Православные цитаты – страница 541

Призови к обеду Христа, раздели с Ним свои или, лучше, Его же [блага]: вот в чем заключается бесконечное и всегда цветущее удовольствие! А удовольствия чувственные не таковы; они как скоро являются, тотчас же исчезают, и наслаждающийся ими находится нисколько не в лучшем, а даже в худшем состоянии, нежели не наслаждающийся.

Как свойство меда не столько словом, сколько самим чувством вкуса может быть объяснено не изведавшим меда, так и доброта небесного слова не может быть ясно передана в учении, если по долговременном изведании учений истины не возможем собственным опытом постигнуть благость Господню.

Совестью же называется внутреннее око, которое дает нам видеть все наше душевное содержание, все, что есть в нашей душе. Совесть, след., с одной стороны, всегда имеет перед собой нравственный закон, как непреложное-обязательное правило нашей жизни, а, с другой, она видит наши поступки, и, сравнивая их с законом, тем дает нам понять, откуда в нашей душе разлад, почему испытываем мы в данное время довольство собой или внутренний стыд, мучения.

Стыд – не дым, в глаза не лезет. […] Стыдно не только перед другими, но перед Богом и своей совестью – она судья неподкупный, бескорыстный. А послушаться совета своего отца духовного не стыдно, но душеспасительно и необходимо; и кто не слушает доброго совета, тот бывает наказан.

Если бы кто спросил меня: как мне исполнять дело молитвенное? – я сказал бы ему: навыкай ходить в присутствии Божием или храни память Божию и благоговей. Для поддержания этой памяти избери несколько коротеньких молитовок или прямо возьми 24 молитовки Иоанна Златоуста и часто повторяй их с соответственными мыслями и чувствами. По мере навыка будет просветляться голова памятью Божией и согреваться сердце.

В Библии и православном богословии грех, зло, дьявол, страдания и смерть – всегда сосуществуют. Ни одно из них не приходит само по себе, и все они – результат бунта человека против Бога и потери общения с Ним: грех порождает грех.

Страсть стяжательности может быть и при крайней видимой нищете. Иной легко оставил большие богатства и пришел в монастырь, но страсть в сердце остается, только привязывается к другим предметам.

свщмч. Иларион (Троицкий), архиеп. Верейский • Все цитаты автора • Источник

То, что может стоять между нами и Богом, это идол. Идолом для человека может быть и его семья, его работа, его хобби, его привязанность к деньгам, сексу, алкоголю и наркотикам. Все то, что препятствует нам видеть Бога на первом месте, моментально оказывается идолом.

Книги читать сестрам, смотря на устроение каждой, но более надо давать читать деятельные, а не умозрительные, как то: святых Ефрема, аввы Дорофея, преподобного Иоанна Лествичника, Пролог и жития святых отцов; и смотреть от них плода – познания своей немощи и смирения, а не того, что – все знаю и в случае беседы оспаривать других. А далее Господь Сам даст им разум истинный, который стяжавается от смирения; и сколько оное приносит пользы, столько, напротив, возношение повреждает, что видели сами на опыте многих.

Крайнее помрачение ума, называемое в науке атеизмом, а в Свящ. Писании безумием (Пс.13:1), в своем чистом виде, в абстрактном философском смысле, едва ли и существует. Атеистами не родятся, а делаются ими, притом сознательно, впоследствии. Как показывает опыт, это происходит на почве гордости и похоти.

Пост не сам по себе благо и не сам по себе необходим. Он полезен для приобретения чистоты сердца и тела, чтобы, притупив жало плоти, человек приобрел умиротворение духа. Пост не есть благо неизменно и всегда.., иногда он обращается даже во вред душе, если не благовременно соблюдается.

Ангелы возносят наши молитвы к Богу и делают их известными всем прочим предстоящим Богу небесным чинам… Святые Ангелы Хранители наши пребывают с нами неотступно в путях наших, невидимо сопутствуют нам, охраняя нас во всех путях наших по велению Человеколюбца Бога, в чем проявляется превеликая и неизреченная любовь и милость Его к нам, недостойным рабам Его…

Жизнь дается нам только один раз. И дается она для того, чтобы, начав здесь общение с Богом, мы вступили в вечное с Ним единство за гробом – в жизни нестареющей и нескончаемой. Какими мы отправимся в могилу, такими и встретим Господа.

Нас глубоко затрагивает то, что делается где-нибудь в далекой Америке или Австралии.[…] Мы любим узнавать разные подробности из жизни какого-нибудь президента, или известного музыканта, или давно умершего, нашумевшего своей скандальной жизнью поэта. […] Но при этом как редко, как холодно, безвкусно мы обращаемся к главнейшей и первейшей науке из наук – Христианству! Как мало мы думаем о Боге и о смысле нашего пребывания здесь, в этом мире, и о том грандиозном и ужасном, что встретит нас пред лицом Вечности.

Приближался и почти наступил пост, как же мы будем поститься? […] Надобно стараться, воспоминая свои грехи, […], иметь сердце сокрушенно и смиренно (Пс. 50: 19.), не внимать чужим недостаткам и не судить оных, а более внимать своим страстям и не допускать происходить оным в действие.

Когда нужно тебе говорить, наперед добре рассуди о том, что высказать всходит на сердце твое, прежде чем перейдёт то на язык твой, и найдёшь, что многое из сего таково, что сему гораздо лучше не исходить из уст твоих. Но при этом знай, что и из того, что высказать кажется тебе делом хорошим, иному лучше остаться похороненным в гробе молчания. Об этом иной раз сам ты узнаешь тотчас по окончании беседы.

Почему все святые, вслед за Христом, так страдали? Соприкосновение с миром и погружение в него дает боль последователям Христа, а безболезненными себя чувствуют только дети мира сего. Это – вроде безошибочной химической реакции.

Что мы делаем при помощи головы? Обдумываем, рассуждаем, мыслим. Грешник обдумывает, как бы ему лучше устроить жизнь земную, как бы ему греховные желания удовлетворить, а вы думайте о другом: как бы доброе на пользу душе своей сотворить. У грешника думы и мысли скверные, нечистые, а вы больше – о Боге, о вечности, о милостях Божиих, об ответе на Страшном суде Христовом.

Эти умы приняли каждый одну какую-либо часть Вселенной или приставлены к одному чему-нибудь в мире, как ведомо это было все Устроившему и Распределившему, и они все ведут к одному концу, по мановению Зиждителя всяческих, воспевают Божие величие, созерцают вечную славу, и притом вечно.

Нам-то, христианам, как нужно дорожить свободным от трудов праздничным временем! Почитать святоотеческую, душеспасительную книгу, навестить больного, пригласить к себе одинокого человека, пусть погреется теплом твоего радушного гостеприимства, навестить человека, в беде находящегося, хоть словом, а если можешь, и делом помочь тому, кто изнемогает в этот момент под бременем неприятностей, болезни или каких-либо материальных недостач. Блажен, кто так проводит праздники!

Вы, которые, собравшись вместе, разговариваете, услышьте: Господь близко. Сам Господь здесь, и смотрит на вас, и слышит, что и о ком говорите. Берегитесь, чтобы разговор ваш не был во грех вам. Осторожно говорим перед царем присутствующим, тем более – перед Богом, Который здесь, и там, и во всяком месте присутствует. Смотрите, как, и что, и о ком говорите.

Кто имеет дар мудрости, тот, передавая другому, умножает это богатство, делая мудрыми многих; а кто скрывает ее в себе, тот лишает себя богатства, не принося пользы другим. Также, кто имеет другие дары, тот, врачуя многих, умножает свой дар; сам не теряет от передачи и многих других исполняет духовных дарований. Это правило остается неизменным во всех духовных [благах].

Ничто так не обновляет обветшавшую душу и не уготовляет к сближению с Богом, как страх Божий, доброе внимание, непрестанное поучение в словесах Божиих, вооружение себя молитвою и взыскание доброплодного бдения.