Православные цитаты – страница 224

Всякая плотская красота – это тень, всякое благолепие – роса утренняя, всякая плоть – трава, всякая слава человеческая, как цвет в поле: иссушается трава, и цвет ее отпадает (Иак. 1:10–11); только одно слово Господне и Божественная Его любовь пребывают вовеки.

А что все заповеди должны быть сохраняемы нами рачительно, и об этом Он Сам заповедал, говоря: кто разоряет «едину заповедей сих малых, и учит тому человеки, тот мний наречется в царствии небеснем» (Мф. 5: 18).

Греховные помыслы нужно стараться полностью игнорировать, даже не собирать ум на обличение их мерзости, а просто переводить его к молитве, и поменьше эмоций. Помыслами не одолеть искушения – всегда нужно волевое отвержение греховного прилога и молитва Богу о помощи.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

Когда Бог посылает или попущает на нас болезни, то, без сомнения, не за наши добрыя дела, – Бог безконечно правосудный и всеблагий. Итак все наши болезни бывают или естественными следствиями наших грехов, или положительными наказаниями Божиими за наши грехи.

Если кто скажет тебе жесткое слово, не воздымай на него сердца своего, но поспеши положить ему поклон, прежде чем родится в сердце твоем неудовольствие на него <или чувство обиды>, потому что вслед за этим быстро приходит гнев.

прп. авва Исайя (Скитский), отшельник • Все цитаты автора • Источник

Так и Адам был создан Богом чистым для служения Ему, и вся тварь была дана ему для его служения, потому что он был поставлен господином и царем над всею тварью. […] Когда он оказался уже захваченным в плен, тогда вместе с ним была захвачена и служащая и повинующаяся ему тварь. Таким образом чрез него над всякою душою – то есть над всей живущей на земле тварью – «воцарилась» смерть.

Райская дверь сама собой отверзется для праведных, как скоро приблизятся они к ней. С честью встретит их стерегущий ее Херувим, ударяя в струны цевницы. Узрят они Жениха, Который явится и с победной песнью придет от востока. Он даст им крылья, чтобы могли немедленно лететь на воздусех и поклониться Ему.

В самом деле, нет ничего хуже наглой надменности. Она-то и делает нас напыщенными и в то же время раболепными, а потому в первом случае — смешными, а во втором — отвратительными, и таким образом производит зараз два противоположных порока — гордость и подлое ласкательство.

Если будешь возмущаем и томим мирскою печалью, должно тебе чаще молиться, все упование свое возложить на Бога, прилежно поучаться в Божественных Писаниях, сообращаться с благоговейными и Господа боящимися монахами, все настоящее как не сущее, презирать, и помышлять о радостях небесных и утешениях праведных.

…Церковь подвергалась нападениям, но не была одолена, напротив того, оказалась восторжествовавшею над покушавшимися ее уничтожить. Итак, чему же дивиться, если и святые терпят здесь нападения? Сии брани делают их победы славнейшими и добычи – досточестнейшими.

Бог бесконечно благ и бесконечно могуществен: приступи в сокрушении духа ко Всеблагому и Всемогущему, обнажи пред Ним твою язву, принеси сознание в согрешении, прося прощения, исцеления, и получи их.

Иное дело смиренномудрствовать; иное дело подвизаться для приобретения смиренномудрия, а иное дело хвалить смиренномудрого. Первое принадлежит совершенным, второе — истинным послушникам, а третье — всем православным христианам.

Советую тебе уклоняться от мнения, что имеешь любовь Божию, и не считать себя достойной утешений, хотя и приидут, а памятовать свои как прошедшие, так и настоящие грехопадения, смиряясь через них, но не отчаиваясь и не смущаясь, ибо отчаяние и смущение доказывают явную гордость.

Быть рабом, как это ни тяжко, унизительно и горестно, – все же какая-то форма защищенности, тогда как состояние свободного человека – состояние предельной незащищенности; мы берем свою судьбу в свои собственные руки, и только когда наша свобода коренится в Боге, мы обретаем иную защищенность, уверенность совершенно иного порядка.

Ныне в нашей власти или засыпать совесть, или дать ей светиться и просвещать нас, если будем повиноваться ей. […] Ибо она есть […] нечто Божественное и никогда не погибает, но всегда напоминает нам полезное, а мы не ощущаем сего, потому что […] пренебрегаем ею и попираем ее.