нет, в ней – демоны… Надо привести ее к вере, молиться за нее.

Тело – прежде всего друг. Его надо ценить и о нем надо заботиться. От этого друга зависит способность к труду и, что очень важно, состояние тела для громадного большинства людей в сильной степени влияет и на состояние души.

Не принимающий и не выполняющий епитимии, кроме упорства, грешит против исправления своей жизни; потому что главная цель епитимий, которые, большей частью, состоят из подвигов, противоположных прежним тяжким грехам или преступнейшим страстям, – есть исправление жизни исповедника.

Бог с нами так поступает, чтобы мы Его искали, чтобы не просто сидели и от Него ожидали: стань, Господи, передо мной, как лист перед травой. Нет, Он хочет, чтобы мы действительно всем желанием своим хотели встретиться с Ним – и тогда может произойти встреча.

Прибегайте больше к чтению святых Отцов; пусть они руководствуют Вас, напоминают Вам о добродетели, наставляют на путь Божий. […] Жалуясь на крайний недостаток в богопросвещенных наставниках и советниках, они повелевают ревнителю благочестия руководствоваться в жизни своей отеческими писаниями. «Совет святых – разум» (Притч.9:10).

Никак невозможно любящему славу не жить жизнью страдательной; а напротив, подавляющий в себе славолюбие не может не подавить вместе с тем и множество других страстей: побеждающий эту страсть преодолеет и зависть, и сребролюбие, и прочие тяжкие недуги. Но как, скажут, нам преодолеть эту страсть? Преодолеем, если будем иметь в виду иную славу, славу небесную, которую земная силится лишить нас.

Такое покаяние, бывающее […] всегда до самой смерти, с болезнованием и скорбением сердечным, делает мало-помалу то, что мы начинаем проливать горькие слезы, которыми отмывается и очищается сквернота души нашей. Из этого (болезненного) покаяния рождается потом покаяние чистое (отрадное), превращающее горькие слезы в сладкие, вселяющие в сердце наше непрестанное некое радование.