Православные цитаты – страница 719

Дарования без искушений весьма опасны; враг может обольстить святынею, а искушения смирят. Буди же воля Господня. Искушений устрашаться не должно, и не наскакивать на них; а какие пошлет Бог, принимать с благодарением; в кресте познавается любовь Божия, а не в сладости утешения.

Посредством Божественной Евхаристии всесвятое Тело Господне становится действительно нашим собственным. Посредством этого таинства мы принимаем Тело и Кровь Господни, то есть полноту и всецелое освящение.

Нет большего ужаса, чем вечность без Христа. Я бы с большей радостью желал быть в аду со Христом (простите мне этот парадокс), чем в раю, в котором нет Христа. Ведь там, где Его нет, там все превращается в проклятие, в горечь, в ужас, там крошечное зерно человеческого самосознания повергается в бескрайнюю тьму и бесконечный мрак, там тело превращается в тяжелое бремя, а душа – в проклятое ярмо.

Если Церковь нас поучает непрестанно молиться, зачем нужны все эти молитвенные правила: утренние, вечерние, перед и после еды и прочие? Те, кто по благодати Божией обрели непрестанную самодвижную молитву, уже не нуждаются в молитвенных правилах.

прот. Константин Островский • Все цитаты автора • Источник

Первые христиане жили единодушно […]. В их общежитии давалось каждому по потребности, не так, чтобы всем непременно поровну, а что кому нужно. В монастыре этот вопрос сложнее. Важно не только определить, что кому нужно, но и зависти не вызвать у других. Надо смотреть, как для души полезнее.

Нельзя достигнуть совершенства без искушений, и никто не познает сам себя, если не подвергнется испытанию. Не увенчается, кто не победит; не победит, если не будет сражаться, и кто сражается, если не имеет врага и не противостанет искушению.

прп. Вонифатий Феофановский (Киевский) • Все цитаты автора • Источник

Бог хочет, чтобы мы часто просили Его, и бывает за это весьма благодарен, – потому что Он единственный должник, который, когда от Него требуют, благодарит, и дает то, чего мы не давали взаймы. И если видит усиленно и прилежно просящего, дарует и то, чего не получал от нас; а если лениво просящего, то и Сам медлит, не потому, что не хочет дать, а потому, что Ему приятно, когда мы просим Его.

Удерживать гнев и серчание есть собственное наше дело и требует подвига великого и труда немалого, но чтоб совсем не смущаться и стяжать невозмутимость сердца и совершенную кротость, это есть дело в нас единого Бога и измена десницы Вышнего.

Всякий мир земной, ежели не проистекает от Бога мира и любви, а основывается на одних земных видах, есть непрочен, и столько же часто и удобно разрушается, сколь легко возникают несогласия в сердцах людей, у которых не умерщвлены еще крестом Иисуса Христа страсти и похоти – сии всегдашние источники браней и раздоров.

Непосильным и неразумным рвением можно себе духовно живот надорвать. А если Господь кого и сохранит от сего, то, по крайней мере, всуе приимет труд и скорбь. […] Вредно нерадеть * о должном, но небезопасно ретиться * выше своей меры. Трех более всего держись: страха Божия, смирения и всегдашнего покаяния.

* нерадеть — не заботиться

* ретиться — стараться, горячиться

Обогатившиеся живою верою во Христа, изменяются в отношении к видимому миру и земной жизни: закон и приговор тления, изменения и конца в тленных предметах видимого мира делается для чистых взоров их очевидным; земные преимущества, как маловременные, пред этими чистыми взорами ничтожны.

Разумно служащий больному служит для того, чтобы приобрести милостивое сердце, чтобы приобрести чувство сострадания, ибо кто имеет такую цель, тот, что бы ни случилось с ним: скорбь ли извне или сам больной помалодушествует против него, – он без смущения переносит все это, взирая на свою цель и зная, что больной благодарен ему более, нежели он больному. Поверьте, что кто разумно служит больному, тот освобождается и от страстей, и от браней.

Размышляй всегда о том, что дела человеческие по своим свойствам нисколько не лучше речных потоков, быстролётние дыма, развивающегося в воздухе, и ничтожнее бегущей тени. Если ты будешь держаться таких мыслей, то ни блага не могут произвести в тебе надменности, ни скорби – унизить тебя; если ты не очень будешь занят настоящими благами, то не станешь огорчаться лишением их.

Бесы – духи, их нельзя видеть простыми глазами. Но они могут материализоваться, принимая вид старичка, юноши, девушки, животного, любой образ могут принять. Человек нецерковный понять этого не может. Даже и верующие попадаются на его уловки.

Еще вы, вступая в обитель, не думайте, что уже и найдете скоро покой; нет, это невозможно без понесения многих скорбей, лишений, уничижений и прочего, ибо страсти ваши те же, с вами и сюда придут, да еще и больше откроются вам, они-то и причиной наших скорбей, а не люди, как мы часто, думая, ошибаемся.

Каяться – значит в сердце чувствовать ложь, безумие, виновность грехов своих, значит сознавать, что оскорбили ими своего Творца, Господа, Отца и Благодетеля, бесконечно святого и бесконечно гнушающегося грехом, значит всею душою желать исправления и заглаждения их.

Если грех, при все его мучительности трудно бывает избегаем нами: то что было бы, если бы он не был мучителем? А точно, велико мучение греха. Иногда никакая болезнь физическая не равняется мучительности греха, когда совесть всей силой небесной правды карает его.