Здешняя жизнь – точно поле, усеянное различными посевами хлеба и овощей, […] люди – точно делатели; один способен водиться за виноградными лозами, другой за овощами […]. Каждый да трудится в том участке добродетелей, к которым он способен, к которым призван Богом, являющим призвание Свое разумному созданию теми способностями душевными, теми средствами, которые Он даровал этому созданию.

Тогда только приемлет Бог добродетели наши, когда они – свидетели веры; сами же по себе они недостойны Бога. Вся правда наша, – сказал святый Пророк Исаия, – яко порт жены блудницы (Ис.64:6). По этой причине Бог, взирая на сердца наши, благоволит о одних сердцах смиренных, исполненных сознания своей греховности, исполненных покаяния, исповедающих ничтожество своего добра естественнаго, повреждение его падением, приносящих ему желание добра духовнаго.

Совершенство христианской, а потому и человеческой добродетели в обновлённом естестве есть благодатное богоподражательное милосердие, производимое в христианине развитием Божественной благодати, данной ему в Крещении и возделанной заповедями.

Награда добродетели – стать богом, озариться чистейшим светом, созерцаемым в Троичной Единице, от Которой имеем теперь едва ли несколько лучей, то к сему шествуй, в сем преуспевай, окрыляйся мыслью, молись за вечную жизнь.

Тот, кто начал с детства и во все возрасты до последней старости употреблял неослабное попечение, отпечатлеет в себе первообразную добродетель: какое же усилие потребно нерадевшему о сем в прошедшие годы?

Тот должен творить благое из любви к самому благу, кто хочет достигнуть истинного усыновления, о чем тот же апостол говорит так: «всякий, рожденный от Бога, не делает греха, потому что семя Его пребывает в нем; и он не может грешить, потому что рожден от Бога» (1Ин.3:9).

Жил у нас в Оптиной на покое о. архимандрит Ювеналий (теперь Виленский архиепископ). Пришлось ему однажды встретить Великий пост больному. В недоумении он говорил: «Чем я теперь буду питаться?» И однако все-таки не разрешил на рыбу. Впрочем, прибавлю к этому: смотрите на свои телесные силы – если они со дня на день будут ощутительно ослабевать, в таком случае можете несколько придержаться и докторского совета, с покаянием и самоукорением.

Соблюдение постов и постных дней необходимо нужно. Это не человеческая выдумка, а, содейством Св. Духа постановлено и узаконено Церковию и Соборами, a основание и Глава Церкви Сам Господь наш Иисус Христос.

Если кто постится или по тщеславию, или думая в себе, что он совершает добродетель, таковой постится неразумно, и потому начинает после укорять брата своего, почитая себя чем-то великим; и оказывается, что он не только положил один камень и снял два, но и находится в опасности разрушить всю стену чрез осуждение ближнего. А кто разумно постится, тот не думает, что он совершает добродетель, и не хочет, чтобы его хвалили как постника…

Тот, Кого трепещет всякая тварь небесных, земных и преисподних, содержимых под властью диавола, Тот, Кто дал нам власть попирать диавола, Тот благоволил сорок дней и сорок ночей продолжать пост, а потом быть искушенным от диавола. Имел ли нужду в посте Бесстрастный? […] Конечно, Он хочет нам показать этим пример и образец жития, чтобы, упражняясь в том же, избавились мы от злокозненности диавола и достигли вечного Царства Христова.

После Крещения изведен был духом в пустыню, и сорок дней постился. Подражая Христу, святая Церковь содержит ежегодно пост Четыредесятницы, который всегда бывает перед праздником святой Пасхи. Христос, по исполнении сорокадневного поста, троекратно был искушаем дьяволом (Мф 4:1), являя то, что всякому, приступающему служить Господу, следует искушение.

Какие добродетели ни наздашь ты на основании поста, все они будут непоколебимы и непотрясаемы, как назданные на твердом камне. А когда примешь это основание, то есть пост, и на место его положишь насыщение чрева и другие неуместные пожелания, тогда все добродетели будут потрясены и разнесены от худых помыслов и от потока страстей, как песок разносится ветром, – и все здание добродетели рушится.

Приближался и почти наступил пост, как же мы будем поститься? […] Надобно стараться, воспоминая свои грехи, […], иметь сердце сокрушенно и смиренно (Пс. 50: 19.), не внимать чужим недостаткам и не судить оных, а более внимать своим страстям и не допускать происходить оным в действие.

Пост приносит пользу тем, которые разумно к нему приступают, так и вредит неразумно его начинающим. Посему заботящиеся о пользе поста должны беречься вреда его, т.е. тщеславия, и хлеб, который вкушаем, по окончании назначенного себе поста, должны мы разделять на дни невкушения пищи, чтобы, вкушая ежедневно по малой части, мы могли покорить мудрование своей плоти и иметь сердце твердым в полезнейшей молитве…

Желаешь поговеть и неосужденно причаститься Святых Христовых Таин: самое нужнейшее к оным приготовление – оставлять ближним согрешения их, по слову Господню Если оставляете ближним согрешения их, и Отец ваш Небесный отпустит вам согрешения ваши; если не оставляете им согрешения их, то и Отец ваш Небесный не отпустит вам согрешений ваших (Мф.6:14–15).

К строгому посту святые люди приступали не вдруг, делаясь постепенно и мало-помалу способны довольствоваться самой скудной пищей. Преподобный Дорофей, приучая ученика своего Досифея к посту, постепенно отнимал от стола его по малой части, так что от четырех фунтов меру его ежедневной пищи низвел наконец до восьми лотов хлеба. При всем том святые постники, к удивлению других, не знали расслабления, но всегда были бодры, сильны и готовы к делу.