Православные цитаты – страница 259

Крестным знамением мы так же точно исповедуем свою веру в Спасителя, как если бы выражали ее устами, поэтому крестное знамение является видимым знаком нашей веры, нашей надежды, нашего спасение, которое чрез крестную смерть Иисуса Христа.

Два рода любви существуют в этом мире, которые постоянно между собою враждуют: любовь к миру и любовь к Богу. Которая из них победит, та и влечет любящего как бы своей тяжестью. Потому что не на крыльях или не на ногах, но чувством приближаемся мы к Богу. Равным образом не телесными путами или узами, но противоположными тем чувствами привязываемся мы к земле

Если душа просияла памятованием о Боге и неусыпным бдением день и ночь, то Господь устрояет там (внутри) к ограждению ее облако, осеняющее ее днем и светом огненным озаряет ее ночь; во мраке ее просияет свет.

Где обрести и как принять благодать, начинающую жизнь? Стяжание благодати и освящение ею нашего естества совершается в Таинствах. Здесь мы предлагаем действию Божию, или предносим Богу свою непотребную природу, – и Он действием Своим претворяет ее.

Подлинно, не столько боится диавол человека, прогоняющего его и изгоняющего из другого человека, сколько того, кто укрощает свой гнев и преодоле­вает свою раздражительность, – потому что и это последнее есть злой дух, весьма свирепый, и таких людей надобно назвать более несчастными, нежели одержимых бесом.

Если начало премудрости есть страх Господень, то начало глупости есть неведение Господа. Люди, увлекаемые гордостью и высокоумием, делают себе из своего ума идола. Ничего нет опаснее такого состояния, ибо оно трудно врачуется и почти неизлечимо.

Невозможно, мол, мне любить врагов и добро творить им. Неправда! Возможно было Давиду, который плакал о погибших врагах своих Сауле и Авессаломе. […] Возможно было святому Стефану, который за врагов своих, побивающих его камнями, молился: Господи! не вмени им греха сего (Деян.7:60). Возможно было и всем святым. Возможно же и тебе. Ты человек, и они человеки были; ты немощен, и они немощь такую же имели.

Бесстыдное око, поднятая высоко выя*, непрестанное движение бровей, порывистая поступь, способность не краснеть ни от какой срамоты – признаки души самой гнусной, запечатлевающей на теле явные черты своих страстей.

*выя — шея

Бог ожидает в искушении твоего терпения и подвига, а не уныния и негодования. Уповай на Господа, мужайся, и да крепится сердце твое, и уповай на Господа (Пс. 26: 14), без совета и изволения Которого ничего не бывает.

Того ли ты домогаешься, чтобы Бога иметь тебе помощником? Смотри: помогал ли сам нуждающемуся, когда имел к тому возможность? […] Желаешь ли, чтобы Бог соделался благосклонным к тебе Судиею? Будь непамятозлобив ко врагам. Хочешь ли пользоваться Его человеколюбием? Сам будь снисходителен к подчиненным.

Отлагать сего (Причащения Животворящих Таин) отнюдь не должно, но с твердым упованием, решимостью и благонадежием приступать к Всевышнему Господу Богу, в Таинстве Причащения присутствующему, помощи и покровительства себе от этого ожидать, и от всех наших немощей избавления и очищения да мним, ибо Он силен и всемогущ.

Ко мне постоянно обращаются с вопросом: почему, помимо нашей воли, нас мучают и угнетают порочные воспоминания, в особенности в то время, когда мы молимся? Все эти являющиеся нам образы суть запечатлевшиеся в сознании воспоминания о прежних наших делах, которые составляют нашу вину и требуют покаяния. Когда, по благодати Христовой, неподобающие размышления прекратятся, покаяние наше и преуспеяние будут истинными, а в таком случае будет действительным и отпущение грехов.

Необходимо каяться… Это значит не просто пойти исповедаться к священнику, нужно освобождаться от мысленной нечистоты. Мы часто падаем в жизни, и священнику нужно говорить абсолютно все, как свидетелю нашего покаяния перед Богом.

Духовная жизнь состоит в постоянной борьбе ума, плоти и духа, в отречении во всем от мира, в непрестанном труде и подвигах. Как тело наше слабеет, если мы не будем двигаться и упражнять свои мускулы, так и душа и сердце теряют способность борьбы, если мы не будем упражнять ум и волю в духовной работе.

В молодости все делают большую ошибку, откладывая на будущее, что следовало бы сделать теперь с напряжением всех сил. А в результате, время уходит, человек стареет, условия могут измениться к худшему, часто изменяет здоровье – и человек не сделает того, что должен был сделать, к чему призывал его Господь […]. Остается только одно – сожалеть о прошлой бесплодной жизни и приносить покаяние.

Всегда помните, что и без нас много желающих обидеть и оскорбить, причинить зло, а нам надо научиться для начала хотя бы жалеть всех, стараться ежедневно хоть немного отбавлять от огромной горы человеческого страдания и прибавлять к малому холмику человеческой радости.

Приготовлением к молитве служат: непресыщенное чрево, отсечение попечений мечом веры, прощение от искренности сердца всех обид, благодарение Богу за все скорбные случаи жизни, удаление от себя рассеянности и мечтательности, благоговейный страх.

Что будет, то будет. А будет то, что Бог даст. Бог же устрояет все только полезное, и душеполезное, и спасительное. Только с нашей стороны требуется не малодушествовать, а с покорностью воле Божией потерпеть посылаемые скорби и болезни, смиряясь пред Богом и людьми и не дерзая никого обвинять или осуждать.

…Все усилие и тщание противника состоит в том, чтобы суметь отвлечь ум от памяти о Боге, от страха и любви к Господу, употребив для этого земные приманки или какими-нибудь благовидными мыслями отвратить ум к мнимым благам от блага истинного, то есть от любви к Богу.

Часто бывает, что искуситель на время и отступает, и оставляет нас в покое, но тогда большее нам надлежит искушение, ибо тогда он вдруг, нечаянно на нас нападает, а не с той стороны, с которой мы надеемся, поэтому всегда надо его ожидать. К чему и апостол Петр нас вооружает: трезвитесь, бодрствуйте (1Пет. 5: 8).